Жар от пламени ударяет ей в лицо. Она вскидывает руку над головой, прежде чем её отбрасывает назад. Её накрывает чьё-то лёгкое тело. Вспышка гаснет так же быстро, как началась, и Астрид открывает глаза. Джесса прикрывает её от огня. От огня, который пожирает Скайлар. От огня, вырвавшегося из окаменевшего драконьего яйца.

Она отталкивает Джессу, но путь ей преграждает Квинс. На его лице смешались страх и ярость; он в бешенстве из-за того, что Астрид рванула в храм за Скайлар. Аксель и Зриан стоят так близко к пламени, как только могут, не рискуя загореться. Аксель кричит, зовя Скайлар, и паника в его голосе эхом отзывается внутри Астрид. Скайлар в этом огне. Скайлар горит. Астрид хочет броситься к ней, спасти её, спасти саму себя от этого ужаса, но остаётся беспомощно стоять на месте. Она подхватывает Бастета и прижимает к груди.

Джесса бросается вперёд, призывая воду, но может использовать лишь то, что есть поблизости. Создавать воду не способна ни одна ведьма. Её слишком мало, чтобы справиться с пламенем. Вода с шипением ударяется о стену жара и обращается в пар. Джесса беспомощно оборачивается к Астрид, её лицо искажено тревогой. Но Астрид вдруг понимает кое-что важное. Она не чувствует жжения, не так, как чувствовала удар шпилькой Скайлар или лёд на острове. И если ей не больно, если она не умирает, значит, и Скайлар не может умирать.

Позади гремит голос короля. Астрид оборачивается как раз в тот момент, когда он входит в храм. Следом идёт королева вместе со стражниками. Король приказывает своему супругу призвать Бруму, но тот слишком отвлечён Скайлар. И как иначе? Она сама стала этим адским пламенем.

Возникает ощущение, будто из комнаты разом вытянули весь воздух. Лёгкие Астрид болезненно сжимаются, а затем воздух с силой возвращается обратно. Волосы хлещут её по лицу. Фионн что-то выкрикивает. И вдруг храм накрывает тишина.

Огонь угасает, затем гаснет.

Скайлар стоит перед ними почти обнажённая, лишь несколько клочьев одежды чудом пережили пламя. Её кожа невредима, если не считать копоти и пепла. Её янтарные глаза пылают потусторонним светом. Сейчас она выглядит существом не из этого мира.

Королева ахает. Но не из-за Скайлар. Из-за маленького бронзового дракона, обвившегося вокруг её плеч. Его шипастый золотой хвост собственнически обёрнут вокруг её шеи, а из почерневших ноздрей вырываются струйки дыма.

Яйцо. Оно вылупилось для Скайлар.

Астрид делает шаг вперёд, словно её тянет к этой Наследнице Огня. Жар пронзает её, когда их взгляды встречаются. Что-то дикое и звериное шевелится внутри неё в ответ на этот пылающий взгляд.

Резкий рывок проходит через грудь, словно крюк мясника вонзается ей под рёбра и тянет вперёд. Она останавливается, приходит в себя и наконец осознаёт, что произошло.

Яйцо вылупилось для Скайлар. Для Скайлар, с которой ей предстоит сразиться через несколько недель.

У неё есть дракон.

И пусть он пока ещё маленький, Астрид тревожит сама сила, которую он олицетворяет. Особенно теперь, когда ни она, ни Бастет ещё не обрели свои Дары. Она крепче прижимает фамильяра к себе.

— Этого не может быть. — Голос короля звучит хрипло. — Огненная Династия возродилась. Пятьсот лет никто не мог пробудить это яйцо. И вот оно вылупилось для тебя.

Его взгляд останавливается на Скайлар.

— Ты — наследница, которую обещали. Ты понимаешь, что это значит?

Он смотрит на супругу, затем снова на Скайлар, и в его глазах вспыхивает алчный голод. Странно видеть его таким. Астрид всегда знала его лишь как холодного и жестокого человека — лёд в противовес огню Скайлар.

— Избранная Наследница. Моя кровь. Моя дочь.

Все головы поворачиваются к королю. Он никогда прежде открыто не называл её своей дочерью. Но теперь, когда она связана с Огненным Элементалем, она внезапно стала достойна признания. Впрочем, внимание Астрид привлекает не он, а королева. Недовольство ясно читается в том, как плотно сжаты её губы.

— Аксель, дай девушке чем-нибудь прикрыться, — говорит королева голосом, которого Астрид прежде не слышала. Резким. Повелительным.

Аксель тут же снимает рубашку. Осторожно подходит к Скайлар. Тот странный, почти нечеловеческий взгляд всё ещё держится в её глазах. Она не произнесла ни слова. Только наблюдала за всеми ними так, как богиня могла бы наблюдать за смертными. Астрид невольно делает шаг назад.

— Скайлар, — говорит Аксель, протягивая рубашку. — Ты… в порядке?

Дракон щёлкает зубами в его сторону. Из ноздрей вылетают искры. Аксель вздрагивает.

— Спокойно, — примирительно говорит он. — Я просто хочу дать ей это надеть.

Дракон рычит.

Скайлар моргает. Человечность возвращается в её взгляд. Янтарное сияние постепенно угасает. Похоже, она наконец замечает происходящее вокруг. И понимает, что стоит без одежды.

С шипением она выхватывает рубашку у Акселя, словно именно он виноват в её нынешнем положении.

— Дайте мне секунду, — говорит она уже мягче.

Опустив дракона на пол, она натягивает рубашку через голову. Дракон начинает расхаживать перед ней, расправив тонкие крылья. Он рычит и щёлкает зубами на всех, кто находится в храме.

Потом его взгляд падает на Астрид и Бастета. Он замирает, садится на задние лапы и склоняет голову набок. Внимательно рассматривает Бастета, а затем издаёт щебечущий звук.

Бастет отвечает шипением. Шерсть у него на спине встаёт дыбом, хвост распушается.

Скайлар смеётся и поднимает дракона на руки. На её лице отражается чистое изумление.

— Тебе нравится котик? — спрашивает она.

— Скайлар? Ты в порядке? — снова спрашивает Аксель.

Могучий рёв прокатывается над территорией замка. В ответ грохочет гром.

Скайлар медленно поворачивается к Акселю и улыбается.

Голова Зриана резко дёргается к дверному проёму, затем обратно к сестре. Шок написан на его лице так ясно, словно выведен чернилами на пергаменте. Он не спешит присоединяться к остальным ватранцам, которые уже окружили Скайлар и дракона.

Что сейчас творится у него в голове?

Сестра, о существовании которой он никогда не знал. Истинная наследница трона. Та самая обещанная, для которой вылупилось священное яйцо. Не для него. Не для брата. Для девушки, рождённой вне брака.

Он, должно быть, чувствует взгляд Астрид, потому что оборачивается к ней. Кривит губы в улыбке, хотя она не скрывает напряжения на его лице.

Он вопросительно склоняет голову, проверяя, как она.

Астрид лишь тупо кивает, ощущая, как тёплая волна чувств к этому мужчине разливается внутри.

Затем он засовывает руки в карманы и тихо выходит из храма. Дреки, пришедшие посмотреть на дракона, безмолвно расступаются перед ним.

Её тянет пойти следом. Спросить, что он чувствует. Потому что по какой-то безумной причине ей не всё равно. Но здравый смысл берёт верх.

Сейчас речь не о Зриане. Речь о Скайлар. И о ней самой.

Астрид не знает, что именно означает вылупление яйца, но знает: это важно. Знает, что всё изменилось.

Поэтому она позволяет ему уйти и снова смотрит на свою соперницу и на легендарного дракона, обещанного Избранной Наследнице, которой суждено объединить земли через огонь.