СЛЕЙТ

В первое мгновение после того, как звонит будильник, я задаюсь вопросом: неужели вчерашний разговор с Китон был всего лишь каким-то безумным сном? Но ее слова черным по белому написаны в истории наших сообщений: «Как насчет того, чтобы ты перестал шутить и помог мне стать лучшей любовницей?»

И следом мой не самый красноречивый ответ… «Ты хочешь, чтобы я научил тебя трахаться?»

Я слегка морщусь, вспоминая эту переписку, но тут же решаю, что это не важно. Рядом с Китон я всегда был самим собой на все сто процентов, включая полное отсутствие фильтров в речи, и уж точно я не собираюсь меняться сейчас. Не после десяти лет дружбы. Она явно принимает меня таким, какой я есть, со всеми моими грубостями.

Я бреюсь, принимаю душ и одеваюсь на автопилоте, стараясь лишний раз не накручивать себя. Не стоит торопить события. Нам нужно сесть и все как следует обсудить, прежде чем предпринимать что-либо еще. Но я все равно не могу перестать ломать голову над ее поведением.

Китон отреагировала довольно бурно, когда я попытался уточнить, какой именно помощи она от меня ждет. Но ведь я не сумасшедший, раз истолковал все именно так… верно? Или она просто хотела, чтобы я купил ей учебник? Нарисовал пару схем с пометкой «18+»? Продемонстрировал технику на банане и презервативе? Нет, я почти уверен, что речь шла о более практическом руководстве. С другой стороны, возможно, в ней просто говорила выпивка, и сегодня она ни чего не вспомнит.

И все же я не могу отрицать, что ее непристойное предложение меня заводит. Китон потрясающая — ходячее воплощение фантазии о сексуальной библиотекарше. Будем смотреть правде в глаза: я здоровый, горячий мужчина с отлично работающим зрением, у которого по счастливой случайности имеется все необходимое «оборудование», способное удовлетворить любые ее потребности. Никто не осудит меня за то, что мысль о прикосновении к ней кажется мне привлекательной. Если она хочет, чтобы я стал ее персональной машиной любви — что ж, признаем честно, я ухвачусь за этот шанс обеими руками.

Но мы просто друзья — всегда ими были и, надеюсь, всегда будем. Я знаю, что Китон замужем за своей работой, а она знает, что я не планирую остепеняться. Никто из нас не хочет потерять все то хорошее, что у нас есть, и уж тем более нашу дружбу.

Я твердо говорю себе, что картинки, прокручивающиеся у меня в голове, ни за что не станут реальностью. Что бы она ни имела в виду прошлой ночью, к этому моменту она, скорее всего, уже пришла в себя. Или вообще была слишком пьяна, чтобы хоть что-то отложилось в памяти. Мне нужно быть готовым к любому раскладу, вплоть до того, чтобы вежливо притвориться, будто я обо всем забыл — на случай, если ей станет неловко за слова Пьяной Китон. Видит бог, она не раз оказывала мне такую же любезность, когда я говорил какую-нибудь глупость подвыпив.

Я пишу Китон, чтобы сообщить, что уже в пути, и она отвечает эмодзи с поднятым вверх большим пальцем. Это не совсем «Поняла, я готова поговорить о сексе», но, возможно, она еще не до конца проснулась. Я просто хотел убедиться, что не застану ее голой… нет, думать о голой Китон — это совсем не то, что нужно.

Просто отключи мозг, убери телефон и садись в машину, Слейт.

По дороге к ней я заезжаю в ее любимое заведение, где готовят завтраки, чтобы взять парочку их знаменитых гигантских буррито с двойным сыром. Она редка выпивает, и, зная ее, могу предположить, что она не в лучшей форме. Так что мне нужно как следует ее накормить, чтобы еда впитала в себя все последствия этого девичника.

Я поднимаюсь на лифте в ее квартиру и звоню в дверь. Китон открывает в розовых пижамных штанах, футболке и босиком. Ее длинные темные волосы собраны в небрежный хвост, но она все равно выглядит собранной.

Я не могу отделаться от мысли, что ее лучезарная улыбка адресована мне, и мои губы невольно тоже растягиваются в улыбке.

— Доброе утро, — говорю я, протягивая Китон бумажный пакет и проходя внутрь. Не удерживаюсь и добавляю: — Классный наряд.

— Спасибо. — Она берет у меня угощение и с восторженным вздохом вдыхает пряный аромат. — О боже, я чувствую запах зеленого чили. Какое блаженство.

— Я подумал, что тебе пригодится лекарство от похмелья.

Ее кошка, Пенни, свирепо смотрит сверху на нарушителя спокойствия со своего наблюдательного пункта на холодильнике.

Я захлопываю за собой дверь, пока Пенни не выскочила наружу. Не то чтобы эта старая, ворчливая особа стала бы утруждать себя быстрой полосой препятствий, но Китон просто умрет на месте, если эта чертова кошка когда-нибудь сбежит.

— Вчера я выпила не так уж много, но все равно спасибо. — Она ставит пакет на кухонный стол. — Давай я сварю нам кофе. Достанешь тарелки?

— Сразу после того, как поздороваюсь с Пенни. — Я подхожу к холодильнику и тянусь вверх, чтобы погладить седеющую рыжую бестию. — Привет, девочка. Как поживает Пенни Карательница? — Она не шевелится, едва вынося мою ласку.

— Поверить не могу, как легко она находит с тобой общий язык, — доносится голос Китон со стороны кофемашины.

— Эй, это ранит мои чувства. Мне нравится думать, что я довольно милый парень. — Я чешу Пенни пушистую щеку, и она удостаивает меня медленным морганием своих полуприкрытых зеленых глаз.

Мое внимание, однако, приковано к Китон: я пытаюсь разгадать, помнит ли она хоть что-то из нашего ночного разговора. Но она не подает виду и никак не намекает, достаточно ли я «мил» для тех постельных упражнений, в которых ей нужна помощь. Я до сих пор понятия не имею, прохожу ли я собеседование на эту должность.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я. — Китон закатывает глаза. — Она мне самой едва разрешает себя гладить. И когда она сидит на холодильнике вот так… в общем, смотри.

Китон наклоняется мимо меня, чтобы открыть холодильник — так близко, что я ощущаю тепло ее тела и улавливаю тонкий аромат лавандового шампуня, — и тянется к пакету молока. Молниеносным движением лапы Пенни дает ей по макушке.

Китон округляет глаза, переводя на меня взгляд, полный наигранного возмущения.

— Видел?

Я сдерживаю смешок.

— Я же не просто так зову ее Пенни Карательницей.

— Ну, я знаю, что она играет. Иначе она бы выпустила когти.

Китон немного заблуждается на счет своей любимицы, но я не стану ее переубеждать. Эта кошка — злобное старое существо, которому люди нужны только ради одного: еды.

Китон наливает нам две чашки дымящегося кофе: себе черный, а мне — со щедрой порцией молока.

Пока я за столом размешиваю ложку сахара в кофе, мой взгляд падает на ее открытый ноутбук, и я невольно округляю глаза. На экране таблица… но не с сухими финансовыми данными, как я ожидал. Это длинный список непристойных действий, от минета и новых поз до грязных разговорчиков и анального секса, и все это тщательно рассортировано по вкладкам с цветовой кодировкой.

Черт возьми, это же пособие по сексу.

Я чуть не подавился обжигающе горячим напитком.

Так, ну… ладно. Китон явно ничего не забыла. И, полагаю, это один из способов подойти к процессу обучения. Очень организованный, в духе Китон. Я разрываюсь между шоком и смехом.

И что мне делать? Конечно, я пришел сюда, чтобы обсудить ее интимную жизнь, но я без понятия, должен ли я был вообще видеть эту таблицу. Может, она составила ее для, ну… личного пользования. Пытаясь сделать вид, что ничего не заметил, я разворачиваю ноутбук экраном от себя и отодвигаю в сторону, чтобы освободить место для наших тарелок, и от испуга едва не сбрасываю его со стола, когда внезапно раздается звонок в дверь.

Китон открывает дверь, на пороге стоит крошечная седовласая пожилая индианка. В руке она держит пластиковый мерный стаканчик.

— Прости, что беспокою так рано, дорогая. Я просто хотела одолжить немного сахара, — произносит она тихим голосом с сильным акцентом.

Улыбаясь, Китон машет рукой.

— Никаких проблем, что вы. Сейчас я принесу банку, и вы возьмете сколько нужно.

Должно быть, это та самая соседка, о которой она мне рассказывала, но с которой я никогда не встречался лично.

Пока Китон уходит копаться в кладовой, пожилая женщина замечает меня и в притворном смущении прижимает ладонь к щеке.

— О боже, я помешала. Не знала, что у тебя… гость. Кто этот симпатичный молодой человек?

— Это мой друг Слейт. Он просто принес завтрак, чтобы мы поели вместе. — Китон появляется из кладовой с небольшой жестяной банкой сахара и начинает пересыпать его в стаканчик женщины, пожалуй, чуть быстрее, чем следовало бы.

Мне показалось, или она выделила слово «друг» интонацией? И приложила максимум усилий, чтобы намекнуть, что я не ночевал у нее?

— Как мило с его стороны. — Морщинки на лице женщины становятся глубже от нежной улыбки. — Вы двое были бы чудесной парой.

— До свидания, Мира, — отвечает Китон мягко, но твердо. — Увидимся в воскресенье в два часа за чаем.

Как только дверь закрывается, Китон со вздохом садится за кухонный стол и разворачивает свой буррито.

— Прости за это. Мира вечно твердит мне, что пора «найти хорошего человека и остепениться». Ее собственные дети редко звонят и навещают ее, так что, полагаю, вся ее нереализованная забота достается мне.

— Все в порядке. Она кажется милой женщиной.

Я откусываю буррито, и какое-то время мы просто сосредоточенно едим в уютном молчании.

Когда моя тарелка пустеет наполовину, я произношу: — Так, насчет… — Я пытаюсь подобрать правильное слово, а затем решаю: к черту все, и перехожу сразу к делу. — Насчет этого секс-вопроса. Расскажи, о чем ты думаешь.

Китон на секунду перестает жевать, затем сглатывает.

— Точно. Ну, — медленно начинает она, — все так, как я и говорила вчера. У меня нет никаких навыков в постели, и я хочу это исправить.

— Но почему тебя это так беспокоит? Я не понимаю, в чем проблема. Я уверен, что в постели ты вполне хороша…

— Потому что у меня такое чувство, будто я упустила что-то важное, Слейт. Пока все остальные развлекались на полную катушку, я была сосредоточена на продвижении по карьерной лестнице. Такое ощущение, что я принесла огромную часть своей жизни в жертву богам продаж программного обеспечения. — Она отводит взгляд, уставившись в пол.

Черт, я и не подозревал, насколько это для нее болезненная тема. Обычно Китон ведет себя крайне практично и рационально, ее редко можно застать стыдящейся чего-либо… Нет, это даже не совсем стыд. Скорее горечь. Грусть. Перемешанная с ее фирменной, деловой уверенностью, с которой она привыкла подходить к любой проблеме на своем пути.

Я откладываю буррито, чтобы показать, что полностью сосредоточен на ней.

— Прости. Я не хотел сказать, что твои чувства неправильные, я просто пытался понять, почему ты так расстроена. И я очень надеюсь, что ты не станешь ценить себя меньше только потому, что на какой-то вечеринке не смогла отсосать у какого-то дурацкого огурца на глазах у всех. Ты потрясающий человек, Китон, и ты добилась невероятных успехов.

Она фыркает.

— Когда ты так это формулируешь, моя проблема кажется еще глупее. И я действительно отсосала просто ужасно.

Да уж, Слейт, ты прям в ударе.

— Забудь. Давай начнем сначала. — Я сцепляю пальцы в замок и кладу руки на стол. — Вернемся к твоим целям. Чему именно ты хочешь научиться и как планируешь этого добиваться?

Возможно, если я переведу все на язык бизнеса, ей будет проще собраться с мыслями.

Китон кивает собственным мыслям, а затем косится на свой ноутбук.

— Ну, вчера вечером я кое-над чем работала, просто чтобы попытаться систематизировать… — Прежде чем я успеваю придумать, как отреагировать на ее пошлый список, она осекается и в нерешительности прикусывает губу. — Но сначала… послушай, я не хочу ставить тебя в неудобное положение. Знаю, что мы друзья, и я не хотела бы все испортить, так что, пожалуйста, не думай, будто ты обязан что-то делать со мной только потому, что я напилась и начала ныть.

Я примирительно поднимаю ладони, останавливая ее.

— Эй, все нормально. — Я знал, что она пойдет на попятную, но все равно чувствую легкий укол разочарования. — Как насчет такого варианта: что, если я побуду твоим напарником и помогу тебе найти подходящего парня для практики?

Она удивленно хлопает ресницами.

— Ты правда сделаешь это для меня?

— Конечно. Ты же мой друг. — Я тянусь через стол и сжимаю ее плечо. — К тому же, ты сама много раз помогала мне клеить девчонок. Даже если бы это не было для тебя так важно, с моей стороны было бы честно вернуть долг.

— Во-первых, тебе никогда не требовалась помощь, чтобы с кем-то перепихнуться, Слейт. Ты заходишь в комнату, и девчонки буквально бросают в тебя свои трусики. А во-вторых, мне кажется, это отличная идея. — Она широко улыбается, и ее темно-синие глаза задорно блестят. — Спасибо тебе огромное. Когда начнем?

— Я свободен сегодня вечером, если ты тоже. Можем сходить в новый ночной клуб, который только что открылся на Батлер-стрит. — Я нахожу их сайт в телефоне и показываю ей экран.

Китон изучает фотографии приглашенных диджеев и залитую неоном, полуголую толпу, и ее глаза сужаются, пока она оценивает обстановку.

— Так скоро?

Я пожимаю плечами.

— А почему нет? Лучшего времени, чем сейчас, не найти.

На ее лице в форме сердечка проступает знакомая решимость. Я отлично знаю этот взгляд. Если уж Китон что-то вбила себе в голову, она никогда не отступит.

Я улыбаюсь, забавляясь ее упорством.

— Тогда встречаемся там в девять.

— Спасибо, Слейт. — Она снова улыбается мне.

— Да, и Китон… надень что-нибудь сексуальное.

Ее глаза расширяются, она прикусывает губу и решительно кивает, как послушная ученица.