— Слав, пошли, пожалуйста, кого-нибудь из ребят за сегодняшними газетами — прошу я бодигарда, заходя в лифт — это срочно.

— Хочешь подготовиться к к битве с журналюгами?

— Ну, да. Надо же знать, на чем они меня сегодня ловить будут! — усмехаюсь я.

Добравшись до номера, быстро принимаю душ и отправляюсь на массажный стол к Андрею. Тело гудит после непривычных нагрузок, его помощь будет сейчас как нельзя кстати.

— Вить, ты с чего такой вымотанный? — удивляется наш массажист, когда я медузой растекаюсь под его умелыми руками.

— Да Панчо мне сюрприз устроил, к одному необычному тренеру свозил. Чуть не сдох там, хотя опыт в принципе полезный… — бормочу я, устало прикрывая глаза.

А уже через сорок минут, приняв после массажа контрастный душ, я словно заново родился — свеж, бодр и готов к новым свершениям. На хождение по ресторанам времени сегодня нет, так что завтрак заказываю прямо в номер. Пока жду доставку, пью минералку и грызу яблоко, пролистываю принесенные Вячеславом газеты. Одним ухом слушаю работающий телевизор.

Новость номер 1 в США — по-прежнему пожар в орлеанском нефтехранилище. Ничего нового не говорят, в основном теперь по ТВ выступают разные эксперты. Все с умным видом рассуждают о возможных причинах пожара, но вариант с диверсией серьезные дяди даже не рассматривают, они все больше склоняются к техническим причинам и человеческой безалаберности. Про «Red Stars» больше не вспоминают, переключились на реальные жертвы. Ну, и славно! Жаль только, что пострадавшие среди орлеанцев все же есть, хотя это скорее жертвы паники, чем ядовитого облака.

Вторая новость не так, чтобы уже и новость, но она грозит СССР неприятностями. В начале сентября, в Гаване проходила конференция Движения неприсоединения и америкосы снова подняли в прессе шум насчет советской мотострелковой бригады, находящейся на Кубе. Наши ее, конечно, скромно назвали «Центром по обучению военнослужащих Вооруженных Сил Кубы », но любому дураку понятно, что на самом деле это боеспособная, мобильная часть, численностью в три тысячи человек.

Факт вроде бы не новый для ЦРУ, в кубинской «Гранме» даже своевременно статья вышла с фотографиями этого «учебного центра». К тому же серьезной угрозы наша бригада для безопасности США не представляла, но Госдеп умело преподнес это, как сенсацию, устроив политическую бурю Вашингтоне. И сейчас скандал, раздутый на пустом месте, набирал обороты, вредя любым попыткам поддержать разрядку после Вены, и тем уменьшая шансы ратификации договора ОСВ-2.

Особенно усердствовал сенатор от штата Айдахо Фрэнк Черч, который надеялся таким образом увеличить свои шансы на переизбрание в сенат. Этот гад-демократ сейчас возглавлял сенатский комитет по иностранным делам и публично призвал Картера 'провести черту перед русским проникновением в Западное полушарие". Черч объявил, что слушания о ратификации Договора об ОСВ-2 прекращаются, пока его комитет будет тщательно изучать все сообщения о 'советской бригаде". Понятно, что его инициативу радостно поддержали правые и кубинские эмигранты. Этим только повод дай!

Так что в целом, ситуация с ОСВ-2 сейчас нехорошая. Понятно, что наши морально уже готовы к тому, что Договор америкосы похерят, но надежда все-таки была. Обидно, что столько работы проделано дипломатами и военными, а все теперь пошло псу под хвост. И если в Белый дом придет Рейган, о договоре вообще можно будет забыть.

В номер заглядывает Альдона. Хороша, как утренняя заря: волосы еще чуть влажные после душа, голубые джинсы, белоснежная свободная блузка навыпуск. Увидев тележку с завтраком, плюхается рядом со мной за стол и наливает себе кофе. Косится на стопку газет, которые я уже успел просмотреть

— Чего в бассейн не пришел, просвещаешься?

— Ага. Чувствую, что на пресс-конференции устроят нам какую-нибудь подлянку.

— Уже… — вздыхает подруга, кивая на окно — у входа в отель кубинские эмигранты пикет организовали.

— А этим-то чего надо⁈ — удивился я.

— Орут про какую-то нашу военную базу на Кубе. Но их корявый английский понять вообще невозможно. Ты случаем не в курсе?

— Не поверишь, в курсе.

Я усмехаюсь и протягиваю Альке утренний номер «Вашингтон пост», на первой странице которого напечатано интервью с этим самым сенатором Черчем, будь он неладен!

— Так вот чего Трояновский за Кубу вчера заступался — говорит подруга, вчитываясь в текст — Отобьешься?

— А куда я денусь. Первый раз мне что ли за наш МИД отдуваться. Как думаешь: может, мне с Примакова уже полставки стрясти?

— Лучше бы ты сразу в наш МГИМО поступил. Зачем тебе вообще этот юрфак МГУ сдался?

— Надо! Я, может, министром юстиции мечтаю стать. Или Генеральным прокурором.

— Ты себя в зеркале видел? С таким фейсом в министры и прокуроры не берут!

Алька ехидно фыркнула и стянула у меня с тарелки бриошь, посыпанную сахарной пудрой. Избавив меня тем самым от искушения.

— Эй! — возмутился я для порядка — Хватит меня объедать!

— Тебя контрольное взвешивание в Москве ждет. Киселев с Ретлуевым мне только спасибо скажут, что я тебя булочки лишила.

— С такой нервотрепкой как бы им меня еще откармливать не пришлось — вздыхаю я — как там настроение в коллективе?

— Бодрое. С утра поплавали, сейчас у всех репетиции. Сашка своих подопечных решила к аэробике приобщить вместо обычной разминки, Лада с Михаилом Юрьевичем вокалом занимаются — Майкл помещение с роялем организовал. А парни позавтракали по-быстрому и на стадион свалили, аппаратуру к прогону готовить.

Алька допила кофе и по-хозяйски составила всю грязную посуду со стола на тележку. Потом вытолкнула ее за дверь.

— Забыла еще сказать: там вроде как японец с Хонды прилетел, Майкл за ним послал ассистента в аэропорт.

— Отличная новость! — обрадовался я — Еще бы Сергей Сергеевич по-быстрее вернулся.

— По идее должен к вечеру появиться.

Наш неспешный треп прерывает появление Гора и Клаймича. Оба в костюмах, при галстуках, такие деловые, просто жуть.

— Ну что, Виктор, передохнул, готов ко встрече с журналистами?

— Да, я как скаут — всегда готов.

— Тогда вперед!

* * *

Конференц зал отеля Hilton Miami Downtown выглядит солидно и ультра современно. Журналистов собралось много, но места здесь всем хватило и еще осталось. Кондиционеры шпарят на всю катушку, в зале даже немного прохладно. Особенно для тех, кто только что зашел сюда с улицы — там сейчас 35 градусов жары или 95 по фаренгейту. И вдобавок 95% влажности. Хотя для местных это может, и не жара вовсе, они ко всему привычные. У них даже выражение такое есть «95/95».

Приятная прохлада настраивает журналистов на деловой тон, вопросы следуют один за другим. Мы в красках описываем, с какими трудностями выбирались из Нового Орлеана. Приносим свои искренние соболезнования пострадавшим. Майкл дает какие-то пояснения по завтрашнему концерту. Все чинно, благородно. Я даже удивлен немного — думал, что провокационные вопросы начнут задавать с первой минуты.

Наконец, один из журналистов — латинос средних лет в ярко-розовой рубашке и в галстуке с психоделической расцветкой — спрашивает меня, видел ли я уже митинг перед отелем.

— Нет не видел. А он имеет к нам какое-то отношение? — включаю я дурака — Это наши местные фанаты?

— Эти кубинцы протестуют против советской военной базы развернутой на Кубе.

— А у нас она там есть⁈ — делаю сильно удивленное лицо — Впервые слышу. Вы точно не ничего не путаете? Я на днях видел по телевизору, как один ваш сенатор говорил о каком-то советском военном учебном центре на Кубе, но чтобы целая база⁈ Прямо такая же, как ваши в ФРГ?

Журналист морщится и пытается продолжить, но я небрежно отмахиваюсь от него

— В любом случае, этот учебный центр к нашей группе не имеет никакого отношения. А я так даже и в армии не служил — мне по возрасту пока рановато. Поэтому предлагаю вернуться к обсуждению нашего творчества. А вопрос про этот центр вы можете задать нашему военному атташе в Вашингтоне.

— Нет, но вы одобряете размещение советских бригад рядом с границами США⁈

Вот же, прилип как банный лист. Не мог придумать что-нибудь поумнее. Или остальные темы для провокаций уже исчерпаны?

— Слушайте, школу я закончил только в этом году и география еще не успела выветриться из моей головы. Что-то я не помню, чтобы у Кубы была сухопутная граница с США.

— Зато есть морская!

— Насколько я знаю, ваш сенат не спешит ратифицировать Договор о морской границе США и Кубы. Сколько он там уже лежит на рассмотрении — года два или три? Они так и важнейший для всего мира Договор ОСВ-2 замылят, даже не сомневайтесь! А когда им делом заниматься, если председатель Комитета занят исключительно собственным переизбранием?

Я насмешливо потряс в воздухе номером «Вашингтон пост» с фотографией сенатора Черча, тут же защелкали вспышки фотоаппаратов — журналисты поспешили сделать удачный кадр.

— И знаете что? Совершенно не удивлюсь, если глупейшая версия о том, что Куба устроила катастрофу на орлеанском нефтехранилище, тоже была придумана в предвыборном штабе сенатора Черча, как и вся эта пустая шумиха с кубинским учебным центром. Он знает, что безбожно проигрывает и теперь хватается за любую соломинку, лишь бы усидеть в сенатском кресле. Только зачем выставлять ЦРУ немощными дилетантами, не ведающими о том, что у них происходит под самым боком? Надеюсь, избиратели сделают выводы об отношении сенатора к своим обязанностям.

Подождав, пока шум утихнет, я ловко перевожу тему

— Кубинцы, конечно, ребята очень боевые, но главную угрозу они представляют совсем на другом фронте. Как думаете, между кем развернется основная борьба за золото на боксерском ринге предстоящей Олимпиады в Москве? На кого ставите вы?

Мужская аудитория тут же с азартом переключается на спортивные прогнозы. Я улыбаюсь, наблюдая, как легко они повелись на мою уловку. Бокс — это же святое! И конечно, все здесь безоговорочно ставят на своих американцев.

— Господа, вы слишком недооцениваете кубинских боксеров! И советских тоже. А мне, поверьте, есть с чем сравнивать. Я и после чемпионата Европы в Кёльне пересмотрел уже свои прогнозы, но утром сегодня побывал на тренировке в кубинском боксерском клубе, и честно скажу вам — это нечто! А ведь это всего лишь рядовой клуб. Тогда какая же подготовка будет у олимпийской команды Кубы по боксу?

Обвожу взглядом притихших журналистов и заканчиваю это рутинное мероприятие на нужной мне ноте

— Так что не будьте слишком самоуверенны. Конечно, американская школа бокса очень сильна, я и сам весной убедился в этом на соревнованиях в Лас-Вегасе. Но готовьтесь: предстоящая Олимпиада преподнесет много сюрпризов. И я призываю вас не кидаться на сенсации, высосанные из пальца проигрывающими политиками — я снова потрясаю газетой, зажатой в руке — не раздувать вражду с соседями на пустом месте, а выяснять отношения между странами исключительно в рамках спортивных соревнований. И пусть победит сильнейший!

* * *

…За обедом Майкл неожиданно спрашивает меня

— Виктор, помнишь, в Японии я рассказывал тебе про «Ночь уничтожения диско» на стадионе в Чикаго?

— Помню, конечно. Нам же потом пришлось из-за этого срочно перекраивать наш репертуар и рекламу.

— Сегодня утром мне позвонил этот скандальный Стив Даль. Предлагает дать ему часовое интервью в прямом эфире на радиостанции «The Loop». У него там сейчас собственное шоу, совместно с Гарри Мейером, называется «Steve Garry». Как ты на это смотришь?

— Нормально смотрю. В нашем деле лишней рекламы не бывает. А вас что-то смущает в его предложении?

— Даль, конечно, сейчас суперзвезда, а его шоу самое популярное на радио в Чикаго — вздыхает Гор — но Стив — парень абсолютно безбашенный, склонен к провокациям и эпатажу. Сразу хочу тебя предупредить: интервью с ним легким не будет. Ответ нужно дать до вечера.

Мы переглядываемся с Григорием Давыдовичем, я задумчиво тру подбородок. Это тот самый случай, когда «и хочется, и колется». Сейчас, наверное, любой поп-исполнитель мечтает попасть на эфир к Далю. Ну, кроме тех, кто имеет несчастье исполнять музыку в стиле диско. И это, конечно, отличная реклама для предстоящего концерта «Red Stars». Но как угадаешь, что Стив отлепит в этот раз? Мало ли что взбредет в его шальную голову? А то ведь может так случиться, что и позора потом не оберешься.

— Ну, что: может, рискнем? — спрашиваю я своих подельников — Грех ведь такой случай упускать.

— Тем более, что он сам зовет, мы к нему не напрашивались — согласно кивает Клаймич

— А если вдруг он чего учудит, то я пошлю его в прямом эфире и уйду, хлопнув дверью. В конце концов, громкий скандал — это тоже реклама.

— Тогда заказываем билеты на самолет на завтрашний вечер. Ты после концерта сразу едешь со мной в аэропорт, а Грегори с группой поедет на автобусе. Переезд длинный, ехать придется почти сутки.

На этом и порешили. Закончив обед, Майкл пошел звонить в Чикаго и заказывать билеты, я отправился переодеваться, а Григорий Давыдович подгонять народ, чтобы всем отправиться на стадион, где нашей группе предстоит завтра выступать.

Сергей Сергеевич появляется, когда мы уже собираемся уезжать. Выглядит полковник неважно — осунулся, под глазами темные круги. На мой немой вопрос он незаметно качает головой, а для всех остальных бодро объявляет, что Андрей благополучно отправлен в Москву. Впереди у него восстановление, которое займет не меньше месяца, а может, и вторая операция — травма очень серьезная.

Наши дамы дружно охают, не понимая, как такое могло случиться. Пока они взволнованно кудахчут, сочувственно спрашиваю полковника

— Вам хоть удалось поспать нормально?

— Да, в самолете немного поспал.

— Может, отдохнете с дороги, а мы сами справимся? — подключается к разговору сердобольный Клаймич.

— Лучше пораньше вечером лягу. А сейчас поеду с вами, посмотрю, что там со стадионом.

…С возвращением Сергея Сергеевича все снова входит в привычную колею. Жара совершенно не располагает к походам по магазинам или к экскурсиям, поэтому народ дисциплинированно возвращается вечером в отель и спасается от жары в местном бассейне. Все покупки и «гуляево» отложены до Нью-Йорка.

И до конца нашего пребывания в Майами никаких сюрпризов больше не происходит.