Это было похоже на сон, от которого утром сгораешь от стыда, вопрошая: «Как вообще мой мозг выдал такое?»

Еще месяц назад Курт и думать не мог о том, что у них с Тенью сложится нормальный диалог. А теперь доверил ему ребенка, выслушал планы на возвращение в родные края и намерение помочь.

А то, что он сказал в конце?

«Я буду рад умереть от твоих рук. Но потом. Когда найдется способ сделать это без последствий для тебя»?

Это просто не укладывалось в голове. Не так Курт себе представлял борьбу с врагом и свою месть, совершенно не так! Его угрозы после, его вымученное «Я тебя ненавижу», которым он завершил драматичную тираду Тени, – все это теперь выглядело нелепо и жалко. Ненависть еще горела в груди, напоминая о себе в моменты, когда на базе речь заходила о Тени, но Курт больше не был уверен в ее источнике. Что ее подкрепляло? И кого он хотел с помощью нее сжечь? Он больше не понимал себя, не понимал своих чувств и боялся их.

Всю накопившуюся усталость и раздражение он выместил на тренировочной площадке. Получасовая пробежка вытряхнула из головы мысли о Тени, но стоило сойти с беговой дорожки, как они снова его захватили. Тогда Курт принял душ, переоделся в черные спортивные брюки и футболку, схватил меч со стены и принялся отрабатывать удары на механическом безликом «тренере» – роботе, запрограммированном на нападения и защиту. Они сражались в узком кругу, где переступить красную черту значило проиграть.

Курт победил трижды, но на четвертый раз, когда руки стали гудеть, а мышцы взрываться болью при каждом ударе клинков, он наступил на черту пяткой. Раздался противный сигнал. Маленький ринг залило алым. Курт с яростью отшвырнул меч, и тот вонзился в одну из груш для битья рядом. Так оставлять было нельзя, пусть и хотелось просто выскочить из зала, хлопнув дверью, чтобы аж треснула и слетела с петель.

Он подошел к груше, с усилием выдернул меч, прислонил его к стене и опустился рядом.

Как же все это его бесило: неопределенность, Тень, готовый отправиться домой ради него, эта режущая боль в груди от малейшей мысли, что все это… приятно? Когда тебе помогают. Когда готовы ради этого наступить на горло своей гордости. И все это от человека, которого он годами жаждал убить.

Курт резко запрокинул голову к потолку, ударившись затылком о стену.

Тень, Тень, Тень.

Вдруг стало казаться, что в его жизни не осталось больше никого. Он вытеснил всех – начиная с Хантера и его хитроумных планов, заканчивая Мэвис. Интересно, как она там. Наверное, хорошо. Такой парень, как Тень, ее не обидит…

Курт прикусил губу. Ну вот опять.

Дверь открылась с щелчком, и по медленной хозяйской походке сразу стало ясно, кто его потревожил, так что Курт продолжил буравить взглядом шрамы на своих руках.

– Оу, – вздохнул Хантер, очевидно заметив грушу. – Кто-то очень разозлился.

– Что-то случилось? – пробурчал Курт себе в колени.

– Да. – Хантер встал в трех шагах перед ним и перекатился с носков на пятки. – Мы с Розалин сходили погулять в кофейню рядом с «Альтернатом».

Курт ухмыльнулся и мысленно подметил, что в былые времена в присутствии Хантера сидел бы с разинутым ртом в ожидании продолжения.

– Ты открыл новый экстремальный вид спорта.

– Да, называется «быстренько поговори с врагом рядом с его логовом и уйди непойманным».

Курт наконец поднял взгляд – тяжело, сонно. Усталость из-за позднего сна, раннего подъема и тренировок наконец начала его накрывать.

– Это?..

– Тень? Нет, главного босса я приберег напоследок. Если, конечно, вообще до него доберусь. – Хантер сел на корточки, с лица не сходила довольная ухмылка. – Я говорил с Айрис. Подкинул ей парочку идей, которые среди них только она сможет как следует обмозговать.

– С чего ты это взял? И что ты ей сказал?

– Что надо бы обратить внимание на то, с кем живешь и работаешь, прежде чем вешать все преступления на парня по другую сторону баррикад. – Хантер сложил руки на коленях и упер в них подбородок. – Исходя из того, что я про нее прочитал, она отличается от остальных. Я сначала не был уверен, стоит ли верить всей информации, которую мне подкинули, но теперь вижу, что она соответствует моим предположениям. Айрис отчаянная и радикальная. Она как я, но мягче и более совестливая. Ее мучает вина за то, что она не может спасти больше людей, чем ей дают. Поэтому я выбрал ее.

– Только из-за этого?

Хантер прикрыл глаза и выдохнул, словно ждал подобного упрека.

– И еще она была простым человеком, потеряла семью. Потом узнала, что возлюбленный, который ее спас, – их убийца. Бедняжка не знает всей правды, в отличие от некоторых, которые упорно молчат. Интересно, какая буря поднимется, если она обо всем узнает?

– Значит, ты решил использовать ее против них в нужный момент?

Несколько мгновений они сидели, слушая лишь собственное дыхание.

– Посмотрим, – выдохнул Хантер.

– И ты узнал все это из той информации? – Курт выпрямился. – Ты говорил про?..

– Папочки, которые мне кто-то любезно отправил. Я уже много лет плачу соседу, чтобы он забирал почту. Обычно там какой-то мусор, но в тот раз мы откопали золото.

– По-твоему, кто мог тебе это отправить?

– Не знаю. Но эти данные… – Хантер повернул голову в сторону, где стояли только мечи на стеллаже у стены и застывший робот-тренер. – Если бы не они, я бы и дальше продолжил только искать Иван и разрабатывать какие-то побрякушки, продавая за бешеные деньги. Прибыльно, но в целом я уже заработал себе на безбедную старость. Пора было сделать что-то важное.

Курт не знал, что ответить. Хантер в последнее время стал более разговорчивым, но говорил он порой о совершенно непонятных вещах.

– Еще я сказал ей, чтобы они всей своей компанией, включая Тень, убирались отсюда, а иначе мне придется стать злее.

– Но ведь тогда я не смогу…

– Я бы хотел избавиться от Тени, но тогда потеряю тебя – своего весьма ценного бойца. Будет лучше, если он вернется в свои земли, а ты останешься тут и, как Розалин, будешь жить с неутоленной ненавистью.

– Нет, так не пойдет. – Курт встал. Слова полились сами собой, заученные и проговоренные не раз: – Я хочу отомстить ему, как и задумывал! Даже если после этого стану марионеткой Зотиса. Даже если он будет убивать моими руками. Я хочу закончить то, чему посвятил свою жизнь.

Хантер провел рукой по макушке.

– Скажу честно: в самом начале, когда я только выкрал тебя из детского дома, плевать я хотел, умрешь ты или нет. Я узнал детали той вылазки Тени и понял, что с тобой каким-то образом связался Зотис и что-то тебе дал. Мне было важно использовать тебя, чтобы избавиться хотя бы от одного долгожителя…

Пауза ощущалась наигранной, точно Хантер проверял, как себя поведет Курт. А тот лишь сглотнул, стараясь сохранить равнодушный вид. Он знал об этом. Редкие улыбки Хантера он всегда воспринимал как условность, ширму, за которой тот прятал от маленького Курта свои истинные планы на него – вырастить и использовать.

Хантер продолжил снисходительно:

– Но когда мне в руки попали те папки и моя теория о долгожителях обрела голос, я понял две вещи: все куда серьезнее. А еще мне их не победить. Мне просто не хватит на это сил. Если Тень захочет, то убьет нас всех разом, даже не моргнув. Никакие технологии и Зотисы тут не помогут. Паразитировать на его доброте… Все это время я только этим и занимался, пытаясь его запугать. Поэтому все, что мне пока остается, – давление, шантаж и жертвы среди простых людей.

Курт в очередной раз не нашелся с ответом. Но это признание Хантера было самым странным и изобличающим в его жизни.

– Получается…

– Мы слабаки, вот что получается. И мы или пожертвуем тобой, чтобы попытаться уничтожить Тень, или заставим его вернуться домой, а ты будешь жить дальше. – Взгляд Хантера вдруг стал острее, сосредоточеннее. – Кстати, Тень рассказал тебе о чем-нибудь важном, когда ты передавал ему девочку?

– Сказал, что отправится к себе домой, чтобы узнать, как одолеть Зотиса и спасти меня, – произнес Курт нехотя.

– Надеюсь, ты там не растаял от таких обещаний.

Курт поднял ошеломленный взгляд, словно его только что обвинили непонятно в чем. Он хотел отмолчаться, но чувствовал: с каждым мгновением его лицо только больше багровеет от смеси противоречивых чувств.

– Конечно же нет! – воскликнул он.

Хантер сдержанно улыбнулся, похлопал глазами и состроил довольное хитрое лицо, которое так и говорило: «Это самое неубедительное вранье, которое я слышал в своей жизни».

– Будь осторожнее… со всем этим. – Он обвел Курта взглядом. – Зотис только и ждет, когда ты окончательно… растаешь.

Не переставая улыбаться, Хантер вскинул брови и наконец-то вышел из зала.

Курт прислонился горящим лбом к холодной стене, словно пытаясь спрятаться от Хантера, от себя и от всего мира, которые только что стали свидетелями этого позора. Еще никогда его так не смущали и не стыдили.

Нужно было проветриться.

Он снова принял душ, переоделся в свободные серые джинсы, футболку и джинсовку. Проходя мимо кабинета Хантера, он остановился. Дверь была чуть приоткрыта, из щели виднелся край рабочего стола.

Интересно, где Хантер хранил те самые папки и что еще в них можно найти?

Он прошел мимо кабинета, но любопытство пригвоздило его к месту.

Интересно, а может, там найдется ответ на вопрос, что делать с Зотисом?..