Их никто не останавливал, а идущие навстречу даже почтительно сторонились. Было видно, что жёлтый здесь – не простой воин. Вероятно, решил Рой Стивол, цвет доспехов играет у них ту же роль, что лепестки и полосы у виггеров. Действительно, приглядевшись, он заметил, что большинство носит синие или зеленые цвета. Правда, и тут не обходилось без различных оттенков и сочетаний. При свете клонящегося к закату солнца доспехи переливались настолько весело и празднично, что ему на мгновение показалось, будто не было горящих обозов, кровопролитной сечи, умирающих вверх ногами пленников и ждущих своих участи товарищей у костра.

В тот самый момент, когда он стряхнул с себя цветные чары и думал наконец распрощаться с остановившимся на краю лагеря провожатым, его взгляд из-под низко надвинутого шлема упал на человека, проходившего мимо. Если бы не зелёная повязка на голове, как у извергов, что пускали кровь Ромине, он мог бы поклясться, что перед ним тот самый фра’ниман, которого он только что вспоминал в связи с пугливым соседом. «Падальщик» шёл независимо, гордо неся свой выдающийся нос и всем видом показывая полное пренебрежение к окружающим. На Роя Стивола он даже не взглянул, а тот остался стоять как вкопанный, пытаясь постичь смысл происходящего и сопоставить с тем, что ему рассказывал толмач.

Жёлтый тронул его за плечо, напоминая об осторожности и необходимости двигаться дальше. Рой Стивол, вне себя, указал на удаляющуюся фигуру.

– Вот тот! – прошипел он. – Я знаю его! Как он тут оказался?

Жёлтый понимающе кивнул в сторону Вайла’туна, но подтолкнул спутника вперёд.

– Ту ступи дали да ни мочти гляд спяти, – проговорил он сурово, и Рою Стиволу отчетливо показалось, что он понимает сказанное. Мол, иди дальше и не оглядывайся. – Азз ти глаф биде, Маккус. Како кой толк велий давчи.

– Давчи, давчи, – повторил «Маккус», сознавая, что толмача из него явно не получится. – Приглядел бы ты за ним, а? Наш ведь, Тэвил! А я уж со своей стороны, коли выберусь, в лучшем виде обо всём позабочусь. Зелёная повязочка ему больно идёт…

– Гляд биде, – согласился жёлтый, будто тоже понял. – Рам’хастибу!

– Рам’хастибу, – повторил по наитию Рой Стивол и увидел улыбку на губах нового знакомого.

Жёлтый по-приятельски ткнул его кулаком в грудь и, не оглядываясь, пошёл следом за уже затерявшимся среди шатров фра’ниманом. Если он меня понял, мелькнуло в горячечном мозгу Роя Стивола, то лишь бы сам не придушил. Уж больно хочется с этим носатиком дома по-свойски поболтать. Вот ведь бестия! Неужто старикан и в самом деле прав? Мы тут бьёмся и гибнем, а они с этими павлинами дружбы водят! Твари! Ну ладно, дайте только до наших добраться!

Он украдкой бросил взгляд по сторонам, понял, что жёлтый умело вывел его в такое место, куда стражи у костров уже не побегут, решив, вероятно, что у него теперь какое-нибудь особое задание, и настолько быстро, насколько позволяли нетоптаные сугробы, отправился в обратный путь.

Старичок был, конечно, во многом прав, на лгуна он не походил, хотя если бы кто другой передал Рою Стиволу содержание их беседы, он бы поднял дуралея на смех, потому как так с врагами не говорят. И уж тем более не отпускают с миром. Во всём этом чувствовался какой-то подвох, который он пока не мог уловить. Иногда ему казалось, что он вот сейчас сделает ещё один шаг и проснётся. Где-нибудь на морозце в обнимку с недопитой бутылью крока. Макван, когда отбирал их для вылазки, сказал прямо, что, мол, дело такое, можем все погибнуть. Он был к этому готов, тащил солому, бился честно, отгоняя нападавших от пожара, получил нешуточный удар сзади, очнулся, двинулся, куда глаза глядят, услышал знакомую прощальную песню, видел, как убивают женщину Варрана, перемигнулся со Скакуном, которого уже, наверное, тоже нет в живых, а потом долго слушал серьезные бредни какого-то разукрашенного старика непонятного возраста и теперь отпущен восвояси, чтобы отыскать неизвестно где неизвестно кого. Славный денёк!

Он делал шаг за шагом, но так и не просыпался.

После непроглядного снегопада вся долина теперь была как на ладони. Поначалу он, отойдя подальше от костров, свернул было к замку, да только потом, подумав и взвесив всё увиденное и услышанное, плюнул, выругался и направился в сторону войска фолдитов, всё ещё грозно стоявшего на виду у противника и ничего не предпринимавшего. Хотя какое это войско! Так, большая толпа осмелевших от безысходности людей. Происходи эти события не зимой, а летом, они бы и пальцем не пошевельнули, занимаясь своими копаниями в земле и заботами об урожае. Наверное. Сейчас Рой Стивол не был уверен уже ни в чём.

Он шёл открыто, не прячась, чтобы его не спутали с засланным лазутчиком и не порешили издалека из арбалета. Если за ним наблюдают из вражеского стана, разумеется, такое поведение не может не смутить стражей у костров, но он уже был достаточно далеко для полёта стрелы. Они, правда, могут найти и призвать к ответу жёлтого, однако, ему, Рою Стиволу, до этого нет никакого дела. Он жив, на свободе и знает… хмм… знает даже слишком много. Кто же такой этот Ахим?

Пробираться по высокому снегу было занятием не из лёгких. Ноги приходилось высоко задирать, извлекая по очереди из белых тисков, ступать вперёд, снова проваливаясь выше колена, и так повторять раз за разом. Удобные латы не мешали, но со временем стал сказываться их вес, и когда Рой Стивол обнаружил, что навстречу ему выдвигается небольшой отряд особо бдительных фолдитов, он уже не испытывал ни радости, ни страха – настолько устал и готов был ко встречи хоть с Тэвилом, хоть с этим, как его, Гов’яхом, лишь бы посидеть у огня и перевести дух. Оставшихся сил хватило ему только на то, чтобы как можно громче и отчётливее крикнуть подходившим «Не стреляйте!» и плюхнуться на колени в снег. Он с трудом стащил с головы шлем, на всякий случай, а вовсе не из-за жары, хотя по спине у него струился пот и жутко хотелось чего-нибудь выпить.

– По-нашему говоришь, – окликнул его один из встречавших, причём прозвучало это не только как удивлённое восклицание или вопрос, сколько как угроза.

– По-другому не умею, – откликнулся Рой Стивол, поднимая правую руку в знак приветствия. При этом он по привычке оттопырил большой и указательный пальцы: если среди фолдитов есть бывшие сверы, они должны сразу признать в нём своего.

Похоже, сверов среди пяти обступивших его грозных мужчин не затесалось.

– Откуда такой красивый?

– Не видели что ль? От супостатов прямиком.

– Лазутчик?

– Свер.

– А почему этот балаган на себя нацепил?

– Чтобы выжить и до вас дойти. Кончай приставать, народ. Дайте лучше чего-нибудь выпить.

– И выпить дадим, и закусить, – пообещал на вид щуплый мужичок, по повадкам, однако, старший. – А потом догоним и ещё дадим. Кто такой?

– Рой… Рой Стивол, помощник брегона Маквана из сотни Варрана.

– Почему один?

– Потому что один. Остался один. Сейчас там, – махнул он себе за спину, – последних из наших добивают.

– А ты почему не с ними? Сбежал?

– Да вот, прогуляться решил. Погода-то вона какая хорошая. Думаю, чего б не прогуляться.

– Вставай.

Рой Стивол нехотя поднялся с колен и чтобы загладить впечатление от своего роста, сказал:

– У меня донесение для вашего Ахима. Знаете такого?

Слушатели переглянулись. Тот, что вёл от лица их разговор, внимательно посмотрел снизу-вверх на Роя Стивола и поинтересовался:

– А если и знаем, ты кем ему будешь?

– Вторым мужем его третьей жены. Мужики, ну что вы ко мне прицепились? Доспехи смущают? Хотите, сами их наденьте, мне за ненадобностью. Но только дел у меня много, а времени – очень мало. Так что если Ахима знаете, ведите перво-наперво к нему.

– Ты тут погоди приказы-то раздавать! Больно прыткий. – Щуплый фолдит заручился одобрительными кивками сотоварищей и продолжал: – Чем докажешь, что ты не из тех?

– Тем, – Рой Стивол насупился, – что пока вы тут с братками как кони в стойле с утра стоите, мои все головы за вас сложили. Но дело, нам порученное, сделали: пожгли гадам обозы. Дымок хоть видели? Вон, до сих пор ещё курится.

– Ты…

– … а если тебе такие же доспехи, как на мне сейчас, приглянулись, так сходите к Стреляным Стенам и подберёте там не хуже. Правда, может, другого цвета. Ну что, всё понял? Давай, народ, кончай трёп! Пошли к Ахиму, пока время чуток есть.

Он отстранил как-то разом присмиревших после такого отчёта фолдитов и первым направился к остальным.

– Струн, похоже, парень правду говорит, – услышал он за спиной. – Тэрл разберётся лучше нашего. Идём.

– Сам знаю…

Появления перебежчика ждали. Первые ряды присевших было на снег передохнуть фолдитов расступились, и Рой Стивол оказался в кольце озабоченных неулыбчивых лиц, знакомой речи и нечистых запахов. На другой приём он и не рассчитывал, ставя себя на их место. Хоть стрел на него пожалели и за то благодарствую.

– Глянь, как сверкает весь!

– А надушился, надушился-то как!

– На свидание, видать, ходил.

– С таким ростом только к Меген’тору свататься.

Наконец-то подобие смеха.

– Дорогу, дорогу!

– Эй, кликните Тэрла!

– Переодетого свера что ли никогда не видели?

– Свой он, свой!

– Я – Тэрл, – сказал вышедший из-за спин столпившихся фолдитов деловитый карлик и вопросительно уставился на зелёного великана. На плече карлик держал здоровенную дубину, причём сразу становилось понятно, что она у него не для украшения. – Ты кто будешь?

– Я – Рой Стивол, помощник брегона Маквана из сотни Варрана. Я уже говорил твоим людям…

– Это – не мои люди. Они пришли сюда не потому, что я им велел, а потому что не могли отсиживаться по тунам и ждать своей участи, пока гвардейцы из замка решат за них, что делать.

Вероятно, за этим должна была последовать долгая тирада, в которой типичный фолдит высказал бы типичному сверу всё, что он думает по поводу их взаимных обязанностей. Начало ожидаемое, но не сулившее ничего толкового. Фолдиты не любили сверов ничуть не меньше, нежели те – фолдитов. Пожалуй, со сверами в этом отношении могли потягаться разве что мерги.

Струн наклонился к уху Тэрла и что-то ему сказал. Взгляд карлика задумчиво потускнел, потом вспыхнул с новой силой и взлетел на усталое лицо Роя Стивола с уже принятым решением.

– Пожечь им обозы – это сильно! Я сожалею, что мы не смогли вам помочь. Но ваши из замка явно заняли выжидательную позицию, да и снег мешал. Вот мы и стоим тут с утра. Будь я единственным аолом…

– Я хотел бы видеть Ахима.

– Это я уже знаю. Зачем он тебе понадобился?

– Нужно кое-что передать. Он поймёт. Можешь отвести к нему, если знаешь, где он?

– А я не пойму?

– Ты – не Ахим. Сказано было говорить именно с ним.

– Кем сказано?

– Там, в лагере, не все хотят кровопролития. Те, кто не хотят и кто позволили мне уйти живым, считают, что Ахим может помочь. Отведи меня к нему. Времени мало.

Пока Тэрл обдумывал услышанное и решал, как поступить, кто-то тронул Роя Стивола за рукав. Рядом с ним возник неприметного вида дедок с серыми, по-волчьи въедливыми глазами и густой, давно не стриженой седой бородёнкой. Он смотрел на гостя из-под надвинутого на самые брови мехового капюшона молча и выжидательно, словно приглашал заговорить первым.

– Радуйся, твой Ахим сам пожаловал, – представил деда Тэрл и как будто даже поклонился последнему, уступая своё место.

– С кем ты там говорил? – неприветливо спросил Ахим.

– Да я помню что ли! – Рой Стивол ожидал не такой встречи. Какой именно, он сказать не мог, но не такой. – У них там всех имена чудные. Один во всем жёлтом был, повыше меня, другой лысый, голова сплошь в рисунках.

– Может, Человер?

– Во, точно! А другого, погоди, сейчас вспомню… Веж… нет… Вез…

– А может, Человрат? – перебил его Ахим.

– Да, похоже…

– Так Человер или Человрат?

Ахим ждал ответа так, словно от его правильности зависела судьба не только Роя Стивола, но и всех, кто стоял тут же.

– Точно, Человрат. Я ещё подумал, при чём тут ворота. А второго, вспомнил, Везник! Они там еще одно имя упомянули – Светияр.

Это должно было произвести впечатление на Ахима. И, судя по всему, произвело. Рою Стиволу даже показалось, что старик машинально поднёс к губам палец, но с последний момент сделал вид, будто стряхивает что-то с бороды.

– Ладно, пошли, потолкуем. – Ахим не дотянулся собеседнику до плеча, на которое хотел было положить руку, и взял за локоть. – Тэвил, надеюсь, вы нас извините.

А дедок-то, похоже, тут не из последних, подумал Рой Стивол. Если этот карлик стоит над вояками и если бы дело происходило в замке, едва ли он позволил бы кому-нибудь допрашивать пленного не в своём присутствии. Тем более когда его люди этого пленного привели. Конечно, в глубине души он себя пленным не считал, но со стороны всё выглядело именно так.

Ахим отвёл его к соседнему костру, возле которого сидело и приглушённо переговаривалось несколько фолдитов.

– Устраивайся. Есть будешь?

– Не отказался бы.

– Значит, они тебя там не попотчевали, – усмехнулся Ахим и, вынув из валявшегося тут же на снегу мешка копчёный окорок и краюху черствеющего хлеба, сунул в руку нового знакомого. Рой Стивол благодарно кивнул и едва сдержался, чтобы не накинуться на еду. – Ешь давай. И постарайся очень внимательно вспомнить, о чём с тобой говорили.

– А вы и правда их во сне видели? – первым делом поинтересовался Рой Стивол, пережёвывая здоровенный кусок мяса и нюхая хлеб.

– Это тебе Человрат сказал? – Ахим покосился на соседей по костру, однако те исправно делали вид, мол, нам ваши разговоры за ненадобностью. – Опиши-ка мне второго.

Рой Стивол описал и добавил, что этот Везник служил толмачом, потому что Человрат на языке вабонов ни слова не знает.

– Давай теперь по сути, – напомнил Ахим. – Что велели передать?