Во сне мне послышалось, что кто-то кричит. То ли люди, то ли животные, то ли представители иной расы – возможно, все вместе. Но я в это время испытывала странный жар, будто равномерное пламя окутывало тело тонкой пленкой. Неясные образы, но уверенное знание, что надо мной стоит огромная темная глыба, наделенная практически безграничной властью. И когда я потеряла способность выдерживать это давление, глаза открылись сами собой. Оказалось, что одеяло сбилось в комок, ночное платье прилипло к телу, а сердце бешено стучало о ребра.

Мне редко виделись по ночам неприятные картинки. А еще реже мне снилось что-то в вакууме. Я пока не поняла, как это взаимосвязано, но факт оставался фактом. Поэтому бурная телесная реакция насторожила.

Я умылась, переоделась в летный костюм и вышла в коридор. Ноги сами несли к лифту. А в следующее мгновение я обнаружила себя у двери капитанской каюты. Сообразить, как там очутилась, не успела, а рука уже тестировала сенсор на отклик. Собственно, доступ к различным помещениям у меня был весьма ограниченный. Но проем отворился на удивление быстро, словно Алеред караулил, ждал или получил сигнал системы и молниеносно подскочил. А может, просто время растворилось в моем сознании или бессознательное слилось со временем.

– Лика? – капитан удивленно взирал сверху вниз, одновременно одергивая только что надетую футболку, плотно обтянувшую кубики на торсе. – Ты чего не спишь?

– Хотела бы я знать, – выдала, смутно соображая, как объяснить свое местонахождение. – Тут что-то.

Алеред серьезно поджал губы и одним движением втащил меня в каюту, попутно закрывая дверь. Я снова попыталась нащупать в мыслях ускользающее понимание происходящего. Но оно лишь эфемерно подразнивало, словно мираж среди барханов.

– Что ты чувствуешь, Лика? – Алеред держал меня обеими руками за плечи и пристально смотрел в глаза. – Кто может умереть?

Почему-то именно от последнего слова слегка прошибло током и вернуло в реальность.

– Нет, не смерть, – я помотала головой. – Опасность.

– Ты можешь ощутить, кому она угрожает, – Алеред не спрашивал.

– Я оказалась тут. Видимо, ты. Весь корабль. Твоя цель. Ты.

И я сама не понимала, говорю ли всерьез или чтобы было нормальное оправдание, почему я притащилась среди ночи в его комнату. На Земле такое поведение расценивалось однозначно. Тут, в космосе, на мои странности можно списать любую неловкую ситуацию. Но дело в том, что я запуталась сама. Действительно ли Алереда требовалось спасать от неведомого? Или это я спасалась от очевидного?

Когда в детстве мне приходил плохой сон, я вскакивала с кровати и, зажмурив один глаз, на ощупь пробиралась к родителям. Там сжималась в комочек под одеялом, прислонялась к отцу, и мир сразу становился добрее. Папа всегда поддерживал себя в хорошей физической форме, и я испытывала рядом с ним нерушимое спокойствие. В норке рядом с верным теплым боком ночные кошмары таяли, словно клубничное мороженое на солнцепеке.

Вот и сейчас случилось нечто подобное. Неосознанно моя тушка инстинктивно метнулась по привычному маршруту – к надежной мужской особи. Симпатичный капитан космолета для сонного разума показался наиболее достойной кандидатурой.

– Извини, Алеред. Сама не пойму, как тут оказалась. Неполное пробуждение, бывает, – я потерла глаза, а он ослабил хватку. – Я, пожалуй, пойду, – поспешила вывернуться и отодвинуться, пока представилась такая возможность.

– Постой, – он сделал шаг вперед, снова оказавшись ближе. – Включай созидание. Будем устранять поломки, раз ты почувствовала неладное.

Я хотела спросить, какие еще поломки. Но поняла, что капитан решил, будто я хорошо научилась останавливать разрушение и самое время потренироваться. Видимо, повторить участь Лоруса он не желал. Все это промелькнуло у меня в голове за доли секунды. Потому что дальнейшие мысли разбежались в стороны. «Включилось» состояние вдохновения по команде Алереда. Я подумала было возмутиться и заявить, что не собака и имею право сама решать, когда творить, а когда идти уже по своим делам. Но и эти здравые идеи нагло улизнули.

А вот голубые глаза напротив заискрились яркими красками. Ультрамарин перетекал в кобальт, сливаясь с королевским голубым, а по краю радужки смелыми мазками обрамлялся сизым. Светлые пепельные пряди небрежно падали на лоб, подчеркивая яркость оттенков.

Пока я упивалась гармоничностью образа, руки оказались на твердой груди Алереда, уверенно заскользив вверх. Добравшись до шеи, правая кисть пальцами зарылась в волосы, а в следующую секунду мои губы придвинулись слишком близко к его. В кровь хлынул горячий биохимический коктейль. Сердце заколотилось с удвоенной интенсивностью. И мгновение, когда он успел обхватить мою талию горячими ладонями, исчезнувшее из моей памяти. Но сильные губы коснулись моих, дыхание смешалось. Страстный поцелуй инопланетного мужчины захватил в плен. Его язык проник в мой рот, рождая очередной всплеск жарких мурашек, разбегающихся по всему телу. Я прижалась плотнее к накачанному корпусу, запутавшись в губах. Уже не понимая, чувствую его или себя. Такие жадные и одновременно нежные, они терзали и дарили.

Но внезапно пришло понимание, что это же не Алеред! Это я его поцеловала! Точнее, накинулась. Пришла среди ночи, да еще и полезла с лобызаниями! Нет-нет, на Земле я бы себе такого не позволила. Никогда не была легкомысленной доступной девицей. Вообще всегда мечтала об одном и на всю жизнь! Но, как говорится, от судьбы не уйдешь.

Так, стоп! Какая еще судьба? Что же ты творишь, Лика?!

Алеред почувствовал изменения и отпустил быстрее, чем я начала выдираться. Но, все еще находясь очень близко, упер руки в стену, к которой я прижалась спиной.

И когда мы успели около нее оказаться? Похоже, вот что имелось в виду в книгах, когда героям сносило голову. Не думала, что так бывает в жизни! Как можно-то, настолько увлечься и потерять контроль? Впрочем, мне ведь понравилось! Даже возникло желание повторить эксперимент. Да и за время полета этот инопланетный мужчина показал мне внутри меня же самой, ту девушку, которую я не знала раньше. Давал защиту. Новый мир. Вызывал неведомые ранее чувства.

– Лика, – Алеред смотрел очень внимательно.

– Неоптолемус, – выдохнула неожиданно, ведь разум был занят абсолютно другими мыслями.

– Что?

– Не знаю, кажется, это имя. Я о нем читала. Прости Алеред, со мной что-то творится. Будто разум и тело живут отдельно. Я не управляла…

– Ты не хотела меня целовать.

– Я хотела. В смысле, я не стала бы. На Земле. То есть, не знаю, что ты подумал, – но тут вернулась ясность ума, и я без прежней паники спросила изменившимся голосом. – А ты?

– У меня нет оправданий, Лика, – Алеред позволил себе улыбку. – Но мои желания не всегда совпадают с возможностями. Ты некромант. А я, – он помедлил. – Что там с именем?

– Неоптолемус, – произнесла медленно, практически по слогам, а программа нейролингвистического перевода подсказала значение. – Новая война.

Очередной разряд дрожи по коже. И давящее чувство в груди, все сжалось, будто я не могла выдохнуть. Холодок пробрался и под веки, которые прикрылись на миг, и нарисовал на внутреннем экране неясную картинку. То ли серые дома, то ли шаттлы, то ли грибы.

И тут браслет-коммуникатор на запястье Алереда засветился. Капитан быстро выпрямился и знакомым движением принял входящий сигнал. Дежурный срочно вызывал с мостика.

Алеред без особых раздумий схватил меня за руку и потащил к выходу. Но я успела уцепиться за косяк.

– Подожди, Алеред. Ты уверен, что в вашей высокоразвитой культуре хождение за ручку по коридору не породит ненужных подозрений? – выдала на одном дыхании.

– Идем, сейчас это не важно, – он шумно выдохнул и продолжил скоростное шествие в заданном направлении.

– Для меня важно. Особенно, если кто-то нас увидит, а я не успела изучить ваш этикет. И ты сказал, что я некромант.

– Ты это знала.

– Я не знала, что это важно. В смысле в том смысле. Короче, ты понял.

– Нет, – усмехнулся Алеред.

Притворяется он что ли? Чего тут непонятного? Не хочу я, чтобы потом сплетни по всему кораблю ходили, что я по ночам с капитаном развлекаюсь. Тем более, что я некромант. А он Алеред – покоритель космоса. И очевидно, намек был, что нам не по пути.

Мы влетели в зал с огромным экраном.

– У нас гости, капитан, – сообщил, поднимаясь из кресла один из членов экипажа управления, кроме которого на мостике никого не было.

– Вызывают на связь? – спросил Алеред.

– Высадились на борт, – побледнев, сообщил дежурный.

– Каким образом? Кто разрешил доступ? – разозлился Алеред.

– Шлюз открыт вручную с панели из ангара. Заметил их, только когда это произошло. Не было сигналов о сближении. Виноват, капитан.

– Не ты, Ирсинай, – опасно изменившись в лице, отрезал Алеред. – Продолжай вахту, следуем курсу. Ни слова о некроманте на борту. Лика, быстрее, в свою каюту. А я встречу наших гостей.

Мы снова выскочили в коридор, устремившись к лифту.

– Я провожу тебя. На жилом этаже не высовывайся, сиди тихо.

– Конфедерация? Думаешь, за мной? – голос предательски дрогнул.

Алеред остановился, серьезно посмотрел на меня и твердо пообещал:

– Все будет хорошо.

Но тут до слуха донесся звук открываемого лифта. Алеред напряженно вдохнул, приложил палец ко рту и кивнул головой в обратную сторону. Я испугалась. Даже когда инопланетная летающая тарелка уносила меня навстречу неизвестности, не было так страшно. Неужели мои способности не соврали? Вот она – опасность. Только угрожала она мне, а не Алереду. Или и ему тоже? Он же прятал меня все это время на своем корабле.

Сердце колотилось где-то в пятках. Дверь капитанской каюты отъехала, как показалось, очень громко.

– Сиди тут, – безапелляционно заявил Алеред. – Я буду на мостике, раз они уже поднялись. Как только выдастся возможность, пришлю за тобой Весту, спуститесь на другом лифте.

Он быстро запечатал проход, а я осталась в нервном одиночестве. И тут бы хотелось рассказать, как медленно поползли минуты ожидания, сливаясь в мучительные часы самоедства и напряжения. Но не успела я присесть на выраставший из пола серый диван с синими подлокотниками из матового полимера, как дверь плавно уехала в стену.

Мозг абсолютно неадекватно обрабатывал происходящее, полностью отключив мыслительную деятельность, внутренний диалог и какое-либо понимание и отождествление. Я просто тихо и безэмоционально видела картинки. Как в кино, словно в замедленной съемке, которая потом резко ускорилась, а я продолжала тормозить. И лишь когда рядом со мной встал злющий Алеред, функционирование организма перезапустилось. Видимо, именно в такие моменты кисейные барышни падали в обмороки. А я пережила этот процесс в относительном сознании.

В помещение вошли четверо мужчин. Один из них статный седеющий блондин в возрасте, атлетического телосложения. Светлые одежды, голубая отделка под цвет ярких колючих глаз, герб на левой полочке в тех же тонах с серебристым светящимся контуром. От него веяло сталью, мощью и властью. Он точно был главным. Двое других стояли чуть позади него, но вид имели очень серьезный и устрашающий. Четвертым оказался Верус.

Следом вбежала сонная Веста, но замерла как вкопанная, заметив делегацию.

– А вот и твоя незаконная добыча, капитан Алеред, – низким голосом пророкотал главный качок, сканируя меня тяжелым оценивающим взглядом.

Кто же он такой? Космический пират, который захотел отхватить некроманта себе? Хм, Лика, ну что за чушь опять полезла в голову? Впрочем, я не намерена так быстро менять похитителя. Прежний пока что вполне устраивал. Так, снова бред. Все же, выспаться и поесть было бы идеальным вариантом развития событий.

– Я бы подобрал другие эпитеты, – заметил Алеред. – Лика гостья на моем корабле.

– Пусть будет так, – усмехнулся собеседник. – Твоему брату показалось иначе. К тому же, о таких важных «гостях» можно сообщать.

– К чему же спешка? – пожал плечами Алеред. – Я ее не скрывал. Да и важности в ней никакой особой нет.

Последние слова дались Алереду с трудом, это заметили все. Веста вздохнула, Верус хмыкнул, а незваный гость, до мурашек знакомым жестом склонил голову на бок. Внутри что-то царапнуло. Но я быстро одернула себя, не стоило придумывать много лишнего.

– Даже отсюда я вижу цвет ее радужки, – заметил посетитель и уверенным шагом направился ко мне.

Тело окаменело, словно, вместе с этим грозным человеком надвигалась тяжесть и сгущался воздух.

– Достаточно, – зло отрезал Алеред и выставил вперед руку, он все еще стоял рядом со мной. – Для того чтобы разглядеть.

– Жидкий огонь, – опасно восхитился пришелец, будто разглядывал рыночный товар. – Хорошо, что Верус путешествует с тобой. К тому же, верен семье и Конфедерации.

– А я не вижу причины врываться на мой корабль без предупреждения, – почти прошипел Алеред. – Ты покинул столицу, чтобы лично примчаться в удаленную галактику, сговорившись с братом за моей спиной. Неужели зеленоглазая девчонка важнее дел в правительстве?

Этот большой человек рассмеялся, отправив мощные рокочущие звуковые волны.

Значит, он из Конфедерации? И абсолютно точно за мной. А вот чувствовать что-либо я перестала. Тело настолько оцепенело, что было невозможно пошевелиться, а дышать приходилось, словно понарошку.

– Дела взял на себя Констант. А я имею право оказаться в любом секторе космоса без твоего уведомления или разрешения, Алеред.

– Кроме моего корабля, – чеканя каждое слово, возразил капитан.

– Захотел устроить тебе сюрприз, сын, – выдал этот устрашающий представитель Конфедерации.

А я против своей воли выдохнула, надеюсь, незаметно. Картинка в голове начала обретать очертания. Отец Алереда и Веруса явился без предупреждения, а их третий брат Констант остался в столице вести дела. Я на корабле, где частенько скрывались беглые преступники. Но при этом семейка-то явно непростая, уж очень внушительный у гостя вид. А еще Верус настучал папочке, ведь они с Алередом не могли договориться, что со мной делать и как долго прятать.

– Полагаю, нам стоит распустить свиту отдыхать. Обсудим все спокойно в тесном семейном кругу, – продолжал этот грозный любитель сюрпризов. – Парни, Веста – свободны. Надеюсь, твоя наложница тоже найдет дорогу к своей каюте, – он бросил на меня неприятный липкий взгляд, будто хотел узнать, насколько я впечатлилась его речью. – Впрочем, как мужчина, я тебя понимаю, Алеред. Я бы тоже не захотел сразу сообщать о такой находке, – и он снова рассмеялся.

– Веста, стой, – скомандовал Алеред. – На этом корабле я капитан. Вместе с Ликой отправляйтесь в ее каюту. Глаз с нее не спускай и не оставляй одну. Наш семейный разговор будет коротким, – обратился он к оставшимся, когда мы с Вестой покидали помещение. – Но вы садитесь, Верус, Неоптолемус.

Дверь издала мягкое «пшик», когда я обернулась, услышав последнее слово Алереда. Наши глаза на миг встретились, но он тут же перевел внимание на родственников, сдвинул брови и указал на кресла. Больше ничего разглядеть не удалось. Веста крепко держала меня под локоть и целенаправленно тащила по коридору к лифту.

В каюте мы, не сговариваясь, уселись на диван. Меня немного отпустило, и ватные ноги и руки безвольно упали на упругую обивку. Воздух ворвался в легкие, обжигая грудь изнутри. Наконец-то стало можно дышать!

– Веста, кто он в Конфедерации, этот Неоптолемус? Я читала, но сразу не получается вспомнить, – я с усилием повернула голову к женщине, странно разговаривать с человеком, рассматривая стену.

– Правитель, Лика, – почти прошептала она с совершенно остекленевшими глазами.

– Так, – я опешила, дыхание снова перехватило. – А Алеред и Верус получается…

– Наследники. Мальчиков с детства готовили к государственной службе.

– Закон говорит, что правителем может стать подходящий человек с любой планеты. Почему же в Конфедерации власть долгое время сосредоточена в руках одной династии? Да настолько, что их с детства готовят. В этом я еще не разобралась.

– О, Лика, все так, – Веста вздохнула, будто увидела во мне малое дитя, но с заметным удовольствием принялась разъяснять. – Династические браки. Поиск лучших невест. Многие поколения рождение правителей держится под контролем. Нет никаких случайностей. Весь голубоглазый генофонд обитаемого космоса сосредоточен на Эллионе и в правительственных кругах на населенных планетах. И тщательно отслеживается.

– На Земле было много голубоглазых людей.

– Закрытые системы – это отдельные государства.

– Веста, это неправильно. На моей родной планете тоже однажды в истории был сумасшедший правитель, который решил, будто голубоглазые блондины – высшая раса. В вашей продвинутой цивилизации никого не смущает подобное неравенство?

– Нет, Лика. Нету неравенства. Каждый делает то, что у него лучше получается. И, по сути, цвет глаз абсолютно неважен. Просто со временем мы проследили закономерности и поняли вибрации. Не каждая душа готова прийти в этот мир, чтобы управлять галактиками, сохранять в них баланс и спокойствие, заботиться о процветании. Так же, не у всех хорошо получается считывать растения. Я, например, никогда не решила бы заниматься аграрным хозяйством. Но моя эмпатия и чувствительность сделали меня прекрасным воспитателем. Могла бы стать медиком. У нас всегда есть выбор. Чувствовать себя и идти за собой. Вот в чем равенство. Но при этом мы все такие разные! Ни одна цивилизация не выжила бы, будь все особи точь-в-точь одинаковыми.

– Хочешь убедить меня, что голубоглазые не считают себя лучше других?

– Хочу сказать, что и они не все хотят властвовать.

– Ну, так ты говоришь, что есть выбор. Я запуталась, Веста.

– Есть, Лика. Но теория часто проще практики. И многие пути неисповедимы.

– Что-то мне это напоминает. Из нашего. Земного.

Женщина усмехнулась, и мы некоторое время молчали.

Я все еще совсем ничего не знала об этом мире и о людях, с которыми путешествовала меж звезд уже несколько месяцев. Алеред не спешил рассказывать о своем происхождении, а я начала чувствовать к нему то, на что не имела права. Я некромант. А он оказался вовсе не простым капитаном корабля. Мне всегда было интересно, почему люди не научились разговаривать друг с другом так, чтобы сразу доносить суть. Допустим, на родной планете развитие слегка отстало. Но просветленные братские народы вселенной? Может, они в ходе эволюции обрели способность читать мысли друг друга? И теперь тихо посмеивались над невежественной студенткой экспериментальной цивилизации.

– Веста, Алеред и Верус специально разыскивают беглецов и преступников в космосе? Чтобы предать их в руки Конфедерации?

– Мальчики путешествуют. Прежде, чем править миром, стоит его повидать. Но нет, поиск приключений их собственная инициатива. Гости нашего корабля всегда неприкосновенны. Неоптолемус ни разу не навещал сыновей лично. Ни один представитель исполнительной власти не имел права требовать обыск. Поэтому да, ребята слегка увлеклись контрабандой.

– Развлекаются, значит, деточки, – не удержалась от комментария.

– Лика, видимо, что-то в тебе есть такое важное, – снова перешла на полушепот Веста. – Раз сам Неоптолемус явился, да еще и без предупреждения.

– Да сколько можно дразнить папочку? Он что, не знал, чем сыночки занимаются? Вот и прилетел показать, кто в доме хозяин, – я эмоционально махнула рукой.

– Ты покинула закрытую планету, Лика. Все может быть немного серьезнее. К тому же, у тебя высокий уровень дара.

– Да, хорошо бы поспать, а то в мыслях полная путаница. Я умудрилась забыть, куда летел мой корабль. И пока не успела выяснить, что тут у вас делают с преступниками. А еще с беглыми некромантами.

– Скорее всего, Неоптолемус решит это лично, раз он сам за тобой приехал.

– Абсолютная власть? В продвинутом обществе? – непроизвольно мои брови скептически изогнулись.

– Все сложнее, Лика.

– Так у нас вся ночь впереди, с удовольствием послушаю, – я обворожительно улыбнулась, а потом вспомнила, что Веста и так, наверняка, почувствовала мое настроение.

Я улеглась на кровать, уж очень манило меня теплое одеялко, оставленное не заправленным. Веста села в кресло рядом и начала повествование обо всем, что считала интересным для инопланетянки. Я, то ныряла в легкую дремоту, то снова видела отзывчивую уютную женщину. Но информация удивительным образом проникала в сознание, четко укладываясь по отведенным ей полочкам. И чего это я торчала в технической рубке? Давно следовало обзавестись словоохотливыми рассказчиками.

Корабельное утро ознаменовалось пришествием Веруса. К тому времени Веста давно заснула прямо в кресле. Я вскочила с кровати, сердце бешено заколотилось, разгоняя остатки дремоты.

– Собирай вещи, Лика, – скомандовал Верус. – Ты летишь вместе со мной и отцом на Эллион.

– Алеред запретил выпускать ее отсюда без его ведома, – вступилась Веста.

– Поверь Веста, Алеред в курсе. И я предупреждал его, что не стоит скрывать столь сильного некроманта от отца. Тем более, пришедшего с корабля политического беженца.

– Поэтому ты решил действовать исподтишка? – не смогла сдержать вопрос.

– Иногда с моим братом очень сложно договориться, – Верус улыбнулся. – Ты многого не знаешь, не видишь и не понимаешь, Лика. Не думаю, что он рассказывал тебе, во что собирается нас всех втянуть.

Что ж, ответить мне было нечего. Но ведь никто и не обязан был меня посвящать в свои планы. Кто я всем этим людям? Кормили, одевали и ничего не требовали взамен, и на том спасибо. На Лефритте Алеред пообещал показать мне вселенную, обучить и дать возможность выбрать, где жить. И да, мне это показалось достаточным. Ведь он мог и того не делать.

– Веста, помоги Лике собраться, – снова послышался голос Веруса. – В столице она сможет нормально учиться. У Конфедерации большие планы на ее дар. И там их не станут скрывать.

– Конфедерация всегда находит работу для некромантов, – согласилась Веста. – Возможно, только не дает выбора, вот они и бегут. Алеред хотел это изменить…

– Алереду сначала надо стать правителем для этого, – прорычал Верус, нахмурившись. – А не действовать за спиной отца. Я лишь применил к нему его же оружие, Веста. Ты напрасно считаешь меня злодеем в данной ситуации, – он смягчился. – Так будет лучше для всех.

Я потеряла нить разговора и растерянно переводила взгляд с Весты на Веруса. Что делать? И если на Земле возникал подобный вопрос, мозг тут же выдавал некоторые варианты. Ведь там я могла примерно предположить хоть что-то. Тут я не представляла ничего! Единственное, что пришло в голову, так это срочно поговорить с Алередом. «Все будет хорошо!» – всплыли в сознании его слова. И то состояние, когда я прибежала к нему в поисках защиты от неизвестной тяжелой глыбы. Пока Веста препиралась с Верусом, правая рука нащупала на левой плоский незаметный браслет, а сознание с острым отчаяньем отправляло мысленный импульс.

– Я не уверена, что хочу в столицу, – произнесла единственное подходящее к ситуации, понадеявшись, что Верус не заметит активированный коммуникатор, а Алеред получит сигнал.

– Я этого так не оставлю, – раздался из коммуникатора голос Алереда недоступный для остальных.

– А я уверен, что тебе там понравится, – ответил Верус, который, как я и ожидала, решил, что обращаюсь к нему.

– Твои желания ничтожны в масштабах вселенной, – послышался приглушенный тембр Неоптолемуса, от которого я вздрогнула, ведь он будто прокомментировал мою реплику. – Еще как оставишь. Мы все обсудили, Алеред. Больше говорить не о чем. Твой дерзкий план не осуществится. Стоило бы наказать тебя серьезнее. Но безумные идеи всегда выдавали в тебе истинного лидера. Нагуляешься и вернешься в столицу через десять лет. Примешь правление. Тогда твои юношеские амбиции окрепнут и пойдут в мирное русло.

– …ты вообще услышала, Лика, – закончил Верус речь, которую я полностью пропустила.

– Этим и займусь, – вроде бы согласился Алеред. – Но если в столице так не хватает некромантов, буду сопровождать Лику лично.

– Сам этим займусь, – в один голос с капитаном раздраженно вклинился Верус, открывая стенную панель, за которой хранились мои вещи.

– Достаточно, Алеред, – отрезал Неоптолемус. – Во вселенной полно смазливых девиц, готовых согреть твою постель.

– Во вселенной полно некромантов, готовых работать на Конфедерацию, – парировал Алеред, а я сделала вид, что собираю личные вещи с прикроватной ниши, чтобы не вызывать подозрений.

Правитель хищно рассмеялся. Веста неоднозначно покосилась на меня, вероятно, догадываясь о чем-то.

– Если появишься хоть в одном ближайшем секторе в это десятилетие, разговор будет совсем другим, Алеред, – пригрозил Неоптолемус. – Видеться будем на безопасном расстоянии.

– Появлюсь, можешь не сомневаться! – по-мальчишески огрызнулся Алеред.

– Появится масса поводов это надеть, – прокомментировал Верус платья, которые отправлял в полимерные ящики.

– И как я умудрилась ввязаться в безумные игры власть имущих? – вопросила скорее риторически.

– Я тебя предупредил, – рыкнул Неоптолемус. – Девчонка рождена для этого.

– Аналогично, – прошипел Алеред. – Но твои амбиции только твои, и их могут воплощать твои некроманты. Не стоит использовать Лику в своем безумии.

– Игры закончились, Лика, – восхищенно прокомментировал Верус. – Твои бесценные способности откроют безграничные горизонты не только для тебя самой, но и для всей нашей цивилизации.

– Все некроманты в любом секторе Конфедерации – мои, – медленно произнес Неоптолемус и снова рассмеялся. – Вклад этой девочки станет бесценным подарком нашей цивилизации.

– Чем другие-то некроманты хуже? – воскликнула, пытаясь уложить в голове сразу все, что эти родственнички параллельно вещали, хоть некоторая информация частично совпадала удивительным образом, складываясь мозаикой.

– У других нет такого огня, – восхитился Верус.

– Так и есть, – подтвердил Алеред.

– Я рад, что мы друг друга поняли, – удовлетворенно резюмировал Неоптолемус.

Пауза затянулась, вероятно, мужчины решили, что разговор окончен. Но я так и стояла в замешательстве. Неужели мне действительно придется покинуть гостеприимное межпланетное судно?

– И что теперь делать? Лететь на Эллион? – развела руками, глядя на упакованные вещи, в надежде, что Алеред на том конце понял, что здесь происходило.

– Шаттл уже ждет, – подтвердил Верус.

– Это временно, – набатом прозвучал медленный упавший голос Алереда.

Горячие ручейки полились по щекам сами собой, я даже не успела заметить, как они образовались. Шумно вздохнув, я решила, что теперь конспирация бессмысленна.

– Ты обещал, что все будет хорошо, Алеред, – пробормотала, проглотив слезы. – Никому ничего не обещай. А я научусь впредь рассчитывать только на себя.

Правая рука неспешно накрыла левую, прервав связь. Глубокий вдох. Ладони снова сделали лицо сухим. Словно со стороны, я увидела выдох.

– Тогда в путь, Верус, – не узнала собственные решительные интонации.

Верус довольно улыбнулся, подхватив мои вещи, и кивнул в сторону двери.

– Лика, там, в столице, просто будь собой, не становись кем-то, чтобы чему-то соответствовать, – окликнула Веста. – Ты справишься. И я уверена, что мы еще увидимся. Я не слышала, что сказал тебе капитан, но так и будет.

– Спасибо, Веста. До встречи, – я взглянула на женщину напоследок, но быстро вышла в коридор, пока снова не провалилась в состояние отчаяния и сожаления о происходящем.

Жить здесь и сейчас – так учила меня Анька. И если бы подруга шагала рядом по мягкому покрытию основного уровня, то, наверняка заметила бы, что страшного-то ничего и не произошло. Все живы. И даже нет никакой угрозы здоровью. А значит, я могу отреагировать на все любопытством. Вместо всепоглощающей паники и деструктивного ужаса.

Внизу лифт открыл створки, прощаясь со мной. Да и шаги звучали совсем иначе. Но все это в своей жизни я сотворила сама. В тот момент, когда забралась в серебристую лепешку. В тот момент, когда ринулась за красными светодиодами. В тот момент, когда отбросила правила безопасности и полезла одна в темную пещеру. В тот момент, когда получила распределение в Петрозаводск. Или в тот самый момент, когда я впервые почувствовала смерть.

Огромный сигаровидный правительственный шаттл занимал все свободное место перед шлюзом. Он зависал над полом ангара без опорных ног, вероятно на одном из видов «подушки». По обе стороны от входа несли вахту двое крепких мужчин в светлой форме с небольшими палками в руках. Такая же была у Алереда в день, когда меня похитили с Капли. Больше я не видела у него эту штуковину. Вероятно, то было высокотехнологичное оружие мирной Конфедерации.

Внутри летательного аппарата оказалось несколько палуб. Верус оставил мои вещи в специальной нише и проводил на верхнюю. Крупные пассажирские кресла раскинулись широким полукругом так, чтобы сидящие хорошо видели друг друга, но на достаточно комфортном расстоянии. Остальные ряды сидений тянулись вдоль стен.

– Отец не летает на мелкой посуде, – прокомментировал мой взгляд Верус. – Сядем здесь.

Трое пилотов активно готовились к старту, когда на борт поднялся Неоптолемус. Там, в своей прошлой жизни, на Земле я не смогла бы даже представить себя сидящей рядом с президентом. Тут, в новом мире мне отчего-то было все равно, что космическая Конфедерация намного больше одной страны. Все казалось ненастоящим. А человек с яркими голубыми глазами хоть и устрашал мощью и властностью, но очень нуждался в моих способностях. Попутно, конечно, приструнив отбившихся от рук сыночков, но это не имело лично ко мне никакого отношения.