Обратный путь в столицу Конфедерации я провела словно в тумане, отказываясь мириться с открывшимися реалиями. Если до этого мне мерещилось, будто попала я в веселую сказку полную приключений, то теперь розовые очки разбились миллиардами мелких брызг.

И был ли смысл страдать, переживая, что мир не оправдал моих собственных ожиданий?

Скорее всего стоило обратиться к мудрости, которую мне столь тщательно преподавали, и понять, что Вселенная говорила со мной таким странным образом. Что все вокруг происходило для меня, дабы научить чему-то важному. Но мне хотелось просто завернуться с головой в мягкий плед и спрятаться в каюте.

И если после Ниры и Коры во мне кипела энергия, работа на Замироне, казалось, высосала не только силы, но и душу.

Последний раз болела по-настоящему классе в девятом. Зимой наш учитель по физике сломал ногу, неосторожно ступив на обледенелый бордюр. На замену прислали практиканта. И тот, даже не посмотрев на доске решение сложной задачи, которая была отмечена в учебнике специальной звездочкой, поставил мне двойку. Объяснение он, конечно, тоже предоставил: ты так выглядишь, что сразу понятно – в голове пусто. Либо умная, либо красивая! И никак иначе. Я же настолько не ожидала подобного, совершенно не замечая в том возрасте своей привлекательности, что вообще сначала не поняла, о чем говорил этот женоненавистник.

Рамки и шаблоны, под которые ровняли на Земле всех подряд, здорово мешали нормально жить. И, полностью раздавленная несправедливостью, я две недели валялась дома с температурой и острым тонзиллитом. Благо, когда вернулась в школу, злобного чудовища на замене уже не было.

Вот и лежа на космическом корабле в кроватной нише я ощущала лихорадочный озноб. Тело то горело, то покрывалось мелкими мурашками. Водолазка липла к спине от холодного пота. Нос опух то ли от слез, то ли вспомнил, что можно обзавестись настоящим насморком. А горло саднило так, словно я пропахала гландами по асфальту. Запястье под коммуникатором нещадно чесалось, моля сорвать его ко всем чертям. Но я помнила, что он встроен в нервную систему. Да и раньше дискомфорта не доставлял.

Впрочем, проваливаясь в тяжелый сон, я ковыряла пальцами бежевую полоску, безотчетно пытаясь вызвать на связь голубоглазого капитана. Алеред повторял, протягивая руку, свое неизменное «Все будет хорошо!», и затухал в блеклом свете незнакомого солнца.

Мне бы хотелось и наяву поговорить с ним. Да, уже не просто случайно встретить на бархатных просторах бескрайнего космоса, а двигаться целенаправленно. Я понятия не имела, как далеко доставал сигнал коммуникатора, но пробовать боялась. Так же, как боялась возвращения на Эллион. Ведь выходка на орбите Замирона наверняка станет известна Неоптолемусу. А он для чего-то предпочел оставить меня жить в резиденции. Наверняка хотел посмотреть, как я справлюсь с экспедициями. А может и задания подобрал лично, дабы определить сразу, буду ли бунтовать, как мой предполагаемый дед.

И я с треском провалилась! Не поняла, что снова попалась в те же сети! Конспиратор из меня никудышный. Хотела усыпить бдительность? Тихонечко сбежать под шумок? Ага, вместо этого лишь заострила внимание на своей зеленоглазой персоне.

Колючее отчаяние острыми шипами вонзалось в плоть, будто в пыточной камере, заставляя тело чесаться и трещать.

Сама же отрезала себе пути к отступлению! И что мне еще терять?

Ледяная ладонь накрыла зудящее под матовой лентой запястье. Перед внутренним взором появились незабываемые глаза всевозможных оттенков залитой солнцем атмосферы, светлые пепельные пряди, непослушно соскользнувшие на лоб, сильные плечи, способные закрыть от бури. Но уступившие меня стальному Неоптолемусу. Разочарованный вздох вырвался сам собой. Опять мои фантазии не соотносились с действительностью, а я предпочитала не замечать.

– Лика, – неожиданно показалось, будто я наяву услышала знакомый голос.

– Алеред? – перевела взгляд на коммуникатор, огонек мягко светился зеленым.

– Это действительно странно, но я даже рад, что не пришлось подключать третьих лиц. Слушай внимательно. Все почти готово. Я заберу тебя с Эллиона. Незаметно шаттл причалит к твоей комнате в резиденции. Свяжусь с тобой. Будь готова по моей команде бежать.

– Я не в столице. На задании.

– Действуем по плану, чтобы уйти незамеченными.

– Я боюсь туда возвращаться.

– Все хорошо, – прозвучало затухая, а мне показалось, что весь разговор с Алередом померещился.

Как бы хотелось, чтобы все произошло в реальности, и Алеред решил мои проблемы, забрал, спрятал, защитил.

Но ведь я могу и сама. И чего я испугалась? Это ведь все температура?

Я снова провалилась в прошлое, в давешнюю себя, которая сильно изменилась с тех пор, как улетела с Земли. И теперь я действительно в состоянии за себя постоять. Кто бы и как мне ни угрожал. Справлюсь не только с дверью, дворцом или любой тюрьмой. Разрушу планету. А может, и целую галактику разом! В моих руках огромная мощь.

Тем не менее, забота Алереда была приятной. Оказаться рядом с капитаном желала моя душа. Не потому что не могла разобраться в одиночку, а потому что хотела с ним.

А даже если разговор и приснился мне в горячечном бреду, теперь я точно знала, что возможно все. И что по возвращении в столицу, ничего не ожидая, я улечу куда понесет первый попавшийся крейсер. И никто меня не остановит.

Не стану я участвовать в геноциде. Валериэнус сбежал и сделал так, чтобы его гены затерялись на закрытой планете. Он видел вырождение и надеялся, что внешняя политика изменится со временем, ведь просто не появится на свет некроманта с необходимым уровнем дара. Может быть, Арий один из последних, кому под силу такие преобразования? И все затихнет само собой? Дед ускользнул, уверенный, что так и будет. Но смогу ли я просто исчезнуть, как он?

Дождь все еще омывал поверхность Эллиона, будто пытаясь скрыть важные улики. Бросив вещи сразу у двери своих покоев в правительственной резиденции, я вышла прямиком на террасу. И куда тут собрался причалить Алеред? Причала-то не наблюдалось. Более того, стена закруглялась, сужаясь к низу. Приземлиться где-нибудь в саду или на верхнем балконе было бы несложно. Но мою комнату словно специально продумали против побегов и прочего вандализма.

Я не успела даже присесть, как услышала возню. Вход в гостиную заслонил широкими плечами Неоптолемус. Ни разу он не являлся ко мне собственной персоной. Я аж потеряла дар речи и нервно сглотнула. Правитель указал рукой на витиеватые кресла около кофейного столика и уселся на одно из них. Я проворно последовала его примеру. Странное безмолвие напрягало даже больше, чем сама внезапная аудиенция.

– Я лично ознакомился с твоим отчетом, направленным в Гильдию, – наконец, добавил звука глава Конфедерации.

Я ожидала, что он продолжит, но голубые глаза жестко впивались в мое лицо, требуя какого-то ответа без вопроса.

– В космосе великое множество мертвых планет, – процитировала достаточно нейтральную фразу, ведь вряд ли я имела право что-либо требовать.

– Нам с самого начала стоило поговорить серьезно. Обсудить твои задачи, – Правитель побарабанил пальцами по подлокотнику, прожигая во мне дыру. – На ближайшее десятилетие ты входишь в состав той же ведущей группы по колонизации. Буду честен с тобой, Мастер Лика. Для правителя необходимо контролировать каждую колонию. Все внешние границы. В столь огромной Конфедерации, как наша, важно не допускать неоднозначных ситуаций.

Сказал вроде много, но ничего конкретного и тем более по делу. Это, наверное, у большинства политиков в крови? Но перебивать главу Конфедерации не решилась.

– Нам доподлинно известно, что иная разумная материя во вселенной не обязательна, – продолжал он тем временем с очень серьезным видом, но мы оба чувствовали некоторую фальшь. – Важна только сама возможность воплощения сознания. И она прекрасно осуществляется при помощи гуманоидных тел. Посему нет причин волноваться об иных расах. Они живут именно для того, чтобы получить опыт развоплощения. Некромантия подходит для решения этих задач как нельзя лучше, – Неоптолемус сделал паузу, а я крепко задумалась, стоит ли возражать или притвориться, что согласна с данной точкой зрения, поэтому просто молча хлопала ресницами. – Не буду скрывать – ты одна из сильнейших представителей Гильдии некромантов. Нам придется на тебя положиться. Всем нам. Гильдии. Лично мне. Всем жителям Конфедерации. Каждой удаленной колонии. И я верю, что ты все правильно поняла. И сделаешь все как надо. Ведь так?

Правитель знакомым жестом склонил голову набок и чуть прищурился. А я поняла, что игра приобрела серьезный оборот.

– Так, – язык прилип к небу и плохо слушался, получилось нечленораздельно, но я не стала повторять, ведь всеми силами сдерживала реакции тела, чтобы не выдать ложь.

– Вот и молодец. Умная девочка, – похвалил Неоптолемус, но появилось ощущение, будто облил грязной жижей. – Следующая экспедиция через неделю. Отдыхать будешь под присмотром. Выход заблокирую лично. Пока так. Перестанешь делать глупости – поедешь в Гильдию. Но не раньше.

С самодовольной полуулыбкой Правитель резко встал и удалился, заперев дверь.

Тяжелый вздох вырвался, опаляя легкие. Бежать! И как можно скорее!

Я дала себе срок в три дня и решила, что если голос Алереда мне всего лишь приснился, то разрушу все на своем пути, но выберусь из резиденции. Двери, стены – ерунда. Главное – добраться до лифта! Ведь летать силой мысли я так и не научилась. Все трансформации, которые производили некроманты подчинялись законам физики. А значит, выбираться придется соответственно.

Я надеялась собраться с духом и хорошенько отдохнуть в ближайшие сутки. Но на утро следующего дня огонек коммуникатора вспыхнул красным. Я подскочила на кровати от неожиданности, сердце разгоняло кровь с увеличенной скоростью. Ноги понесли к шкафу, не в ночнушке же совершать побег! Тем более до того самого причала еще неизвестно сколько добираться. Может я вообще что-то не поняла? Но в голове раздался голос Веруса. Напряжение вмиг спало, зато появился горьковатый привкус разочарования.

– Я зайду, надеюсь, ты раздета?

– Ты хотел сказать одета? – в зеркало наблюдала свою недоуменную физиономию.

– Я сказал то, что хотел.

Связь прервалась, но мне показалось, будто я услышала смех этого нахала.

Так и стояла лицом к любимой мимикрирующей стене и неподвижно наблюдала, как отъехала входная дверь. Верус не спеша продефилировал по гостиной и расположился в том же кресле, где вчера сидел его отец. Увидеть меня сквозь зеркальную структуру он не мог. А я так и пыхтела от недовольства на одном месте.

Прежде, чем выйти к утреннему гостю, которому была совершенно не рада, я тщательно привела себя в порядок и долго перебирала одежду. Нарядилась в максимально закрытое, снова бросив влюбленный взгляд на вожделенное полынное платье.

– Я проголодался, пока тебя ждал, – мне снова послышалась двусмысленность в речи Веруса.

– На кухне должна быть еда, – не глядя на блондина прошествовала мимо, приглашая следовать за собой взмахом руки.

Завтрак, как обычно, поджидал на массивном деревянном столе. Верус по-хозяйски принялся разливать ставший привычным кофейно-ягодный напиток. А я вопросительно таращилась на него в ожидании объяснений. Вел он себя, будто заявлялся ко мне каждое утро или и вовсе проживал на той же территории.

– Вкусно, попробуй, – заявил он, надкусив аппетитный бутерброд, будто, не замечая моего недовольного взгляда.

– Верус! – я не выдержала. – Зачем ты пришел? И что ты делаешь?

– Очевидно, ем, – бессовестный взгляд, брошенный на меня, оказался последней каплей.

– Хватит издеваться! – я вскочила со стула, намереваясь вышвырнуть Веруса вон.

– Я пришел с миром, – хихикнул этот непонятливый. – Видел твой отчет.

– У тебя доступ ко всем файлам? – зачем-то ляпнула не то, что собиралась.

– К твоим, да, – лицо его переменилось, как и тон, став серьезным и жестким, напомнив вчерашнюю встречу с Правителем. – Уверен, ты не забыла, какие у нас планы.

– У тебя, – поправила его. – А я не собираюсь участвовать в дворцовых переворотах. Мне неинтересно, – отчеканила по слогам.

– Мы изменим политику завоевания. Оставишь в живых всех зверюшек, которых захочешь. – Верус опасно приблизился.

– В прошлый раз ты затащил меня в воду для серьезных разговоров. Сейчас не боишься?

– Мы можем больше не ждать. Пока ты развлекалась в космосе, я все подготовил. Большой Совет прошел в необходимом ключе, приняты нужные решения. Осталось дело за малым. Средний брат отправляется в дипломатическую миссию. Там он и останется. А отец уснет в своих покоях и больше не проснется. Ровно через неделю.

– Мне сейчас показалось…

– Тебе не показалось, – отрезал Верус, отчего я вздрогнула. – Перед отлетом на очередное задание ты, не выходя из комнаты, выведешь его организм из строя. Ближе к делу расскажу, как именно.

Меня начало колотить, как тогда в океане, но я всеми силами сдерживалась, чтобы не выдать ужаса, который произвела его речь. Я сбегу, просто сбегу из этого сумасшедшего дома. А сейчас мне все же следует усыпить бдительность, не стоит наступать на те же грабли, я уже опростоволосилась на Замироне.

– Я снова пленница, – голос все-таки дрогнул. – И мне некуда деваться.

– Это временно, потерпи совсем чуть-чуть, – как всегда по-своему интерпретировал мою интонацию блондин.

Неужели не замечал фальши? Почему он всегда воспринимал желаемое за действительное, обладая даром правящих?

– Вылет совсем скоро, – добавил он, нежно погладив меня по голове, а я медленно втянула носом воздух, чтобы не завизжать от чудовищного диссонанса. – Я как раз успею уладить дела с бумагами. Все пройдет даже проще, чем я предполагал. Еще надо отослать Примуса, чтобы некромант ничего не почуял, – будничным тоном поделился Верус, будто мы разговаривали о походе на овощной рынок.

Парень приподнял указательным пальцем мой подбородок и склонил голову, мимолетным движением касаясь моих губ. Я не дергалась. Собственный план побега подразумевал отсутствие сопротивления в разумных пределах. Хотя внутри все клокотало, готовое вырваться наружу непокорным вулканом, размазав младшего сына Правителя по каменному полу и стенам.

Почему? Ну почему он оказался таким? Не это ли всегда отталкивало меня, несмотря на логику, которая советовала принимать ухаживания Веруса с благодарностью? Интуиция же подсказывала, что нам не по пути. Она же тянулась к старшему брату. Но ведь я совсем не успела узнать Алереда. Возможно ли, что выросший в той же правящей семье, он не стал таким же помешанным на власти и собственных амбициях? История их отца и его брата Октавиуса говорила, что у деток перед глазами был прекрасный пример построения интриг и борьбы за собственное превосходство.

И куда ты опять ввязалась, Лика?

– Когда мы гуляли с тобой по городу, – внезапно пришла необходимость спросить, ведь блондин снова потянулся к моим губам. – Ты ведь узнал тогда в ресторации Космину? Или ты намеренно привел меня туда, где она обедала?

Я и не сомневалась в ответе, но целоваться с человеком, планирующим моими руками расправиться с собственным отцом, не хотелось.

– Я знал, что наследница Фенеса прибыла в столицу вместе с дипломатической делегацией и собирается остаться до праздника смены сезонов, – медленно начал Верус. – Скажем так, я не только помогал максимально раскрыться твоим интуитивным способностям, но и проверял бдительность правящих семей.

– Ты знал, что девушка больна?

– Она не могла быть случайно больна. Я отправил ей небольшой подарок накануне. И никто не заметил опасности. Они и после ничего не замечали.

И я бы заявила блондину, что он пугает меня признаниями, но вовремя сдержалась. Нельзя выдавать себя. И как бы мне ни хотелось не ввязываться в жестокие игры, но я влипла по самые уши. Затолкав поглубже себя настоящую, я пожала плечами и выдала милую улыбочку.

– Мог бы рассказать сразу.

– Все всегда происходит вовремя, – таким же ласковым голосом нравоучительно заметил блондин.

Увернуться от следующей попытки завладеть моими губами не удалось. Верус обнял мое лицо ладонями и прильнул всем телом. Я попыталась мягко отстраниться, но он лишь крепче сжал пальцы. Словно птица в картонной коробке, билось испуганное сердце. Мысли разбегались в стороны, не складываясь в верное решение. Вырвусь и он поймет, что я притворяюсь. А если отвечу взаимностью, то еще не известно, чего он потребует прямо тут! А точнее, очень даже известно. Он с порога заявил о своих намерениях.

От печальных выводов побелело в глазах. Я подавилась воздухом и рефлекторно закашлялась, получив возможность вывернуться из цепкого захвата. Взяла кружку и отбежала на безопасное расстояние, делая вид, что увлечена своим горлом и питьем.

– Верус, я болела весь полет, – начала сдавленно оправдываться, указывая на шею. – Видимо, не до конца прошло.

– Болеющий некромант? – брови парня взлетели вверх. – Ну-ну.

– Я расстроилась из-за Замирона, – печальный взгляд получился настоящим. – А сейчас я снова в плену.

– Я же сказал, потерпи неделю.

– Тогда и ты потерпи неделю, – безапелляционно припечатала я, вскинув голову.

Верус усмехнулся, оценив мою находчивость. Или просто уже привык к моим, как он не раз говорил, капризам. А я выдохнула с облегчением, ведь удачно отделалась.

После ухода Веруса мне напрочь расхотелось выжидать те три дня, которые я себе пообещала. Но здравый смысл шептал, что глупо срываться с места сразу.

Дворец не остался прежним, он отстранился от меня. И я не узнавала когда-то гостеприимные каменные стены, ставшие мне домом. Замерзшее время впитывалось в них мутным янтарем неопределенности. Под потолком отскакивало от углов гулкое эхо. Каждая частица вещества отплывала в сторону при моем приближении, как от полярного магнита, будто прощаясь.

Я не знала, чем себя занять – у меня не было таких привычных на Земле кистей и красок, способных отвлечь от любых терзаний. Но я научилась творить без подручных средств. И могла сложить кванты в любые вещества!

И тогда прямо в воздухе появились мельчайшие цветные молекулы. Они прилипали к тоскливым серым стенам спальни, вырисовывая изящный силуэт зеленоглазой девушки в полынном платье с русыми локонами, рассыпанными по плечам. Под босыми ногами колосились травы. Над головой вспыхнули лимонным кадмием звезды на глубоком кобальтовом небе. Там же появились мелкой дисперсией голубоватые облака с лиловыми боками, причудливо складывающиеся в светлый лик. Четкие скулы, губы, готовые в любое мгновение прошептать: «Все будет хорошо» – всего лишь ускользающий образ. И сердце, выпрыгивающее из груди от одной только мысли, что я вообразила мужчину, которого нет на самом деле. Придумала отважного капитана, способного заботиться о ком-то кроме себя и не участвовать в кровавой борьбе за власть и вседозволенность.

Когда пришел срок, охватила паника, какой я не испытывала никогда прежде. А ведь я влезла ночью в темную пещеру, нашла летающие тарелки, оказалась одна в бескрайнем космосе! Тогда мне было намного спокойнее, ведь все получилось само, рука об руку с любопытством. Теперь же мне предстояло решиться на отчаянные действия.

Убегать куда-либо на голодный желудок в мои правила не входило. Так что я хорошенько позавтракала нежнейшей запеканкой.

Ты опоздал, Алеред. Или просто привиделся мне в болезненном бреду. Но это всего лишь означает, что так надо. И если когда-нибудь нам будет необходимо встретиться в этом мире – так и произойдет.

Я вздохнула и уже шла к двери, когда левую руку пробрал яркий импульс.

– Я в столице. Сейчас иди на террасу и разбей бассейн. По моему сигналу будь готова прыгнуть.

Связь прервалась, не дав возможности ответить ни звука. Я так и замерла с открытым ртом, не добравшись до выхода. Мне ведь не показалось? Алеред и правда прилетел за мной?

Сердце подскочило к горлу, вызывая в голове навязчивый гул. Неужели его никто не заметил? Следят ли за входящими и исходящими звонками на мой коммуникатор? Особенно сейчас, когда я под пристальным присмотром.

Бассейн. Но его же невозможно сломать! Паника снова захлестнула порывистым смерчем, туманя разум.

Я выскочила на террасу и прикрыла глаза, стараясь восстановить дыхание и прояснить мысли. Я же некромант. И я все могу. Спокойно дышать и ничего не бояться в том числе.

Вода в бассейне, создавая огромную лупу, приближала и искажала золотистые строения, отливающие ртутью под низкими облаками. Но времени любоваться далекими крышами не было! Сколько раз я сидела тут, свесив ноги, прощупывая кристаллическую решетку. И точно не зря! Ведь именно для того, чтобы сейчас быстро найти слабое место. Ничего в жизни не происходило случайно, все, абсолютно все события складывались в четкие закономерности. Каждый вздох, каждый взгляд, каждая мысль, каждое слово – все объединяло реальность и неизменно вело в необходимое настоящее!

Вдох-выдох. Вот она, структура прозрачного вещества способная выдержать огромный вес. Даже высокотехнологичное оружие мирной Конфедерации не могло нанести вред сплавленному закаленному монолиту. Но я давно различила двойные связи, придающие дополнительную энергетическую целостность. Если разорву все разом, то бассейн рассыплется в пыль! И даже если дерну несколько, появится шанс разбить.

А, была, не была! Какие уж тут эксперименты? Ломать, как говорится, не строить! И я перерезала все молекулярные мостики. В воздухе неуловимо зазвенело. Будто менялась не только структура корыта, но и сама действительность. А в следующий миг в гостиной послышались торопливые шаги – кто-то бежал.

– В спальне нет! – выкрикнул знакомый голос одного из моих привычных конвоиров.

– Кухня чисто, – послышался напряженный отклик второго.

– Все в порядке, парни, свободны, – громко сообщил Верус, серьезно глядя мне прямо в глаза.

Его застывшее лицо и напряженная поза выражали крайнюю степень сосредоточенности. И хоть и казалось, что он полностью контролирует свои эмоции, но от меня не скрылось беспокойство. А еще он не знал наверняка. А точнее, сомневался, как вести себя со мной.

– Что это за обыск? – попыталась прикинуться, будто не в курсе происходящего.

На бассейн не смотрела, просто стояла у бортика. Ни к чему лишние подозрения. Ведь Алеред ясно сказал: «По моему сигналу будь готова прыгать». И я прыгну. Главное, чтобы Верус не понял, как именно я собралась покинуть дворец.

– Ты тут? – голубоглазый блондин словно удивился.

– А где мне еще быть? – вступила в опасную игру, как на тонкий лед.

Верус точно знал, что Алеред связывался со мной или, по крайней мере, пытался. А я точно знала, что он знает. Но мы оба притворялись. Он – чтобы завуалировано выяснить, что мне известно об Алереде. Я – чтобы выиграть время.

– Пришел сигнал тревоги, – ответил Верус полуправду.

– О, у меня прекрасные охранники, – пожала плечами и изобразила милую улыбку. – Разве я могу куда-то пойти без их ведома?

– Ты же знаешь…

– Знаю, – прервала лишние объяснения, сто раз обсуждать одно и то же, что перебирать конфетные фантики.

Нервным шагом отправилась к кушетке. Теперь мое состояние можно было списать на разговор. Решила, что лучше отвлечь внимание Веруса от бортика. Заодно заметила краем глаза: вода на месте. Не разрушилось ничего! Внутренности сжались, словно их стянуло колючей проволокой и провернуло несколько раз. А после шумного вдоха поняла, что если бы вместо воды уже сейчас зияла дыра, то Верус бы непременно заметил. Оттуда бы сквозил воздух!

– Лика, – он сел рядом и аккуратно взял мою ладонь в свои достаточно крупные руки. – Следующая экспедиция уже совсем скоро. Позволь всему идти своим чередом.

– Тогда и ты позволь, Верус, – улыбка получилась искренней, но печальной.

Огонек на коммуникаторе мигнул прямо у него под пальцами. Обширная тень заслонила яркий город внизу.

– Прыгай! – услышала в голове.

Не мешкая ни секунды, рванула к краю, выдергивая кисть из захвата, готовая с разбегу сигануть в воду. Понадеялась, что на лету попытаюсь еще раз проломить дно. Но Верус среагировал молниеносно! Он ринулся вслед за мной, цепко удержал за талию и встряхнул, чтобы уставиться в глаза.

Отчаяние! Горячей волной меня ошпарило с головы до ног! Алеред дал четкие инструкции, а я провалилась по каждому пункту!

– Почему? – выдохнул Верус.

– Ты знаешь. Позволь всему идти своим чередом, – повторила полушепотом, открыто глядя в его жесткое лицо.

В конце концов, что-то ведь между нами было все это время. Что-то неправильное. В смысле, я точно ощущала, что это не мой мужчина. Но его роль в моем пребывании на Эллионе сложно недооценить. Он и помогал, и защищал – как умел. Благодаря ему в том числе, я чувствовала, что не одна в чужом мире. Поэтому надеялась на понимание. Но Верус молчал. Видимо, обдумывал варианты. Или просматривал вероятностные реальности?

– Ты же знаешь, что так будет лучше, – решила помешать ему долго размышлять, так, на всякий случай.

– Нет.

Я вздрогнула, будто слова могли ударить, и инстинктивно дернулась к бассейну. Стоя спиной к огромной лохани, не видела, что там происходило. И тут в голову закралась ужасная мысль. Она лишь краткий миг пыталась улизнуть, как недостойная. Разве может Лика, которую учили быть хорошей девочкой, так поступить? Но рассуждать было некогда. Так же, как и сомневаться!

– Отпусти, – шепнула, наклоняясь к самому уху Веруса.

– Ты нужна здесь, – так же в ухо выдохнул он. – Алереда уже схватили, – я вздрогнула, карты вскрыты окончательно, к глазам подступили слезы. – Отец никогда не бросается пустыми угрозами. Он предупреждал брата. Тот ослушался. Нет смысла и тебе кидаться следом.

– Спасибо тебе за все, как бы там ни было, – всхлипнула, глотая соленое отчаяние.

– Почему ты плачешь, Лика? Я с тобой. И твое место рядом со мной, все идет так, как надо.

– Прости, Верус, – хоть я и говорила тихо, но интонации приобрели опасный оттенок. – Как надо тебе? Не стоит указывать мне место.

Разрушение уже включилось. Мне не хотелось вредить человеку, который был для меня хоть какой-то, но опорой. А он не оставлял мне вариантов. Сильные пальцы напряглись, а затем резко ослабли. И я предприняла последнюю попытку к бегству. Отчаянную, непредсказуемую – слепую. Успела развернуться лицом к воде и прыгнула!

Нет, воздействовать на материю не стала. Ведь требовалось сначала восстановить Верусу руки и ноги! Я не чудовище! И не удастся им превратить меня в такое! Хорошо, что силу приложила к корешкам позвонков, ведь точно знала, что так смогу парализовать конечности. Чтобы вырваться перекрыла проходимость нервных импульсов. Теперь же зажмурила глаза, прямо в прыжке, и включила созидание. Верила, что получится расслабиться, абстрагироваться от падения и воду, которая хлынула в легкие. Выдохнуть не получалось! Зато получилось восстановить циркуляцию токов у Веруса.

А когда позволила своему сознанию снова слиться с телом, ощутила всю прелесть рефлекторного кашля и обжигающего огня внутри. Судороги вынуждали туловище болезненно сжиматься. Заставила себя открыть глаза. В тот же миг больно шмякнулась плашмя о жесткое. Дух снова выбило! Что-то перевернуло меня на спину, и я увидела над головой ошарашенную физиономию Веруса. Он держался за край огромной дыры, которая раньше была бассейном.

– Прости, – еще раз прошептала одними губами, встретившись с ним взглядом.

– Вам не уйти с планеты! – грозно рявкнул он, переметнув взор чуть выше меня.

– Вот и посмотрим, – в тон ответил знакомый голос, заставляя все внутри снова прийти в напряженное движение, вырвавшееся наружу горячими слезами.

И без того мокрые щеки опалило, но заметил кто вряд ли. Я попыталась пошевелиться, но все тело отозвалось пронзительной болью.

– Лежи, – ласково попросил Алеред, и уже не мне добавил. – Задраивай, Ирсинай.

Сегмент шаттла плавно встал на место, одновременно с этим аппарат рванул прочь от правительственной резиденции. Я было испугалась, что Верус прыгнет следом, но видела через верхний прозрачный люк, как он активировал коммуникатор и быстро говорил. Вероятно, поднимал охрану, сосредоточенно провожая окаменевшим взором наш шаттл.

Только сейчас поняла, что бассейн рассыпался в тот момент, когда я упала в воду. Мое внимание было тогда с Верусом. А сейчас тело напоминало, что оно живое! Тихо всхлипнула, когда Алеред поднял меня с пола и усадил в кресло. Показалось, что ремни застегнулись с особым усердием, отправив в ребра острые осколки боли. Слезы снова непроизвольно скатились по щекам, добавляя сырости на и без того мокрые плечи.

– Придется потерпеть, – хрипло прокомментировал Алеред.

И тут я посмотрела на него. Впервые за столько времени. Пепельная прядь падала на лоб, как и в ту ночь, пронзительные голубые глаза, напряженная складка между бровей. Сердце разогналось, несмотря на боль в каждой мышце. И я хотела было ответить, но, внезапно последовала серия толчков. Алеред ухватился за спинку кресла, чтобы устоять на ногах, но она выскользнула. Капитан отлетел в сторону и ударился о приборную панель. Ирсинай, управляющий летательным аппаратом, красочно выругался.

– Набирай высоту! – скомандовал Алеред, поднимаясь.

Ему удалось усесться, ремни защелкнулись, и капитан принял управление челноком на себя.

– Погоня в наш план не входила, да капитан? – иронично прокомментировал второй пилот.

– Они не переставали следить, ни на секунду! – зло рявкнул Алеред. – Но я рассматривал разные варианты.

– Тогда ты знаешь, что космолет…

– Еще не нашли, – перебил Алеред, закладывая крутой вираж.

– Стреляют, – констатировал Ирсинай.

– Затеряемся в потоке, – Алеред обрел спокойствие и полностью сосредоточился на пилотировании.

Нас снова ощутимо тряхнуло. Ребра отозвались резкой болью, да так, что в глазах потемнело. Закусила губу, чтобы не закричать – отвлекать капитана не хотелось. Никогда в жизни ничего себе не ломала. Видимо, это оно!

– Алеред, слева! – указал Ирсинай на экран.

Сигнал опасности сближения мигал ярким красным светом. Капитан резко увернулся от столкновения. Нас намеренно таранили, пытаясь выбить из общего транспортного русла на открытое место. Алеред заметно прибавил скорости, мастерски лавируя между пассажирскими летунами.

– Лика, включай созидание! Необходимо окутать челнок непроницаемым отражающим полем.

– Чем? – преобразование уже включилось, даже боль ушла, но вот произвести нематериальное работающее неизвестным образом поле…

– Сбить их со следа! Нас чувствуют все приборы. Твой коммуникатор. Скорее всего, и мой, хоть я и менял его несколько раз за последнее время. Создай искажение. А еще лучше иллюзию с нашими сигналами где-то в стороне.

Вдох-выдох. Не слишком ли много для начинающего некроманта? Но вслух я ничего не произнесла. «Ты можешь все» – явственно всплыло в сознании. А значит, что любая самая смелая фантазия имела место быть. И я начала творить! Как могла, как умела, как понимала, как чувствовала. Вдохновение! Запах льняного масла щекотал нос – именно этим запахом я окутывала наш летательный аппарат, трансформируя молекулы воздуха в заряженные частицы. Еще вдох и медленный выдох – переключила фокус внимания в сторону. Там среди плотно движущихся машин было много похожих по форме, но я нашла такой шаттл, где внутри находилось трое. Взяв шарик нашего энергетического пространства, поместила его туда и вырастила за пределы обшивки. А когда вернулась к осознанию себя, боль затопила, лишая способности ясно мыслить.

– Оторвались, капитан!

– Лика, повреждения на корпусе, – продолжал отдавать распоряжения Алеред, – Выходим из атмосферы, нужно срочно затянуть. Полимеризуй. До космолета достаточно далеко.

Вдох-выдох. Созидание. Ослепляющая вспышка боли. Поломка? Я тоже сломана в нескольких местах. Летательный аппарат начал издавать навязчивый звуковой сигнал.

– Лика!

Я отвлеклась. Замешкалась. Забыла, что собиралась делать. В теле пульсировало, дергало. В ушах пищало. Глаза уловили бездонную черноту космоса впереди.

– Капитан, кислород падает, – нервозно доложил Ирсинай и покосился на меня.

– Бери управление, – бросил Алеред второму пилоту, направляясь к моему креслу, – Лика?

А что я? Кажется, перестала дышать и замерла. Хотелось закрыть глаза и заснуть, лишь бы не ощущать, как раздирает грудную клетку, как ломит плечи и поясницу. Алеред что-то заговорил, но сосредоточиться на смысле оказалось очень сложно. Хотелось объяснить ему, что не хочу ничего. Чтобы оставил меня в покое хоть не на долго. Но вышел только раскаленный мучительный кашель. Тело выгнулось в попытке вдохнуть упущенный зря воздух.

– Надо садиться на станции, – сквозь пелену услышала голос пилота.

Кажется, Алеред разозлился и отдал какое-то распоряжение. Сознание уплывало, прячась от боли, но я отчаянно цеплялась за голоса, силясь открыть глаза и ухватить кусочки света. Мужчины постоянно переговаривались. А еще было незавершенное дело, которое я упустила. Он что-то просил. Но вот что именно? Я не могла просто отключиться, ведь это навязчивое побуждение к действию жужжало, словно надоедливый комарик. Или это выл сигнал тревоги?

Пробоина! Созидание. Привычный глубокий вдох на автомате. Резкая вспышка затопившей все красноватой темноты!..