Безоблачное небо мягко розовело, и рядом с Майей, большей из двух лун, одна за другой загорались первые звёзды. При виде открывшегося пейзажа у Астрид перехватило дыхание. Вдали сиял золотой город, весь в острых шпилях, а раскалённый маревом воздух делал его почти невесомым, будто он плыл над землёй. Замок, который называли Роком, возвышался на песчаниковых утёсах над городом, а вокруг тянулись огромные сторожевые башни с плоскими вершинами, похожие на гигантские насесты.

Так вот он какой, этот Талрок — Каменный Город.

Красивее места Астрид ещё не доводилось видеть. Отец часто рассказывал ей о нём вечерами за горячим шоколадом, но даже его истории не могли передать этого великолепия. Богиня, как же ей сейчас не хватает отца. Сегодня особенно.

По обе стороны реки поднимались колокольни, и над водой разносился колокольный звон, то ли приветствие, то ли предупреждение о том, что к городу приближается северная королевская семья. В Ватру они вошли ещё вчера вечером, переплыв Асурское море. Путь оказался долгим: мать предпочла не рисковать и держалась подальше от восточных Туманов, мест, откуда моряки не возвращаются. Само путешествие почти прошло для Астрид незаметно. Джесса почти без передышки заставляла её тренироваться, а мысли о Скверне подталкивали вперёд не хуже ожидания встречи с драконом.

Палуба едва заметно дрогнула под ногами, когда рядом опустился фамильяр её матери. Тёплые карие глаза были устремлены к горизонту.

— Будто город целиком выкован из золота, — тихо сказала Астрид.

Бьорн немного помолчал.

— Как ты себя чувствуешь?

Астрид задумалась. И правда, как? Она словно отдалилась от самой себя, хотя дурно ей не было. Скорее казалось, что всё происходящее случается с кем-то другим, а она лишь наблюдает со стороны. Даже сейчас, когда перед ней лежал Каменный Город и она наконец оказалась в Ватре, разум всё ещё отказывался до конца понимать, зачем она здесь. Мать назвала бы это отрицанием. Сама Астрид считала иначе. Просто так было легче выдержать всё происходящее.

— Нормально, — честно ответила она. — А мама где?

— Ужинает с Джессой. Можешь к ним присоединиться.

Есть ей совсем не хотелось, но хотя бы попробовать стоило.

— Хорошо. А ты?

— Внутри слишком жарко и тесно.

Пусть Гвен и могла охладить каюту заклятием, Астрид знала: сейчас мать тратит силы на защиту корабля перед входом в Талрок. Бьорн тяжело улёгся на палубу и вытянулся во весь рост, совсем как огромный кот. От этого привычного зрелища Астрид невольно улыбнулась и наконец спустилась вниз.

Мать подняла глаза от ржаной булочки, которую намазывала маслом, и мягко улыбнулась дочери. От этой улыбки Астрид сразу стало тревожно.

— Моя чудесная девочка, как ты себя…

— Всё хорошо, — перебила Астрид и села рядом с Джессой. — Пытаюсь успокоиться и настроить себя на то, что меня ждёт.

Сегодня вечером нельзя было давать волю чувствам. Не перед встречей с принцем Зрианом.

— Тогда давай лучше подумаем, что ты наденешь, — сказала Джесса своим привычным деловым тоном. Именно такого настроя Астрид сейчас и не хватало.

Астрид заметила, что волосы у Джессы были недавно подкрашены: светлые корни исчезли без следа. На ней была узкая синяя туника и легинсы того же цвета, что и у Астрид. Настоящий двойник.

Астрид усмехнулась.

— Как великодушно с твоей стороны.

Джесса тут же отвесила ей лёгкий подзатыльник.

— Я не про этот дурацкий «парад принцессы». Я про подарки, которые тебе привезла.

На губах Джессы появилась подозрительно довольная улыбка. О боги. Некоторые из её прошлых подарков вряд ли одобрили бы в приличном обществе. Особенно мать.

— Во-первых, новая броня. — Джесса подняла с пола холщовый мешок и протянула его Астрид. — Для встречи с драконами. Они будут ждать нас в гавани, чтобы «официально» поприветствовать перед тем, как нас отвезут в замок. Всё будет происходить на виду у всех. Я не доверяю ни им, ни их людям, так что наденешь это.

Квинс согласно хмыкнул.

Астрид вытащила из мешка светло-коричневый кожаный доспех и принялась его рассматривать.

— Я купила его вчера в порту. Ватранская броня легче, в ней не так жарко, и двигаться в ней куда удобнее. Честно говоря, мне она нравится даже больше нашей.

— Осторожнее, за такие слова тебя можно обвинить в измене, — заметила Гвен.

— А сами вы сейчас в чём, Ваше Величество? — Джесса кивнула на доспех королевы.

Гвен рассмеялась.

— Ладно, убедила.

— Кто нас встретит? — спросила Астрид.

— Король и принц точно будут. Насчёт королевы не уверена, — ответила мать.

— А брат?

— Принц Зеб сейчас проходит подготовку в одном из военных лагерей. На время всего этого его решили держать подальше от города.

— И почему? — спросила Джесса, задумчиво обвивая пальцы золотым хлыстом.

— Ничего странного. Ему всего семнадцать. В его возрасте Зриан тоже проходил военную подготовку. К тому же у Зеба ещё нет дракона, а значит, вдали от столицы ему сейчас безопаснее.

— Ну что ж, одним человеком, который может попытаться убить тебя до Кровной Связи, меньше, — сказала Джесса и подтолкнула к Астрид бумажный свёрток. — Но это ещё не всё. Вот это тебе точно понравится.

Астрид с подозрением посмотрела сначала на свёрток, потом на самодовольную улыбку Джессы и разорвала бумагу. Внутри оказался пояс из тёмно-синей кожи с прикреплёнными к нему узкими футлярами. Гвен тут же наклонилась ближе и нахмурилась.

Астрид попыталась открыть один из футляров, но Джесса цокнула языком, вскочила со стула, выхватила пояс и ловко застегнула его у себя на бёдрах.

— Я называю это поясом зельевара. — Она раскинула руки и крутанулась на месте. — Эти футляры сделаны специально под твои опасные скляночки, подруга. Теперь тебе больше не придётся судорожно рыться в сумке в поисках нужного зелья, пока кто-нибудь пытается тебя прикончить.

Астрид рассмеялась, но мать только нахмурилась.

— Для таких шуток ещё рановато, Джесса.

— Простите, моя королева, — ответила та с видом человека, который ни капли не раскаивается. — Но вообще это гениальная вещь.

Она расстегнула пояс и снова протянула его Астрид.

— Футляры укреплены магией. Если ты упадёшь или на тебя нападут, склянки не разобьются. И срезать их с пояса тоже не получится.

Астрид молча разглядывала подарок, проводя пальцами по пряжке. На потемневшем серебре была выгравирована крылатая пантера, герб их дома.

— Артемия, — тихо сказала Джесса. — На удачу.

Артемия, великая крылатая чёрная пантера, была фамильяром первого короля-ведьмака Никса, который участвовал в войнах за Сердце почти пятьсот лет назад. И если уж на то пошло, именно из-за Никса Астрид оказалась втянута во всё это. Ведь именно он когда-то ввёл традицию этого поединка.

Астрид ещё раз провела пальцами по пряжке.

— Идеально. Спасибо.

— Вот и хорошо. А теперь перестань на него любоваться и заполни футляры. Скоро будем у городских стен.

На душе сразу стало немного легче. Она поднялась из-за стола, завернула в салфетку пару оленьих колбасок и пошла к себе. Корабль слегка покачивало, и по узкому коридору приходилось идти осторожно, то и дело касаясь плечом стены. Она уже потянулась к двери каюты, когда рядом вдруг появилась Джесса.

— Ты куда?

Джесса недовольно поморщилась.

— К тебе иду, очевидно. Ты дверь собираешься открывать?

Астрид растерянно моргнула и нарочито громко прокашлялась.

— Да, сейчас.

Она постучала в собственную дверь, вставила ключ в замок и произнесла:

— Avask.

Заклинания отпирания всегда удавались ей лучше всего.

Джесса уставилась на неё.

— Ты только что постучала в свою же каюту?

— Эм… да.

Проклятье.

— Понятия не имею, зачем я это сделала.

Только бы он понял намёк.

Астрид осторожно заглянула внутрь. Его нигде не было. Тогда она жестом пригласила Джессу войти. Та ещё несколько секунд смотрела на неё с подозрением, будто пыталась понять, насколько странно сейчас ведёт себя Астрид, и только потом переступила порог.

Сразу пройдя к столу из орехового дерева под круглым иллюминатором, Астрид принялась раскладывать вещи. С одной стороны лежали бабушкин гримуар, глиняный тигель, керамическая мешалка, которую давно пора было отмыть, и горелка. Всё остальное пространство занимали ингредиенты: аконит, лунная пыль, женьшень, чернила гигантского кальмара и ещё с десяток разных редкостей. Рядом стояли стеклянные склянки и деревянная подставка.

Она начала раскладывать по футлярам свои зелья: мощное лечебное средство, противоядие от большинства известных ядов и эликсир, который она назвала Путешествием. Тот, кто его выпивал, ненадолго начинал видеть наяву самые причудливые видения. Когда-то Джесса настояла, чтобы испытать его на себе, а потом заявила, что с таким зельем Астрид сможет разбогатеть на чёрном рынке, если вдруг передумает становиться королевой.

Последним Астрид убрала в футляр свой любимый Маскирующий Туман. Это зелье из-за которого взгляд любого человека просто скользил мимо неё, словно она исчезала. Потом туже затянула пояс на бёдрах.

Джесса бросила ей новую ватранскую броню.

— Надевай. До замка она хотя бы немного тебя защитит.

Вообще-то внутри замка броня пригодилась бы куда больше, чем снаружи, но Астрид промолчала.

— И ещё к тебе приставили одну ведьму, помимо меня. Я не могу стеречь тебя круглые сутки. Ты ведь знаешь Фионн?

Астрид знала, хотя близко они никогда не общались. Дар у Фионн был полезный: она чувствовала злой умысел. Правда, была и загвоздка: намерения человека не обязательно должны были касаться самой Фионн или того, кого она охраняла. Но Фионн всё равно могла понять, от кого исходит опасность, и внимательнее следить за этим человеком. Астрид сомневалась, что такой дар сильно поможет в городе, где едва ли не каждый мечтал увидеть её мёртвой.

— Хорошо. А кулон? — спросила Джесса, коснувшись своего.

Астрид взяла кулон с прикроватного столика и надела его через голову. Потом повернулась к Джессе. Их и правда можно было принять за сестёр. Кожа у Астрид была светлее и усыпана веснушками, глаза — ярко-синие, как ягоды мраморницы, а у Джессы — насыщенно-зелёные. К тому же Джесса была выше ростом. Но со стороны различить принцессу и её защитницу оказалось бы непросто.

Снаружи послышались крики. Корабль подошёл к городским стенам.

Астрид встряхнула руками, стараясь загнать страх поглубже внутрь. Наконец она здесь. В городе драконов, песка и смерти.

Она вспомнила дядю Арена, последнего наследника, который проделал этот путь до неё. Наверное, то же самое чувствовал и он, когда вместе со своим грифоном приближался к Каменному городу, зная, что впереди его ждёт встреча с наследником драконов, нынешним королём Ватры.

— Астрид? — Джесса вырвала её из мыслей. — Готова?

Она крепче сжала кулон с созвездием богини Скаойи.

— Всё хорошо. — Глубокий вдох. — Я готова.

Джесса ей явно не поверила, но спорить не стала.

— Ну тогда пошли. Покажем им.

Она подтолкнула Астрид к выходу из каюты. Та так сильно стиснула кулаки, будто поединок должен был начаться прямо сейчас.

На палубе их уже ждала Фионн. Она внимательно разглядывала сторожевые башни вокруг огромной стальной решётки, которая медленно поднималась, пропуская корабль внутрь. Подойдя ближе к Астрид, Фионн вскинула арбалет.

— Принцесса Астрид, — тихо произнесла она и отсалютовала ей.

Светлые волосы качнулись вслед за кивком. Фамильяр Фионн, Арбория, приветственно защебетала. Астрид улыбнулась бобру: солнце красиво подсвечивало рыжеватый оттенок её грубой бурой шерсти.

На носу корабля стояла мать, а рядом возвышался Бьорн, поднявшийся на задние лапы. Несмотря на размеры и качку, держался он уверенно. Охрана им была не нужна. Дар Бьорна создавал невидимый щит, который защищал их обоих от любых атак, магических и обычных. Да и без помощи Бьорна дар её матери был настолько разрушительным, что противостоять ему могли немногие. На фоне заходящего солнца они выглядели величественно, и Астрид уже не впервые подумала о том, как иначе всё могло сложиться, будь наследницей именно её мать.

Стражники в потрескавшейся коже и стальных доспехах, выкрашенных под бронзу, махнули кораблям проходить дальше. Когда они вошли под ворота, от укреплений потянулись густые тени. Фионн подошла ближе к Астрид, а Джесса встала с другой стороны.

Королева медленно повернулась к собравшимся на палубе ульвенам.

— Принцесса превыше всего. Вы меня поняли?

В ответ ульвены ударили кулаками в грудь. Даже Джесса.

— Следите за всем, что происходит вокруг. Не спускайте глаз с принцессы. Смотрите в оба, потому что именно к этому вас готовили всю жизнь.

Снова загремели удары кулаков о грудь, и гулкое эхо прокатилось под сводами прохода.

Голос матери стал тише, но каждое слово прозвучало отчётливо:

— Король Арен будет последним ведьмаком, павшим на ватранской земле.

И снова ульвены одновременно ударили кулаками в грудь. Теперь на их лицах горела суровая решимость. Напоминание о судьбе её дяди лишь сильнее распалило их. Астрид же почувствовала, как по телу разливается холод. Совсем скоро она войдёт в город, где каждый желает ей смерти. В город, где любой может попытаться её убить, пока она не связана Кровной Связью с принцем.

Из-за стен доносился непрерывный гул. Не угрожающий, а скорее возбуждённый. Будто весь город замер в ожидании. Тревога в животе постепенно превращалась в тугой болезненный узел. Астрид знала, что защитные чары выдержат. Знала и то, что только безумец рискнёт напасть на них сейчас. Но дворец в Хексельме тоже считался неприступным. И это не спасло её отца. Она машинально потянулась в карман за настойкой и только тогда вспомнила, что та закончилась. Богиня, хуже времени для этого просто не придумаешь. Нужно как можно скорее найти корень валерианы и сварить новую порцию. Здесь она не могла позволить себе приступ.

Когда корабль вышел из-под городских стен, Астрид поняла, что Талрок вовсе не золотой. Красноватый камень домов и улиц окрашивал весь город в цвета заката. И всё же он был прекрасен. Пожалуй, даже прекраснее, чем казался издали, со всеми своими грубоватыми очертаниями и тёплыми медно-ржавыми оттенками.

Она осторожно посмотрела на людей, собравшихся вдоль набережной, не зная, чего ожидать. Толпу охватило возбуждение, и это было неудивительно. Их прибытие само по себе было зрелищем, а впереди город ждали недели празднеств. Как рассказывала мать, на Бал Масок каждый год разыгрывали приглашения среди простых горожан, чтобы попасть туда могли не только аристократы. А потом будет парад. Им с Зрианом придётся улыбаться толпе и делать вид, будто они счастливы пожертвовать собой ради соглашения, которое давно пора было оставить в прошлом.

Но сильнее всего в толпе чувствовалась неприязнь. В конце концов, она была вражеской принцессой, приехавшей убить их принца.

Астрид вглядывалась в лица людей и вскоре поняла, что ненависть направлена не только на неё. Часть этой злости доставалась и городской страже. Стражники грубо оттесняли людей от реки, осыпали их насмешками и без колебаний пускали в ход кулаки. Где-то впереди раздался крик. Одну женщину повалили на землю и заковали в кандалы, а она всё продолжала выкрикивать:

— Долой монархию! Долой тиранию!

Толпа напоминала сухой хворост, которому не хватало лишь одной искры. И вдруг её крики оборвались.

По коже Астрид пробежали мурашки.

Что-то изменилось.

Воздух словно наливался тяжестью. С каждой секундой он становился всё плотнее. Уши заложило так сильно, будто их набили ватой. Давление в голове нарастало. Нужно было сглотнуть, избавиться от него, пока оно не стало невыносимым.

Прижав ладони к ушам, Астрид огляделась по сторонам и замерла.

Вокруг стремительно темнело. Солнце исчезло за плотными чёрными тучами, хотя ещё мгновение назад небо было чистым. По палубе побежал иней, расползаясь белыми узорами между досок. Ледяной холод уже пробирался сквозь подошвы сапог. Джесса держала её за плечи. Ветер яростно трепал её волосы. Она что-то говорила, но Астрид не слышала ни слова.

А потом звук вернулся. Не постепенно. Разом. Будто что-то взорвалось.

Тучи над головой вздрогнули и пошли рябью. Теперь она слышала крики. Но сама закричать не могла. Воздух словно застрял в груди. Она не могла отвести взгляд от неба.

Грянул ещё один раскат.

На этот раз никто не удержался на ногах.

Колени Астрид с грохотом ударились о палубу.

В следующий миг на неё обрушился ветер. Он налетел с такой силой, будто разразился настоящий ураган. Песок и пыль хлестнули в лицо. Она прикрылась рукой, закашлялась, наглотавшись грязи, нащупала ладонь Джессы и уже собиралась ползти к матери, когда заметила, что Гвен смотрит вверх.

Потому что среди клубящихся туч летел дракон.

Это было самое огромное существо, которое Астрид когда-либо видела. Его чешуя сияла ледниковой синевой и ярко выделялась на фоне потемневшего неба. С крыльев и хвоста срывались тяжёлые сосульки и с грохотом падали вниз.

Это был дракон Стихий Водной династии, повелитель льда.

Там, где падали ледяные глыбы, раздавались крики. Но ни дракону, ни его всаднику до этого не было никакого дела. Чудовище взревело, и на город обрушилась снежная буря.

Но в следующее мгновение сквозь облака прорвался второй дракон. Серебристый, словно выкованный из стали. Его брюхо вспыхивало ослепительными белыми разрядами.

Если бы Астрид уже не стояла на коленях, она бы рухнула на них сейчас.

Перед ней было чудовище. Живая гора. Исполин таких размеров, будто его высекли из самого Стор Исфьелля. Длинный мускулистый хвост заканчивался огромной булавой, утыканной десятками шипов. Даже отсюда Астрид видела, что его изогнутые чёрные когти были больше неё самой.

Скаойя, помилуй.

По сравнению с ним голубой дракон казался почти детёнышем. Он щёлкал челюстями, словно пытался доказать своё превосходство, но серебряный исполин едва удостоил его вниманием и продолжил лететь к пристани. Его пасть была широко раскрыта, будто он собирался проглотить само солнце.

Астрид не могла пошевелиться. Как и никто другой. Дракон придавил их своей силой. Невидимый гнёт оказался настолько тяжёлым, что никто не мог подняться на ноги. Даже Бьорн согнулся под этим давлением. Он рычал, не желая покоряться, но Астрид видела белки его глаз и понимала: ему страшно не меньше, чем всем остальным.

С каждым мгновением дышать становилось всё труднее. Грудь сжимало всё сильнее, каждый вдох приходилось буквально вырывать у собственного тела.

Спокойно.

Вдох через нос.

Выдох через рот.

Голубой дракон пронёсся низко над пристанью. Его когти едва не задевали головы людей. И тогда Астрид наконец разглядела всадника. Он был одет в цвета Ватры — кроваво-красный и золотой. За спиной развевался плащ, а в тёмно-русых волосах, уже тронутых сединой, поблёскивала корона.

Король.

Но в следующий миг мир вокруг словно потемнел ещё сильнее.

Астрид резко обернулась.

Совсем рядом оказался громовой дракон.

На его спине сидел принц Зриан.

В седле он держался так уверенно, словно был рождён для этого. Крепко сложенный, широкоплечий, он выглядел совершенно расслабленным. От отца его отличала даже одежда. Никаких королевских регалий. Только кожаная куртка цвета серого камня и такие же штаны. Издалека казалось, будто всадник и дракон составляют единое целое.

Сам принц пугал её почти так же сильно, как его дракон. Пролетая над кораблём, Зриан даже не взглянул вниз.

И в тот же миг чудовищное давление исчезло.

Толпа наконец смогла пошевелиться.

Казалось, старший дракон оттеснял младшего обратно к воде. И Астрид вдруг поймала себя на нелепой мысли, что он пытается уберечь людей внизу от падающего льда.

Люди начали подниматься на ноги. Одни, расталкивая друг друга, бросились прочь от набережной. Другие, словно потеряв рассудок, остались стоять на месте. Ещё недавно люди выкрикивали проклятия в адрес городской стражи. Теперь их враждебность была направлена на Астрид. Недовольство королём и властью словно испарилось с появлением драконов. Одного их появления оказалось достаточно, чтобы все вспомнили, кому здесь принадлежит настоящая сила.

В сторону корабля полетели какие-то небольшие предметы. На мгновение Астрид решила, что это драконьи яйца.

Но это были камни.

Они безвредно отскакивали от магического щита, окружавшего корабль.

— Астрид! — крикнула Джесса. — Астрид, ты меня слышишь?

Астрид попыталась ответить, но из горла вырвался лишь тихий хрип. Словно в костре догорал последний уголёк.

— Так вот что они имели в виду, когда обещали встретить нас лично, — процедила её мать.

Гвен подошла ближе. Лицо её побелело от ярости.

— Астрид?

Она взяла дочь за подбородок.

— Джесса, уведи её внутрь. Ещё немного — и ей станет совсем плохо.

Джесса кивнула и взяла Астрид под руку.

Та отчаянно замотала головой.

Нет.

Это не приступ паники. Она просто не может нормально вдохнуть. Ей нужно только, чтобы все замолчали.

Перестали кричать.

Перестали вопить.

Перестали улюлюкать.

— Что ты собираешься делать? — спросила Джесса.

Гвен подняла руки к ревущей толпе.

— Покажу этим ватранским крысам, что бывает с теми, кто посмеет тронуть мою дочь.