Удар под дых выбил из Астрид весь воздух.

Она согнулась пополам, жадно хватая ртом воздух, и возблагодарила Звёзды за то, что никто не видит её позора. Они тренировались на площадке за конюшнями, и её стоны то и дело тонули в лошадином ржании. Колени саднило от гравия. За утро она падала на них уже не раз. По совету Гвен они хотели тренироваться на арене, но ватранцы отказали и перекрыли вход дреки. Впрочем, Астрид было всё равно. Где бы они ни тренировались, песок из ссадин всё равно пришлось бы потом вычищать.

— Ради Скаойя, Астрид, будь у меня кинжал, ты была бы уже мертва. Во-первых, вот это, — Джесса указала на неё, всё ещё пытавшуюся отдышаться, — именно поэтому мы отрабатываем боевое колдовство. Оно спасёт твою грёбаную жизнь. Даже простейшее защитное заклинание может изменить всё. Во-вторых, какого Хель ты пропустила этот удар? Если не можешь колдовать, то хотя бы помни, чему тебя учили. В-третьих, почему ты не держишь стойку? Ты что, зелёный новобранец? Нет. Ты наследница Артуреи? Да.

Джесса хлопнула в ладоши.

— Соберись, чёрт возьми.

С тех пор как они прибыли в Ватру, Джесса отказалась от своего привычного подхода с разговорами о терпении и внутреннем поиске и полностью перешла к методу «я выбью из тебя этот дар». Джесса была полна решимости сломать этот блок. Астрид — тоже. Но после пяти часов таких тренировок силы были на исходе. Всё тело ныло, голова раскалывалась, а магия словно вытекала из неё по капле. Больше всего ей хотелось лечь прямо здесь и уснуть. Жара тоже не помогала. Они давно остались в одних шортах и тренировочных топах, но легче не становилось.

— Я стараюсь, — процедила Астрид, вытирая шею. — Это не так просто, Джесс. Я не могу просто взять и призвать магию. Я могу победить и без колдовства.

— Конечно, можешь. Но дело не в этом. Если ты станешь королевой, ты должна уметь колдовать при любых обстоятельствах. И это поможет тебе на арене. Может, она и не самый серьёзный противник, но недооценивать ватранскую наследницу было бы ошибкой. Она хорошо владеет ножом и явно прошла серьёзную подготовку.

Во время Кровной Связи Астрид заметила, какая у Скайлар сухая, тренированная мускулатура и насколько легко она двигается. Но поразило её совсем другое. С той самой секунды, как связь установилась, Астрид почувствовала в Скайлар что-то ещё. Боль, настолько глубоко въевшуюся в человека, что она стала частью его самого. Именно это лишило её самообладания.

И ещё воспоминания. Они возвращались снова и снова: темноволосая женщина, тихо напевающая что-то незнакомое. Та же женщина, кричащая: «Беги!» Дреки, смыкающие кольцо в узком душном переулке. Чей-то голос, зовущий её «Сахарком». Молодой парень со светло-карими глазами и волосами цвета песка, улыбающийся так открыто, будто в мире не существовало ничего плохого.

Астрид гнала эти образы прочь. Она не хотела знать о женщине, которую ей предстоит убить, ничего больше.

— У тебя получится, Астрид. Начни с простого щита. В заклинанием Dever нет ничего сложного.

Не нужно пытаться создать Forsvare — это самое сильное защитное заклинание из всех, что знали ведьмы.

Но Джесса была права. Если Астрид станет королевой, она должна уметь пользоваться магией. Возможно, Звёзды до сих пор не простили ей той смерти. А может, она сама себя не простила.

Раньше всё это казалось бессмысленным. Что толку учиться, если ничего из того, что она умеет, всё равно не позволит победить Зриана?

Теперь всё иначе. Она сражается не ради достойной смерти, а ради жизни. Колдует не ради выживания, а ради будущего, в котором сможет править и править достойно. Никто больше не пострадает из-за неё. То, что случилось с отцом, не её вина. Она справится.

Проведя ладонью вдоль тела, Астрид прошептала:

— Dever.

В это единственное слово она вложила все оставшиеся силы.

Воздух вокруг неё дрогнул и замерцал. Астрид задержала дыхание. Через мгновение раздался короткий хлопок.

Щит встал на место. Она не смогла сдержать улыбку. Такого прогресса ей не удавалось добиться уже очень давно.

Астрид поднялась на носки.

— Ладно. Давай, садистка.

Джесса моргнула.

— Ты только что назвала меня садисткой?

— Так тебя Бастет называет.

Джесса упёрла руки в бока.

— Мне нравится.

— Я знала, что понравится.

Джесса бросилась вперёд так быстро, что Астрид едва уловила движение. Удар ногой пришёлся в живот, но щит поглотил его без остатка.

— Вот. Именно об этом я и говорю. Хорошо.

Она хрустнула костяшками пальцев и усмехнулась.

— А теперь атакуй меня по-настоящему. Если начнёшь халтурить, я вымажу тебя дёгтем, вываляю в перьях и подвешу над Каменным Городом. Так что колдуй, Астрид.

«Я справлюсь». Нужные заклинания она знала наизусть. Оставалось только ухватиться за нужное.

Но слова ускользали. Вместо них перед глазами снова возникал отец — мёртвый, с кровавой пеной на губах. Но чувство вины всякий раз возвращалось. Буквы, звуки и магия спутались в один клубок. Дыхание стало поверхностным, во рту горчило, руки и ноги покалывало. Она не справлялась.

Бесполезная. Бесполезная. Бесполезная.

Она станет королевой и не может выполнить даже такую простую задачу.

Перед глазами всплыло лицо Бастета.

Мёртвое.

Джесса шагнула вперёд.

— Давай, Астрид. Ударь.

Она не могла колдовать. Зато умела драться.

Прежде чем Джесса успела нанести следующий удар, Астрид выхватила склянку с пояса и разбила её о собственный щит. Воздух вокруг Джессы пошёл рябью. Дестабилизирующий раствор начал действовать.

Не давая ей опомниться, Астрид распылила содержимое второй склянки ей в лицо. Зелье подействовало сразу. Джесса покачнулась и споткнулась.

Астрид сделала ложный выпад влево, затем нанесла правый хук в челюсть.

Джесса рухнула на спину.

Пока та не успела прийти в себя, Астрид навалилась сверху, выдернула нож из подвязки и приставила лезвие к её горлу.

Джесса смотрела на неё совершенно ошеломлённо.

— Колдовство — не единственное оружие, знаешь ли, — усмехнулась Астрид.

Ещё мгновение назад она улыбалась, а теперь уже летела через всю площадку. Она врезалась в стойку с оружием. Щит поглотил большую часть удара и только потом рассыпался. Астрид рухнула на колени, снова пытаясь вдохнуть.

Джесса неторопливо подошла к ней с самодовольной улыбкой.

— Колдовство — это всё. Этот щит только что спас тебя от переломанного позвоночника. А теперь поднимайся. На сегодня хватит. Я вспотела так, будто меня саму на вертел посадили.

Астрид приняла протянутую руку и выдавила из себя смешок.

— А пахнешь так, будто уже прожарилась.

— Квинс оценит.

Джесса хлопнула её по спине.

— Не смотри так, будто мир рухнул. Признай успех. Щит был крепким. Это прогресс.

— Если ты так говоришь.

Она знала, что звучит капризно. Но жара, боль, воспоминания об отце и постоянное присутствие Скайлар где-то на краю сознания выматывали. Больше всего ей хотелось спать.

После Кровной Связи всё окончательно перевернулось с ног на голову. Хотя кого она обманывает? Вся её жизнь давно стала странной.

— Над чем фыркаешь? — спросила Джесса, протягивая ей бутылку воды, когда они вышли с тренировочной площадки.

У входа дежурили Фионн, Арбория и Квинс. Бастет, к своему величайшему возмущению, оставался заперт в её комнате. Ватранцы до сих пор не знали о его существовании.

— Думаю о том, как приятно ходить по замку и не ждать удара в спину.

— Теперь вы связаны кровью, но расслабляться рано. Никуда без охраны, без склянок с зельем и без кулона.

— И не собиралась.

Джесса посмотрела на неё так, что стало ясно: она всё понимает.

Астрид очень надеялась, что румянец, расползающийся по шее и груди, не слишком заметен.

О её ночной вылазке в библиотеку Джесса до сих пор ничего не знала. Если бы Джесса обо всём узнала, спасаться пришлось бы уже от неё.

И да, это было очень глупо.

Особенно учитывая, что ничего полезного она не нашла и вдобавок наткнулась на принца.

Зато вылазка в сады оказалась не напрасной. Там она смогла приготовить новую партию настойки, и сейчас Астрид сделала глоток.

Настойке требовалось ещё несколько дней, чтобы набрать полную силу, но даже сейчас она помогала.

Без постоянной тошноты, правда, было бы ещё лучше.

У главных ворот замка их ждала мать. Рядом распластался Бьорн, явно страдающий от жары. Квинс сочувственно заскулил.

— Что ты здесь делаешь? Я думала, ты на ужине, — спросила Астрид и поцеловала мать в щёку.

— Его отложили. Королю пришлось заняться чем-то срочным.

— Как прошёл день?

Весь день мать провела на бесконечных дипломатических переговорах.

Мать поджала губы.

— Отказы по-прежнему следуют один за другим, но королева хотя бы намекнула, что они проведут расследование и выяснят, связано ли Сердце со Скверной. Хотя трудно поверить, что они до сих пор не понимают, что происходит. Но, возможно, она и правда не знает. Закари не из тех, кто охотно меняет своё мнение.

— Есть новости из дома? — спросила Астрид.

Гвен устало потёрла лицо.

— На Низменностях льют проливные дожди. Мы отправляем туда ульвенов помогать людям покинуть затопляемые земли. Вся область под угрозой наводнения, а речь идёт о тысячах людей.

Джесса рядом заметно напряглась. Астрид вновь почувствовала собственное бессилие, хотя и знала, что делает всё возможное, чтобы это остановить.

— Мне так жаль, — сказала она.

Что ещё она могла сказать?

— Мне тоже. Но мы делаем всё, что можем. Всё будет хорошо.

Мать взяла её под руку и повела в замок. Джесса отпустила Фионн с поста и вместе с фамильярами пошла следом.

— Как прошла тренировка?

— Неплохо. Наверное, — ответила Астрид, хотя сама в это не особенно верила. Ей не хотелось добавлять новых морщин на лоб матери. — Мам, всё будет хорошо. Я с этим справлюсь.

И она справится. Выиграет поединок, вернёт Сердце Артурее и докажет, что достойна называться потомком Никса. Или хотя бы сделает всё возможное, чтобы этого добиться.

Мысль о Никсе напомнила ей о гобелене и странных деталях, которые она там заметила.

— Ты знала, что у Никса была истинная пара?

Мать нахмурилась от такой резкой смены темы.

— Не было. Они с Кирой не были истинной парой.

— Нет, я тоже в это не верила. Один гобелен с меткой пары ещё не делает легенду правдой.

— Откуда вообще такая мысль?

— Да ниоткуда. Просто кое-что увидела. На одном из гобеленов в замке, — добавила она, заметив недоумённый взгляд матери.

— Правда? Я бы хотела на него посмотреть.

Клянусь Хелью, этого она не скажет.

— Уже не помню, где именно его видела. Всё тогда как в тумане было. Но там ещё был небольшой жезл.

— Жезл? — переспросила Гвен.

Теперь она заинтересовалась по-настоящему.

— О таком я тоже никогда не слышала.

Как Астрид и предполагала, скорее всего, это был художественный вымысел. И всё же дата создания гобелена не давала ей покоя. Ткач жил в ту же эпоху, что Никс и Аэлория, а письменных свидетельств тех времён почти не сохранилось. Это всегда казалось странным и ей, и её отцу.

С верхней галереи донёсся шум, и сердце Астрид на мгновение замерло. Бьорн тут же поднялся на задние лапы. Квинс прыгнул рядом, готовый встретить любую угрозу. Но причиной переполоха оказалось не новое покушение. Причиной переполоха оказалась ватранская наследница.

Она почти визжала от ярости, требуя, чтобы белокурый мужчина, Аксель, который тащил её за собой, убрал руки. Лицо Акселя было искажено яростью. Следом двигалась группа дреки, а замыкал шествие Зриан.

— Во имя Скаойя, что там происходит? — спросила Джесса.

— Судя по виду Акселя, он собирается её убить, — пробормотала Астрид.

Они проводили взглядами Скайлар, пока её не утащили за очередные двери. Крики постепенно стихли. Принц бросил взгляд в их сторону, что-то сказал одному из дреки и исчез.

— Ну и дикая кошка, — заметила Джесса. — Во время поединка близко к себе её не подпускай. Бросай склянку с зельем и заканчивай всё быстро.

— Ты и твои склянки с зельем.

Голос Зриана прозвучал прямо у неё за спиной. Астрид едва не подпрыгнула.

Она обернулась — и слова застряли в горле. На нём была чёрная майка без рукавов, открывавшая мощные загорелые руки, блестевшие от пота. Правую руку покрывали ожоговые шрамы: они тянулись от запястья до плеча и исчезали под тканью. Богиня. Он был до нелепого хорош собой.

И ей определённо пора перестать на него пялиться.

Враг.

Он сам сказал, что ей придётся умереть.

— Звёзды, ты всегда появляешься из ниоткуда?

Джесса и мать удивлённо посмотрели на неё, явно заметив эту фамильярность. В глазах Зриана вспыхнуло веселье. Астрид даже подумала наступить ему на ногу. В прошлый раз это оказалось на удивление приятно.

Но тут его взгляд медленно скользнул по её телу: по голому животу, по ногам. Она застыла. В его взгляде появилось что-то тёмное и опасное.

— А где же тогда веселье? — спросил он, подходя ближе.

Слишком близко.

Она снова почувствовала запах океана. Дикий, свежий, невозможный. Что было совершенно несправедливо, потому что от неё самой, вероятно, пахло как от мокрой тряпки после пяти часов тренировки.

Джесса рядом напряглась. Зриан заметил это движение.

— Она права. Одной злости моей старшей сестре хватит, чтобы разорвать тебя на части.

— Её злость вполне объяснима. Я бы тоже злилась, если бы выяснила, что состою с тобой в родстве.

Зриан усмехнулся.

— Нет. Ты бы злилась совсем по другой причине.

Джесса рядом едва не поперхнулась.

Астрид уже открыла рот, чтобы ответить, но он перебил её, рассматривая Бьорна и Квинса.

— Я всё гадал, каким окажется третий фамильяр. У вас троих их только двое на виду.

Затем он перевёл взгляд на неё. По изгибу его губ Астрид поняла: он прекрасно знает, что Квинс ей не принадлежит. Она крепче ухватилась за густую шерсть огромного лиса, и тот прижался к её ноге.

— Мы можем вам чем-то помочь, принц Зриан? — вмешалась мать.

Её отрывистый ватранский резко контрастировал с низким голосом Зриана.

Низким.

Не певучим.

Богиня, возьми себя в руки, Астрид.

— Что она сделала? — быстро спросила она. — Аксель выглядел так, будто готов её прикончить. Хотелось бы понимать, не умру ли я заодно.

Зриан посмотрел на неё, и она с удовлетворением заметила, что ему явно стоило труда смотреть только ей в глаза.

— Она пыталась проникнуть в рабочие покои моего отца.

— Что? — выпалила Джесса.

Теперь становилось понятно, почему ужин отменили.

— Именно, — ответил он, не сводя глаз с Астрид. — Рад видеть, что ты наконец привыкла к ватранской погоде.

Его взгляд снова скользнул вниз. Жар тут же ударил ей в лицо.

— Этот наряд идёт тебе куда больше, чем плащ.

И прежде чем она успела придумать ответ, он исчез.

Астрид была уверена, что лицо у неё горит. Мать и Джесса одновременно повернулись к ней, явно собираясь устроить допрос, но она успела первой.

— Он догадался про Квинса.

— Не может быть, — протянула Джесса. — Интересно, как.

Потому что он замечает слишком многое.

Но произносить это вслух Астрид не собиралась.

Мать и Джесса продолжили обсуждать случившееся, перебивая друг друга, а она почти перестала их слушать. Пусть Зриан и раскусил историю с Квинсом, но куда важнее было другое.

Скайлар пыталась проникнуть в рабочие покои короля.

Рабочие покои короля.

Место, где вполне могли храниться секретные документы, старые записи и книги, которых не было в библиотеке. Возможно, сведения о Сердце. Или о Скверне.

К тому моменту, когда Астрид вернулась в свою комнату, решение уже было принято.

У неё было предложение для ватранской наследницы.