Лэндон

Я пытаюсь уговорить себя спуститься вниз и поговорить с Джулианной, но, глядя, как мои друзья заказывают еще один раунд шотов, передумываю.

Мы едва успели начать наш разговор, и я уверен, что продолжили бы, но появилась Элоиза и увела Джулианну. Я не знаю, что произошло между ней и Майком, но, должно быть, что-то серьезное, потому что она поклялась, что убьет его, если немедленно не выпьет.

Джулианна, как и Джаггер, звала меня присоединиться, но я не могу себя заставить.

Шума и так уже достаточно, и я не вынимаю наушники, но и они помогают лишь отчасти. И если почувствую запах алкоголя хоть на каплю сильнее, меня вырвет.

Иногда могу заставить себя терпеть это, но сегодня все кажется непереносимым.

Я остаюсь в VIP-зоне, потому что, если на меня кто-нибудь что-нибудь прольет, особенно виски, сойду с ума.

Хотя сейчас я по-настоящему ненавижу свою чувствительность, потому что видел, как к Джулианне подходили десятки парней. Не знаю, что она им говорит, но никогда не берет у них напитки и не идет с ними танцевать. Впрочем, у девушек она тоже ничего не берет и не танцует. Она прочно сидит на своем барном стуле, прикрывая ладонью стакан, с которым коротает время.

Время от времени она поднимает глаза, наши взгляды сталкиваются, и она бросает мне высокомерную усмешку. Раньше я ее ненавидел, но теперь они мне нравятся, и я жду их.

Мысли резко обрываются, потому что перед ней оказывается Брук, разрывая наш зрительный контакт.

— К черту, — бормочу я себе под нос и решаю, что хватит оставаться на месте.

Я думал, они больше не общаются. Я слышал, как Джулианна говорила девушкам, что решила прекратить все, потому что они не подходят друг другу.

Я не успеваю сделать и шага, как рядом со мной оказываются Никки и Лия.

— Привет, — говорят они.

— Привет.

Я краток, но слова Никки останавливают меня на месте.

— Так вы теперь с этой бледной барби-стервой типа пара? — язвительно смеется она.

— Никки, перестань, — Лия качает головой, раздраженно фыркая, и затем обращается ко мне. — Она пьяна.

Никки фыркает.

— Ой, да брось. Не притворяйся, будто они все не на одно лицо. Фальшивые сучки, которые клянутся, что любят всех, и это их «кумбая³⁵—дерьмо».

— Если ты не заткнешься, мы уходим, — предупреждает ее Лия.

Мое терпение лопнуло, я перегружен и раздражен. Но раздражение переходит все границы, когда заглядываю к барной стойке и не вижу там ни Джулианны, ни Брука.

— Боже, Лэндон, из всех людей — именно она? Я правда думала, ты не опустишься до такого, — ее слова пропитаны обидой.

Я отступаю в сторону, но она настроена очень решительно.

Лия пытается оттащить ее, но та дергается и высвобождается.

— Уверяю тебя, в ней нет ничего особенного. Просто оглянись. Такую, как она, можно в каждом углу найти, — она широко улыбается, гордая своим заявлением. — Она — копипаста всех здешних стерв. Обещаю, их найти не так уж сложно.

Я вдыхаю резкий глоток воздуха и смотрю на нее сверху вниз.

— Не смей, черт возьми, говорить о ней. Повторять не буду.

Ее улыбка лишь растет.

— Или что? Я могу говорить что хочу.

Я пытался быть выше этого, но мне надоел ее бред, и она взбесила.

— Ты права, можешь, и я тоже могу, — я киваю и смотрю на Лию. — Спроси Никки, чем она занималась в тот день, когда ты ждала, что она поможет тебе с переездом. Ты ждала, сколько, три часа, да?

Лия тоже жила в том жилом комплексе, который сгорел несколько месяцев назад.

На лице Никки появляется паника, и, клянусь, она бледнеет, но не уверен — здесь слишком темно, да и мне все равно.

— У-у меня были проблемы с машиной, — запинается Никки и смотрит на меня, умоляя не продолжать.

Я и не собираюсь, но, прежде чем уйти и начать искать Джулианну, в последний раз смотрю на нее.

— Держи имя Джулианны подальше от своего чертова рта.

Это была не моя история для рассказывания, но она меня взбесила, да и не то чтобы она особо старалась хранить секрет. Есть видео и фото. Не знаю, как Лия до сих пор не знает, что ее лучшая подруга трахалась и с ее братом, и с парнем, с которым она сама встречалась, но мне все равно. Это не моя проблема.

К тому времени, как спускаюсь к бару, там никого нет, кроме Малика и Джейдена, которые разговаривают и смеются.

— Эй! Мы дождались! — Джейден поднимает руки и пытается обнять меня, но я отступаю. Морщусь от напитка, что стекает по его руке, но он лишь смеется. — Ну почему ты не даешь мне любить тебя? Я просто хочу тебя любить!

Я обращаю совершенно пустой взгляд вперед.

— Ты не видел Джулианну?

По лицу Малика расплывается пьяная улыбка.

— Знаешь, она реально классная. Я не понимаю, из-за чего вся эта напряженность, и она очень красивая, — его игривое выражение лица тает, и он прочищает горло, когда я удивленно поднимаю бровь. — Она пошла в дамску...

Я не жду, пока он договорит, и уже несусь в том направлении. Пробиваюсь сквозь толпу, игнорируя тех, кто пытается меня остановить. Когда добираюсь до коридора, ведущего к туалетам, наконец замечаю ее, но она не одна. И это не Брук, а какой-то другой парень.

В отличие от тех разов, когда улыбалась Финнику и Бруку, сейчас она этого не делает и выглядит неловко.

Пока сокращаю дистанцию и встаю позади нее, парень резко замолкает, и его глаза становятся круглыми.

Джулианна оборачивается через плечо и смотрит на меня. В тот миг, когда ее взгляд встречается с моим, клянусь, чувствую, как тело девушки расслабляется, прижимаясь ко мне, а тревога в глазах рассеивается.

Не знаю, что мной движет, но обвиваю рукой ее талию и притягиваю к себе, прижимая ее спину к своей груди. Она не сопротивляется и не протестует. Скорее наоборот, Джулианна с легкостью позволяет мне держать ее.

Что он сделал?

— Ты слишком близко, — мой резкий голос заставляет его отступить.

На его лице расплывается хитрая улыбка.

— Мы просто разговаривали.

Джулианна замирает и кладет свою влажную ладонь поверх моей руки, сжимая ее. Не знаю, отдает ли она себе в этом отчет, но не останавливаю. Ее ногти впиваются в кожу, возвращая мое внимание к придурку, который все еще стоит перед нами.

— А теперь — свободен, — холодно заявляю я, и его улыбка мгновенно исчезает.

Он напряженно хмурится.

— Лэндон, клянусь, мы просто...

— Свали отсюда к черту.

Его взгляд устремляется на Джулианну, словно колеблется или сомневается, но он лишь фыркает и уходит. Любое остаточное напряжение испаряется из ее тела.

Я не убираю руку, а скольжу по ее спине, пока не оказываюсь перед ней.

— Джулианна.

Она не встречает моего взгляда и качает головой, в ее голосе слышится беспомощность.

— Пожалуйста, только не сейчас.

Что-то тяжелое опускается у меня в груди от слабости и усталости в ее голосе.

— Он...

Она отступает на шаг, словно стараясь стать меньше, и в ее словах звучит уязвимость.

— Ничего не произошло.

Мой взгляд резко устремляется ко входу в коридор, и словно читая мысли, она хватает меня за руку.

— Пожалуйста, — она наконец смотрит на меня, отчаянно умоляя. — Не уходи.

Хотя мне хочется сделать противоположное и выяснить, что случилось, оставляю одну руку на ее талии, а другой обнимаю ее за шею.

— Я здесь. Я никуда не уйду.

Джулианна резко вдыхает и задумчиво смотрит вдаль, прежде чем снова поднять на меня глаза.

— Ты хочешь уйти отсюда?

Я не раздумываю ни секунды и отвечаю.

— Куда ты хочешь, Любовь?

Назвать ее «Любовь» не входило в мои планы, но это слово слетело с губ так естественно. Джулианна реагирует на него так, будто это слово, которое привыкла слышать, и которое я часто говорю. По крайней мере, так кажется, потому что она тает в моих объятиях, и на ее губах появляется маленькая застенчивая улыбка.

Эта улыбка. Черт, эта улыбка всегда сеет хаос в моем мозгу, потому что, полагаю, все еще непостижимо, что она искренне улыбается мне. Что-то в этой мягкой, застенчивой, почти хрупкой кривой линии ее губ вызывает и создает в моем сознании иного рода смятение.

Я даже не могу описать, как одержим тем, чтобы видеть ее.

— Ты доверяешь мне?

— Я доверяю тебе.