На следующий день мы отправились в центр Гаваны. Мы — это я и Багси. Д’Амико с собой никто не приглашал, потому что этот бизнес к нему уже никак не относился, а Костелло и Лански поехали заниматься тем, за чем они в общем-то и приехали — выкупать собственность. А заодно наконец-то избавиться от денег, которые не давали Мейеру покоя — он ведь даже спать лег на диване в кабине из-за сейфа, где лежали деньги.

Естественно, всех уже предупредили о том, что отель переходит в собственность другого человека, так что управляющий ждал нас у входа. Родригес оказался невысоким и плотным мужчиной лет пятидесяти, одетым в светлый костюм. Еще он носил аккуратные усы и бородку.

Когда мы вышли из машины, которая досталась мне вместе с поместьем, он поклонился — сразу признал новых владельцев. Подошел ко мне и протянул руку.

— Сеньор Лучано, — сказал он. — Добро пожаловать в «Севилью».

Надо же, угадал. Хотя да, Багси уж никак на итальянца не тянул, слишком у него среднеевропейская внешность.

— Мигель, — кивнул я. — Знакомься, это мой партнер, Бенджамин Сигел.

Багси только кивнул ему, а потом огляделся, осмотрев отель. Фасад выходил на Трокадеро, два здания — четыре этажа старого крыла и десять нового. Беленая штукатурка, арочные окна… В общем, с улицы это все смотрелось хорошо. Осталось посмотреть только, что там внутри.

— Мы хотим осмотреть нашу новую собственность, — сказал я.

— Си, — кивнул Родригес. — Начнем с лобби.

Холл оказался просторным, с высокими потолками и мраморным полом. За стойкой портье стоял молодой кубинец с внимательными глазами. Мебель оказалась добротной, пусть и потертой уже. Но тут менять ничего не надо, нанять мастеров, чтобы они починили. Обивку поменяли, зашкурили, где надо, лаком подмазали. Короче, потянут.

Над потолком была добротная люстра — бронза и хрусталь. Наверное из старого крыла перенесли, старой выглядит.

— Сколько персонала работает? — спросил я у Родригеса, пока мы шли через холл.

— Шестьдесят два человека, — ответил управляющий. — Из них двенадцать — обслуживание номеров, восемнадцать отвечают за кухню и ресторан, а остальные — это технические службы, портье и охранники.

Я покивал. Шестьдесят два человека — это серьезно для Кубы. В действительности роскошный отель. Я тут останавливался в прошлый раз, но совсем другое дело — вот так вот изнутри вникать во все.

— И давно работают? — спросил я.

— Большинство — несколько лет уже, сеньор, — ответил он. — У нас всем было хорошо, и редко кто уходит.

— Хорошо.

Багси шел рядом и молчал, что было для него достаточно необычно. Он просто смотрел вокруг, и было видно, что у него в голове идет какая-то своя работа. А потом я вспомнил — казино в Вегасе ведь должен будет строить именно он в будущем. Точно. Архитектурных навыков у него нет, а видение красоты имеется. И он, я подозреваю, уже продумывает, как мы тут все обустроим.

Ресторан располагался на первом этаже, выходя на внутренний двор. Сейчас, в половине десятого утра, там убирали после завтрака, а с кухни было слышно, как гремела посуда. Дверь открылась, вышел плотный кубинец с красным лицом, в фартуке и с поварским колпаком на голове. И принялся что-то объяснять Родригесу на испанском.

Я нахмурился, и он сразу же осекся. Поздоровался с нами и тут же ушел, как будто его тут и не было. Из кухни сразу же послышались его приказы. Шеф-повар, похоже.

— И как с продуктами обстоят дела? — спросил я.

— Контракт до января, — ответил он. — Но поставщик рыбы начинает давить — говорить, что у него выросли расходы. Хочет повысить цену.

— Пусть приходит, поговорим, — повел я плечами. Даже если не получится договориться, наверняка среди местных рыбных магнатов окажется еще десяток людей, которые согласятся на наши условия.

И мы отправились наверх, в номера. Этот фонд мы посмотрели выборочно — несколько на третьем этаже, несколько на седьмом, пентхаус на десятом. В целом нормально, но здесь мебель уже требовалось менять — часть точно с восемнадцатого года тут. Бенни проявил неожиданно много внимания — проверял, как работает электричество, щелкал выключателями, открывал и закрывал краны, спускал воду в туалетах. Тоже несколько мелких проблем было, но ничего аварийного.

А потом мы вышли на террасу, которая выходила на Малекон. Оттуда открывался вид на море, очень красивый. За этот вид люди будут готовы дорого заплатить, если конечно его правильно подать.

— Терраса используется? — спросил Багси.

— Иногда, для частных мероприятий, сеньор, — ответил Родригес со всем почтением.

— Надо сделать из нее ресторан, — Сигел повернулся ко мне. — Или хотя бы бар. При таком виде грех не выпить, так что алкоголь тут будет литься рекой.

— Согласен, — ответил я. И в действительности я был согласен с Бенни, в этом он не ошибся.

Потом был зал для конференций — тот самый, в котором завтра у нас будет встреча. И еще один, побольше — и он идеально подходил под казино.

— Вот здесь надо переделывать все, — сказал Багси, остановившись посреди зала. — Повесить несколько хороших люстр, поставить рулеточные и карточные столы. И слот-машины, много слот машин. А еще бар нормальный.

— Барменов хороших найдешь? — спросил я у Родригеса. Мне почему-то представилось, что раз Куба, Карибы, то надо обязательно наливать коктейли. С зонтиками и никак иначе.

— Найду, сеньор, — ответил Родригес.

— Вот и хорошо, — кивнул я. — Только чтобы хорошо готовить могли. Другие не подойдут.

— Си, сеньор.

— Ну, пойдем тогда дальше смотреть, что у нас тут, — сказал я.

Осмотр мы закончили к обеду. Родригес провел нас в свой кабинет — не какой-то роскошный, а обычную небольшую комнатку за стойкой портье, стол в которой оказался завален бумагами. Достал гроссбухи и начал объяснять, как вопрос обстоит с деньгами. Бенни сразу заскучал, а вот я слушал — благо понимание цифр у меня осталось с прошлой жизни, и разобраться со всем я мог и без Лански.

Картина получилось такой же, как я и предполагал — заполняемость в сорок с небольшим процентов, расходы режутся везде, где можно, и в целом отель работает в ноль. Некоторые месяцы — в небольшой минус. Ничего неожиданного в общем-то.

— Так что вы собираетесь делать, сеньор Лучано? — спросил он неожиданно мягко. — Дальше резать расходы?

— Нет, — я покачал головой. — Персонал сокращать мы не будем в любом случае. Наоборот, скоро добавим еще людей — казино надо будет обслуживать. Платить будем вовремя, как договаривались.

Он посмотрел на меня, и его лицо смягчилось. Он, похоже, не ожидал такого от приезжего, да еще и от гангстера. Думал, что я уволю всех, кого только можно? Ага, а потом, когда ситуация исправится, обратно их брать? Или новых людей искать? Надо оно мне.

— Понял, сеньор, — сказал он.

— И еще, — сказал я. — Тебе нужно будет найти людей, чтобы сменили вывеску. Отель теперь будет называться иначе.

— И как?

— «Lucky’s» — ответил я.

Он помолчал секунду, посмотрел на меня, после чего кивнул:

— Понял, сеньор.

— Ну, раз понял, мы пойдем в ресторан, — сказал я. — Проверим, что там ваш шеф готовит. А пока работай в том же темпе. Позже начнем небольшое переоборудование.

— Хорошо, сеньор.

Мы покинули кабинет и отправились в ресторан. К нам тут же подошел официант, предложил ром в качестве аперитива и сигары. Мы, естественно, согласились — почему бы и нет? Если кладут на стол, то куда деваться, как говорится.

Сигары принесли с уже отрубленными кончиками, подали и спички. Я взял одну, прикурил, подсасывая воздух, потом набрал полный рот дыма. Выдохнул в сторону и посмотрел на Бенни — он тоже уже справился со своей сигарой и смотрел на меня.

— Чарли, вы не зря его купили, — проговорил он. — Это хорошее место. Да, пока выглядит сыровато, но с учетом расположения и того, что все уже практически готово — хорошее.

— Ну, сделаем лучше, — пожал я плечами.

— Сделаем, — согласился он. — Мне нравится терраса. Надо там бар поставить сразу и начать напитки закупать. А потом игорный зал, прямо как в Атлантик-сити. Хотя мне кажется этого мало.

— А чего бы ты хотел? — спросил я.

— Новое здание, — ответил Багси. — Чтобы казино было огромным. Несколько этажей, а сверху — отель до самых небес. Самую лучшую отделку: мрамор, позолота.

— Успеешь еще построить, — сказал я. — Но в другом месте, не здесь. Сюда будут ездить люди из южных штатов, значит, такое казино надо строить в Америке. Чтобы съезжались со всей страны.

— Ага, конечно, — хмыкнул он. — Там никогда не легализуют азартные игры. Слишком погрязли в своем пуританстве. Бухло-то запретили, чего уж говорить о рулетке или картах.

— Это мы еще посмотрим, — я улыбнулся. Про Вегас я прекрасно помнил, и землю собирался начать скупать сразу по возвращении в Америку. Причем отправиться туда лично, для того, чтобы выбрать лучшие куски.

Еду еще не принесли, когда я услышал, как в помещение вошли двое. Повернул голову и увидел своих знакомых — Филиппо Букколу и еще одного рядом с ним, пусть мы и не общались до этого лично — Морелли, босса Провиденса. А чего это они приехали вместе? У них ведь были разногласия, они делили между собой Новую Англию, и не особо ладили.

Я махнул им рукой, мол, подходите. Они сразу двинулись к нам, и я поднялся и пожал руку Букколе.

— Филиппо.

— Чарли, — поздоровался он.

— Фрэнк, — поприветствовал я и второго, пожимая руку и ему. А потом кивнул на Багси. — Позвольте представить, это мой друг — Бенджамин Сигел.

— Можно просто Бен, — Багси тоже поднялся и поздоровался с ними.

Естественно они про него знали, пусть и не были знакомы лично. Правда знали они его больше как Багси Сигела. И я очень надеялся, что никому из них не придет в голову назвать его по этому прозвищу. Потому что тогда Бенни разбираться не будет и тут же ему врежет. И кончится это кровью, потому что прилюдно бить босса мафии нельзя. Особенно если ты не являешься членом Организации. А Сигел из-за своего происхождения никогда членом этого закрытого тайного общества не станет.

— Вы тоже остановились здесь? — спросил Фрэнк.

Ага, понятно. Они приехали на встречу и решили снять номера в этом же отеле. Потому что и встреча будет проводиться тут же — об этом было заранее обговорено.

— Не совсем, — я покачал головой. — У меня есть небольшое поместье недалеко от Гаваны, вот там мы и остановились.

— А чего тут тогда делаете? — спросил Буккола. — Хочешь с кем-то до встречи повидаться, Чарли?

— А это мой отель, — я улыбнулся. — Я купил его пару дней назад, вот и приехал посмотреть, что тут и как. Кто-нибудь еще остановился тут?

Зал тем временем постепенно наполнялся — пришло время обеда, вот люди и спускались поесть. Разговор пришлось прервать — к нам подошел официант и спросил, чего мы желаем. Заказали, естественно. Официант пообещал нам, что все будет в лучшем виде, и как можно быстрее — он уже знал, кто теперь его новый хозяин.

— Да, — сказал Буккола, проводив его взглядом. — Еще несколько парней тут остановились.

— Разговаривал с ними? — спросил я.

— Да, — признал он. — Настроения разные по поводу встречи, если ты об этом хочешь спросить. Вторая большая встреча за последние два месяца. И ее проводит другой босс всех боссов, потому что первого кто-то зарезал в его же офисе.

Бенни усмехнулся. Ну да, он в том офисе был, и на самом деле именно он и организовывал покушение на Маранцано. Я там по сути так, рядом стоял просто.

— Не называй меня так, — я покачал головой. — Нам не нужен босс всех боссов. Одна голова хорошо, две — лучше. Так говорят на Родине у моей жены. А нас будет целых двадцать шесть голов. Решать все будем голосованием, так что все будет нормально.

А что настроения разные — это и так понятно. Все ожидают то ли очередных больших реформ, то ли того, что я подкреплю правила, которые установил Маранцано. И большей частью я в действительности собирался их подтвердить, но вот схему управления менять кардинально.

— Хорошо, что я вас встретил, — сказал я, обратившись к Фрэнку. Краем глаза заметил, что Буккола немного подобрался — он понял, о чем сейчас пойдет речь. — Давно хотел вам кое-что предложить.

— И что же? — спросил Морелли.

— Как у вас отношения между собой? — задал я наводящий вопрос.

Они с Букколой переглянулись, после чего Фрэнк ответил:

— Мир да покой в общем-то. Иногда происходят стычки, когда парни не могут поделить что-то между собой, но мы решаем их мирно. Стараемся, по крайней мере. А что такое?

— Ну, это до времени, — сказал я. — Раз уж мы собираем это собрание для того, чтобы решать вопросы — нам нужно, чтобы в Организации был мир. Маранцано развязал очередную войну, и он за это поплатился. Я давно смотрел на него и думал — ну неймется человеку. Сидел бы себе тихо, получал долю, и все бы кончилось нормально.

— А как это касается нас? — озадаченно спросил Фрэнк.

— Бостон и Провиденс находятся близко друг от друга. У вас общие порты, насколько я знаю. И общие проблемы с ирландцами на севере. Семьи у вас небольшие, если смотреть на каждую по отдельности. И в общем-то по отдельности вы справляетесь, но не более того. Чтобы заработать настоящие деньги вам нужно укрепиться, увеличить влияние.

— Я думал об этом, — кивнул Фрэнк и посмотрел на Филиппо.

— Но вы слишком близко друг к другу, — сказал я. — Слишком близко. Поэтому если кто-то из вас начнет наращивать влияние, то вы определенно будете топтаться друг другу по ногам. Поэтому я предлагаю вам объединить усилия. Этого хватит для того, чтобы выкинуть ирландцев из региона, и тогда город станет уже ваш.

— Ты предлагаешь нам заключить официальный союз? — спросил Морелли.

Буккола молчал. Он понимал, зачем я завел этот разговор. Странно было решать его вот так вот просто, за обедом в ресторане отеля, но я уже успел привыкнуть, что лучший способ поговорить — это вот так в непринужденной обстановке. А не вызывать к себе и зачитывать волю, как это делал Сэл, мир его праху.

— Нет, — я покачал головой. — Я предлагаю вам слияние. Вместо двух Семей поменьше получится одна большая Семья. И тогда проблем станет меньше. И между собой никто ругаться не будет.

Морелли задумался, посмотрел на Филиппо. Тот ответил ему таким же взглядом.

— Если честно… — проговорил Фрэнк. — Я уже думал об этом. Вопрос только в том, что власть все равно придется делить.

— А зачем вам делить власть? — спросил я. — Филиппо будет боссом над общей Семьей. Ты станешь младшим боссом и будешь выполнять функции консильери. Власти у вас будет практически одинаково. Вопросы будете решать между собой, а если появится конфликт — у нас ведь теперь будет Комиссия для того, чтобы его решать. Опять же, голосование гарантирует, что все будет справедливо.

И Фрэнк задумался, крепко задумался. А я решил, что пора ковать железо, пока горячо — почему бы и нет.

— А чтобы никого не ущемлять финансово, у меня есть еще одно предложение, — сказал я.

— И какое? — спросил Буккола.

— Бостон находится на берегу и оттуда ходят корабли на Кубу. С товаром тут сейчас станет нехорошо, зато для туризма — лучшее место. Для тех, кто хочет сбежать от ваших вечных пьяных туманов. И я собираюсь вложить сюда деньги, поэтому и купил этот отель. Я переоборудую его в казино. Люди получат тут то, чего не могут получить в Штатах, причем легально. И поедут отдыхать. И я предлагаю — вкладывайтесь вместе со мной.

— А Траффиканте? — тут же спросил Фрэнк.

— С Траффиканте мы договоримся, — ответил я. — Договоримся, уверен, что получится. Спорить с нами он не будет. Так что, джентльмены?

— Нам надо подумать, — сказал Фрэнк. — Мы вместе сегодня сядем и прикинем, что и как должно быть.

— Да, — сказал Филиппо.

— Но решить лучше за сегодня, — я решил слегка намекнуть на то, что это, в общем-то, не предложение, а очень настоятельная рекомендация. — Если договоритесь, завтра объявим об этом перед общим сбором.

Снова пришлось прерваться — принесли еду. Много рыбы и много овощей и фруктов, и прохладительные напитки — гуарапо. Я не понял, из чего это делают, но было вкусно, слегка травянисто и освежающе.

А я решил закрыть тему разговора — удочки я уже закинул, стараясь показать, что это будет выгодно обоим. Пошел разговор уже на другую тему, обсуждали Гавану и все остальное.

Когда наговорились, а все было допито и доедено, я снова нашел Родригеса и попросил приготовить номер на ночь. Возвращаться в поместье не было смысла — встреча уже завтра, и лучше быть тут, чем терять время на дорогу. Багси решил тоже остаться.

Потом прогулялись по Гаване, но о делах особо не говорили. Я не выдержал и все-таки раздал милостыню мальчишкам — может быть вспомнят или расскажут родителям о мужчине в дорогом костюме и со шрамами на лице. Мне нужно хорошее отношение местных.

Но было понимание о том, что завтра будет очень трудный день. Двадцать шесть Семей, каждая со своими интересами, и каждая занимала ту или иную сторону в недавно прошедших войнах. И часть из них видит меня всего лишь боссом одной из Семей среди многих. Завтра им предстоит увидеть кое-что другое, и не всем это понравится.