Характерной чертой нового царя была его бережливость, доходящая до предела. Он носил одежду – брюки, тужурку, пальто, полушубок, сапоги – до тех пор, пока они не начинали разваливаться. И тогда царь чинил и латал их до последней возможности, причем и изначально это были самые простые вещи. Сапоги не были даже не офицерскими, а солдатскими, тужурка не из тонкого сукна, рубашки не из-за границы, а из ивановского холста.

Новый император навел строгую экономию во всех отраслях государственного управления, особенно сильно урезав расходы дворцового ведомства. Александр III запретил закупку для своего стола заграничных вин, заменив их крымскими и кавказскими винами, а число балов ограничил четырьмя в год. Во время этих балов у буфетов происходила настоящая свалка: гости хватали знаменитые конфеты и прочие лакомства, чтобы привезти их домашним. Когда рачительный Александр III удивился, как много средств уходит на угощение, Победоносцев возразил: «Да я лично тоже только апельсин съел, но взял с собой грушу и еще апельсин для Марфеньки, – моей приемной дочери. И все так делают!» Царь успокоился, хотя иностранцев шокировал обычай таскать со стола.

Скромность и простота его вполне гармонировали со всем непритязательным обиходом личной жизни Александра III, вообще не любившего царской пышности.

Бережливый по натуре император не жалел, однако, денег на приобретение предметов искусства. В заграничных путешествиях Александр постоянно пополнял свои коллекции. Так, посетив мастерские русских художников и выставку их работ в доме Гинцбурга, цесаревич купил картины у Репина, Поленова, Савицкого, Васнецова, Беггрова, Дмитриева.