Это случилось утром, когда я уже перестала ждать.

Дождь барабанил по подоконнику, и серая мгла заливала комнату. Я сидела у камина с книгой, которую не читала, и слушала, как трещат дрова. Леди Арабелла ушла во дворец, Дженни была в своей комнате. Милли принесла завтрак и поставила на столик.

— Леди Элисса, вам письмо.

— От кого? — спросила я, не поднимая глаз.

— Посыльный сказал, с севера.

Я выронила книгу.

С севера. Из поместья. От отца.

Конверт был из грубой серой бумаги, не такой, как парадные послания королевы или герцогов. Печать — простая, сургучная, с нашим фамильным гербом: серебряный венок на синем поле. Я не видела эту печать двенадцать лет.

Пальцы дрожали, когда я разрывала конверт.

Внутри лежал листок, исписанный знакомым, но изменившимся почерком. Отец писал торопливо, буквы прыгали, будто он спешил или боялся.

«Дорогая Элисса,

Прости, что не писал все эти годы. Я не умел. Не умею и сейчас. Но время пришло.

Я слышал о тебе. О балах, о кавалерах, о том, как ты держишься. Твоя мать гордилась бы тобой. Я тоже горжусь.

Но не возвращайся в поместье. Слышишь? Не приезжай, даже если позовут. Здесь опасно. Не доверяй тем, кто предлагает лёгкую помощь. При дворе есть те, кто хочет использовать твой дар. Я не знаю имён, но знаю, что заговор близко.

Береги себя. И помни: я люблю тебя.

Твой отец, лорд Вэнс»

Я перечитала три раза. Потом четвёртый.

Руки похолодели. В горле встал ком.

— Что это? — раздался голос леди Арабеллы. Я не слышала, как она вошла.

— Письмо от отца, — я протянула листок.

Наставница прочла молча, хмурясь.

— Он пишет о заговоре, — сказала я. — О том, что кто-то хочет использовать меня.

— Это могло быть правдой, — ответила она и передала письмо обратно. — Сплетни, слухи, даже кража перчатки… Всё это не случайно.

— Я должна поехать к нему. — Я встала, сжимая письмо. — Он один, в опасности.

— Нет.

— Арабелла!

— Ты не поедешь, — голос наставницы был твёрдым, как сталь. — Если заговорщики хотят тебя, они будут ждать у поместья. Ты попадёшь прямо в их руки.

— А отец? Что с ним?

— Он предупредил тебя. Значит, он жив и достаточно свободен, чтобы писать. Сейчас не время для геройства. Мы должны подумать, как защитить тебя здесь.

— Но он мой отец…

— И он просит тебя не возвращаться. Уважай его волю.

Я опустилась в кресло, чувствуя, как ноги подкашиваются. В висках стучало.

— Кто за этим стоит? — спросила я. — Лорд Филип? Но его изгнали.

— Лорд Филип — мелкая сошка. Настоящий заговорщик умнее и влиятельнее. Может быть, лорд Эдвин. Может быть, кто-то из придворных магов.

— Что мне делать?

— Доверять тем, кто доказал свою преданность. Твоим троим кавалерам. Кассиан силён, Рагнар опасен, Сайлас осторожен. Вместе они смогут защитить.

— А если они сами часть заговора?

— Тогда мы все пропали, — леди Арабелла вздохнула. — Но я в это не верю.

Весь день я просидела у окна, глядя на дождь. Письмо лежало на коленях — я не могла выпустить его из рук.

Отец писал, что любит меня. Впервые за двенадцать лет.

И впервые за двенадцать лет я почувствовала, что он где-то рядом.

Я достала дневник.

«Пришло письмо от отца. Он пишет, что я в опасности. Что кто-то хочет использовать мой дар. Он просит не возвращаться в поместье.

Я хочу поехать, но леди Арабелла запрещает. Она права: если заговорщики ждут меня там, я попаду в ловушку.

Но что если отец в беде? Что если я никогда больше его не увижу?

Я не знаю, кому верить. Принц предлагал защиту, Рагнар готов драться, Сайлас обещал быть рядом. Но кто из них искренен, а кто играет свою роль?

Боюсь. Боюсь за себя, за отца, за тех, кого успела полюбить.

Я должна узнать правду. Но как?»

Я спрятала дневник и подошла к карте королевства на стене. Поместье Вэнс было далеко на севере, за лесами и холмами. До него ехать несколько дней.

Я коснулась пальцем точки, где жил отец.

— Я вернусь, — прошептала я. — Только подожди.

Ветер за окном завыл, и дождь забарабанил сильнее. Где-то в коридоре послышались шаги, отворилась дверь и леди Арабелла зашла ко мне.

— Королева хочет видеть тебя завтра утром, — сказала она, входя. — Наедине.

— Зачем?

— Не знаю. Но будь готова.

Я кивнула.

Ночь не принесла покоя. Я лежала в темноте, слушая дождь, и перебирала в памяти обрывки разговоров, взгляды, намёки. Кассиан знал о заговоре. Рагнар ненавидел лорда Эдвина. Сайлас обещал защиту.

Кому из них можно верить?

И кому из них я могу верить?

Ответа не было. Только стук капель по стеклу и тяжесть письма под подушкой.