– Эй, Сайки, ты это о чем? Умом тронулся, что ли? – гневно выкрикнул недомерок Сухара.

– Да нет, не тронулся. А вот вы жестоко заблуждались, – непочтительно ответил своему начальнику водитель Сайки.

Он сделал быстрый знак глазами, и двое детективов обыскали человека-тень и Сухару, убеждаясь, что при них нет спрятанного оружия.

– Заблуждался? – с перекошенным лицом и вытаращенными глазами переспросил Сухара.

– Вы ведь были твердо убеждены, что я Сайки.

– Что? А ты, значит, не он?

В этот момент человек, называвший себя Сайки, схватился одной рукой за собственные волосы и потянул их вверх изо всех сил. Парик! Под ним обнаружились ненапомаженная растрепанная шевелюра.

Потом он прикрыл лицо уже обеими ладонями, некоторое время делал с ним что-то, и сразу же после этого скользящим движением провел по нему ладонями. Представший человек был с виду очень похож на Сайки и вместе с тем разительно отличался от него.

Человеку-тени его лицо было знакомо. Он видел его на снимках в газетах и журналах. Особенно запоминались взлохмаченные волосы.

– А вы, случайно, не?..

– Да, я частный детектив Акэти.

Изменивший внешность водитель широко улыбался. Вокруг воцарилась тишина. И человек-тень, и Сухара вдруг утратили дар речи.

Наконец Сухара, на лице которого по-прежнему читалось изумление, заговорил. Как и следовало ожидать, после минутного замешательства к нему вернулось присутствие духа.

– Хм, так вы та самая знаменитость, Акэти-сэнсэй? Виноват, не узнал. Но, собственно, с какого момента?.. Я, конечно, наслышан, что вы мастер маскировки, но…

– С момента незадолго до случая с ядовитым газом и замурованной комнатой в Роппонги. Воспользовавшись своим сходством с Сайки, я запер его в одном месте, сам принял его вид и стал вашим преданным слугой. И служил вам верой и правдой вплоть до настоящего времени. – Акэти по-прежнему сиял широкой улыбкой.

– Ха-ха-ха, вот забавно! Стало быть, вы участвовали в совершении убийства. Когда Синоду Сёкити и Каванами Миёко убили ядовитым газом и замуровали в комнате, разве не вы заложили кирпичами дверь? И кран, чтобы пустить газ, тоже открыл не кто иной, как вы!

– Вот потому-то я и сказал, что вы жестоко заблуждались.

– Что?.. Что вы имеете в виду?

– К тому времени, как был открыт кран или замурована комната, тех двоих в ней уже не было.

– Чепуха! Мы постоянно караулили у двери. А кроме этой двери, других выходов в комнате нет.

– Да, мы стояли на страже. Сменяя друг друга, вы и я.

– Сменяя?..

– После того, как тех двоих заперли в комнате, вы какое-то время насмехались над ними через смотровое окно. Злили их, издевались. Потом ушли встречать Каванами Рёсая. А охранять тех двоих поручили мне.

Недомерок Сухара вытаращил глаза пуще прежнего. Некоторое время он лишь мычал, не в силах выговорить ни слова.

– Как раз в это время я зашел в комнату и выпустил обоих пленников. Они покинули дом через окно в коридоре и в тени под деревьями пробрались к задней калитке. Там их уже ждал мой помощник.

– Нет, неправда! Этого не могло быть. Когда я привел Рёсая и дал ему заглянуть в смотровое окно, он увидел в комнате их обоих. Иначе он не согласился бы признать, что работа выполнена.

– А вот тут понадобилось кое-что предпринять. Пожалуй, даже прибегнуть к фокусу. Я заранее припрятал в чулане в том же коридоре брюки, юбку и две пары обуви. Вещи из чулана вместе с другим старым тряпьем я взял с собой, когда зашел в комнату к пленникам. Там я велел им сменить брюки, юбку и обувь на приготовленные и принесенные мной, а потом выпустил их. В снятые ими одежду и обувь я затолкал старые тряпки и сложил все это так, чтобы было похоже на нижнюю часть двух человеческих тел. Эти тела я усадил вплотную к той же стене, в которой находилось смотровое окно. Если смотреть точно сверху в окно, верхней половины тел не видно, но не вызывало сомнений, что это двое пленников в отчаянии сели, привалившись к стене, и вытянули перед собой ноги.

– Скотина, что ты натворил! – дико завопил Сухара, чуть не топая ногами.

Человек-тень с живым интересом наблюдал за разговором со стороны. Обо всем этом он слышал впервые. Едва узнав, что Сёкити и Миёко спасены, он испытал желание искренне похвалить мастерство знаменитого детектива. Видеть смятение недомерка Сухары было отрадно.

И все же в каком необычном месте состоялся этот момент истины – решающий разговор детектива с преступником! В самой гуще множества теснящихся тел излагались детективные теории, разоблачалось жестокое убийство.

Напуганные вторжением множества полицейских в черной одежде, большинство обнаженных женщин уже спустились со стержней древесных стволов и обступили Акэти и двоих арестованных. Беззастенчивое любопытство, свойственное этим женщинам, возобладало в них над страхом, вызывающим желание спасаться бегством. Столпившись, как вокруг какого-то аттракциона, они во все уши слушали загадочный разговор троих людей.

Акэти продолжал:

– Весь замысел опирался на доверие, которым пользовался Сайки. Как своему преданному подчиненному, вы доверяли ему целиком и полностью. В противном случае моя уловка не сработала бы. Для того чтобы подкрепить ваше доверие ко мне, тогда в роще я даже напал на присутствующего здесь Сагаву, или же Хаями, и захватил его. Потом я на машине возил вас по вашим убежищам и конторам, рассеянным по всему Токио. Но то, что в каждой из них полиция устроила засаду, – еще одна моя уловка. Во всех этих случаях я лгал. А вы, принимая меня за Сайки и доверяя мне, не распознали мою ложь.

Но зачем понадобилась эта ложь? Я ждал, когда в качестве последнего средства вы обратитесь за советом к Сагаве. И хотел увидеть, куда он нас приведет. Он показал нам этот удивительный подземный мир. И здесь мы сумели обнаружить еще одного таинственного преступника.

Все трое – совершенно особенные преступники, с какими даже я еще ни разу не сталкивался. Мне удалось добыть одним камнем трех огромных птиц: директора компании подрядов на убийства, рыщущего по изнанке этого мира и промышляющего вымогательством человека-тень и загадочного создателя страны подземных панорам, наживающегося на них. Вот это трофеи так трофеи, ха-ха-ха!

В этот момент Акэти впервые за все время засмеялся от души. Его легкий, веселый и воодушевленный смех витал над головами стайки обнаженных женщин и эхом отражался от зеркал на всех восьми стенах.

Тоже усмехаясь, человек-тень подступил на шаг ближе к Акэти и обратился к нему:

– Но вы ведь, полагаю, впервые здесь, в подземном мире, Акэти-сэнсэй. Как же вы так быстро связались с полицией? Это тоже какая-то хитрая уловка?

– Да, своего рода, – отозвался Акэти таким тоном, словно разговаривал с близким другом. – Возможно, вам известно, что у меня есть мальчишка-помощник Кобаяси. Вот этот Кобаяси и притаился в багажнике машины, на которой мы сюда приехали. Я сам спрятал его там. Когда это было? Перед тем, как я связал вас в роще возле святилища.

Когда мы въехали в ворота дома в саду с прудом, Кобаяси выбрался из багажника и с ближайшего телефона сообщил инспектору Накамуре, где мы находимся. Инспектор вместе с подчиненными сразу бросился сюда и занял позиции вокруг ограды, выжидая подходящий момент.

А я тем временем действовал довольно жесткими методами. Некоторое время назад я ненадолго покинул вас. Пока вы восхищались удивительными деревьями и существами в лесу Эндзю, я как следует поработал.

Незаметно для вас обоих, я вернулся тем же путем, которым пришел сюда, разыскал человека с усиками в комнате у входа и прибег к насилию, чтобы он выложил мне все. Так я получил примерное представление о том, как устроен этот подземный мир. В нем служат восемь мужчин. Одного за другим я вызывал их в ту же комнату и связывал. В своей физической силе я уверен, хоть она и не бросается в глаза. В бою один на один я не уступлю даже самому опытному противнику.

Затем я угрозами вынудил человека с усиками поднять цилиндр на поверхность пруда и с его помощью доставить ждущих полицейских сюда, в подземный мир. Инспектор Накамура и семеро его подчиненных переоделись в одежду из черного бархата, снятую со здешних работников. Таким образом в лес Эндзю попали полицейские, одетые в черное. Еще двое подчиненных инспектора остались в комнате у входа караулить человека с усиками и восьмерых мужчин.

Здесь нам не до подробностей, но вашу тайну я выведал у Ямагивы Рёко – одной из многочисленных подружек Сагавы. Она ведь давно у вас не показывалась, верно? Это потому, что попала ко мне. Но из моих слов не следует, что она стала моей любовницей. Моим рвением она была настолько покорена, что решила сойти с пути приспешницы злодея. И рассказала мне все, что было ей известно.

Вот почему я знаю почти про все ваши прошлые преступления. В дело с местью Каванами Рёсая я оказался втянут сам, поэтому, естественно, осведомлен о нем, но у меня есть множество других неопровержимых доказательств, в том числе тому, что по поручению супруги бывшего маркиза Харуки и других лиц вы засыпали вместе со старым колодцем тело исполнителя энка Кобаяси, а главе компании подрядов на убийства Сухаре предложили план, как заманить и утопить в рукотворной бездонной трясине любовницу некоего Мори, богача из Сэтагая.

Узнавая о вас, я одновременно выяснял подробности, касающиеся компании Сухары. Прояснились запутанные отношения между вами двоими, в одних случаях союзниками, в других – противниками. Потом я преобразился в Сайки, преданного подчиненного Сухары, и вошел в его компанию, благодаря чему смог расследовать бесчисленные былые преступления зловещей компании подрядов на убийства.

Тогда я составил план, чтобы уничтожить вас обоих одним махом. И этот план не только был мастерски осуществлен, но и принес неожиданные плоды в виде вот этого подземного злачного места, о существовании которого я понятия не имел.

Пока Акэти говорил, Сухара и человек-тень, незаметно переглянувшись, мало-помалу отступали. И к тому времени, как речь Акэти была закончена, их двоих от него уже отделяло метра три. Казалось, они намерены смешаться с толпой обнаженных женщин.

Акэти почему-то отнесся к этому спокойно, как будто предвидел нечто подобное и притворился, что не замечает.

– Э, Акэти-кун, да они сбежать вздумали! – легонько постучал его по руке стоящий рядом инспектор Накамура.

Но было уже поздно. Два преступника слились с толпой обнаженных женщин. Среди скопления белых, розовых и рыжеватых тел они стремились добраться до зеркальной стены. Восемь полицейских в черном бросились за ними в море женской плоти, но догнать никак не могли. Их оружие тоже оказалось бесполезным: выстрелив, они неизбежно ранили бы кого-нибудь из женщин.

Восьмиугольная комната с зеркальными стенами превратилась в котел, в котором кипела и бурлила человеческая плоть. В лад со своими отражениями в зеркалах тысячи голых женщин и мужчин в черном в беспорядке метались, сталкивались, суетились и колыхались. Словно в аду, из бесчисленных ртов рвались вопли.

В этой сумятице человек-тень и Сухара наконец прорвались к одной из стен. Взявшись за руки, они бросились бежать вдоль этой сверкающей стены, попадавшиеся на их пути женщины одна за другой отлетали в сторону, валились с ног и визжали.

Если пройти вдоль зеркальной стены по кругу, наверное, где-нибудь да найдется проход к другой панораме. Эта мысль пришла к обоим случайно. Они не забыли, что в объяснениях обладателя маленьких усиков мелькнул некий намек. А если они попадут в другую панораму, не обязательно там не окажется еще какого-нибудь пути к бегству. Обладатель усиков говорил что-то про край света. Куда еще, как не на край света, бежать конченным преступникам, загнанным в угол?

Они мчались вдоль зеркал, вокруг в зеркалах и снаружи теснились бесчисленные тела – их толкали, они толкали сами, налетали, отпихивали, стонали, кричали, рыдали и выли.

Один угол, второй, третий, четвертый… Оба упорно продолжали жаться к зеркалам. И пробовали их поверхность всюду, куда могли дотянуться, – стучали, давили, нажимали, бились всем телом в поисках потайной двери.

– Ага, здесь! – яростно выкрикнул человек-тень.

Часть зеркальной панели сильно задрожала, в ней открылся зияющий черный проход. Держась за руки, двое беглецов нырнули в него. Потайная дверь сразу же встала на место, плотно захлопнувшись за ними. Никто не погнался следом. Наконец-то они сумели попасть в другой мир. В нем не было слышно ни женского визга, ни рева полицейских. Это была страна мертвых.