Стив выключает приемник, и я чуть не падаю от неожиданности: все это время я усиленно вслушивалась, практически прижавшись ухом к динамику.
– Включите, пожалуйста! Я хотела услышать имя заключенного! – с нотками паники в голосе прошу я. – Или хотя бы из какой тюрьмы он сбежал.
– Не волнуйся, ничего страшного не случится.
– Угу… А неизвестно, где это произошло? Где-то поблизости?
Я уже готова сама включить приемник.
Стив чешет заросший щетиной подбородок.
– Не, это где угодно могло быть. Приемник улавливает сообщения из разных штатов: Пенсильвания, Нью-Джерси…
Он кладет правую руку на спинку моего кресла, и я отодвигаюсь подальше.
– Послушайте, – видимо, придется рассказать все, как есть, – я работаю стажером в «Краймлайне». Мне поручили собрать материал по одному делу и провести ряд интервью с заключенным. Этого заключенного зовут Эрик Майерс.
Делаю паузу, чтобы до него дошло.
Стив перестраивается в соседнюю полосу.
– И что? Я должен его знать?
– Он убийца 666! – Мое терпение на исходе. – Я разговаривала с ним, неоднократно, и теперь думаю, не он ли совершил побег? Потому что тогда он мог вернуться на место преступления. Я понятия не имею, что у него на уме, – вдруг он решил мне отомстить!
Стив хохочет.
– Хочешь сказать, он помчался в «Хоббс Лодж», чтобы похитить твоих подруг?
– Ну да, – потухшим голосом отвечаю я.
В его представлении и правда смешно. Однако так ли это неправдоподобно по сравнению с другими вариантами? Например, что это все моих рук дело? Или Криса? Или других моих подозреваемых: Адама Редмонда и Райана Джонсона?
– Знаешь, что я по поводу всего этого думаю? – спрашивает Стив и, не дождавшись ответа, продолжает: – Думаю, у тебя не все дома.
Делаю глубокий вдох.
– Спасибо, конечно…
– И знаешь, что еще? – Смерив меня взглядом, Стив, похоже, принимает решение. – Вот что мы сделаем.
Он резко разворачивает машину, и я еле сдерживаюсь от крика, ударившись больной ногой о дверь. Выровняв руль, Стив с неприятной усмешкой вновь обращает взгляд на меня.
– Мы поедем в тот дом и посмотрим, не наврала ли ты.
Он убирает телефон в карман, и сердце у меня падает. Ладно, хотя бы мы едем обратно к дому. Может, убедившись в том, что все правда, он мне все-таки поможет. Даже если убийца там, я буду не одна, а с бывшим военным.
– И если ты наврала, – резко бросает Стив, – я буду очень зол.
Надо сказать, Стив совсем не торопится: мы движемся словно в замедленной съемке.
– Послушайте… – Я поднимаю руку и ударяюсь локтем о переднюю панель так, что боль пронизывает все тело. – Может, вызовем полицию? Они как раз приедут, пока мы доберемся.
– Нет, я хочу сперва сам посмотреть, а потом уже будем вызывать копов. Не стоит попусту гонять полицейских в такую метель.
Я молчу, и мы продолжаем ползти вперед. Стив включает какую-то радиостанцию, где крутят классический рок, и из динамиков раздается песня Lynyrd Skynyrd. Я нетерпеливо барабаню пальцами по панели, и через какое-то время Стив бросает на меня недовольный взгляд – его явно это раздражает.
Минута за минутой уходят впустую. Телефон у него из кармана мне не вытащить. Ладно, хотя бы приедем скоро – возможно, сейчас это все, что я могу сделать.
И все же надо быть начеку. Вглядываюсь во тьму в надежде увидеть хоть что-то знакомое. Местности я не знаю, лишь смутно помню, что мы проезжали мимо старого, брошенного на обочине трактора, занесенного снегом. А еще был огромный белый крест с надписью «Иисус любит тебя, и я тоже». За пеленой снега ничего не видно. Вполне возможно, что мы едем вообще не туда. Уныло вглядываюсь в заснеженную темноту, слушая, как Стив Миллер призывает нас хватать деньги и валить[14]. Мимо проплывает старый облезлый щит с рекламой водки, и я выпрямляюсь на сиденье – его мы точно проезжали. Значит, до охотничьего домика осталось совсем немного, скоро будет поворот. Впервые с того момента, как села в машину, я позволяю себе немного расслабиться.
Только вот мы все едем дальше, и поворот остается позади.
– Ммм… По-моему, мы пропустили съезд к дому, – осторожно замечаю я, стараясь, чтобы в голосе не было паники.
Стив бросает взгляд в зеркало заднего вида.
– Ага, надо сперва еще кое-куда заехать.
Сердце пускается вскачь.
– Знаете, я, пожалуй, как-нибудь сама справлюсь, без телефона. Езжайте по своим делам, а я доберусь – отсюда мне дорога известна.
Он не сбавляет скорость.
– Мы быстро. У меня тут друзья неподалеку. Давай сначала к ним заедем.
Его слова однозначно не сулят ничего хорошего.
– Мне надо как можно быстрее найти своих подруг, – настаиваю я.
– Найдем, чуть позже, – Стив лавирует по дороге в поисках менее заснеженных участков. – Вы напились, от тебя несет травкой… Ты, похоже, любишь повеселиться. Мои друзья тоже не прочь хорошо провести время. Думаю, вы быстро найдете общий язык.
Внутри все сжимается.
Стив треплет меня по щеке.
– Расслабься, будет весело.
Машину резко заносит на обледенелом участке, и Стив, схватившись за руль, бьет по тормозам. Несколько секунд мы по инерции скользим вперед, а потом останавливаемся, застряв колесами в сугробе.
– Вот черт!
Ни секунды не раздумывая, я открываю дверь, и в кабину врывается ледяной ветер.
– Эй! – кричит Стив. – Куда собралась!
Он бросается на меня, и я, отбиваясь изо всех сил, пинаю его ногой в пах. Стив, словно раненый зверь, издает страшный вопль, корчась от боли.
– Спасибо, что подбросил, – ору я и, пользуясь тем, что ему не до меня, хватаю варежки и вываливаюсь на улицу. Поскользнувшись на подножке, я падаю, сильно ударившись копчиком об асфальт, однако времени нет, надо подниматься.
– Ах ты тварь! – рычит Стив, выбираясь из машины. – А ну, иди сюда!
Я бросаюсь бежать.
– Вернись! – доносится мне вслед.
Слова эхом разлетаются в темноте ночи.