Вечером прибрежный город погрузился во влажные сумерки, подсвеченные множеством белых огоньков. Мы с Алередом медленно шагали по набережной, каждое растение в кадке было усеяно этими фонариками, словно крупными люминесцентными льдинками, которые оказались живыми не совсем насекомыми. Глаза отдыхали после невероятно странной тренировки. Детские воспоминания совершили в душе переворот, непрожитые в свое время эмоции вышли все разом через слезы. Неконтролируемо. Неожиданно. Но рядом находился Алеред, который вовремя подставил свое подкачанное плечо, позволив пускать на него слюни и сопли.

Не припомню ни одного случая, когда бы я так же старательно хлюпала на Анькином. А она, между прочим, моя лучшая подруга. Умная, мудрая, всегда готовая поддержать. В кратковременных отношениях с Пашкой тоже ни разу не случалось повода поныть. Да и вряд ли я бы себе позволила так пугать парня! А Алеред не казался хоть сколько-то встревоженным. Я доверила практически незнакомому инопланетянину свои эмоции. Но внутри поселилось тепло и «правильность» происходящего. Наверное, потому что я не ждала от него оценки.

Теплый вечер умиротворял. Мы поужинали в кафе прямо на пляже, где подавали вкуснейших морских гадов.

– Я бы отпустил тебя отдыхать, но обещал показать планету, – заметил Алеред, когда мы снова оказали на улице.

– Отложим на утро? – уточнила с надеждой.

– Ну уж нет! – развеселился он. – Близко к экватору рано темнеет, но город красив в любое время суток, пойдем. К тому же, мы с Верусом договорились встретиться в глубине материка. Там есть кое-что интересное.

Мы отправились к транспортной платформе по сказочным улицам с горящими кристалликами на каждом дереве и кустике. На худеньких высоких стволах-столбиках раскрылись пахучие ночные цветки. Бархатистые сумерки окрашивали их в невнятный фиолетовый, но ощущение праздника окутывало со всех сторон вязким капканом.

Небольшой воздушный поток все же двигался из центра прибрежного городка. Алеред арендовал глянцевый двухместный летун с прозрачной кабиной. Над головой проносились звезды, внизу мерцал огнями красивейший город. С высоты он еще больше завораживал, и я лишь уверилась, что могла бы жить в таком месте с превеликим удовольствием. Вздох вырвался из груди помимо моей воли.

– Лефритта одна из прекраснейших населенных планет, – прокомментировал Алеред. – Буйство природы и красок, курортные поселения. Множество туристов. Тут всегда есть работа, и хватает пищи.

– Вы меня отпустите когда-нибудь? – чуть слышно с замирающим сердцем задала волнующий вопрос, ведь совсем не понимала, чего ожидать в будущем. – Я бы и правда могла остаться здесь.

– Ты не в плену и не в рабстве, – чуть помедлив, ответил Алеред, отвлекшись от дороги, и продолжил подхрипшим голосом, – Ты в гостях, Лика.

– Хорошо, слегка прояснили.

– На моем корабле безопасно. Укрытие. Научишься контролировать свой дар, разберешься в политике, в мироустройстве, посмотришь другие системы. Тогда выберешь.

– Тогда расскажи мне.

И Алеред поведал за время полета, что некроманты всегда состояли на службе Конфедерации. В половине случаев их дети или внуки получали зеленые глаза разной интенсивности и оттенка. Сила воздействия на энергию и материю зависела именно от него. Точнее, как я и узнала в библиотеке, душа выбирала генетически подходящее тело. Обладателей дара отслеживали и обучали. Правители каждой планеты обязательно имели под рукой такого помощника. Я сразу вспомнила придворных магов из книжек о волшебных мирах. Вероятно, перспектива не самая удручающая. Из бедной студентки в правительственные круги. Но, как оказалось, наиболее сильных отправляли на федеральные задания. И миссии эти были разного характера. От разведывательных до военных. И вот это как раз выбивалось из контекста. Прежде я читала, что Конфедерация сосуществует с соседями мирно.

– Погоди, Алеред, днем ты сказал, что раздоров нет. А теперь значит, некроманты выполняют военные поручения?

– Отчасти, поэтому и нет. В руках некромантов огромная сила созидания и разрушения.

– Из-за этого ты не хочешь отдавать меня Конфедерации?

– Тебя скрывали. В твоих глазах жидкий огонь. Твой дед прятался на закрытой планете. Твой дар будут использовать в определенных целях. Ключевое – использовать. Именно тогда закончится твоя свобода, – Алеред открыл было рот, сказать что-то еще, но потом передумал и молча смотрел вдаль, яростно вцепившись в штурвал.

Неужели он с самого начала все это понимал? Разглядел радужку и решил, что я сбежала от правительства, чтобы меня не «использовали»?

– И много таких некромантов в рабстве и бегах? – решила уточнить, раз уж выдался откровенный разговор.

– Не так уж, в целом, семьи некромантов ценят и почитают, – смягчился Алеред. – Не бери в голову, я зря напугал тебя. Скоро будем на месте, наслаждайся видом, Лика.

Города под брюхом нашего транспорта сменяли один другой, а горящие точки не пропадали, подсвечивая кроны деревьев изнутри. Тянуло прикоснуться к чуду природы. Вот и правда, подумаю надо всем завтра, когда окажусь в бесцветном космосе.

Впереди показались холмы и взгорья. Посадочная площадка располагалась в котловине между пиков пронумерованными ярусами ровных блинчиков.

– Дальше придется идти пешком, – проинформировал Алеред, когда мы выбрались на прохладный вечерний воздух.

– Люблю прогулки.

Хорошо оборудованная тропа вдоль хребта вела вниз. Звуки ночного леса отличались от земных, но приятно ласкали слух. Алеред рассказал, что ядовитых пресмыкающихся и насекомых на Лефритте не встречалось. Это удивляло и одновременно радовало. Точно когда-нибудь приеду сюда жить!

Несколько широких ступеней вывели к вырезанной прямо в скальной породе арке. Витиеватые растительные орнаменты украшали отполированный камень. Пройдя внутрь по хорошо освещенному просторному коридору, мы попали в огромный роскошный холл отеля! Да-да, стойка администратора, зона отдыха, бар! Мягкие диваны, деревянные стулья с цветочными узорами. Белые тона интерьера поблескивали золотистой отделкой и гармонировали охристыми деталями. Приятный желтый свет возвращал в состояние покоя и уюта.

Алеред уточнил бронирование. Мы снова прикладывали ладони к сенсору, а миловидная девушка подтвердила несколько команд на мониторе и сообщила номера комнат. А еще оказалось, что Верус уже прибыл и отправился на вечернее развлечение. Именно туда меня и потащил Алеред.

Из холла отеля вел еще один выход в огромной прозрачной стене, которая словно выливалась из камня, ограждая скальный балкон. Получилось, что мы прошли хребет насквозь, оказавшись по другую сторону кряжа. Широкие ступени разной величины уводили в живописную низину. Там в неровных природных чашах искрились небольшие озерца, расположенные каскадом. Неспешные водопады стекали из одного в другое упругими струями, но не заглушали остальные звуки.

Люди сидели за столами и на отдельных лавках на оборудованных по берегам деревянных настилах. В кадках росли цветущие кустарники, горели светильники. Уютно разбросанные круглые подушки создавали непринужденную атмосферу. В самом ближнем к отелю озере народ устроился прямо в воде, там же показался вырастающий из породы бар с множеством напитков и фруктов.

– Знаешь, Лика, а, пожалуй, не будем разыскивать Веруса, – решил Алеред, ловко схватил меня за руку и потащил к самой дальней чаше, где виднелось много свободных мест. – Скоро начнется.

У овального столика Алеред отпустил меня, а я умудрилась почувствовать разочарование, когда моей ладони коснулся прохладный воздух. Мы примостились около воды, куда при желании можно было свесить ноги, как и днем у моря.

А потом мне показалось, что издалека донеслась музыка. Я вслушалась, но поняла, что ошиблась. Через четверть минуты высокие ноты сменились низкими, тихий рокот перешел в звонкий свист.

– Это? – односложно спросила, сама не понимая, что.

– Оно, – зато Алеред меня прекрасно понял.

Зазвучали целые трели, переливаясь оттенками и интенсивностью. Казалось, будто пел ветер! Но настоящую чувственную мелодию! Не тоскливые завывания, как наша земная зимняя вьюга, а красочные наполненные жизнью этюды.

– Это уникальное природное явление в горах Лефритты, – Алеред опирался локтем о согнутое колено. – Внутри они полые, а наружу ведут ходы разной величины. После заката воздух начинает остывать. Разница температур создает движение. Рождается мелодия.

– Созидание, – добавила тихо, чтобы не спугнуть чудо.

А тем временем музыка наполняла пространство все плотнее, каждая клеточка тела вибрировала вместе с дыханием скал. Будто дракон невероятных размеров заснул, свернувшись у заводи.

– На Земле я не так уж много путешествовала. Там тоже были красивые места, – я печально взглянула на Алереда. – Жизнь только начиналась. Не успела посмотреть и родную планету, а уже попала в далекую галактику. Но Лефритта точно останется в моем сердце.

– Я видел немало планет. Но не все. На Лефритте пятый раз. Она притягательна.

Алеред посмотрел на меня, как показалось, очень серьезно. А я подняла голову к звездам. Неужели бывают миры без лун? Разве спутники не нужны для гравитационного равновесия? Я видела краем глаза, что Алеред не шевелился.

– Будут петь всю ночь? – неловко повернулась.

– Скоро утихнут, но отголоски звучат до утра. Если устала, я провожу тебя в комнату.

– Посидим еще немного.

И мы подождали, пока плавная мелодия не превратилась в колоритный шепот. В воспоминаниях всплыла ночь, когда на Каплю заявились пришельцы. Там мне снились далекие голоса, здесь и сейчас музицировали горы.

Жилые комнаты нашего отеля вгрызались в недра скалы. Лифт внутри привез на нужный этаж. Длинный широкий коридор плавно изгибался. Оказалось, что двери номеров моих похитителей-покровителей по обе стороны от моей. Обложили и будут охранять.

– Вылет сразу после завтрака, – сообщил Алеред на прощание.

– Принято, – изобразила послушную девочку и добавила, – Спасибо.

После чего чмокнула Алереда в щеку и, пока он не успел никак отреагировать, скрылась в комнате, приложив руку к сенсору.

Пожалуй, следующим пунктом придется изучить правила и приличия звездной цивилизации. Можно ли было так делать? И что это у них означало? Надеюсь, что ничего особенного.

Окна выходили на озеро и долину. В душе наконец-то удалось смыть дневную жару. Кожа, которая выглядывала из-под одежды, заметно окрасилась, но не обгорела. Я бы с удовольствием намазалась кремом после загара, но все покупки увез Верус. Буду и этим заниматься, когда вернемся в космос.

Мягкая кровать с несколькими покрывалами приняла мое уставшее тело в свои ласковые объятия, и я быстро уснула. Яркие цветные картинки, так редко посещавшие меня в путешествии, сопровождали до самого рассвета. Давно я так не отдыхала!

А вот когда поняла, что не имею никакого понятия о времени, о завтраке и месте нахождения столовой, в дверь деликатно постучали. Неужели! На пороге стояли Алеред и Верус на пару.

– О, мальчики! – выдала от удивления вместо приветствия.

Оба голубоглазых пепельных блондина одновременно загадочно улыбнулись. Мы спустились в холл отеля и прошли широким хорошо освещенным коридором вглубь скалы. Свободный зал выходил панорамными окнами на каскадные озера. «Мальчики» нашли свободный деревянный стол, где лежал тоненький планшет с широким выбором блюд. Покушать я всегда любила, на фигуру это никогда не влияло. Поэтому в путешествии с удовольствием пробовала новое. К тому же, месяц на сухарях все еще вспоминался унылыми отголосками лишений. Все, что я ела после, обладало ярчайшим вкусом и ароматом.

На орбите оказалось на удивление тоскливо. Звуки и краски потухли. Живая твердь все еще была внизу, но меня плотной стеной окружал искусственный материал космического корабля. Я привыкла к нему за долгое время полета. Но после Лефритты контраст мгновенно выбивал из колеи.

Хоть в магазине я решила, что вещей купили достаточно много, но разобрала их довольно-таки быстро. Теплая планета оставила на коже ожидание ласковых лучей светила. Отчего в черной пустоте вакуума холод прилипал, словно мятный мармелад. Пригодилась одна из толстых кофт, заботливо прихваченных Верусом.

Вечером того же дня я отправилась ужинать. И памятуя насыщенную культурную программу, сидеть в столовой в одиночестве расхотелось. Как-то так получалось, но после случая с Лорусом члены экипажа меня словно избегали. А я вспомнила, как дружелюбно поил меня местным взваром Хелир, и направилась прямиком в кухню.

Дверь, как и раньше, отъехала без касания сенсора. А я решила, не стесняться, и уверенным шагом ворвалась в царство корабельных гастрономических изысков. Желудок отозвался голодным урчанием.

– Доброго вечера, – пожелала застывшим при моем появлении работникам. – Мне бы Хелира.

– Вот и я, – мужчина вынырнул слева, потряхивая половником.

– Вызывать медиков? – пошутил один из поваров помоложе, уже дотронувшись до кремового браслета.

Или он всерьез?

– Не стоит, – дала тактичный ответ, но не смогла удержаться от сарказма. – Сегодня никого умерщвлять не планировала. Разве что, если останусь голодной, – я сделала вид, что задумалась, но никто не оценил шутки.

Я вынужденно вздохнула и подошла к Хелиру. Пшеничные волосы повара ровно выглядывали из-под тонкой шапочки, а глаза светились теплом, будто испускали инфракрасные волны, способные приготовить обед.

– Хелир, ты был добр и отзывчив в прошлый раз. Я надеялась, что смогу рассчитывать на, э-э, – я замешкалась, а на что, собственно? – Хотелось бы на дружбу, но, возможно, для начала на поддержку. Моя подруга Анька всегда говорила, что человеку нужен человек. Она осталась очень далеко. И я сегодня поняла, как сложно все время ужинать одной в огромном зале…

Я искренне вздохнула и подняла взор на собеседника, который внимательно слушал и не перебивал. Но он отвечать не спешил.

– Можно я тут поем? – кивнула на стол около стены, где в прошлую нашу встречу Хелир рассказывал про мои глаза. – Просто побуду среди людей.

– Меня не пугают твои способности, – спокойно рассудил повар. – Но другие опасаются. Если не станешь чудить – можно. И даже есть вероятность дружбы, – он улыбнулся и подтолкнул меня за плечо к столу.

– Спасибо, – я попыталась искренне улыбнуться, но вышла несчастная физиономия. – А еще я ничего не понимаю в местной еде. С удовольствием положусь на твой вкус.

– Не часто путешествуешь в космосе?

– Впервые, – я снова не смогла соврать человеку, у которого попросила помощи.

– Научим, – Хелир усмехнулся, а через несколько минут передо мной стояла аппетитная тарелка.

Наконец-то я узнала названия овощей и планет, где они произрастали. С первого раза не запомнила, но, постепенно разберусь и смогу не выделяться.

На следующий день завтрак снова провела в кухне. А потом отправилась в излюбленное место – техническую рубку, где продолжила изучать все подряд о новом мире.

Время оборота планет вокруг светил в разных галактиках отличалось, но всегда было кратно семи и возрастало или уменьшалось пропорционально. Межгалактические сутки так же продолжались определенное количество часов. Причем час в звездной цивилизации отличался от привычного мне земного. Но соответствовал астрономическим делениям и биоритмам Вселенной. Как и все планеты, подчиняясь общему дыханию плотности материи.

Централизованная власть в Конфедерации была сконцентрирована в руках одного семейства уже много лет. Закон не запрещал переход правления к другой династии. Но так уж складывалось, что подходящие люди рождались в одной планетарной системе. Еще до выходного, я читала, что только голубоглазые могли претендовать на эту роль. Расизм в чистом виде. Но почему-то тут верили, что генетика определяла дух, который займет тело. Я пыталась принять такой подход, но внутри все сопротивлялось, ведь на Земле учили совершенно иному. Толерантность и равенство – вот что должно служить основой общества – каждый может сам выбирать, кем ему стать и что делать. Но наши более продвинутые собратья выявили закономерность, по которой гены говорили, что разумнее не утруждаться поисками, все предрешено.

Вечером того же дня мне удалось уловить в кухне обрывки разговоров. Шептались, что Лорус умер не от сердечного приступа, как капитан сообщил команде изначально, дабы не поднимать панику. В крови усопшего удалось обнаружить след растительного яда. Будто бы это было в еде. Вот поэтому поварской состав боялся перестановок, когда найдут виновного. Больше всех косились на молодого парня около окошка раздачи. Про меня, казалось, забыли. Впрочем, какими бы ни были сильными мои способности созидать и разрушать, вряд ли возможно было неосознанно воспроизвести в крови Лоруса неизвестную мне отраву. Но, порой, мысли возвращались в тот день, и я пыталась ощутить, повлияла ли на судьбу человека, рухнувшего на моих глазах на пол и за секунду ушедшего.

Необходимость обсудить это хоть с кем-то терзала. И не уверена, что уместно было бы включаться в малодушные сплетни на кухне. Единственным инопланетным человеком, с которым мы всецело исследовали таланты некроманта, оказался Алеред.

На следующее утро я по обыкновению явилась в комнату с огромной колбой и решила освоить навыки использования коммуникатора. Ведь просто так отправиться на мостик сложнее, чем на кухню. Поэтому я дотронулась до плоского браслета и старательно представила Алереда. Каково было мое удивление, когда прямо в ухе или голове, так сразу и не разобрала, раздался его голос!

– Капитан, разрешите отвлечь от, несомненно, важной задачи? – выдала без запинки очень быстро, ну надо же было такое придумать!

– Лика? – казалось, Алеред очень удивился.

– У меня возникли вопросы, касаемо изученного материала, – решила немного конкретизировать свой неожиданный звонок.

– Зайду во второй половине дня, – связь прервалась.

Ух! Это было невероятно странно. Почти телепатия. Я стояла у рабочей панели и глуповато улыбалась. Все-таки инопланетные технологии вызывали детский восторг.

А самообразование занимало мозг интереснейшими подробностями межзвездной цивилизации. На сей раз меня привлекли закрытые колонии, такие, как наша Земля.

Когда в какой-либо звездной системе появлялся пригодный для обитания мирок, определялось направление колонизации. Отбор проходили все желающие, но принимали лучших в своих областях. Каким образом выискивали такие близкие по значениям жизнеобеспечения планеты, говорилось вскользь. Ничего понятного. Пространные фразы, вроде профессиональной сонастройки вибрационного поля в ближайших плотностях. Где-то встречалась информации о спонтанных преобразованиях. В других источниках упоминалось об упорядоченных наслоениях виртуальных частиц и фермионов. Еще бы я знала, что это такое! Видимо, надо было найти школьную программу братьев-инопланетян и начать с нее. Но мне хотелось поскорее объять необъятное.

Закрытые и экспериментальные колонизации проводили, чтобы наблюдать за развитием цивилизации в замкнутых условиях со всевозможными исходными данными. Заселение происходило по определенному сценарию. А добровольцев всегда хватало, несмотря на условия эксперимента. Но важное правило о невмешательстве соблюдали четко, хоть и оставляли пути эвакуации.

Моя Земля была старой колонией с устоявшимся мироустройством. Изначально на планету завезли множество животных и растений. Вероятно, именно об этом говорили Петроглифы в пещере, где огромными рядами из летающих шаров спускались быки и ростки. Я открыла фотографии на своем прежнем телефоне, который по привычке таскала с собой. Все именно так! Первые поселенцы изобразили прибытие в камне. В тот же период заложили несколько космических баз. Похоже, на одной из них я и побывала. Естественная система ходов, преобразованная под тайный порт. Место, откуда началась история землян.

Главной задачей создания данного закрытого поселения было отслеживание скорости развития науки и техники, а также наблюдение за распределением генотипов.

Но это никак не объясняло наличие на орбите корабля, который подчинялся моей ДНК. Ведь далее любая техническая поддержка колонии прекратилась.

Получается, мой дед прилетел на Землю, скрываясь от Конфедерации, тем самым нарушив закон об автономности закрытой планеты. Спрятал межзвездный крейсер на орбите за спутником и воспользовался древней посадочной базой. Но откуда же тогда в ангаре появилось столько сплюснутых шаттлов? Вывод напрашивался сам собой. Дед прилетел не один. А значит, в родном мире остались и другие инопланетяне. Были ли они друзьями? Или свои летательные аппараты припарковали те, кто искал беглого некроманта? Впрочем, на Земле осталось полно зеленоглазых людей. Означало ли это, что все они обладали способностями к некромантии? Судя по тому, что я изучала прежде – несомненно. И тогда в воображении молниеносно всплыл следующий вопрос. Насколько это случайно? И не заселили ли планету изначально с целью «разведения» некромантов?

Так, Лика, стоп. Ну что за чушь полезла в голову? И кому они нужны в таком количестве? В смысле, неужели все эти люди тоже ощущали смерть, как и я? Но молчали. Или они больше чувствовали рождение нового? И творили. А-а-а-а-а! Кажется, пора бы пообедать!

На голодный желудок сложно ожидать здравых мыслей, моему мозгу всегда требовалось хорошо питаться и высыпаться.

Алеред заглянул в техническую рубку, как и обещал, ближе к вечеру по корабельному времени. Я изучала основы квантовой физики, пытаясь вникнуть в возможность молниеносной передачи информации внутри поля. И так как любая частица являлась одновременно не просто волной, а энергетической информацией, те же законы действовали и при межзвездных перемещениях кораблей и людей. Не световые года, как мы думали на Земле. А мгновенные переходы в пределах полярной ячейки. Называется, собиралась отвлечься и отдохнуть.

– Лика, хотела меня видеть? – прервал Алеред мои попытки вникнуть в научную суть мироздания.

– Капитан Алеред, – улыбнулась голубоглазому пепельному инопланетянину. – Ходят слухи о смерти Лоруса.

– Сплетни? – он слегка прищурил глаз и приподнял бровь, усмехнулся. – Уникальный человеческий навык. Прежде на корабле никто не умирал. Само собой, эту тему будут обсуждать какое-то время.

– Я не в качестве доносчика, – поспешила изложить главную мысль. – Я чувствовала множество смертей за свою жизнь. Привыкла, ведь всегда знала, что им пора. Просто пришел их час. Все так, как должно быть. А мне лишь дано узнавать заранее. Для чего? Я все пыталась разобраться. Но ответа не находила. Спасать людей? Выучиться на врача? Возможно, надо было попробовать. А я выбрала принять как данность и постараться не замечать. Боялась. Представляла, что я медик, и вот чувствую, что мой пациент на краю, но ничего не могу сделать. Страх. Не реализоваться, ошибаться, ежедневно видеть свое бессилие.

– Лика, – Алеред дотронулся до моей руки и обхватил ладонь, которая показалась очень маленькой и хрупкой в его сильных и уверенных пальцах. – Все события в твоей жизни привели тебя в настоящее. А значит, все было правильно, каким бы оно ни казалось.

– Ты прав, все так, как надо. Но я выбрала не участвовать, ведь просто знала чуть больше других. Но когда Лорус упал, меня пытались обвинить. И знаешь, они ведь задели то, что я прятала столько лет. То, во что не хотела верить, за что не желала брать ответственность, – ох, разговор точно пошел не в то русло, ведь не собиралась же я устраивать нытья и изливать душу, хотела по существу выяснить о своих способностях.

– Я не выдвигал против тебя обвинений, – серьезно заявил Алеред. – А команда может шептаться, о чем угодно. Некоторым людям скучно без драмы.

– Ты ведь разбираешься во всей этой некромантии, – я внимательно смотрела ему в глаза. – Объясни мне, наконец, могла я кого-то убить? Или наоборот спасти? Воспроизвести в крови яд? Или разорвать артерию?

– Остановись, Лика, – улыбнулся Алеред, слегка сжав мою руку. – Не стоит придумывать столько изощренных способов умерщвления. Хотя, разорвать артерию…

Видимо, я настолько высоко подняла брови, что мои округлившиеся веки заставили Алереда громко рассмеяться. А у меня еще и рот открылся сам собой.

– Прости, Лика, не удержался. Видимо, чувство юмора у меня и правда паршивое, – объяснил капитан. – Верус никогда не упускает возможности об этом напомнить.

– Пошутил, да? – переспросила глуповато. – А я серьезно спрашивала, Алеред. У нас с самого начала получались весьма странные беседы, – я вздохнула и посмотрела в сторону.

– Некроманты не могут создавать из ничего яды, если не знают формулу, – сдвинув брови, все же ответил он. – Ты с другой планеты, я постараюсь больше так не пугать тебя.

– Я не испугалась, но все вокруг состоит из новой для меня информации. И я воспринимаю ее за истину в последней инстанции, чаще всего, без какой-либо критики.

– Ты права, иногда я забываю кто ты и откуда. Порой кажется, что давно путешествуешь с нами. Когда я тебя нашел на том корабле, – Алеред задумался, будто вспоминая мое похищение с Капли. – Ладно, некромантия, лучше вернемся к ней. Теоретически, ты бы могла спасать их. Если бы они захотели жить. Заставить кого-то против воли только ненадолго. Продлить, но если действительно пришло время, то не в силах некроманта изменить это. Убивать. Лика, это противоестественно, вмешиваться в жизни других по своему желанию. Но способность к разрушению, как и к созиданию дает некромантам практически неограниченную власть над энергией и материей. Вопрос совсем в другом. Ты действительно пойдешь убивать, если тебе не запретить?

– Скорее, я могу представить, что способна сделать это случайно. Ну, вдруг? Я же не осознаю и не понимаю своих возможностей.

– Вот поэтому-то и не получится сделать случайно.

– Точно уверен?

– Точно, Лика, – Алеред снова улыбнулся. – Но теперь ты знаешь и представляешь, а значит, куда более опасна, чем раньше.

– Ты обещал больше так не шутить, – пробурчала, пытаясь понять, насколько серьезен он на этот раз.

– Лика, чтобы совершать такие преобразования, нужны большие волевые усилия, знания и много тренировок. Всю свою жизнь ты чувствовала, то есть, только принимала сигнал. Команда в состоянии аффекта ждала от тебя чуда. Никто не обвиняет тебя в смерти Лоруса.

– Но я могла бы его спасти, да? Если бы уже умела действовать, а не только принимать сигнал?

– Возможно.

– Нужны практические тренировки. Может на растениях? Меня пустят в отсек гидропоники?

– Лика, – Алеред прикрыл глаза. – У тебя в комнате есть несколько экземпляров. Похвальное рвение. Но дай всему время.

– Что случилось с Лорусом, Алеред?

– Его отравили, – нехотя произнес капитан.

– Кто и зачем? – сама не поняла, для чего спросила.

– Мы это выясняем. Яд подмешали в пищу, возможно, кто-то из поваров, действительно был соучастником. Пока мы с Верусом даже не смогли понять мотив. Убийство Лоруса бессмысленно. Он заведовал гидропонным отсеком и ни с кем не конфликтовал.

– О, ты поэтому посоветовал туда не ходить?

– А ты случайно не разбираешься в растительных ядах?

– Это ведь снова странная шутка, Алеред? Ваши медики сразу заподозрили яд, они точно разбираются. Не обвиняешь напрямую, но в каждой фразе сквозит недоверие. И да, я незнакомка, которую ты притащил с пустого межпланетника, скрывающаяся от Конфедерации, сама не всегда понимаю зачем. И подозревать меня в первую очередь, самое логичное и разумное решение. Ты во всем прав, капитан. Вот только убийца, вероятно, понимал это не хуже меня. А за разговор спасибо. Я получила достаточно ответов.

Не оглядываясь, я поспешила к двери. И почему мне показалось, что после выходных на Лефритте, разговоры с Алередом станут более нормальными? Он с самого первого дня вводил меня в замешательство. И сейчас я вообще не поняла, что почувствовала. И почему ждала от него подвоха? А может он вообще без задней мысли говорил. А я? И что меня в нем так цепляло каждый раз?

Время? Растения в моей каюте подверглись экспериментам в тот же день. Умерщвлять их было жалко. Но понимание своих способностей и возможности осознанно влиять на результат мотивировали к действию. Необычные тренировки с капитаном научили меня погружаться в состояния разрушения и созидания. И важно в конечном итоге оказалось не как, а откуда.

Корабельные цветы послушались на удивление быстро. Стоило мне вспомнить скомканный лист прописи, как мое тело откликалось, включаясь в игру разума. Словно точно так же, как и он, сжимались корни, переставая усваивать питание из раствора, и вскоре черешки чахли, опуская вниз зеленые мягкие тряпочки. Но пока не началось окончательное разрушение клеточных мембран, мне удавалось повернуть процесс вспять. Расправлялись корни, включая свою насосную функцию, вновь наполняя стебли живительной влагой.

Когда в своей каюте я проделала это с каждым растением по несколько раз, мое внимание переключилось на ниши в стенах коридора. С одной стороны, я четко видела эффект своих действий. С другой, хотелось как можно больше экспериментальных подтверждений. Ведь скептик внутри меня частенько сомневался, не совпадением ли было очередное поникшее деревце. Раньше я не обращала внимания на самочувствие зеленых товарищей, возможно, удобрения в раствор поступали неравномерно. Поэтому появился некоторый азарт. Доказать самой себе, что все происходящее более чем реально. Шальные мысли начать тренировки на людях я успешно отгоняла прочь. А вот вариегатные листья около моей двери не избежали участи. Концы очень быстро отсохли. Совсем. И восстановить их не удалось. Это слегка отрезвило. Переходить к гуманоидам, пожалуй, все же рановато.