Кристаллианку буквально вышвырнуло из недр протоадрона, на какой-то момент лишив ее сознание способности восприятия окружающего пространства. Ее светящееся энерготело рухнуло на мокрую от опускавшегося вечернего тумана траву и чисто рефлекторно адаптировалось под окружающую обстановку, приняв материальную гуманоидную форму. Очнувшись, девушка приподнялась на руках, встряхнув тяжелой головой. Черные, с голубым отливом кудри в беспорядке разметались по ее плечам, упав на лицо. Ариазетта убрала рукой прядь и с непониманием посмотрела по сторонам. Вместо привычного звездного пространства (или мрака протоадрона) ее окружал окутанный вечерними сумерками мрачный лес. Искореженные деревья в причудливой форме вздымали голые ветви ввысь, теряясь в сизом мареве тумана.

Полная тишина и удушливая сырость. Температура воздуха колебалась в пределах 20-24°С, но время года явно было не лето. Состав воздуха мало отличался от рэдрозианского или земного, однако какая-то примесь затрудняла дыхание.

Ариазетта поднялась на ноги, не в силах осознать, что же произошло. Ее память была подернута точно таким же зловещим туманом, как и окружающий лес, скрывая все прошлое, вплоть до собственного имени.

Пустота. Полная пустота, в которой затихающим эхом пронеслись отголоски минувших дней, угаснув где-то во мраке.

Вследствие контакта с протоадроном (или по какой иной причине), память Высшего оказалась заблокированной, как и все проявления сверхсилы. Нет, Ариазетта не утратила своих способностей. Она просто их забыла. Сейчас кристаллианка мало чем отличалась от младенца, что едва вышел из утробы матери в незнакомый мир. С той лишь разницей, что она не вопила, как новорожденный, а уравновешенно молчала. Ее сознание Высшего (его функционирующая часть) с неописуемой скоростью увеличивало темп развития и адаптации к окружающей среде, как будто стремясь наверстать упущенное время. Вот Ариазетта неуверенно поднялась на ноги, сделала первый шаг, неумело покачнулась, восстановила балланс, снова шаг, повторно осмотрелась…

В этот момент девушку атаковала какая-то чужеродная масса, похожая то ли на дракона, то ли на летучую мышь-переростыша. Ариазетта чисто рефлекторно увернулась от бесшумного нападения со спины и, отскочив в сторону, настороженно обернулась к противнику. Существо раздраженно завизжало, блеснув острозубой пастью, и, развернувшись в воздухе, вновь устремилось в атаку. Но в метре от растерявшейся девушки оно внезапно было поражено светящимся белым шаром. Лопнув подобно мыльному пузырю, животное дымным шлейфом рассеялось в воздухе, оставив после себя только малоприятный запах гари и паленой шерсти.

Ариазетта с непониманием оглянулась в направлении источника этого странного шара, что спас ее от чудовища, и увидела фигуру человека в просторном темном плаще.

— Не стоит так беззаботно гулять по Черному лесу. Тем более, такой юной красавице, — произнес незнакомец на чужом языке.

Сознание Высшего тут же обработало данные инопланетного лексикона, и, спустя мгновенье, Ариазетта уже знала все обороты незнакомой речи.

— Где я? — спросила она. — Что это за мир?

— Интересный вопрос. — Незнакомец окинул быстрым взглядом довольно странный, с его точки зрения, воздушный наряд Ариазетты, отметив, что девушка явно не местная. Затем он небрежным жестом откинул с головы просторный капюшон. Сапфировый взгляд кристаллианки встретился с темным как чернильная ночь взором уже не юного, но еще молодого (лет тридцати) лица вполне обычного человека.

Могло показаться странным, что здесь, совсем в другой вселенной, нашлась гуманоидная раса, так похожая на тех же рэдрозиан, арсарнарсиан или даже землян. Но в этом не было ничего удивительного. Мироздание огромно, и в любом его уголке условия возникновения подобной формы жизни могли повториться. Если не предположить, что человекообразный тип разумных инопланетян был оптимальным вариантом эволюции биологического мира. Плюс-минус незначительные отличия, в зависимости от условий планет и базовой формы эволюционирующего объекта.

А может людей действительно создавали некие Высшие силы «по образу и подобию»?..

Ариазетте показалось, что незнакомец напомнил ей кого-то из недосягаемого прошлого, взволновав память. Но пелена забытья так и не прояснилась. Светлый силуэт, голубое свечение, мягкая улыбка рыцаря в черных доспехах и возвышенное чувство, что на мгновенье охватило всю сущность…

— Ты находишься на Эталаре, центральной планете Империи Иксоров. А если еще точнее, то на данный момент мы пребываем в Черном лесу. Он, кстати, буквально кишит гибисами, — пояснил незнакомец и спросил: — А как хоть звать тебя?

— Звать?.. — не поняла девушка.

— Имя у тебя есть?

Кристаллианка пожала плечами.

— Я не знаю…

— Хм, странно. Откуда ты родом, явно тоже не знаешь. И как сюда попала…

Ариазетта попробовала напрячь память. Она в малейших деталях отследила все события от данной секунды, до момента своего пробуждения в этом мрачном лесу, однако дальше ее сознание наткнулось на глухую стену абсолютного мрака и пустоты.

Девушка отрицательно покачала головой.

— Удивительный случай. Первый раз вижу, чтобы на человека так повлиял гибис.

— Гибис? — переспросила девушка.

— Это животное с перепончатыми крыльями, что напало на тебя. Гибис хищник, их полно в этом лесу. Не спорю, они безобразны, даже опасны. Но чтобы от их вида исчезала память…

— У меня не от их вида исчезла память, — спокойно возразила девушка, ощущая нарастающую головную боль.

— Тогда отчего же? Что с тобой произошло?

Ариазетта покачала головой.

— Я не помню, — повторила она. — Я не помню, как здесь оказалась. Не помню, откуда я и кто я. Только какая-то пелена и чувство бесконечного падения в бездонные недра… черного шара… — внезапно заключила девушка, ухватив случайный фрагмент памяти, что последним зафиксировало ее сознание.

— Черного шара? — спросил незнакомец. — Какого черного шара?

Ариазетта пожала плечами.

— Не знаю. Мне кажется, я видела маленький черный шар… — И она сложила ладони в форме воображаемого круглого объекта.

— Странно, — нахмурился мужчина. — Я знаю только один черный шар, способный на такое. Но это невозможно. «Аксиресов» (или протоадронов) нет в нашем мире.

— Протоадрон… я уже слышала это слово.

— Отлично! Хоть что-то ты помнишь. Странно, правда, что это «что-то» оказалось протоадроном. Ладно, попробую тебе помочь вспомнить и все остальное. Я проведу тебя к Оллиасу. В этом вопросе он хороший специалист. Только Оллиас далеко отсюда, нам придется идти несколько дней.

— Кто такой Оллиас? — спросила Ариазетта.

— Верховный жрец Храма Судьбы. Мой учитель. Он очень мудрый, многое знает и многое может. А сейчас, пошли отсюда, пока опять не налетели гибисы.

— А как тебя зовут? — внезапно спросила Ариазетта и добавила, объясняя свой поступок: — Я ведь должна же как-то к тебе обращаться.

— Ах да, прости. Я забыл представиться. — Незнакомец жестом откинул воскрылие плаща и коснулся груди, где на вычурной цепочке блеснул случайно задетый кристалл в виде голубоватой капли. — Иксаэн, Отшельник Серебристых скал.

— Иксаэн… Твой образ выглядит знакомым. — В памяти Ариазетты снова промелькнул светящийся силуэт голубого фантома.

— Мне лестно, что ты определила меня в один список с аксиресом… — Отшельник мягко улыбнулся и, покачав головой, добавил: — Но мы вряд ли знакомы. Такую принцессу я бы не забыл.

Девушка тоже ответила улыбкой на комплимент, но ничего не сказала.

Отшельник смущенно кашлянул, нарушая неловкое молчание.

— Что ж, ладно, — продолжил Иксаэн, — возможно и здесь все разъяснит Оллиас. Только как же мне тебя называть, дитя неба? Может Иризетт? Вечерняя зоря. Ведь ты появилась на закате.

— Иризетт… Мне нравится, — согласилась кристаллианка, таким образом приобретя новое судьбоносное имя.

— Тогда пойдем, Иризетт…

Слова отшельника внезапно заглушил пронзительный вой, и со всех сторон тут же стали появляться мерзкие крылатые существа.

— Опять эти твари! — раздосадовано заметил Иксаэн.

При помощи своеобразного посоха, он метнул в одно из животных светящийся шар, который тут же превратил свою жертву в дымный шлейф. Потом поразил второе чудовище и, ухватив растерявшуюся девушку за руку, потянул ее за собой. В суматохе он не заметил, как по их сомкнувшимся ладоням пробежала странная голубоватая молния.

— Скорее к скалам. Там укроемся, — крикнул отшельник.

Перепуганная Ариазетта побежала за своим спутником, начисто позабыв о собственных довольно немалых силах.

Иксаэн с девушкой спрятались в ущелье и некоторое время во мраке скал наблюдали, как кружили над поляной трое оставшихся в живых «гарпий». К ним подлетело еще двое животных. Некоторое время они друг с другом перекрикивались, опустившись на землю. Затем чуть не подрались и, истошно вопя, наконец-то убрались восвояси.

Когда животные скрылись за лесом, Иксаэн посмотрел на Ариазетту. Девушка была заметно встревожена, хотя так до конца и не понимала, что же произошло.

— Ты в порядке? Не сильно испугалась? — мягко спросил он.

Ариазетта, как ребенок отрицательно покачала головой.

— Просто они так жутко кричат…

— Да, децибел им не занимать. И они не только крикливые. Прожорливые, жестокие хищники. Такими уж их создала природа. На Эталар гибисы единственные опасные животные. Они изолированы в этом ненаселенном районе. Здесь, так сказать, их законная территория. Своеобразный заповедник или резервация. Так, что нам лучше в этом месте долго не задерживаться. Пойдем, только тихо. Пару-другую этих чучел я еще могу подстрелить, но если их много и они нападут одновременно… Словом, нам лучше поскорее отсюда уйти.

Ариазетта кивнула. Ей совсем не хотелось еще раз встречаться с визжащими страшными чудовищами. Она поспешила следом за своим новым знакомым, который теперь был для нее как лучик света, что влечет за собой мотылька. Она не знала почему, но полностью доверяла этому неизвестному ей человеку. Впрочем, по стечению странных обстоятельств, он был единственным ее знакомым. Реакция Ариазетты напоминала инстинкт цыпленка, что принимает первый попавшийся движущийся объект за наседку. Хотя здесь причина столь необычной привязанности была совсем иной…

С первого момента их встречи, между Иксаэном и Иризетт возникло необычное притяжение. А объяснение ему оказалось более чем простым (хоть и невероятным): две элементарные частицы — они были созданы друг для друга, также как Арроу и Рианн. Вот только сознание дочери отличалось от родительского, поэтому и чувства Ариазетты развивались немного по другому сценарию. Они не содержали в себе ни сомнений, свойственных простым смертным, ни недоверия или неуверенности, ни каких-либо других комплексов. А также чувства Ариазетты не обосновывались природными инстинктами биологических особей.

В итоге, пока девушка в сопровождении нового знакомого достигла скрытой среди уступов скал пещеры отшельника, она с наивностью ребенка уже полностью доверяла своему спутнику. Правда, в ее заблокированном и очищенном сознании отсутствовало понятие какой-либо осторожности. Ее мозг и психика были чистыми, как только что выпавший снег, но все изменения и замечания фиксировались с поразительной быстротой и точностью сверхмощного компьютера.

— Ну вот, переночуем пока здесь. А с утра отправимся в Иериталинар, где сейчас пребывает Оллиас. Путь долгий, а альтернативного средства передвижения здесь нет. Видишь ли, я уже несколько лет живу отчужденно от всего мира в этих горах и в ближайшее время не намеревался покидать это место. Но теперь, в виду возникших обстоятельств…

— Я создаю тебе неудобства? — прямо и просто спросила девушка, приостановившись у входа в пещеру.

— Что ты, отнюдь. Ведь все в мире закономерно. Значит и наша встреча тоже… Я хотел сказать, что если б я знал, то лучше бы подготовился… Ладно, входи, — коротко закончил Иксаэн, приглашая девушку в свою скромную примитивную обитель.

Ничуть не смутившись, Ариазетта смело ступила за порог, с любопытством осматривая небогатый интерьер.

— Здесь, конечно, особого комфорта нет. — Иксаэн кинул пару самотканых одеял на возвышение в виде каменной кушетки. — Я гостей не ждал, — и добавил: — Ты, наверное, голодна?

— Голодна?.. — Девушка пожала плечами, пытаясь охарактеризовать непонятное слово.

Она не привыкла употреблять биологическую пищу, так необходимую простым смертным, хоть и могла материализовывать биологическое тело. Просто, будучи чистым Высшим существом, пусть и с измененной психологией, она заряжалась энергией, как и все ей подобные, то есть из космоса. И даже когда ребенком ее поместили в биологический мир, девчушка предпочитала чистый вид энергии. Сейчас же…

— Подожди здесь, — Иксаэн на минуту вышел из пещеры, а затем он вернулся с двумя «райскими яблоками» фиолетового цвета. — Это вполне съедобно и даже вкусно. Попробуй.

Девушка взяла фрукт, с любопытством повертела его в руках и вопросительно посмотрела на отшельника Серебристых скал.

— Что с ним делать? — спросила она.

— Как что? — На лице Иксаэна промелькнуло удивление. — Есть, конечно. Ты не знаешь, что такое еда?

Девушка пожала плечами.

— Я не помню, — просто ответила она.

Иксаэн взял фрукт и откусил от него кусок.

— Попробуй.

Ариазетта отложила свой плод и взяла яблоко из рук отшельника. Она тоже откусила кусок, медленно его разжевала и улыбнулась.

— Он… хороший, — подытожила девушка, у которой биоформа Высшего быстро адаптировалась к новой функции и детально проанализировала продукт.

— Сладкий, — уточнил отшельник. — Это куот. Фрукт. Их все едят. И даже хищные гибисы любят ими лакомиться.

— А зачем их едят? — спросила Ариазетта с наивностью ребенка.

— Как зачем? Чтобы не чувствовать голода и наполнить тело энергией. Для любого биоорганизма необходима еда для поддержания жизнедеятельности. Правда, есть случаи, когда энергию получают от окружающего пространства, как жрецы, отшельники ну, или… Высшие. Хотя, это уже не биологическая форма жизни…

— Высшие?.. — Ариазетта снова услышала знакомое слово. — Кто такие Высшие?

— Как тебе сказать… По развитию они стоят выше биологических существ и их даже небезосновательно считают богами. Это энергетическая форма жизни. Высшие духи.

— Кажется… я их знаю, — внезапно заметила Ариазетта, в памяти которой промелькнул фрагмент заблокированного прошлого в виде голубого и золотистого энергосгустков. — Живые звезды.

— Да, пожалуй. — Взгляд Иксаэна блеснул настороженностью. — А ты, случайно, не из их числа? Или, может, жрица… — Он посмотрел на ритуальный наряд рэдрозианской богини, соответствовавший установленным нормам Амфитеатра облаков. Чуть дольше задержал взгляд на полупрозрачном голубоватом кристалле, который явно относился к миру Эталар (именно этот кулон подарил маленькой фее Иксванзет).

— Нет, я не жрица и не Высшее существо. По крайней мере, я не помню, чтобы ими была, — сказала девушка.

— Ну что ж, — Иксаэн сменил тему разговора. — Если ты не хочешь ужинать, то можно ложиться спать, так как уже вечер. Усталость-то ты испытываешь?

— Это когда упадок сил, хочется закрыть глаза и не двигаться? — спросила девушка, характеризуя состояние своей биологической формы.

— Вот, точно. Так что давай, ложись, отдохни. А я постерегу с наружи вход, чтобы не прилетели гибисы или не пожаловали другие незваные гости и не потревожили твой покой. Ложись. — Он укрыл девушку одеялом. — Интересная же ты все-таки, дитя неба, — добавил отшельник, когда девушка уснула.

Минуту Иксаэн молча смотрел в умиротворенное прекрасное лицо, ощущая какое-то странное магнетическое чувство, похожее на безвольное падение в бездну. Затем он наконец скинул с себя оцепенение, отошел от девушки и вышел из пещеры.

***

Иксаэн остановился на пороге и, глубоко вздохнув, посмотрел на звездное небо. Еще утром он даже не предполагал, что его размеренную жизнь внезапно нарушит таинственная незнакомка. Несмотря на внешнюю идентичность гуманоидной формы, она не была похожа ни на одно известное ему живое существо. Более того, она не только нарушила ритм его жизнедеятельности, но и внесла смятение в душу, заставляя пережить совсем не свойственные Отшельнику Серебристых скал ощущения.

Выросший в довольно строгих правилах, Иксаэн с достаточно раннего возраста посвятил свою жизнь изучению тонкого мира. Он решил стать жрецом и к своей цели шел с удивительным упорством. Его с детства привлекал неведомый мир Высших, он стремился узнать о них как можно больше. При этом, все обычные радости жизни отодвигая на второй план: друзей, удовольствия, женщин. В последних он вообще не видел смысла. Пока…

А началось все с того, когда еще ребенком (по земным меркам лет семи) Иксаэн оказался участником необычных событий. Они с друзьями играли в лесу возле водопада. Мальчишки проворно перескакивали по круглым камням над шумящей бездной, соревнуясь в ловкости и умении.

Иксаэн как раз находился на середине потока, когда неожиданно в воздухе промелькнула яркая молния. Она возникла из ничего и так же бесследно исчезла, не произведя ни единого звука, но испугавшийся мальчишка от неожиданности потерял равновесие, соскользнул с камня и с криком полетел в разверзшуюся бездну. Его силуэт мелькнул в серебристом столбе падающей воды, после чего исчез в бурлящем потоке. В тот вечер мальчишку так никто и не нашел. Последующие поиски тоже ничего не дали и Иксаэна все уже считали погибшим… Пока через три дня мальчик сам не объявился целый и невредимый. При этом он не мог сказать, что с ним произошло и где он все это время пропадал. Единственное, что помнил Иксаэн, была вспышка яркого голубого света, затмившая все. А потом он очнулся на берегу реки возле того злополучного водопада.

Вскоре инцидент был исчерпан и забыт. Но с того момента мальчишку словно подменили. Его развитие заметно увеличило свой темп. Он превзошел друзей-ровесников и теперь общаться с ними ему было неинтересно. Иксаэн стал буквально одержим неведомым миром, что скрывался за завесой храмовых алтарей. В его глазах появилось необычное сияние. Оно являлось отблеском того яркого света, что, как маяк манил за собой сознание юного эталарца, затмевая все вокруг. Именно этот свет уловил Оллиас, когда случайно познакомился с десятилетним мальчишкой. Он ощутил в юном создании необычную мощную силу, которой предстояло сыграть большую роль в будущем. Так Иксаэн стал учеником могущественного Верховного жреца. Он неуклонно шел к своей цели и уже где-то к двадцати годам (если приравнивать к земным меркам) он стал отшельником. Теперь ему предстояло десять лет провести в полном отчуждении от цивилизации на границе Черного леса.

Нет, Иксаэн, конечно, не одичал в этой глуши, где его единственными собеседниками являлись свирепые гибисы, и не стал невежественным дикарем. Его галантности и эрудиции могли бы позавидовать самые воспитанные джентльмены. Просто его отшельничество было последующим этапом к самосовершенствованию и духовной концентрации, что должен был закончится посвящением в жрецы.

И вот неожиданно этот процесс оказался прерван сегодняшним вечером, а путеводный свет в сознании Иксаэна трансформировался в сияние сущности Ариазетты…

Стремясь найти ответ на все вопросы, Отшельник Серебристых скал решил астрально связаться со своим учителем и наставником. Ведь для того, чтобы увидеться и поговорить с Оллиасом, ему вовсе не нужно было самому идти в храм, где находился жрец. Вернее, не совсем обязательно. Можно было просто использовать «телеграф» астральной проекции.

Иксаэн занял удобное положение, чем-то похожее на позу лотоса в буддизме, глубоко вздохнул, расслабив тело, и прикрыл глаза, мысленно устремив сознание через множество километров к белокаменному городу, где на вершине увитой зеленью священной горы, в Храме Судьбы, находился жрец Оллиас.

Перед мысленным взором отшельника распростерся густой туман, похожий на тот, что существует в изменчивой среде неподконтрольного Эфемерного мира. Затем белесые волокна плавно расступились, открывая сначала фигуру Иксаэна (точнее, ее материальную проекцию), а потом появились ребристые полупрозрачные колонны огромного многоярусного зала, напоминавшего карстовую пещеру с геометрически точными сталактитами. И отовсюду струился голубовато-белый свет без определенного источника излучения.

— Оллиас, — позвал Иксаэн, эхо его голоса шорохом разошлось во все стороны, как будто сотни невидимых призраков повторили за ним шепотом.

— Я слушаю тебя, Иксаэн, — прозвучал спокойный голос, и во внезапной вспышке света появилась белая фигура в мантии жреца. — Судя по проекции, ты обретаешь все большую силу. Значит, наши уроки не прошли напрасно. Это хорошо, так как скоро ты можешь понадобиться. Ну, говори же, что привело тебя в астральный храм?

— Мне нужен твой совет, — сказал молодой эталарец. — Я… встретил девушку…

— Девушку?.. — На спокойном лице жреца промелькнуло удивление. — Довольно непривычно звучит из твоих уст, Отшельник Серебристых скал.

— Я не в том смысле…

— А я и не сомневался, — остановил ученика жрец. — Вот только не нам решать, в чем смысл вещей и событий. — И внезапно спросил: — Она не из нашего мира?

— Почему ты так решил?

— Разве я ошибаюсь? — вопросом ответил жрец.

— Нет. Думаю, нет. Я не знаю откуда она, — сказал Иксаэн. — Она ничего не помнит: ни кто она, ни откуда. И как появилась здесь — неизвестно. Но в ней… чувствуется необычная сила…

— Сила?.. — Взгляд жреца переменился.

— Да. Я не могу ее точно охарактеризовать, но… ее внутренний потенциал безграничен. И еще… кажется, у нее Кристалл Судьбы, ну, или похож на него.

— Кристалл Судьбы?.. Так может, это именно она?.. Об этом говорится в пророчестве. И время совпадает, — рассуждал жрец.

— О чем ты? — не понял Иксаэн.

— Когда появится Звезда Космоса, наступит конец. И это будет начало… Приведи ее сюда, — внезапно закончил жрец.

— Именно это я и собирался сделать. Только хотел с тобой посоветоваться по данному поводу.

— Ты правильно поступил. Я жду вас.

— Переход займет некоторое время. Мы ведь далеко от Иериталинара, а переместиться со своей попутчицей астрально я не смогу. Не уверен, что смогу.

— Это ни к чему. Время еще есть. Ты же постарайся близко с ней не контактировать. Уверен, ты меня понял. — И взгляд жреца загадочно блеснул.

Лицо Иксаэна не изменилось.

— Я знаю закон, — произнес он ровным тоном.

— Не сомневаюсь. Но я знаю закономерности, — ответил жрец и добавил. — Дойдешь с ней до Ноэрикроса, а там тебя встретят наши люди. Они помогут вам с транспортом.

Иксаэн согласно кивнул.

— Держи со мной связь через астрал, — добавил Оллиас.

— Хорошо. Тогда я возвращаюсь, — сказал отшельник.

Жрец молча кивнул, и его фигура тут же растворилась в тумане.

А в следующую секунду Иксаэн вышел из состояния транса. Он глубоко вздохнул и открыл глаза.

Сумерки заметно сгустились, однако еще не перешли в чернильный мрак ночи. Значит, Иксаэн «отсутствовал» минут десять по местному времени. Окружавшая тишина успокаивала своей привычностью. В это время суток горы как всегда засыпали. Лишь только изредка со стороны Черного леса доносились крики охотившихся гибисов. Эти хищники были активны только в сумерках, и их редко можно было заметить не только в дневное время, но и глубокой ночью, чем и объяснялось, почему столь редкие животные напали на Ариазетту. Просто ее появление совпало с периодом их охоты — сразу же после заката.

Это была обычная жизнь знакомого для Иксаэна мира. Необычным в ней была только незнакомка, спавшая в глубине пещеры.

Иксаэн повернул голову к темнеющему проему каменного грота. Там, во мраке, ничего не было видно, но отшельник точно знал, что девушка на месте и безмятежно спит как дитя. Впрочем, фактически сейчас это так и было. Ведь сознание Ариазетты мало чем отличалось от младенческого, чисто машинально адаптируясь под примитив окружающей биологической среды. Однако дремавшее в ее подсознании Высшее существо было непредсказуемым. Без внешних проявлений, оно тем не менее улавливалось тонким чутьем Иксаэна, хотя он и не мог его охарактеризовать.

«Кто же ты, дитя неба? Предсказанная пророчеством Звезда Космоса?.. — Он отвернулся. — Тогда наш мир ждут серьезные проблемы».