Утро было теплым, туманным и тихим, обычным для любого биологического мира с богатой флорой. Мириады капелек росы посеребрили травы и деревья, испариной стекали с каменистых уступов. Вероятно ночью прошел небольшой дождик и теперь он торопливо испарялся в лучах восходящего местного солнца, возвращаясь к небесам, чтобы вновь сконденсироваться в тучи, а затем серебром пролиться на землю. Круговорот воды в природе, как и любого вещества, энергии, заряда.

Ариазетта очнулась от сна и минуту усиленно пыталась сориентироваться в окружающей обстановке, вспоминая, где она находится и как сюда попала. Ей снился сон о прошлом, о далеком светлом детстве, о бескрайних просторах вселенной, о теплой любви родителей, о протоадроне и ее сказочном Черном рыцаре. Это сущность Высшего пыталась реабилитироваться после протоадроновской блокады, вызвавшей своеобразную амнезию. Но едва сознание Ариазетты активировалось, как все картины минувшего тут же растворились, точно утренний туман. Остался только смутный образ Черного рыцаря, который неуловимо трансформировался в облик Отшельника Серебристых скал.

— Как спалось? — спросил Иксаэн, когда девушка села на кушетке.

— Не знаю… Кажется, я вообще в первый раз спала…

— И что ты чувствуешь?

Ариазетта неопределенно пожала плечами.

— Туман в голове и слабость. — Она прикрыла рукой зевок. — Я еще бы немного поспала…

— Есть один хороший способ избавиться от сонливости. Пошли, умоешься росой и к тебе снова вернется бодрость.

Иксаэн взял девушку за руку, но тут же в растерянности снова ее отпустил, с беспокойством заметив, как по их соприкоснувшимся ладоням пробежала голубоватая молния, в стремительном вихрем закружив сознание.

В памяти отшельника промелькнуло предупреждение Оллиаса: «…близко с ней не контактировать», и в его глазах промелькнула досада.

«Ничего себе близко»…

Девушка с недоумением посмотрела на взволнованного отшельника, но тот, сконфуженно отведя взгляд, быстро справился с эмоциями и коротко сказал:

— Пошли.

Он вывел кристаллианку наружу. Ариазетту буквально ослепило алмазное сияние хрустальных капель, россыпью бриллиантов свисавших со всех кустов (в отличие от Черного леса, здесь все было покрыто нежной зеленью).

— Встань вот сюда, — предложил Иксаэн девушке, кивнув на ажурное деревце.

Ариазетта не задумываясь подчинилась.

— Готова? А теперь затаи дыхание… — И Иксаэн встряхнул ветку.

Ариазетта вскрикнула от неожиданности, ощутив, как у нее действительно перехватило дыхание от резкого перепада температур, вызванного водопадом холодного душа.

— Ну как, взбодрилась? — улыбнулся отшельник.

— Не то слово. Только теперь стало холодно и мокро, — поежилась Ариазетта, и внезапно ее одежда начала парить, высыхая прямо на глазах.

В темных зрачках Иксаэна промелькнуло удивление.

— Ничего себе… — Отшельник осторожно прикоснулся к одежде девушки, ставшей сухой за какие-то считанные секунды. — Постой, — внезапно нахмурился он. — А разве вчера на тебе не было другое платье? Серебристо-голубое… — Отшельник окинул взглядом темно-коричневый с белым наряд девушки. Он не мог припомнить, чтобы при Ариазетте находилась какая-либо сумка с вещами. В пещере же у него уж точно не было комплектов женской одежды.

Кристаллианка неопределенно пожала плечами.

— Я как-то не обращала внимания, — коротко и просто сказала она.

Действительно. Ведь одежда, как и у всех Высших, для нее была внешним слоем телесной оболочки, подобно фотосфере у звезды. В Амфитеатре облаков она походила на свое рэдрозианское окружение. А оказавшись здесь, в чужом мире, в диком лесу среди суровых скал, она машинально преобразилась по образу и подобию единственного ей знакомого примера в лице Отшельника Серебристых скал. Те же оттенки, фасон и даже тип материи. Только в отличие от Иксаэна, ее одежда была не рукотворной. Подсознательно же сущность Высшего сделала коррекцию на женский стиль.

— Чем дальше, тем все поразительней, — медленно произнес Иксаэн. — Я почти не сомневаюсь, что ты из касты Верховных жрецов или… — И внезапно он спросил: — А в энергосимвол ты умеешь перевоплощаться?

Ариазетта неопределенно пожала плечами.

— Не знаю. Не пробовала. Если ты покажешь как…

Иксаэн хмыкнул.

— Если бы я сам знал как… — и сменил тему разговора: — Перед дальней дорогой не мешало бы подкрепиться. Как считаешь?

— Снова фрукты? — спросила девушка, вспомнив вчерашнюю трапезу.

— Не только. Идем.

Иксаэн, вместе с гостьей вновь вошел в пещеру, во второй зал, который служил своеобразной кухней. Там, на импровизированном столе из плоского камня, стояли две чашки с кашеобразной субстанцией и деревянная ваза с ломтиками нарезанных фруктов.

Ариазетта ощутила, как у нее приятно защекотало в носу от аромата еды. Она впервые почувствовала голод, а это означало, что ее организм полностью адаптировался к новой окружающей обстановке и активизировал физиологические функции.

Девушка бросила короткий взгляд на отшельника, улыбнулась и подошла к столу. Недолго думая, она запустила руку в кашу, намереваясь ее взять как яблоко, но тут же с непониманием посмотрела на свою вымазанную ладонь, сквозь пальцы которой стекали остатки еды.

— Нет, не так. — Иксаэн взял кусок ткани и протянул девушке. — Вытри руку. - Когда Ариазетта очистила кисть, он подал ей деревянную ложку. — Попробуй зачерпнуть и есть.

Девушка последовала его совету, быстро осваивая новую для нее методику. Она улыбнулась. Снадобье ей понравилось. Хотя, понятие вкуса для нее было относительным. Организм больше реагировал на полезность еды. Дальнейший завтрак прошел без эксцессов.

— Ну что ж, — Иксаэн ввстал из-за стола, — теперь можно и в путь собираться. Нужно успеть выйти из Черного леса до заката. В сумерках появляются гибисы, так что идти будет небезопасно. Днем они спят в укрытиях.

Где-то снаружи донесся приглушенный раскат грома, дрожью пробежавшийся по каменистым стенам, отчего на стол посыпалась тоненькая струйка песка и пыли.

— Что это? — удивилась девушка.

— Не знаю. Возможно гроза…

Иксаэн вышел наружу. Однако утро было абсолютно ясным: на небе — ни облачка и вокруг тишина. Даже предрассветная влажность и та испарилась, что указывало на погожий день. Только со стороны Черного леса проглядывал белесый туман. Но эта аномалия была привычной и на общую погоду не влияла.

— Хм, странно. Дождем и не пахнет. На землетрясение тоже не похоже. Ладно, прихватим плащи. На всякий случай. — Иксаэн снова вошел в пещеру, намереваясь внести некоторые коррективы в дорожное снаряжение.

Он даже не предполагал, что гроза-то действительно приближалась. Вот только явление это было далеко не природным и происходило оно в Эфемерном мире, угрожая катастрофическими последствиями для жизни Эталар.

* * *

Миновало еще четверть часа, потраченного на тщательные сборы, и путники, наконец, выступили в поход. Иксаэн закинул за плечо большую сумку со снаряжением и взял во вторую руку посох с вычурным сферическим наконечником.

— Что это? — поинтересовалась девушка.

— Концентратор энергии. Он может нам пригодиться, — ответил отшельник. — Ну что ж, можем идти. К вечеру выберемся из Черного леса, а там до ближайшего населенного пункта рукой подать. К обеду второго дня будем в Ноэрикросе. Там возьмем транспорт и отправимся в Иериталинар…

Иксаэн на мгновенье замер, как будто к чему-то прислушиваясь. Затем он бросил настороженный взгляд по сторонам, втянул ноздрями непомерно насыщенный озоном воздух. Его концентрация значительно превышала обычную норму. Но в остальном все выглядело спокойным. Кругом царила полная тишина, какая бывает перед грозой.

Иксаэн посмотрел на ясное небо. На нем по-прежнему не было ни облачка, а поднимавшееся над горизонтом золотое солнце понемногу начинало пригревать, предвещая жаркий денек. Отшельник перевел взгляд на посох — сферический наконечник озарился переливчатым светом, хотя он его не активировал. Иксаэн невольно нахмурился и легким жестом откорректировал энергоконцентратор.

— Пошли, — коротко сказал он девушке и вместе с ней направился по едва заметной тропе к Черному лесу.

Час-два их путь длился без каких-либо происшествий. В лесу было тихо, туманно и сыро, несмотря на то что над кронами с голыми ветвями светило достаточно жаркое солнце. Гибисы спали в своих укрытиях, а другого зверья в этом необычном мрачном месте тоже не встречалось.

Один раз Ариазетта загляделась на причудливый шлейф тумана и, зазевавшись, по колено влезла в ручей, который извилистой змейкой пересекал тропу.

— Будь внимательней и смотри под ноги, — предупредил Иксаэн, помогая девушке подняться. — А то мы так и к утру не выберемся из этого леса. А ночевать с гибисами перспектива не из лучших.

Ариазетта взглянула на свое грязное платье, ощущая дискомфорт от неудобной мокрой одежды. Пока отшельник думал, как помочь девушке, разыскивая источник чистой воды, кристаллианка снова сменила внешний вид на легкие кроссовки и брюки земного покроя. Точно в такие же была облачена Джой Лилейс, когда пробиралась через дикие джунгли Эба. Видимо, в глубинах подсознания Ариазетты остался след от прошлого, или же сработала память предков вследствие схожей ситуации.

Иксаэн молча посмотрел на девушку в странной с его точки зрения одежде и, отвернувшись, продолжил путь. Однако за внешним спокойствием отшельника скрывался целый вихрь противоречивых мыслей. Чем дальше, тем девушка все больше его поражала и в то же время настораживала своей непредсказуемостью и скрытой силой.

Его мысли неожиданно прервало появление гибисов. Они как всегда с истошным криком внезапно напали из-за деревьев. Хищники явно были или очень голодными, что вышли на охоту днем, или просто оказались случайно разбуженными. Иксаэн увернулся от двух животных и сбил их энергошарами из своего «посоха». Но в это время третий успел навалиться девушке на плечи, закрыв ее своими серыми перепончатыми крыльями. Отшельник бросился на помощь к Иризетт, но внезапно чудовище исчезло, как будто его и вовсе не было. Испуганная и одновременно разозленная Ариазетта гневно сверкнула глазами. Она метнула в двух оставшихся гибисов голубые заряды, подобные тем, что концентрировал посох Иксаэна, только много большей мощности. Энергосгустки поразили цель, испепелив животных, и по ходу свалили еще несколько деревьев, после чего попали в скалу, выбив из нее порядочную груду камней. Свист, треск, грохот и все стихло. Только догорали остатки ветвей, да медленно оседала пыль.

— Ничего себе… — Иксаэн посмотрел на приличный разгром и перевел взгляд на девушку. — Ты не говорила, что умеешь… стрелять.

Ариазетта пожала плечами.

— Я и не знала, что умею. Это вышло как-то само собой… Я увидела, как стрелял ты и тоже попробовала… — Девушка образовала в ладони сферический сгусток голубого цвета. — У меня получилось. — Она сжала пальцы, погасив заряд.

— Но я стрелял при помощи концентратора, — Иксаэн указал на свой посох. — А ты… У нас на подобное способны только Верховные жрецы, такие как Оллиас. — И отшельник внезапно спросил: — Может, у тебя еще есть какие-нибудь таланты?

— Не знаю… — Ариазетта посмотрела вдаль и, что-то придумав, простерла вперед вытянутую руку с раскрытой ладонью. Тут же, как по волшебству, деревья расступились, открыв мощенное ровное шоссе, конец которого терялся где-то вдалеке.

— Мне надоели этот лес, грязь и коряги, что мешают идти, — сказала она. — Так гораздо удобней.

Иксаэн посмотрел на каменные плиты, что были удивительно точно подогнаны одна к другой. В глазах отшельника настороженность смешалась с недовольством.

— Хм, не спорю, может, так и удобней, но… ты знаешь, куда ведет эта дорога? — спросил Иксаэн.

Девушка пожала плечами.

— Я об этом не думала.

— В таком случае мы не сможем прийти по ней к цели, — ответил Иксаэн.

Кристаллианка обиженно вздохнула.

— Я посчитала, что так будет лучше. Мне надоел этот жуткий лес, я устала пробираться через царапучие кусты и грязные канавы, — сказала Иризетт.

— Ничего не поделаешь. В жизни не все так выходит, как мы хотим, — ответил ей Иксаэн.

— Почему? Я ведь захотела, чтобы появилась дорога и она вот, — девушка указала на шоссе. — Захотела сменить внешний вид — тоже получилось. И гибисов одолела. Значит можно достичь, чего хочешь, — закончила Иризетт.

— Так может ты захочешь вспомнить кто ты и откуда ты? — предложил Иксаэн.

Девушка неопределенно пожала плечами и с готовностью прикрыла глаза, усиленно сосредоточившись на поставленной цели. Ее тонкие черные брови дрогнули в напряжении, начертив на переносице тонкую складку, и тут же мышцы лица Ариазетты расслабились в маске разочарования.

— Не получается, — выдохнула она. — Я вижу только мрак и помню только мрак.

— А может… ты просто не хочешь вспомнить? — внезапно спросил отшельник.

Девушка нахмурилась.

— Ты мне не веришь? Думаешь, я умышленно притворяюсь, что ничего не помню? — обиженно заметила она.

— Нет, конечно нет. Я верю тебе. Просто… может, в твоем прошлом было что-то такое, к чему ты не хочешь возвращаться и не хочешь помнить, — пояснил отшельник.

Ариазетта пожала плечами.

— Не знаю, — неуверенно ответила она. — Мне кажется, я хочу узнать свое прошлое… и в то же время не хочу, — девушка отрицательно покачала головой. — Я не знаю…

Окружающий пейзаж тут же изменился, мощеная дорога исчезла, вернув лесу его первозданный вид.

Иксаэн ласково коснулся поникшего плеча девушки, заставив ее поднять голову.

— Ничего, все будет хорошо, — сказал он и добавил, чуть улыбнувшись: — Какая же ты все-таки удивительная и непостижимая.

— Почему? — коротко и прямо спросила девушка.

— Потому что порой ты ведешь себя как наивное дитя. Твое сознание, — он коснулся щеки девушки, — чистый лист. Ни единой записи прошлого. А подсознание, — Иксанзетт скользнул пальцами к ее виску, — вмещает все мироздание. Ты мягкая, как вода и в то же время можешь стать разрушительным цунами. Нежная, как воздух со скрытой силой урагана. Ты можешь быть ласковой, как солнечный свет и сжечь до тла, все превратив в пустыню. Я не знаю, кто ты: Звезда Космоса, что предвещает конец или… просто заблудившееся дитя…

— А может и то и другое, — произнес внезапно чей-то голос.

Иксаэн и Ариазетта обернулись и увидели фигуру человека в белой мантии.

— Оллиас?.. Ты… здесь?

— Время требует безотлагательности, — ответил жрец и посмотрел на Ариазетту. — Значит, ты и есть Иризетт, Вечерняя зоря, Звезда Космоса.

Оллиас провел в пространстве рукой, и девушка приняла первоначальный образ рэдрозианской богини. Взгляд жреца внимательно оглянул кристаллианку, а затем внезапно потемнел, и жрец, указав на Ариазетту пальцем, неожиданно приказал Иксаэну:

— Ее нужно уничтожить!

Девушка в страхе отшатнулась, машинально перевоплотившись в прежнее коричневое платье, как будто пытаясь спрятаться за неприметным серым образом. Отшельник невольно опешил от подобного заявления.

— Уничтожить?.. Но почему? — не понял он.

— Убей ее! — закричал жрец. — Иначе она принесет гибель всему нашему миру!

Иксаэн посмотрел на девушку, в сапфировых глазах которой застыло непонимание и страх, а потом снова обернулся к жрецу и отрицательно покачал головой.

— Этого не может быть. Здесь какая-то ошибка. Она… она не может принести вред…

— Ее сила может, — ответил жрец. — Безграничная сила. Ее аналогов нет во вселенной. Так говорит Пророчество. Ей нельзя существовать.

Иксаэн снова перевел в6имание на Ариазетту. Да, он понимал, что в ней скрывается мощная сила. Он даже согласен был предположить, что она из Высших жриц. Но убить ее он не мог. Не хотел. И другим не позволит.

Он вновь обернулся к Оллиасу.

— Но может, это не она. Или в Пророчестве ошибка.

— Это она. Точно она. И в Пророчестве ошибки нет: тело — богини, разум — ребенка, а сила — Высшего существа. И ты сам знаешь, что это она. Ты должен ее убить! — стоял на своем жрец.

— Я не могу, — упрямо возразил отшельник и добавил, как бы оправдывая свое решение: — И у меня нет такой власти и силы. Я ведь простой человек.

Ариазетта в странном оцепенении взирала на спорящих мужчин, не смея вмешаться в этот опасный разговор. Да ей и на ум это не приходило.

— Только ты можешь ее уничтожить и больше никто, — продолжал настаивать Оллиас.

— Только я? Почему?

— Сам подумай, ты знаешь ответ, — уклончиво произнес жрец.

Иксаэн внимательно посмотрел на Оллиаса, и его лицо неуловимо переменилось.

— Хочешь сказать, что она…

— Твоя вторая частица. Поэтому ты сможешь ее убить. Пока не поздно.

Иксаэн медленно повернул голову к девушке и их глаза встретились в бесконечном мгновении Вечности, в котором отразились все времена и пространства. Отшельник с трудом отвел взгляд и, растерянно посмотрев на жреца, отрицательно покачал головой.

— Я не смогу…

— Ты должен. Иначе, если ею овладеет зло — всему придёт конец.

— Какое еще зло?.. — Иксанзетт непонимающе нахмурился.

Жрец не ответил. В этот момент небо потемнело, и между внезапно возникшими свинцовыми тучами пронеслась серия мощных разрядов молний.

— Поздно… — прошептал Оллиас.

— Что это? — спросил Иксаэн.

Ариазетта тоже с тревогой посмотрела на небо.

— Это Конец. Финальная битва…