Вспышка света, волна беспросветной тьмы, и вот рэдрозиане оказались в мрачных глубинах невероятно тесной пустоты бесконечных недр протоадрона. Первым, что привлекло их внимание, была странная материальность их телесных оболочек, точно они вновь стали простыми смертными. В то же время их тела отличались от предыдущих форм, а их свойства не совсем соответствовали физическим законам. Даже наоборот, в некоторой степени противоречили им. Это характеризовалось таким необычным проявлением, как четкая видимость биологических оболочек в абсолютном мраке окружающего пространства, при том, что сами тела не излучали света. То есть, в нормальных условиях Арроу и Рианн не могли бы видеть друг друга, в то время как в данный момент они различали материальные образы, как в ясный день.

Впрочем, подробно вдаваться в детали странного феномена никто не стал, ведь в этот момент рэдрозиане оказались охвачены мощным вихрем давно забытых ощущений. Нельзя было сказать, что они воспринимали температуру окружающей среды или вес собственного тела (обычные проявления, что указывают на чувствительность телесных оболочек), так как на них не воздействовали данные факторы. Но их восприятие выражалось неожиданным проявлением эмоций. Казалось, что все те чувства, которые ранее подавлялись доминирующей сущностью Высшего, сейчас проявили себя во всей своей силе, обрушившись на незащищенные души рэдрозиан подобно мощному цунами. Произошел ослепительный всплеск, затмивший собой все другие ощущения, и под его магнетическим воздействием, Арроу и Рианн всей сущностью потянулись друг к другу…

Внезапно этот порыв был развеян вмешательством черно-белой птицы. Она скользнула между отпрянувшими в разные стороны рэдрозианами и невозмутимо опустилась на плечо АРЭС-Альтауэта.

— Рикки?!. — Арроу недоверчиво протянул к пернатому существу ладонь, но заметив, как блеснули голубоватым светом его темные глазницы, тут же одернул руку. — Аэрос…

— В материальной оболочке, — добавила птица и пояснила: — Биоформа меньше излучает энергии, чем плазма и является более выгодной для пребывания в недрах протоадрона, что имеют свойства мощного поглотителя.

— А видимость телесных оболочек без излучения фотонов… — начала Рианн, и за нее закончил Арроу:

— Свойство сущности Высшего.

— Воздействие памяти, — поправил Аэрос. — Мы улавливаем слабое излучение наших оболочек, а сознание преобразовывает сигнал в соответствующую информацию из нашей памяти.

— Значит на самом деле…

— Мы невидимы. И были бы невидимы даже в активном режиме плазмоформы, — заключила Рианн.

— Нечто подобное происходит в пустой среде Доадронной эры, — вспомнил Арроу. — Только здесь нет нападения невидимых протоадронов, что так и норовят распылить твою энергию в ничто.

— Похожий эффект здесь тоже присутствует, — заметил Аэрос.

— Согласен. — Арроу медленно обвел взглядом безмолвный мрак окружавшей их чужеродной среды и остановился на образе Рианн.

Он невольно вновь ощутил всколыхнувшуюся в своей душе теплую волну бесконтрольных чувств, и его как магнитом повлек в свои звездные глубины завораживающий взгляд серебристо-зеленых бездонных глаз…

Эту эйфорию снова развеяло вмешательство Аэроса. Встрепенувшись на плече АРЭС-Альтауэта, он спокойно заметил:

— Протоадрон требует энергию. И он возьмет ее всю, без остатка. Чтобы уцелеть и выйти отсюда, вы должны контролировать чувства и не поддаваться соблазну, каким бы сильным он ни был.

Арроу ничего не ответил, молча опустив голову. Усилием воли он справился с эмоциями и, наконец, произнес:

— Тогда нам следует сосредоточиться на нашей миссии да поскорей найти Иксванзета. Если, конечно, он еще существует.

— Протоадрон должен сохранять информацию любого объекта, попавшего в его недра. Исходя из некоторых гипотез, он уничтожает свои жертвы не сразу.

— Об этом мы можем судить по нам. По крайней мере, мы еще живы…

— Хоть, вероятно, по разным причинам.

— В смысле?

— Я жив, пока меня защищает энергощит. Ты являешься частью протоадрона, вне зависимости какого именно. Что же касается Рианн… это мы узнаем позже.

— В любом случае не стоит испытывать судьбу. Нужно поскорей найти Иксванзета и уходить отсюда. А то этот слепящий мрак тесной пустоты не внушает мне доверия, — заключил АРЭС-Альтауэт.

— Только как мы будем искать следы Иксванзета? — спросила Рианн. — Ведь излучение в этой странной среде на значительное расстояние не передается. А недра протоадрона безграничны.

— Так и есть, — согласился Арроу. — И в то же время они, можно сказать, ограниченны вплоть до пределов наших телесных оболочек. Поэтому здесь и кажется так тесно.

— Парадоксальная среда, — вздохнула рэдрозианка.

— И чтобы ее понять, нужно мыслить тоже парадоксально, — добавил Арроу.

— То есть, чтобы найти Иксванзета, мы не должны отправляться на его поиски? — вновь спросила Рианн.

— В некотором смысле, — согласился лидер Совета Высших.

— То есть…

— Мы не можем отправиться на его поиски в буквальном понимании этого слова, так как шансы на положительный результат ничтожно малы, — сказал Арроу.

— Поэтому мы должны избрать несколько иной путь, — добавил Аэрос.

— То есть, найти Иксванзета, не сходя с этого места? — спросила Рианн.

— Верно.

— И это возможно? — поинтересовалась рэдрозианка.

— Вполне. Если сконцентрироваться на определенной информации. Этот мир не столько материальный, как скорее идеалистический, виртуальный. Начнем с того, что попробуем мысленно увидеть, где сейчас Иксванзет.

— То есть, пошлем в пространство определенный сигнал, — уточнил Арроу, — а протоадрон даст нам нужный ответ. Если сочтет это необходимым.

— Будем надеяться, что сочтет, — ответил Аэрос.

Все трое по команде, сконцентрировали мысли на едином образе эч-гурского божества. Медленно мрак в их воображении развеялся, представив взору разыгравшуюся баталию между двумя исполинами космоса. Попав в недра протоадрона почти одновременно, Иксванзет и Маракна оказались и в одном его участке. Высшие существа быстро адаптировались к новой среде (приняв материальные образы и поставив защитные экраны) и тут же вступили друг с другом в бой. Картина выглядела весьма впечатляюще, напоминая сюжет из старинной сказки на заре веков. Рыцарский гуманоидный образ Иксванзета резко контрастировал с чудовищным существом многоглавой гидры, что принял Маракна, исходя из некоторых данных своей памяти о материальном мире. Первые лучи, пущенные с обеих сторон в противников, ушли впустую. Вернее, просто поглотились бездонными недрами протоадрона. Следующая попытка оказалась более удачной (даже удивительно удачной). Две смертоносных молнии выбили у сражавшихся Высших существ значительную дозу энергии, которая мгновенно рассеялась в пространстве. Протоадрон словно понял, что энергия, выделяемая при поражении цели, является более емкой, чем энергия атаки, и стал буквально диктовать характер боя, постепенно изматывая свои жертвы. Становилось ясным: победителем в поединке может оказаться только тот сражавшийся, который обладал большим энергозапасом. И это не составило труда спрогнозировать финал боя.

Лидер Легиона Мрака был наделен большим зарядом, чем ставший нейтральным бывший представитель Совета Высших Рэдроза.

— Иксванзет проиграет, — заметила Рианн, точно по телеэкрану наблюдая за сюжетом в своем сознании.

— Да, — согласился Аэрос. — Если мы не вмешаемся.

— И как нам это сделать? — спросил Арроу. — Одно дело — собрать информацию из окружающего пространства, точно свет далеких звезд на фотопластинку. Но переместить материю (то есть себя) на место происшествия…

— К тому же, только что зафиксированные нами события, возможно произошли со значительным временным интервалом, — заметила Рианн.

— Это вряд ли, — возразил Арроу. — Мы не в открытом космосе и здесь стандартные физические законы не проявляются. Хотя факт одновременности нисколько не упрощает ситуацию.

— Зато ее упрощает процесс концентрации энергии на определенном объекте, — заметил Аэрос.

— То есть?..

— Мы хотели увидеть, где Иксванзет и что с ним. Мы увидели.

— Мы можем мысленно попытаться перенести себя на место происшествия, — догадалась рэдрозианка.

— Без точных координат для пеленга… — усомнился Арроу.

— Мы не в реальном космосе, — напомнил Аэрос. — Термин четырехмерности пространства как таковой здесь неприемлем. Все координаты могут свестись к одной точке.

— Тогда нужно заставить протоадрон содействовать нам, — решил Арроу.

— Попробуем убедить его, что это ему выгодно? — предложила Рианн. Она посмотрела на свою ладонь, по которой пробежала быстрая молния. — Он в курсе, что мы — враги Маракны. А значит, вид энерговампира спровоцирует нас на действие с огромным выделением энергии. Как это произошло с Иксванзетом.

— Логично, — согласился Аэрос. — Сейчас для протоадрона мы излучаем мало энергии, чтобы его устроил такой источник. Вполне возможно, что он попытается вытянуть ее из нас как можно больше и спровоцирует к активности. Он уже пробовал это сделать через ваши с Рианн взаимоотношения.

— Тогда нужно заставить его играть на нас, — сказала рэдрозианка.

— Понятно. Остается только… — Арроу замолчал, так как Рианн внезапно без предупреждения перевоплотилась в энергосгусток и, яркой звездой вспыхнув в пространстве, тут же исчезла, не оставив после себя даже малого следа.

— Рианн… — В глазах альтауэта промелькнула тревога. Аэрос его тут же успокоил:

— С ней все нормально. Просто она уже переместилась.

— Нам нужно поспешить за ней. — И Арроу сконцентрировал мысли на транспортировке в новую точку пространства.

Аэрос ничего не ответил. А когда альтауэт, приняв форму плазмошара, уже готов был сменить свои координаты, лидер Совета неожиданно послал к нему короткий импульс, скорректировав его конечную точку перемещения. Затем, едва Арроу угасающей звездой исчез во мраке, Аэрос телепортировался на поле боя с такой легкостью, как будто ему хорошо был известен секрет передвижения в недрах протоадрона или какой-то определенный маршрут.

Дороги троих рэдрозианских энергосуществ разошлись, и каждый из них попал в отдельный участок бездонных недр протоадрона. Но из всех троих, пожалуй, только Аэрос знал, что его ожидает впереди.

***

Лидер Совета Высших Рэдроза как раз вовремя появился на поле боя, чтобы резко изменить уже ясно определившийся финал поединка между двумя противоположными энергосуществами.

Протоадрон и в самом деле мгновенно передавал события, что происходили в любом участке его бездонных недр. Однако в тот момент, когда трое рэдрозиан обсуждали способ перемещения на арену действий, в данной точке назначения события разворачивались с такой быстротой, что еще небольшое промедление и одного из сражавшихся Аэрос мог не застать.

Маракна был заметно лучше подготовлен к подобным условиям боя. За миллиарды лет существования ему удалось значительно пополнить энергозапас центрального сгустка за счет своих жертв, в то время как Иксванзета наоборот сильно ослабили события последнего времени, в частности процесс трансформации из негативного энергосущества назад в положительную энергосубстанцию. Таким образом, с первых же минут боя преимущество оказалось на стороне лидера Легиона Мрака. Хоть по сути, оба сражавшихся были жертвами протоадрона. Им бы следовало объединить свои усилия, чтобы вырваться из недр довселенского объекта, но ослепленные ненавистью многовекового конфликта, которая обусловливалась не столько эмоциями, как элементарной непреклонностью двух противоположностей, они распыляли свою энергию в окружающее пространство, постепенно расходуя быстро уходящие силы. Вмешательство в ход сражения Аэроса тут же сменило предопределившийся финал.

[ image4 ]

Маракна понял, что преимущество теперь перешло на сторону соперника и решил прибегнуть к отступлению. Отбиваясь от наседавших противников, лидер Легиона Мрака сосредоточил внимание на побеге.

И тут протоадрон снова проявил свою непредсказуемость. В тот момент, когда Маракна, казалось, вот-вот должен быть повержен, негативное энергосущество (точнее чудовищная гидра, что отдаленно напоминала зооформу Иксванзета) внезапно исчезло, а два одновременных луча, скрестившись в месте бывшей цели, тут же поглотились пустотой.

— Ушел. — Эч-гурское божество выглядело раздосадованным.

— Ненадолго. Протоадрон не позволит ему покинуть свои недра. Значит, остается шанс закончить бой, — сказал Аэрос.

Иксванзет посмотрел на своего спутника и невольно отметил в своем сознании странную иронию судьбы, даже некоторую закономерность замкнутого круга. В далеком прошлом они с Аэросом относились к одному типу Высших существ огромного Легиона Света. Впоследствии, в силу сложившихся обстоятельств, они стали непримиримыми врагами и едва не уничтожили друг друга. Теперь же история вернулась в свою исходную точку, и Аэрос и Иксванзет вновь были по одну сторону баррикады.

Союзники.

Только уже не Легиона Света, а Совета Высших Рэдроза.

Но по иронии судьбы у них снова был прежний враг — Маракна.

— Что ж, значит, мы его найдем, — решил Иксванзет. — Другого пути нет.

Аэрос молча с ним согласился и сосредоточил внимание на очередном видении, которое, казалось, ему было известно заранее. Иксванзет последовал его примеру, и вскоре два Высших существа переместились в новую точку координат бесконечных недр протоадрона.

***

Передвижение в бездонных глубинах довселенского объекта трудно было с чем-либо сравнить. Тем более что сравнивать было нечего: мгновенный перелет абсолютно не запечатлелся в сознании Арроу, и у альтауэта создалось впечатление, что он вовсе никуда не перемещался, а просто сомкнул и вновь поднял веки. Но изменения, произошедшие в окружающем пространстве, не вызывали сомнения в том, что рэдрозианин находился уже в новой точке бездонных недр довселенского объекта. Вокруг по-прежнему простирался беспросветный мрак… вот только вместо облика Аэроса или ожидаемого вида космического поединка Иксванзета с Маракной, глазам Арроу предстало странное призрачное видение в образе тускло светящегося зеленоватого сгустка. Его окружал полупрозрачный энергетический кокон, и от него во внешнее пространство тонкой паутиной распространялись медленно струившиеся лучи исходящей энергии.

Секундное сканирование загадочного объекта… Арроу не поверил его результатам. Перед ним была Ниаро. Живая. Хоть, правда, ее центральный сгусток находился в критическом состоянии. Альтауэт сделал шаг вперед и протянул к энергосфере ладонь. Его пальцы легко зацепили один из исходящих лучей. Это движение вызвало неожиданно бурную реакцию. По руке рэдрозианина пробежала голубоватая молния, затем она отхлынула назад к пальцам Арроу и ответным импульсом устремилась к энергосгустку. Окружавший Ниаро купол тут же вспыхнул сеткой светящихся трещин и, внезапно взорвавшись, оросил АРЭС-Альтауэта колючим энергодушем. Рэдрозианин чисто рефлекторным движением прикрылся от искрящейся, как кристаллики льда волны рукой, а когда она прошла мимо него, бесследно исчезнув в пространстве, Арроу с недоверием посмотрел на зеленоватый энергосгусток. Утратив гнет кокона, он засветился более ровным ярким светом. Ниаро оживала, подобно тому, как оживает под действием долгожданного дождя иссушенная зноем пустыня. По поверхности энергосгустка пробежался первый импульс, точно электрический разряд замкнувшейся цепи. Арроу понял, что Высшее существо «пришло в сознание».

Арсарнарсианская богиня коротко просканировала окружающее пространство и остановила внимание на рэдрозианине. Ниаро плавно перевоплотилась в материальную гуманоидную форму, тем самым сократив истечение своей энергии в ненасытные недра протоадрона.

— Что произошло? — спросила арсарнарсианская богиня. Она улавливала в своей памяти некоторый информационный пробел.

— Я хотел задать тот же самый вопрос, — ответил рэдрозианин и по порядку, как можно более сжато, изложил все те сведения, что ему сказал Иксванзет и что он видел сам.

— Протоадроны распространились по всей Вселенной… — констатировала Ниаро, быстро проанализировав полученную информацию.

— Да. Они уничтожили Рэдроз и Арсарнарс. А также немало поработали на других обитаемых планетах. Пока они питаются только энергией звезд и биомиров, но вероятно скоро перейдут и на другие виды материи, — сказал Арроу. — Кстати, мы находимся в недрах одного из этих черных шаров.

— Да, я помню, как он меня захватил. — Ниаро посмотрела на АРЭС-Альтауэта. — Но как здесь оказался ты?

— В поисках Иксванзета.

— Иксванзета?.. — Этот вопрос был сопровожден довольно неожиданной эмоциональной окраской.

— Да, по иронии судьбы, я пытаюсь найти и спасти своего давнего врага, — согласился Арроу.

— Вы теперь с ним не враги.

— Может быть…

— Но ты здесь не один.

— Со мной были Рианн и Аэрос. Только мы… разминулись. Я чисто случайно оказался здесь. Или же… — Арроу на мгновенье замолчал, а потом, как бы говоря сам себе, добавил: — Кажется, Аэрос сказал мне не все, что знал на самом деле…

Мысли рэдрозианина неожиданно прервало появление нового действующего лица, которое он ощутил прежде, чем заметил визуально.