КИТОН

Платье, которое на мне надето, выбрала для меня Карина во время нашей последней шопинг-терапии. В отражении в окне бара я быстро осматриваю изгибы своего тела, подчеркнутые маленьким платьем малинового цвета.

Шелковистая ткань лифа доходит до самых ключиц, но разрез посередине открывает ровно столько декольте, чтобы сказать: «Привет!». Рукава длиной три четверти сделаны из плотного эластичного кружева. Благодаря небольшим подплечикам, спрятанным под швами, я выгляжу так, будто сошла с обложки модного женского журнала, на которой написано: «Прекрасная или опасная?»

— О, мамочки! — выдала Карина, стараясь говорить хриплым мужским голосом, когда я крутилась перед ней в примерочной пару недель назад.

— Ты уверена, что это не слишком… ну, не знаю, по-начальнически? — спросила я, ощупывая небольшие уплотнения на плече.

— Это не «по-начальнически», а «о-о, мамочки!» — разница огромная, — усмехнулась Карина, и я тут же его купила.

Теперь же, стоя перед баром, где мне предстоит устроить этому наряду тест-драйв, я чувствую себя куда менее уверенно. Я щелкаю застежкой своего клатча — черного, простого, украшенного мелкими заклепками по углам, — и достаю телефон.

Китон: Я у бара. Ты где?

Я нажимаю «ОТПРАВИТЬ», мои пальцы дрожат от нервного напряжения. Я не знаю, приехал ли Слейт и внутри ли он уже. Я не хочу заходить одна. Как так получается, что я каждое утро уверенно иду в офис, а потом теряю самообладание у обычного бара? Я щурюсь, пытаясь разглядеть знакомый силуэт Слейта среди десятков людей внутри, но не вижу его.

Слейт: Я почти на месте. Водитель свернул не туда. Заходи пока.

Я стону. Ну конечно, Слейт именно так и скажет. Он такой спокойный и уверенный в себе; наверное, считает, что в этом нет ничего особенного.

Нервничая, я облизываю губы. Тут же пожалев об этом, я снова расстегиваю клатч и ищу помаду. Если я в чем-то и преуспела как амбициозная женщина в сфере, где доминируют мужчины, так это в выборе помады. Цвет имеет значение — если не в контексте дурацкой гендерной политики, то для моей уверенности в себе. Типичные нюдовые оттенки и румяна, которые я ношу на работу, надежно спрятаны в моей косметичке. Сегодня мое любимое оружие — «Кровавая ягода».

Сексуальный цвет легко ложится на губы. Когда я наклоняюсь к отражению в стекле, чтобы убедиться, что контур идеален, то замечаю по ту сторону окна мужчину, который наблюдает за мной из бара. Он улыбается и показывает большой палец. Я краснею, но улыбаюсь в ответ. Внезапно его лицо перекрывает другое отражение. Я чуть не подпрыгиваю от неожиданности, когда прямо над моим ухом раздается голос Слейта: — Я смотрю, ты начала без меня. Уверена, что тебе нужен напарник?

Его глубокий, бархатистый голос, кажется, вибрирует прямо внутри меня. Я оборачиваюсь и бью его кулаком в плечо, но он даже не морщится. Честно признаться, я больше рада его появлению, чем злюсь на то, что он меня напугал.

— Ты меня до чертиков напугал! — смеюсь я, переводя дыхание.

Он ухмыляется, и мы оба смотрим друг на друга, оценивая выбор одежды. Слейт одет в стиле «деловой кэжуал»: на нем темно-серая классическая рубашка с закатанными рукавами и расстегнутой верхней пуговицей, открывающей подтянутую грудь и красивый кадык. Его брюки идеально сидят, подчеркивая мускулистые ноги во всех нужных местах, и заканчиваются элегантными туфлями с очаровательными потертостями.

Он выглядит отлично. Я замечаю, что он тоже меня рассматривает. Его взгляд скользит от моей шеи, откуда я убрала волосы, прямо к ложбинке между грудей. Я сглатываю, меня внезапно охватывает волнение.

— Ну как? — спрашиваю я, робко кружась, как перед Кариной во время примерки.

— Да, — говорит он, не отрывая взгляда от моего декольте. Затем прочищает горло. — В смысле — да, все отлично.

— Серьезно? Отлично? Черт. — Я в отчаянии вскидываю руки. — Как всегда, перебор. Я слишком нарядилась для этого бара?

— Нет, Кит, нет. — Слейт кладет руки на мои беспокойно дергающиеся плечи, и его прикосновение мгновенно меня успокаивает. — Ты выглядишь идеально. Рядом с тобой я буду выглядеть полным придурком.

Я краснею, и румянец заливает мои щеки.

— Что ж, хорошо, что сегодня все внимание приковано ко мне, верно? — Я подмигиваю ему, и он резко отводит взгляд.

К чему бы это?

— Да уж, хорошо, — берет он себя в руки. — А теперь пошли внутрь и найдем тебе какого-нибудь милого, порядочного джентльмена, чтобы ты затрахала его до полусмерти.

Слейт придерживает дверь, и музыка вырывается нам навстречу. Он пропускает меня вперед и оплачивает вход за нас обоих. Я делаю мысленную пометку вернуть ему деньги. То, что он помогает мне подцепить парня, не значит, что он должен за все платить.

Мы подходим к барной стойке. Слейт выдвигает для меня барный стул, и я сажусь, а он прислоняется к стойке. Пока мы ждем, когда бармен обратит на нас внимание, я начинаю изучать «товар». В этом баре полно подходящих кандидатов.

Слейт был прав… это отличное место для начала. Не слишком многолюдно, не слишком злачно. Ровно столько, сколько нужно одиноких мужчин, которые расслабляются после долгой недели и ищут немного развлечений. Мой взгляд блуждает, оценивая перспективы.

— Боже мой, это же не скот на ярмарке, — шепчет Слейт.

Я поворачиваюсь к нему с хмурым видом и тут же отстраняюсь. Он оказался гораздо ближе ко мне, чем я думала, — так близко, что я могу пересчитать каждую из его завидных темных, густых ресниц. Именно эти мелкие детали так притягательно смягчают его точеные черты лица.

Я что, серьезно только что использовала слово «притягательно», чтобы описать Слейта? Боже, Китон.

Кажется, мне нужно больше секса, чем я думала.

— Я изучаю свои варианты, — защищаюсь я, и в моем голосе проскальзывают резкие нотки. Типичная перепалка Слейта и Китон сегодня ранит чуть глубже обычного. Я пытаюсь выйти из зоны комфорта, и это оказывается сложнее, чем я ожидала.

— Как насчет того, чтобы взять выпить, прежде чем заставлять их биться за тебя насмерть?

Я киваю, поджав губы.

— Эй, эй. Выше нос. Для этого и нужен алкоголь. — Слейт привлекает внимание бармена.

Симпатичная девушка лет двадцати с небольшим, с татуировками и асимметричной стрижкой, подходит к нам, готовая принять заказ.

— Что вам предложить? — спрашивает она с глуповато-привлекательной улыбкой.

— Водка с содовой, пожалуйста, — отвечает Слейт с такой же глуповатой и обаятельной улыбкой. — Побольше водки.

— Лимон или лайм?

— И то, и другое.

Она смеется, глядя на него сияющими глазами.

— Кит? — спрашивает он, указывая на меня.

Барменша впервые замечает меня; ее взгляд перебегает на мое лицо.

— Виски с колой, пожалуйста.

— Сделаем. — Она кивает.

Она что, думает, что я девушка Слейта?

Как ни странно, я не против ее ошибки. Я все равно не хочу, чтобы он встречался с кем-то, кто экспериментирует с прическами. Если она не знает, что хочет носить на голове, то как, черт возьми, она может знать, чего хочет в постели? Однажды я была на ее месте и выглядела ужасно.

— Классика от Китон. Знаешь, ты могла бы хоть раз заказать кокетливый коктейль. Что-нибудь по-настоящему приятное? — поддразнивает меня Слейт.

— Да? Может, мне тоже попросить добавить туда лимон и лайм? Похоже, кто-то никак не может определиться, — парирую я, вызывающе вскидывая брови.

— Мои напитки отражают мое сложное сердце, — заявляет он с мелодраматичным вздохом.

— О боже, Слейт, ты и слово «сложный» — это вещи из параллельных вселенных. — Я кладу ладонь ему на щеку, и он ухмыляется.

— Виновен.

Мы стоим так мгновение, улыбаясь друг другу, моя рука покоится на его резко очерченной линии челюсти — жест, который, возможно, нарушает платонические рамки отношений. Словно прочитав мои мысли, Слейт отворачивается, и моя рука соскальзывает с его лица.

Барменша приносит наши напитки, и Слейт отдает ей свою карту, попросив оставить счет открытым. Его взгляд падает на ее задницу, когда она отворачивается, чтобы обслужить другого клиента.

Я больно тычу его в ребра.

— Сконцентрируйся, — напоминаю я. — Сегодня вечером все крутится вокруг меня.

— Да, точно. Кто-нибудь приглянулся?

Я прослеживаю за его взглядом, направленным на толпу свободных мужчин в зале, и оцениваю свои варианты.

— Не знаю. Первым пунктом в моем списке идет отработка техники минета.

Слейт, кажется, давится воздухом от моего выбора слов, произнесенных таким деловым тоном.

Я ухмыляюсь и продолжаю давить: — Каких парней мне стоит рассматривать?

Судя по выражению его лица, у меня между глаз вырос второй нос.

— Буквально любой мужчина в этом зале почтет за честь познакомить тебя со своим членом, Китон. Давай поменьше фокусироваться на списке и побольше на том, кому именно ты хочешь отсосать.

— Ладно, ладно. — Я осматриваю зал.

В глубине стоит высокий парень в окружении друзей. Черные вьющиеся волосы, широкая грудь и такая же широкая улыбка. Он громко хохочет над чем-то, что сказал один из его приятелей.

Симпатичный, но, держу пари, с ним будет непросто.

Мой взгляд смещается в более тихие уголки помещения. Может быть, кто-то менее заметный. Кто-то, кто отнесется ко всему этому проще. Кто-то расслабленный. Потому что именно это мне сейчас и нужно.

Я замечаю парня, сидящего у двери. Русые волосы, карие глаза, идеальная легкая небритость. Рукава закатаны — все как я люблю. Кажется, он пришел с большой компанией, перекидывается парой слов с проходящими мимо людьми, но никогда не доминирует в разговоре. Он мне уже нравится.

— Вон тот, — говорю я, указывая на него пальцем.

И тут же жалею о своем жесте, потому что взгляд мужчины испуганно метнулся ко мне, заметив, что я пялюсь на него, как ястреб. Я резко отворачиваюсь к барной стойке, сгорая от стыда.

— О боже, — скулю я. Что ж, все уже кончено.

— Ага, очень изящно. Он идет сюда. Удачи, чемпионка.

Слейт собирается отвернуться, но я незаметно хватаю его за руку, чтобы никто не увидел.

— Что мне сказать? — Мой голос звучит настолько жалко, что хочется выброситься в окно.

— Что угодно, Кит. Просто воспринимай это как пробный забег. Это не единственный парень, с которым ты поговоришь за сегодня.

Слейт слегка сжимает мою руку, прежде чем отодвинуться и помахать барменше, заказывая еще выпить. Я смотрю, как он бросает меня на произвол судьбы, и у меня перехватывает дыхание.

— У меня что-то на лице? — раздается голос позади меня.

Я медленно поворачиваюсь, собирая волю в кулак, и улыбаюсь стоящему передо мной мужчине.

— Ты просто очень красивый?

Черт возьми. Это было ужасно.

Но мужчина тепло улыбается, и я чувствую себя чуть менее ничтожной.

— Очень мило с твоей стороны, — говорит он, протягивая руку. — Джеймс.

— Китон, — отвечаю я. — Я не очень хороша в таких вещах.

— Это было немного прямолинейно, да, но мне нравится такое.

Черт. У него сложилось обо мне неверное представление. Или верное? Разве я не пытаюсь затащить этого парня к себе в постель?

— Значит, будем прямолинейными. — Я выдаю свою лучшую улыбку продажника, которую обычно приберегаю для самых желанных клиентов. — Расскажи мне о себе, Джеймс.

Я не ожидала, что на меня обрушится такая волна эмоций, когда я начала этот разговор.

Джеймс — инженер, но в душе он артист. Он также состоит в группе импровизаторов, которая выступает раз в две недели по вторникам в этом самом баре, и мне обязательно нужно прийти! В следующие выходные к нему приедет брат, который не верит в творческое самовыражение, что для Джеймса абсурдно, ведь он считает, что Импровизация помогает ему сохранять рассудок. (Судя по тону Джеймса, слово «Импровизация» пишется с большой буквы). У него есть пес по кличке Бак, с которым хватает забот из-за постоянных счетов от ветеринара. «Глисты, — заявляет он, — вечно эти желудочные глисты». Но он уверен, что Бак бы мне понравился, потому что пес любит красивых дам. Люблю ли я собак?

— Кошек, — выдавливаю я, осознав, что наконец-то настала моя очередь говорить. — Лично я больше кошатница.

Как я могла так жестоко ошибиться, приняв этого болтуна за расслабленного парня, который «никогда не доминирует в разговоре»? Больше никогда не буду доверять своей интуиции.

— Кошки, значит? Это многое говорит о женщине.

— Да неужели? — сглатываю я, готовясь к новой серии «Шоу Джеймса».

Я ловлю себя на том, что оглядываюсь в поисках живой студийной аудитории или хотя бы парочки скрытых камер. Вместо этого я замечаю Слейта, который наблюдает за нами с другого конца барной стойки. Что это у него на лице? Это что, слезы от смеха? Я бросаю на него самый испепеляющий взгляд, на который только способна. Он отвечает мне сочувствующим взглядом, который буквально кричит: «Ладно, ладно, иду на помощь».

— По моему опыту, кошатницы непредсказуемы. Последняя женщина, с которой я был… эй!

Джеймс обрывает себя на полуслове, когда Слейт кладет руку мне на плечо.

— Слейт, милый! — воркую я. — Ты должен познакомиться с моим новым другом, Джеймсом. Джеймс, это мой очень хороший друг Слейт.

— Привет, красавчик, — чуть ли не мурлычет Слейт.

О, это мой любимый спектакль. Теперь моя очередь импровизировать, Джеймс.

— Правда же, он прелесть? — Я улыбаюсь мужчине, но обращаюсь к Слейту. — Я прямо-таки вижу вас вместе, а ты? — Я сжимаю руку Слейта.

— Привет… э-э… Слейт? — произносит Джеймс, внезапно лишившись дара речи.

— Согласен, детка. — Слейт подмигивает бедному Джеймсу, который теперь заливается густым пунцовым румянцем.

— Что скажешь, милый? — шепчу я Слейту. — Нравится? Думаешь, он в твоем вкусе?

Слейт неспеша оглядывает Джеймса с ног до головы, оценивающе прищурившись, и, осмелюсь сказать, добавляет огня в свое представление, заходя Джеймсу за спину, чтобы взглянуть и на эту часть его тела. Но Джеймс не дает ему возможности подтвердить или опровергнуть свои догадки.

— Знаешь, э-э… было очень приятно поболтать с тобой, Кэти, — запинаясь, говорит он, и я стискиваю зубы, натянуто улыбаясь. — Но мне, пожалуй, пора вернуться к друзьям.

— Конечно, мы со Слейтом обязательно как-нибудь заглянем на твою импровизацию… пока-пока! — говорю я, отмахиваясь от Джеймса. Как только он ретируется, моя веселая маска спадает.

— Вот же не везет, — со вздохом говорю я Слейту, который обнимает меня за плечи. — Я привыкла, что в офисе меня поучают, но чтобы еще и в баре? — Я вздрагиваю.

Слейт смеется и утешающе поглаживает меня по спине. Мое ледяное настроение тает от его прикосновения, и я прижимаюсь к его боку, наслаждаясь теплом и поддержкой. Что я такого сделала, чтобы заслужить такого потрясающего напарника?

— Не переживай, Кэти. Мы найдем тебе хорошего парня, который не будет болтать без умолку… и который тоже любит кошек.

Он дергает меня за мочку уха, и сквозь меня проходит разряд тока, покрывая руки и ноги легкими мурашками.

Это было неожиданно.

— Как насчет вон того парня? Он на тебя поглядывает.

Я прослеживаю за его взглядом и вижу мужчину, сидящего в кабинке с небольшой компанией друзей. Коротко стриженные светлые волосы. Очки и симпатичный свитер. Милый и опрятный. Не совсем мой типаж, но когда наши взгляды встречаются и он призывно улыбается, мое сердце слегка замирает. Я улыбаюсь в ответ.

— Видишь? — говорит Слейт. — Пойдем найдем тебе минет, дружище.

Я тихо смеюсь, и мы вместе направляемся к кабинке.

— На этот раз ты за главного?

— Конечно, — отвечает он.

Я сразу же чувствую себя в безопасности и в тысячу раз увереннее. Шумные бары — это территория Слейта. Не моя, и мне не нужно притворяться, что это так.

Слейт мне поможет. Ведь для этого он здесь, верно?