По комнате расхаживал король. Скайлар сидела на краю кровати и следила за ним взглядом. Рука всё ещё болела там, где Аксель стиснул её, когда волок из рабочих покоев короля в спальню. Сейчас он стоял так близко, что она почти физически ощущала исходящую от него ярость. Мышцы были напряжены до предела, и она удивлялась, как они ещё не лопнули.

Не то чтобы она рассчитывала проникнуть в рабочие покои с первой попытки, но с чего-то нужно было начинать. А где ещё искать сведения о призывниках? Да, она на собственной шкуре убедилась, что покои защищены, но это лишь подтверждало: внутри хранится что-то важное.

— Вопиющее неповиновение, — сказал король. — А ты, — он резко развернулся к Акселю, — я ведь велел тебе не спускать с неё глаз.

Аксель поморщился, но промолчал. Не дай Арах ему вздумать перечить королю.

— Даже не приближайся к моим рабочим покоям. Ясно?

— Или что, убьёшь меня?

Король резко обернулся, и его ледяные голубые глаза сузились. Скайлар изо всех сил старалась не отшатнуться. Этот человек спал с её матерью. Этот же человек заставил её пуститься в бега. Этот человек убил её. Скайлар почувствовала знакомое потрескивание внутри и сжала кулаки.

Королева, до сих пор стоявшая у двери, вошла в комнату. Прежде она держалась довольно отстранённо, но сейчас смотрела на Скайлар с явной неприязнью. Сегодня её сопровождал только один стражник, замерший за спиной. Скайлар гадала, на что способен этот, хотя не была уверена, что хочет узнать ответ.

— Возможно, я не могу тебя убить, — тихо произнёс король, и его голос был холоден, как дыхание Брумы, — но наверняка есть люди, которые тебе дороги. Их можно найти.

Холод разлился по венам. Она изо всех сил старалась не моргать. Кэм. Если они узнают о нём, если Аксель расскажет, что она кого-то ищет…

— Любовь моя, — мягко сказала королева, подходя и кладя руку ему на плечо.

Он взглянул на неё почти так, словно слышал её мысли. А может, так и было. Скайлар понятия не имела, на что способны метки истинных пар у них на лбах.

Король шумно выдохнул и провёл рукой по седеющим волосам.

— Я отменяю парад.

Точно. Она совсем забыла о параде, на котором наследников выставляют напоказ перед городом.

— В связи с возросшей активностью мятежников…

Аксель выпрямился:

— Мы делаем всё возможное, чтобы…

— Знаю. — Король отмахнулся. — Но я не могу рисковать и оставлять неподготовленную наследницу на виду. Некоторые могут счесть это слишком удобной возможностью.

Олдрик будет разочарован, мрачно подумала Скайлар. Парад стал бы идеальным местом, чтобы спустить Иззо с цепи.

— Поэтому вместо этого мы отправим её на остров, — закончил король.

Скайлар нахмурилась, пытаясь понять, к чему он клонит, а Аксель бросил на неё быстрый взгляд. Ей не понравилось то, что мелькнуло у него на лице. Ужас, что ли?

Королева напряглась:

— Ты хочешь отправить её на Исла Драка? Это точно… разумно?

— Без дракона мы рискуем проиграть ведьме, — твёрдо сказал король.

Они собираются отправить её на остров за драконом.

— Кто-нибудь собирается спросить моё мнение? — спросила она и заметила, как дёрнулась челюсть Акселя.

«Что ты думаешь, Лар? Разве ты не хочешь попытаться заполучить дракона?»

Перед глазами на миг возникла великолепная картина: она мчится на драконе спасать Кэма, где бы его ни держали. Подхватывает его и уносит в безопасное место. Но это были лишь мечты. Всем известно: управлять драконом может только связанный с ним наездник. Если кто-то другой попытается взобраться ему на спину, дракон его убьёт. Когда-то жил один особенно жестокий королевский отпрыск. Говорили, он любил затаскивать ничего не подозревающих любовников на спину своего дракона. Ничем хорошим это никогда не заканчивалось.

— Аксель сказал мне, что у тебя есть кое-какие боевые навыки, — сказал король, глядя в окно, но обращаясь к Скайлар. — И мы знаем, что ты ловко обращаешься с ножом. Но чтобы убить ведьму, которая готовилась к этому с рождения, понадобится нечто большее. Тем более ты до сих пор не проявила ни одного из даров Кровных.

Он взглянул на свою пару, и та едва заметно покачала головой, словно продолжая разговор, начатый ещё раньше. Скайлар гадала, о чём именно они говорили. Не пыталась ли королева отчаянно отыскать в ней хоть какой-нибудь скрытый дар.

«Ты не Кровная, Скайлар.»

— Учитывая всё это, — продолжил король, — ты понимаешь, почему я настаиваю на поездке на остров.

— Она может умереть, — заметил Аксель таким тоном, будто его это совершенно не волновало.

Король пожал плечами:

— Без дракона она всё равно погибнет в поединке. Так что риск оправдан.

Может, им даже выгоднее, если она умрёт ещё до поединка: ведьма погибнет из-за Кровной Связи, а Зриан станет следующим в очереди на трон. Может, в этом и заключается их замысел. Сами они убить её не могут, но могут сделать так, чтобы это сделали драконы.

— Решено. Через три недели она отправится на остров. Дольше ждать нельзя. Иначе не останется времени установить связь с драконом до поединка.

Аксель попытался скрыть промелькнувшее на лице выражение, но Скайлар его заметила. И поняла: он не верит, что у неё получится.

Если она откажется, что они сделают?

Она открыла рот и тут же закрыла его. Никто, похоже, этого даже не заметил.

— Завтра Зриан начнёт её тренировать, — продолжал король. — Поможет подготовиться.

Аксель помедлил, затем кивнул.

Король направился к двери, но на пороге обернулся к Акселю:

— Когда закончишь, зайди ко мне в рабочие покои. Есть ещё несколько вопросов о республиканцах, которые я хотел бы обсудить.

Скайлар начинала понимать, чем здесь занимается Аксель. Очевидно, он как-то связан с мятежниками. Но насколько высоко его положение? Это он приказал убить женщину, которую она видела повешенной на улице?

Король ушёл не попрощавшись. Королева на мгновение замешкалась, а затем быстро вышла вслед за своей парой.

Между Скайлар и Акселем повисла тишина. А затем её охватила паника. Она вскочила и резко повернулась к нему.

— Значит, вот как? Вы просто отправите меня на остров, чтобы меня там сожрали?

Три недели. Меньше чем через три недели она должна отправиться за драконом. И что это вообще значит? Она дышала слишком часто. Понимала это, но ничего не могла с собой поделать. Нужно выбраться отсюда. Бежать. Оказаться как можно дальше и всё обдумать. Избавиться от давления, которое нарастало внутри.

Она развернулась и толкнула Акселя, когда тот шагнул ей наперерез. Он схватил её за плечи и одним быстрым движением прижал к стене. Перед глазами всё ещё плыло, но его лицо оказалось совсем рядом, а зелёные глаза смотрели прямо на неё.

— Успокойся.

Она вдохнула. Потом ещё раз. Почувствовала, как по телу разливается странное спокойствие, вытесняя панику. Он наблюдал за ней так, словно чего-то ждал и паника отступила.

Он велел ей успокоиться и она успокоилась.

Теперь она поняла, почему его приставили к ней.

— Ты Влиятель.

И дело было не в поступках. Он управлял её чувствами.

Его губы сжались, но отрицать он не стал и отступил на шаг.

Это было куда хуже, чем иметь дело с Влиятелем, который подчиняет чужую волю. Тогда хотя бы понимаешь, что происходит. Но чувства… своим чувствам ты должна доверять. А он отнимал у неё даже это.

Теперь стало ясно, почему в первую ночь она чувствовала себя такой спокойной.

К горлу подкатила тошнота. Это было вторжение. И всё это время она даже не подозревала, что он это делает. По тому, как напряглось его лицо, она поняла: её отвращение слишком заметно.

— Что бы ты ни собиралась сказать, забудь. — Его взгляд не отпускал её, и, хотя ей хотелось отвернуться, она не могла. Он шагнул ближе, заставив её запрокинуть голову. Его взгляд скользнул по её лицу, и на мгновение ей показалось, что он собирается что-то объяснить или даже, упаси Арах, извиниться.

Но затем он покачал головой и снова посмотрел ей в глаза.

— Сейчас важно только одно: доказать, что ты достойна дракона.

Ранним утром, когда солнце ещё низко висело над горизонтом, заливая небо красным светом, Аксель повёл её через дворцовые угодья. Они шли почти полчаса, и за всё это время никто не проронил ни слова. Скайлар не забыла, на что он способен и что всё это время делал с ней. Теперь она даже не знала, вправе ли доверять собственным чувствам рядом с ним.

Аксель замедлил шаг, когда впереди показалась цепь дреки. Скайлар не могла разглядеть, что находится сразу за ними, но вдали возвышалась крепостная стена. Значит, они почти добрались до самой границы владений. Стена была такой высокой, что приходилось задирать голову, чтобы разглядеть её вершину. Кое-где каменная кладка осыпалась. Видимо, драконы за эти годы тоже оставили на ней свой след. Забраться на неё было невозможно. Разве что очень хотелось умереть.

Аксель кивнул дреки, и те расступились, освобождая проход.

Скайлар подняла взгляд. Между дреки и стеной лежало огромное открытое пространство. Во все стороны расходились ряды сидений, амфитеатром поднимавшиеся почти до высоты самой стены. Вокруг стояла жуткая тишина, но от самой арены веяло скрытой силой.

— Это арена, — сказал Аксель, подтверждая её догадку. — В день поединка ты войдёшь сюда. Магия запечатает арену, когда вы с ведьмой окажетесь внутри, и откроет её только после того, как одна из вас умрёт.

Скайлар попыталась представить арену, поединок, всё, что это означало. Но воображение отказывалось идти дальше. Арена была размером с городскую площадь. Впрочем, иначе и быть не могло. Здесь ведь должен был уместиться дракон.

Во рту пересохло. В день поединка ей предстояло оказаться по ту сторону стены. Олдрик хотел, чтобы они показались толпе, которая неизбежно соберётся у замка в надежде хотя бы издалека услышать звуки битвы.

— Мы решили, что тебе стоит увидеть арену своими глазами, — сказал Аксель.

Она не ответила. Её взгляд был прикован к противоположному краю арены, где ждал Мьёльнир. Его серая чешуя поблёскивала сталью. Дракон сделал несколько тяжёлых шагов им навстречу, преодолев расстояние за считаные мгновения, и только тогда Скайлар заметила Зриана у него на спине.

По позвоночнику пробежал холодок. Она и сама не понимала, чего боится больше: дракона или его силы. Но она помнила, что он сделал со стражником. Одно неверное движение…

Полагается смотреть драконам в глаза? Кажется, кошкам нужно медленно моргать, чтобы показать дружелюбие? Она решила проверить. Очень выразительно моргнула и в ответ получила облачко горячего воздуха из ноздрей.

Похоже, дракона это позабавило.

Пожалуй, это была не лучшая мысль.

В один миг Зриан сидел на спине Мьёльнира, а в следующий уже стоял рядом. Скайлар невольно отшатнулась, но тут же стиснула зубы, злясь на себя за эту реакцию.

Да, такое умение наверняка не раз выручало.

— Справишься дальше сам? — спросил Аксель. — Мне нужно к твоему отцу.

— Мятежники? — Голос Зриана сразу стал жёстче.

Аксель коротко кивнул.

— Из-за них он отменяет парад.

— Я слышал. Держи меня в курсе.

— Конечно.

Аксель склонил голову перед Зрианом и ушёл.

Что ж, уже хорошо. По крайней мере, теперь ей придётся иметь дело только с одним из них.

— Итак, — сказал Зриан, привлекая её внимание, — тебя отправляют на остров.

Она сдержалась, чтобы не огрызнуться. От его ровного тона, будто речь шла о походе в лавку за углом, хотелось рычать.

— Рычать на меня не поможет, — спокойно заметил Зриан.

Значит, сдержалась недостаточно.

— Хочешь верь, хочешь нет, Скайлар, но я хочу, чтобы ты победила. Мне нужно, чтобы ты выжила и победила.

Скайлар гадала, насколько это правда. Они не хотят отдавать Сердце, в это она верила. Но если она умрёт до поединка, разве не для него это лучший исход?

— И ещё, — продолжил он, не подозревая, о чём она думает, — я один из очень немногих, кто знает этот остров не по рассказам.

— Так ты здесь, чтобы дать мне урок? Устроить драконью школу?

Сарказм просочился в слова помимо её воли. Хотя, если честно, драконья школа сейчас не казалась такой уж плохой идеей.

— Ну, наполовину ты права. Тебя нужно обучить. Лучший способ понять драконов — увидеть мир их глазами. Так учился я. Так до меня учился мой отец. Каждый связанный дракон соглашается на это лишь однажды. Я всегда думал, что однажды через это пройдёт мой ребёнок, но…

По его лицу промелькнула тень эмоции. Это был единственный признак того, что он вообще что-то чувствует. Без сомнения, он ждал победы над ведьмой и власти, которую получит после. Все королевские особы одинаковы. Скайлар сомневалась, что ведьма чем-то отличается.

Скайлар скрестила руки на груди, и Зриан раздражённо вздохнул.

— Ты всегда такая упрямая? Предпочтёшь умереть, лишь бы не принять помощь?

Несколько мгновений она смотрела на него, пытаясь понять, прав ли он. Затем посмотрела на Мьёльнира. Тот прищурил фиолетовые глаза, словно тоже был слегка раздражён.

Ну и ладно.

Она должна выжить. Ради Кэма она обязана выжить.

— Что я должна сделать?

Она переводила взгляд с Зриана на Мьёльнира, не понимая, к кому из них обращается.

— Просто открой разум.

Он произнёс это так, будто речь шла о чём-то совершенно очевидном.

— Открыть…

Но договорить она не успела.

Она почувствовала это.

Почти как во время Кровной Связи. Что-то чужое настойчиво пробивалось в её сознание. Ей казалось, нужно отступить в сторону и освободить место, только она не понимала куда. Паника накрыла её с головой. Казалось, ещё немного, и тяжесть этого присутствия попросту раздавит её.

Она попыталась сопротивляться, оттолкнуть его. Перед глазами всё поплыло. Она почувствовала запах грозы и ощутила, как по чешуе пробегают электрические разряды. По её чешуе. По её коже.

Чёрт.

Она сопротивлялась, изо всех сил стараясь не потерять себя.

«Остановись».

Это был его голос.

Само воплощение грома.

«Дыши».

Из груди вырвался прерывистый вдох, и она почувствовала, как напряжение немного отступает. Его разум всё глубже проникал в её сознание, а её собственное «я» отступало всё дальше.

«Хорошо».

«Вот что значит быть связанной?»

«Не совсем. Но нам повезло. Похоже, наши разумы совместимы».

«Значит, ты меня слышишь. Приятно знать».

И приятно знать, что она тоже может отвечать. Всё оказалось гораздо проще, чем она ожидала.

«Все драконы делятся разумом со своими наездниками?»

«Только когда нужно показать то, что невозможно объяснить словами».

Она не успела как следует обдумать ответ. Его разум окончательно подчинил её себе.

И мир изменился.

Всё вокруг выглядело иначе. Вблизи каждая деталь казалась невероятно чёткой, будто она различала отдельные частицы, из которых состоит синее небо. Зато вдали всё расплывалось, превращаясь в пятна цвета и смутные очертания.

Она была высоко в небе.

Она знала это.

Тёплый воздух согревал чешую.

«У тебя кожа. Ты должна помнить, кто ты».

Но сейчас она едва понимала, где находится, не говоря уже о том, чтобы помнить, кто она такая.

«Мы на острове. Но я не могу показать его таким, каким ты увидишь его сама. Часть испытания — это впервые ступить на остров, ничего о нём не зная».

«Вот почему всё размыто».

В ответ послышалось что-то вроде фырканья.

Смех?

А драконы вообще умеют смеяться?

Позади раздался шум.

Она развернулась в воздухе и увидела синего дракона, пикирующего над океаном. Волны вздымались ему навстречу, а он скользил над самой водой, словно играл с морем.

«Водный дракон».

«Верно. Один из трёх стихийных родов».

«Значит, это правда? Земных драконов не существует?»

Снова послышался низкий рокот.

«Это всего лишь миф. Земные драконы никогда не летали среди нас, вопреки тому, что принято считать».

«Значит, осталось только два стихийных рода. Вода и ветер. Потому что яйцо — всё, что осталось от рода Огня».

Появился ещё один дракон.

Чёрный.

За ним тянулся шлейф теней.

«Лунный Небесный, — сказал Мьёльнир. — Владыка теней и дыма, ядовитого при прикосновении. От таких лучше держаться подальше, если получится».

Скайлар следила за тем, как дракон скользит сквозь тьму, но думала о другом Лунном Небесном. О том самом, про которого говорили, будто он до сих пор летает где-то над Ватрой.

«Значит, на острове никто не остаётся?»

Раздалось недовольное рычание.

Похоже, она снова сказала что-то не то.

«Драконы приходят и уходят, когда захотят. Мы остаёмся на острове до тех пор, пока не найдём наездника».

Это не совсем отвечало на её вопрос, но…

«Зачем драконам вообще связываться с наездниками?»

«Связь делает нас сильнее. Нам открывается доступ к большей силе. А когда наездник умирает, его сила переходит к нам и остаётся с нами навсегда».

«Понятно».

На самом деле понятно было далеко не всё.

Мысль о том, что после смерти её жизненная сила перейдёт дракону, казалась странной. Но энергия ведь не исчезает бесследно. По крайней мере, теперь становилось понятнее, почему драконы вообще связываются с королевскими особами.

Но если всё дело в силе…

Почему только с королевскими?

Почему не выбрать любого Кровного?

«Так повелось с тех пор, как Куатра избрала первого наездника. Каждый претендент должен пройти испытание. Мы не можем выбирать кого попало. Если на остров прибывает только одна семья, испытание проходят только её представители».

«Значит, всё контролируют королевские особы, а не драконы?»

Любопытная мысль.

«А наездники тоже становятся сильнее?»

«Да, со ременем мы усиливаем врождённый дар Кровных. Но не можем создать силу там, где её нет».

Мьёльнир внезапно отпустил её разум.

Скайлар жадно вдохнула, стараясь удержаться на ногах. Мысли и чувства хлынули обратно, заполняя освободившееся пространство.

Она снова стала собой.

Не то чтобы ей нравилось, когда его разум вдавливался в её сознание.

Но и совсем неприятным это назвать было нельзя.

Зриан бросил на неё быстрый оценивающий взгляд, а затем снова посмотрел на Мьёльнира.

— Повлияет ли на её связь то, что у неё нет дара?

Никаких чувств.

Только дело.

Скайлар вспомнила голос матери. Певучий, печальный и одновременно твёрдый.

«Ты не Кровная, Скайлар».

«Не знаю. Я не могу говорить за весь свой род».

— Но если со мной никто не свяжется, меня всё равно выпустят с острова?

Мьёльнир пожал плечами. Только дракон мог пожать плечами именно так.

Великолепно.

Очень обнадёживает.

— Но я же наследница.

До сих пор странно было произносить это вслух.

— Не все наследники возвращаются домой с драконом, — прямо сказал Зриан.

Подтекст был предельно ясен.

Не все возвращаются домой вообще.

— Как я пойму, что дракон выбрал меня?

«Они сами тебя найдут», — ответил Мьёльнир в её сознании.

Судя по всему, только ей одной.

Потому что одновременно Зриан сказал:

— Ты почувствуешь притяжение.

Мьёльнир ещё мгновение внимательно смотрел на неё.

«Думаю, многим драконам будет любопытно увидеть наследницу, которой не должно было существовать».

Скайлар это совсем не понравилось.

Она сразу представила кошку, играющую с заинтересовавшей её добычей.

— И поэтому, — продолжил Зриан, — тебе нужно быть готовой. На острове драконы будут испытывать тебя. Так они решают, достойна ли ты. Защищаться от драконьих способностей почти то же самое, что защищаться от сильных даров Кровных.

Он посмотрел к краю арены, где появилась группа людей в капюшонах.

Они направлялись прямо к ним.

— К счастью, в этом нам помогут. По милости моей матери.

Скайлар узнала их.

Тех самых людей, что окружали королеву во время церемонии Связи.

Костевод.

Огнетворец.

И Арах знает кто ещё.

Её грёбаный зверинец.

Когда люди в капюшонах подошли ближе, Зриан кивнул Огнетворцу, и тот выступил вперёд.

Скайлар настороженно посмотрела на мужчину.

— Кажется, мы уже выяснили, что огненные драконы вымерли.

— Может, огнём они и не дышат, — сказал Зриан, — но, поверь, то, что умеют эти, гораздо хуже.

Она посмотрела на Зриана.

— Что именно ты хочешь, чтобы я сделала?

Губы Зриана искривились в усмешке.

— Выжила.

Вспыхнуло пламя.

И Скайлар сделала единственное, что оставалось.

Она побежала.