32

ХАНТЕР

Пандора Грейвсенд была особенной; это я понял с того самого момента, как увидел ее. Но если то, что она утверждала, было правдой, она стала бы целью для множества сверхъестественных… возможно, даже людей.

Я мерил шагами переговорную в Зале Реформ, не в силах усидеть на месте.

Демонический совет сидел вокруг большого деревянного стола, а Блэкторн, наш директор, — во главе.

Мы все были равноправными членами совета, но в последнее время он, казалось, взял на себя роль лидера, и никому это не нравилось.

Воздух был наполнен запахом песчаника и тонким ароматом уникального запаха каждого члена совета, смешиваясь в общий густой запах демонического наследия.

Мы созвали собрание из-за эпидемии темной магии, преследующей Демоническую столицу, и я должен был сообщить совету о том, что произошло прошлой ночью: картина, наполненная темной магией, и Пандора, чертова дочь Смерти, которая поглотила ее, не заразившись.

— Пандора, дочь Смерти, удивительна, — пробормотал я. — Она не только пережила жестокость своей матери, но теперь еще и очистила заколдованную картину от темной магии. Возможно, она очистила от темной магии и зараженного демона.

По комнате прокатился ропот.

Смерть развалился в кресле, его черные глаза, как обычно, были нечитаемыми.

— Пенни Боунс, ее мать, скрывала ее от меня… ото всех, — процедил он. — Я мало о ней знаю. Она была связью на одну ночь, и я долго об этом жалел, но благодаря этому у меня появилась Пандора, так что ошибка того стоила. Но одного я не потерплю: чтобы мою дочь использовали в этой борьбе, если в этом нет абсолютной необходимости. У нас есть реликвия, которая тоже может поглощать темную магию. Предлагаю рассчитывать только на нее.

Совет зашептался, их интерес явно был подогрет не только текущей задачей.

Я наблюдал за ними, отмечая вспышки беспокойства и любопытства, мелькавшие в их глазах, но никто не задал вопросов, которые вертелись у них на языке.

— Семья Шэдоухарт находится под расследованием, — вмешалась Бейн, представительница теневых демонов. Ее зеленые глаза были острыми, а табачный запах щекотал мне нос. — Их причастность к темной магии нельзя игнорировать. Поскольку именно их сын, Декстер Шэдоухарт, оказался рядом с картиной, можно с уверенностью предположить, что он работает с ними.

— Я не согласен, — сказал я, чувствуя, как удивление прокатилось по комнате. — Его родители жестоко с ним обращаются, и его сестра, скорее всего, была ими убита. Так что даже если он что-то делает от их имени… это точно не то, чего он хочет. Кроме того, я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, что это он принес картину. Хотя мне кажется странным, что это мог быть он, потому что когда он находился рядом с ней, это причинило ему чудовищную боль. Он никак не смог бы нести картину и так долго сдерживать такую реакцию.

— Семья Шэдоухарт определенно что-то скрывает, — пробормотал Джоэл, бросая папку на стол. — Нам просто нужно найти доказательства, что это темная магия.

Следующей заговорила Граймс, представительница Друд, ее голос был таким же успокаивающим, как лаванда, наполнявшая ее присутствие.

— Мы нашли письмо от тайного общества под названием Тёмная Завеса, адресованное Касс Никс. Похоже, у нее есть с ним связи.

Комната напряглась; новость о тайном обществе пустила волны тревоги по членам совета, включая меня.

Обнаружение существования тайного общества было зловещей новостью, и тревога прокатилась по моему нутру.

Глория Эверглоу, представительница демонов снов, которая по какой-то причине предпочитала, чтобы мы обращались к ней по имени, добавила:

— Мы должны расследовать тайное общество Тёмная Завеса и их намерения. Эпидемия темной магии в Демонической столице — не совпадение.

Между нами прошло молчаливое согласие, и я плюхнулся на свое место рядом с Дэрилом и Джоэлом.

— Введите ее, — позвал Блэкторн, его губы дернулись от чистого раздражения, пока он сидел во главе стола.

Касс Никс, женщина, в которой я узнал мать Рида Никса, ввели в зал; ее человеческая аура резко контрастировала с демонической энергией, наполнявшей комнату.

— Мы знаем все о вашей причастности к Тёмной Завесе. Вы ответите на наши вопросы о них, — потребовал Мэлис, представитель демонов страха, его фиолетовые глаза были непреклонны.

Она кивнула, и ее афро качнулось вместе с движением.

— Я знаю немного.

— Вы знаете, что они ответственны за эпидемию темной магии в Демонической столице, не так ли? — Смерть приподнял на нее бровь.

Ее карие глаза наполнились страхом, и она кивнула.

— Да.

— Вы знаете почему? — спросил он.

Она заламывала руки, стоя перед нами, и я заметил мешки у нее под глазами. Мы с Ридом много говорили о ней на наших сеансах. После смерти его отца она была словно статуя, но в последнее время ее поведение стало странным. Как мать Рида, она разочаровывала меня сильнее, чем я мог выразить.

— Это сообщество поклоняется Завесе, где, как считается, существует темная магия. Последователи используют теневые ритуалы демонических проклятий, чтобы привести темную магию сюда, а когда она оказывается здесь, они заражают демонов, чтобы помочь демону владеть темной магией. Как только это удастся, родится новый вид демонов, способный владеть темной магией. Этот вид станет самым могущественным среди всех сверхъестественных, — выпалила она, даже не моргнув.

— Но вы человек, — мягко сказала Глория.

Она кивнула, и в ее глазах кружилась жуткая оторванность от реальности.

— Но мой сын — демон снов, и, когда он будет заражен, он сможет вернуть мою предначертанную Пару, своего отца, из мертвых.

— Вы не заразите Рида Никса темной магией, — прорычал я, чувствуя яростное желание защитить своего студента.

Я убью ее раньше, чем это случится.

— Но вы не понимаете, он⁠—

— Я понимаю, что если вы заразите своего сына темной магией, он умрет невыносимой смертью. — Я ударил ладонями по поверхности стола, и она вздрогнула.

— Но они сказали, что он станет сильнее, совершеннее. — Она опустила взгляд.

— Вы будете нашим информатором, — сказал ей Блэкторн.

Она снова дернулась, а когда ее глаза метнулись к директору, застыла. Я не был демоном страха, но точно знал, что Линк пировал ее страхом.

— Я… да. Как скажете.

— Я отправлю вас к вашему мужу, если вы хотя бы подумаете заразить своего сына, поняли? — прорычал я ей. — Я видел зараженных. Они гниют изнутри. Я знал, что вы дерьмовая мать, но вы хуже, чем он намекал.

Ее рот приоткрылся, когда шок охватил ее лицо.

— Он… вы говорили с моим сыном? Он так думает?

— Я его психолог, — сообщил я, прежде чем повернуться к Джоэлу, именно потому, что он был инкубом и мог выполнить нужное нам конкретное демоническое проклятие. — Заключи с ней демонический пакт, чтобы она точно понимала условия своего положения информатора. Убедись, что пункт о запрете заражать Рида Никса там есть.

Он кивнул и несколькими заклинаниями связал ее демоническим проклятием, обеспечив ее подчинение и молчание, иначе она умрет ядовитой смертью.

Когда собрание закончилось и Касс Никс вывели из кабинета, Джоэл толкнул меня плечом.

— Поговори со мной, Хантер. Серьезно, у тебя, блядь, звезды в глазах. Но они еще и призрачные. Я никогда не видел у тебя такого взгляда, и это странно.

— Какого взгляда? — нахмурился я.

— Будто тебе подарили щенка с демоническим проклятием, от которого он умрет через три дня, — невозмутимо сказал он, скрещивая руки на груди.

— Пандора… идеальна, — признался я тихо, надеясь, что Смерть не услышит, как я говорю о его дочери, потому что он был погружен в серьезный разговор с Линком о чем-то. — Но ее только недавно освободили от жизни в оковах, буквально. Ей нужно время.

Голубой взгляд Джоэла расширился.

— Но у тебя есть к ней чувства.

Я отвел взгляд, наблюдая, как члены совета обсуждают еще несколько последних деталей по делам о темной магии в столице.

— Да. Но ее путь к исцелению должен быть на первом месте. Я не могу причинить ей боль, а если слишком рано расскажу ей о своих романтических чувствах, именно это и сделаю.

Он хлопнул меня по плечу, и этот жест поддержки оказался очень кстати.

— Скоро ты сможешь ей сказать. Демоны восстанавливаются после травм быстрее любых других сверхъестественных. Ты сам мне это говорил.

— Это правда, — пробормотал я.

После бесчисленных исследований было доказано, что демоническая энергия помогает нам справляться с серьезными травмами. Теория заключалась в том, что, поскольку демоны очень жестоки, наша энергия должна делать нас гибкими, чтобы мы могли с этим справляться.

— Но помни, у других нет таких же опасений, как у тебя, — сказал он, сжав мое плечо, прежде чем убрать руку и подняться на ноги. — Возможно, ты не единственный, кому она нравится.

Мои губы приоткрылись от осознания: если у кого-то действительно были к ней чувства, они, вероятно, не стали бы их сдерживать, потому что не знали, что она исцеляется после пережитого.

Мои мысли переместились к Риду Никсу, и я знал, что у него к ней чувства, выходящие за рамки дружбы, — и я сам поощрял его сближаться с ней.

Боль расцвела в груди, пока я смотрел, как остальные члены совета расходятся, но Блэкторн задержался у двери, словно слушал нас с Джоэлом.

Директор всегда был любопытным, и мои инстинкты постоянно били тревогу рядом с ним, но ничто не могло сравниться с холодом, пробежавшим по позвоночнику, когда я встретился с ним взглядом.

Тяжелый слой ужаса висел в воздухе, и я знал: это знак темной магии, которая стремилась уничтожить все, что мы, демоны, знали.