Лишь благодаря чистой случайности (а может определенной закономерности) Арроу оказался в том же мире, куда переместился «Альфар».

Более часа бортового времени летающий аппарат парил в пространстве вокруг расщелины, пребывая в режиме ожидания. У «Альфара» не было каких-либо специальных директив на подобную ситуацию. Поэтому он придерживался последних указаний Альтерианы и покорно дожидался ее возвращения, не раздумывая, сколько времени это займет: день, два, год или вечность. Единственной поправкой на программу была собственная сохранность и безопасность пассажиров. А поскольку космолет никакой угрозы не фиксировал, ожидание обещало быть весьма затяжным. Правда, был еще один фактор, который мог непременно отразиться на программе компьютера. К примеру…

Впрочем, именно это и произошло, когда Арроу появился в данном измерении, немного в стороне от «Альфара». Во время очередного сканирования рэдрозианин зафиксировал местопребывание знакомого объекта и тут же устремился к космолету.

Арроу немного удивило присутствие в чужом мире этой частицы родной Вселенной, представлявшей неотъемлемую часть его прошлого. Сначала рэдрозианин даже подумал, что обнаружил параллельного двойника своего бывшего боевого космолета, но некоторые детали, которые могло уловить только Высшее существо, неоспоримо подтвердили: объект был и в самом деле из его мира. Вот только наличие четырех пассажиров вместо двух невольно озадачила Арроу, тем более что он узнал биополя новопоявившихся землян. Это казалось невероятным. Ведь АРЭС-Альтауэт знал, что вот уже триста лет чета Розмари считалась без вести пропавшей.

АРЭС-Альтауэт проник на борт корабля и подробно изучил информацию памяти Рональда, а также его жены Дианы. Арроу узнал обо всем, что случилось с этими людьми, которые в прошлом были не только его друзьями, но, можно сказать, и родственниками по земным обычаям. Рэдрозианину так же стало известно о недавнем пребывании на борту Альтерианы. Сведения были очень скудными. Арроу едва мог уловить ее след, как в памяти людей, так и в салоне космолета. Чтобы расширить объем данных, альтауэт собрал всю информацию блоков памяти «Альфара». Рэдрозианская богиня была здесь более часа назад по бортовому времени, но в этот мир космолет отправился без нее. Арроу еще раз проверил все сведения, зафиксированные компьютером о предыдущем измерении. Он понял, что рэдрозианская богиня попала в тот же мир, из которого только что чудом удалось вырваться самому АРЭС-Альтауэту. Альтериана вынуждена была задержаться из-за внезапного появления пяти негативных энергосуществ…

Рэдрозианин ощутил неприятный болезненный спазм, как будто у него кольнуло сердце. Почти безнадежно ожидать, что энергосубстанция Совета смогла уйти от преследователей. Но если рэдрозианская богиня попала в окружение всей орды легионеров Мрака… выжить в таких условиях не представлялось возможным.

Арроу трудно было объяснить охватившие его чувства, но в них все же оставалась надежда, что Альтериана жива…

— Будут какие-нибудь указания? — прервал его размышления «Альфар», для него была непривычна столь длительная задержка в командах АРЭС-Альтауэта.

«Указания»… — Арроу ничего не выражающим взглядом посмотрел на красноватый огонек автопилота.

— Разбудить пассажиров? — предложил «Альфар».

— Нет, не стоит, — возразил рэдрозианин. Ему не очень-то хотелось отвечать на неминуемые расспросы двух знакомых землян, так как опасался, что они непременно поинтересуются, где Рианн.

Как он им объяснит, что от Джой Лилейс остался только энергетический фантом сущности Альтерианы? Да и хотел ли он что-либо объяснять?

Арроу вздохнул, отгоняя гнетущие мысли. Он уже намеревался дать «Альфару» команду к переходу в новый мир, когда неожиданно, руководимый странным предчувствием, резко обернулся назад. За его спиной в пространстве завис протоадрон.

АРЭС-Альтауэт думал, что навсегда потерял этот черный шар, который был не только грозным оружием и защитой, но и невыносимым бременем. Арроу затруднялся определить, какое чувство в его душе преобладало: облегчение, вызванное мыслью, что он вновь сможет вернуться домой, или разочарование, так как осознавал, что никогда не избавится от этого непредсказуемого довселенского объекта. Впрочем, взвесив все варианты, Арроу решил, что все-таки рад вновь видеть этот опасный в полном смысле слова шар, ведь он едва ли не безгранично увеличивает круг возможностей рэдрозианина и делает его могущественнее любого энергосущества. Конечно, пока Арроу его контролирует.

«Что ж, — решил АРЭС-Альтауэт, — ты явился как раз кстати. Надеюсь, наши взаимоотношения остались прежними»…

Он протянул к черному шару ладонь, намереваясь проверить покладистость довселенского объекта, но неожиданно неведомая сила мощным вихрем захватила его душу, и рэдрозианин плазменным шлейфом тут же исчез в бездонных недрах протоадрона.

***

Всего на короткое мгновенье сознание Арроу затуманилось, но вскоре вновь быстро прояснилось. АРЭС-Альтауэт оказался в беспросветном мраке бескрайней пустоты. Здесь невозможно было ориентироваться, так как отсутствовали какие-либо ориентиры. Хотя, рэдрозианину не составило труда понять, что он находится в недрах протоадрона, при этом его сознание сохранило свою остроту. Не раз погружаясь в поисках информации в эти мрачные глубины, Арроу никогда не забудет того замораживающего душу холода, удушливую бесконечную пустоту и тоскливое одиночество, точно во всей вселенной он остался один. Переживание подобного казалось невыносимым, но еще более ужасающим было ощущение полной беспомощности и безнадежности. Арроу чувствовал себя рыбаком, которого на крошечной льдине уносило в бескрайний океан, и неоткуда было ждать помощи.

Раньше, погружаясь в недра черного шара, рэдрозианин мог вырваться оттуда в любую секунду. Сейчас же… Арроу осознавал, что стал пленником протоадрона.

Неужели его снова ждет забвение в сто, а то и более, земных лет?..

Первым порывом его души был категорический протест, жажда свободы. Но постепенно, как болотная сырость проникает в больные ревматизмом кости, сущность рэдрозианина начинала все больше охватывать странная апатия, вызванная проявлением все той же страшной усталости. И опять уныние взяло верх.

Забвение…

А разве сам он не желал этого?

Он устал от вечной борьбы, устал от боли, от одиночества. Устал от ответственности чуть ли не за всю Вселенную.

Если б у него оставался хоть проблеск надежды, была бы цель, ради которой он готов был бы пройти через любые преграды, как за светом путеводной звезды…

Раньше такую звезду представляла для него Рианн. Но с ее гибелью в душе Арроу угас огонь, и жизнь его превратилась в бессмысленное существование.

Конечно, сейчас у него снова было новое задание и новая цель. Но для их выполнения ему не хватало той внутренней силы духа, что помогала ему прежде. Теперь в его сознании осталась только боль воспоминаний и холод одиночества. Его душа все больше жаждала тепла, которое бы разогнало мрак забвения, развеяло печаль, сняло усталость и растопило лед, сковавший глубины его сущности.

Это желание было настолько сильным, что у Арроу начались галлюцинации. Он увидел, как перед ним во тьме один за другим стали загораться разноцветные огоньки. Они соединились между собой лучами и окружили рэдрозианина странной светящейся сеткой. Постепенно эта кристаллическая решетка стала расширяться, плавно тая во мраке, и ровно в ту секунду, как она исчезла, перед Арроу неожиданно вспыхнуло слабое пламя свечи. Тонкий фитилек вопреки всем законам природы возникал из ничего, но казался бездонным источником, питавшим трепещущий язычок огня. Точно замерзший путник, альтауэт протянул к нему ладонь. Едва уловимое тепло постепенно возрастало, начиная обжигать эфемерные пальцы. Арроу одернул руку, удивляясь столь странной своей чувствительности, как будто он был в телесной оболочке. Но решив, что жар огня существует только в его воображении, рэдрозианин попытался убедить себя в невосприимчивости к боли и вновь протянул к пламени ладонь.

Разреженная плазма коснулась его вполне материальных пальцев, сладкой дрожью пробежав в оттаявшей душе. Пламя вспыхнуло сильнее, внезапно разогнав мрак, и в озарившемся пространстве из тени появился знакомый женский силуэт, заставив сущность Арроу затрепетать.

Перед ним была Рианн. Живая. Материальная.

[ image20 ]

Правда, ее излучение несколько отличалось от прежнего и больше походило на то, что улавливалось у рэдрозианки в параллельном мире, но это была она, его Рианн, чей образ уже столько лет он хранил в глубинах своей души.

Под действием живого света, девушка глубоко вздохнула, точно пробуждаясь от сна, и медленно подняла веки. Мерцающий золотом взгляд коснулся сияющих глаз рэдрозианина, легким облаком просочившись в его остывшую душу.

Мучительно сладкий миг...

Повинуясь импульсу, Арроу поддался этому магическому воздействию и протянул к вполне материальному фантому ладони. В свете свечи блеснули тонкие кисти девушки и мягко опустились на руки альтауэта. При их прикосновении по силуэтам рэдрозиан пробежала легкая молния, которая мгновенно воспламенила душу Арроу.

Девушка была реальна!

Он ясно ощутил головокружительное тепло ее кожи, как в те далекие забытые времена, когда они были вместе.

Мысль о том, что все ощущения существовали лишь в его сознании, не приходила ему в голову. Уж слишком все было реальным.

Его ладони скользнули вдоль рук девушки, плавно перешли на ее стан, и в опьяняющем объятии Арроу прижал Рианн к себе. Океан угасших чувств мощным всплеском вырвался наружу, затмевая сознание. Подчиняясь его воле, рэдрозианин медленно склонился к прекрасному лицу…

Едва он коснулся манящих губ, как пламя свечи резко погасло, как будто от порыва сильного ветра. Альтауэта вновь окутал мрак, холодом страха и одиночества сковывая душу.

— Рианн… — Арроу ощутил, как быстро растаяло в его руках тело девушки, а вслед за ним угасло и ее излучение.

Рэдрозианину показалось, что он снова переживает тот невыносимо-мучительный момент гибели возлюбленной, и острая боль, пронзившая всю его сущность, вырвалась наружу криком отчаяния:

— Рианн!!!

Внезапно вынырнув из темных недр протоадрона, Арроу оказался в светлом салоне космолета. Его взгляд растерянно скользнул по знакомой обстановке летающего аппарата и остановился… на бесстрастном лице Альтерианы. Рэдрозианин невольно замер, встретив взор ее светящихся янтарных глазниц.

— Альтериана?.. Как ты здесь оказалась?.. — нерешительно спросил Арроу, пытаясь подавить необъяснимое волнение.

«Как оказалась?.. — переспросила рэдрозианская богиня, и в ее взгляде промелькнула легкая тень. — Я бы сама это хотела узнать. — Она отвернулась, переключив внимание на экран, за ним виднелась светящаяся дымка межпространственной расщелины. — Вероятно, я столкнулась с «Альфаром» при выходе, — предположила Альтериана и вновь посмотрела на Арроу. — Но что здесь делаешь ты»?

«Я… — АРЭС-Альтауэт наконец-то сбросил с себя оцепенение, что охватило его в первый момент. — Совет послал меня на твои поиски. Вернее, не только меня… — Он на секунду замолчал, а его взгляд вновь помрачнел. — Со мной был Аэрос. Но мы разминулись в мезосреде».

«Разминулись»? — В глазницах Альтерианы промелькнула настороженность.

Арроу посмотрел на рэдрозианскую богиню и в коротком импульсе передал всю информацию, что касалась этого происшествия.

Некоторое время длилась пауза. Затем Альтериана снова спросила:

«Есть вероятность, что он остался жив»?

«Возможно… — неуверенно ответил Арроу, отведя взгляд. — Силовое поле стенок канала имеет очень мощное напряжение и непроницаемо для Высшей энергосубстанции. Однако с головы вход вполне безопасен»…

«И что ты теперь намерен делать»? — спросила Альтериана.

Арроу удивил ее вопрос, так как рэдрозианская богиня впервые передала ему инициативу в выборе решения. Он бросил на нее быстрый взгляд и, вновь отвернувшись, ответил:

«Отпущенное нам время истекает. Аномальный фронт в любой момент должен взорваться новой волной. Поэтому, я считаю, что нам нужно вернуться в наш мир».

«У нас есть способ это сделать без блуждания по измерениям»?

«Протоадрон должен помочь. Он знает дорогу домой».

«Хорошо. Тогда возвращаемся», — согласилась Альтериана.

Арроу обратил внимание к черному шару, который все это время спокойно парил рядом в пространстве. Какой-то момент рэдрозианин не решался прикоснуться к довселенскому объекту, чтобы дать ему очередную команду. Несмотря на сказочное видение, воскресившее в душе Арроу забытые чувства, АРЭС-Альтауэту не очень-то хотелось вновь оказаться пленником мрачных недр черного шара. Впрочем, осознавая, что другого выхода нет (без протоадрона им невозможно было попасть домой), рэдрозианин собрался с духом и наконец прикоснулся к протоадрону, одновременно послав командный импульс.

«Сердце вселенной» среагировало мгновенно: едва только Арроу убрал ладонь, как черный шар тут же разросся в размерах, поглотив весь космолет. Затем, вновь приняв обычную форму, протоадрон нырнул в расщелину перехода. Не достигая конца коридора, он беспрепятственно проник сквозь силовую стенку в мезосреду и, быстро сориентировавшись среди многочисленных нитей, черный шар нырнул в нужный ему туннель.

***

Сложно было ответить, как долго длился этот полет, но для пассажиров «Альфара» (включая двух Высших существ) и электронной системы компьютера, время превратилось в короткое мгновенье. И вот космолет уже появился в новом мире среди знакомых звезд, туманностей и фона электромагнитного излучения.

«Теперь мы точно попали в свой мир», — констатировал Арроу, быстро проанализировав окружающую обстановку.

«Если только измерение не является двойником нашего», — заметила Альтериана. Она все же оставалась недоверчивой к внешне идентичной их миру картине, так как отлично помнила, насколько он может быть обманчивым.

«Если б дорогу выбирали мы, то так могло бы и случиться. Но протоадрон не ошибется, — ответил АРЭС-Альтауэт. — Этот довселенский объект никогда не спутает свою родную обитель даже с самой точной копией».

«Посмотрим, — коротко отметила Альтериана. — Возвращаемся в Амфитеатр облаков»?

«Сначала доставим пассажиров «Альфара» на Арсарнарс», — решил Арроу.

«Всех»?

«Всех. Думаю, Алориу будет не против увидеть этих землян».

«Ты их знаешь»?

«А разве тебе это уже не известно»? — вопросом ответил АРЭС-Альтауэт.

Альтериана ничего не ответила, вновь переключив внимание на космос.

До Бетельгейзе было около сотни световых лет, на полет в гиперсреде могло уйти несколько суток. Поэтому решили использовать межгалактический коридор. Два Высших существа образовали в пространстве энергетическое поле и вскоре вместе с космолетом исчезли в глубинах светящегося кольца открывшегося перехода. Не прошло пары секунд, как «Альфар» уже вынырнул из колодца в двух а. е. от Арсарнарса.

Первыми, кто заметил пришельцев, оказались энергосущества Совета. Они тут же окружили зависший в пространстве космолет. Увидев их, Арроу дал «Альфару» последнее указание насчет пассажиров и вместе со своей спутницей покинул борт летающего объекта.

«Вы вовремя вернулись, — произнес Инметау, когда рэдрозиане присоединились к их рядам. — Но где Аэрос»?..

Арроу переглянулся с Альтерианой и коротко сообщил:

«Я должен увидеть Совет в полном составе».

Никто из Высших больше не стал задавать вопросов, и вся вереница из шести разноцветных звезд вскоре исчезла в кольце раскрывшегося межгалактического перехода.

***

Когда коридор между двумя звездными системами закрылся, «Альфар» исполнил приказ Арроу и вывел пассажиров из анабиоза.

Первым пришел в сознание Аунорес. За ним чуть позже Рональд, а потом и обе девушки.

Некоторое время рэдрозианин молча изучал обстановку, мысленно запросив у компьютера все сведения об окружающей среде.

— Мы наконец-то вернулись в свое измерение и, как это ни удивительно, но все же достигли Аэрин, то есть Бетельгейзе, — пояснил рэдрозианин.

— Мы в системе Бетельгейзе? — удивился Рональд. Он бросил быстрый взгляд на пришедшую в себя Диану.

— Да. Наш полет почти подошел к концу.

— Но… как мы здесь оказались? — спросила Стелла. — И где… — она осмотрелась по сторонам, — это существо… женщина, что была с нами? «Живая звезда».

— «Альфар». — Аунорес посмотрел на огонек автопилота, предлагая все объяснить компьютеру.

— Альтериана, Арроу и другие Высшие системы Аэрин только что покинули эту галактику, — отчитался «Альфар».

— Арроу? — переспросил Рональд. — Он… был здесь?..

Аунорес ничего не ответил, невольно помрачнев. Он сам был одновременно удивлен и озадачен этим фактом.

— Но почему он ушел, даже не поговорив с нами? — не унимался космополицейский. — Не может же быть, чтобы он нас не узнал.

— Напротив, — возразил Аунорес. — Просто… Высшие не всегда снисходят до разговоров с простыми смертными.

— Высшие? Ты имеешь в виду Арроу? — Рональд напряженно хмыкнул. — Не спорю, Роберт был необыкновенным человеком и суперагентом космополиции, но вовсе не богом.

Аунорес перевел взгляд на землянина.

— С того времени, как ты его знал, он сильно изменился.

— Изменился? Ты хочешь сказать, что он стал подобен этой субстанции… что меня спасла?

— Верно. Он больше не принадлежит к числу простых смертных. Энергосуществам, подобным ему, чужды сентиментальности и страсти людей. Хотя… думаю, он так изменился после гибели его спутницы…

— Спутницы?.. — переспросил Рональд, подумав о золотоволосой рэдрозианке.

— Да. Ее звали Рианн, — добавил Аунорес.

— Рианн? Она погибла?!. Нет, этого не может быть! — воскликнула Диана.

Аунорес не ответил, опустив взгляд, и на какой-то момент в салоне повисла давящая тишина.

— О, Джой… — На ресницах брюнетки блеснули слезы. — Но когда же это случилось? — вновь спросила она, немного справившись с первой волной эмоций.

— В 25-м году Новой Эры Мира. По-вашему… «Альфар», уточни…

— В конце 2329-го года. Это случилось во время последнего поединка Арроу с Иксванзетом, — ответил компьютер.

— Может мне объяснят, о чем здесь идет речь? Арроу… Рианн… Кто же они? — вмешалась Стелла.

— Были такими же простыми рэдрозианами, как и я, — ответил Аунорес.

— Более того, — добавил Рональд, — Арроу известен на Земле, как Роберт Стерроуз, агент космополиции «Неуязвимый».

— А Рианн, его жена, была моей сестрой Джой Лилейс, — добавила Диана, в ее голосе по-прежнему сквозила грусть.

— Нас вызывают на связь, — внезапно прозвучал голос компьютера.

— На связь? Кто? — спросил рэдрозианин.

— Арсарнарсианский Совет Посвященных, — ответил «Альфар», и на экране тут же появилась бесстрастная серебристая маска жреца.

— Вы находитесь на территории Объединенного Государства Арсарнарса, — прозвучал незнакомый голос на певучем языке, который тут же перевел компьютер.

— Я посол системы Альфар-Тауэт, шеррит Тзентерса Аунорес, — с непринужденным величием, но без пафоса сообщил рэдрозианин. — С кем имею честь разговаривать?

— Уполномоченный во Внешних контактах Верховный жрец Алориу. На Арсарнарсе ждут вас. Следуйте по радиомаяку. — И изображение Посвященного тут же исчезло.

А спустя мгновенье «Альфар» запеленговал сигнал.

— Нас уже ждут. — Аунорес обернулся к пассажирам космолета.

— Кто это был? — настороженно поинтересовался Рональд.

— Один из Четырех Верховных жрецов Арсарнарсианского государства, — пояснил рэдрозианин. — Видно, нас все это время ждали… «Альфар», можешь уточнить, сколько лет ушло на… наш полет?

— Судя из последних уточняющих данных, на наш полет ушло 38 рэдрозианских лет. Сейчас на Рэдрозе 63-й год Н.Э.М.

— По земному значит…

— Сто девяносто лет.

— Понятно. Что ж, — Аунорес вновь обернулся к своей «команде». — Вы готовы представлять вашу планету?

— Представлять?.. — не понял Рональд.

— Быть дипломатами, — уточнила Стелла.

— Но… из нас, кажется, никто не заканчивал институт Межпланетных отношений, — заметил Розмари и посмотрел на мисс Де Люкс.

— Я только журналистка, — ответила девушка. — Я немного ознакомлена с работой дипломата. Но… не знаю, целесообразно ли представлять планету, на которой мы уже давно не были и не знаем, что сейчас там происходит. Ведь прошло столько времени…

— И не знаем, безопасно ли вообще лететь на этот Арсарнарс, — добавил Рональд. — Какая гарантия, что нам не устроили ловушку? Из прошлых экспедиций, что отправились сюда, еще никто не возвращался.

— Если бы нашим жизням что-либо угрожало, то Арроу не переместил бы нас в эту систему, — заметил Аунорес.

— Тот Арроу, которого я знал — да, он не отправил бы нас туда, где опасно. Но нынешний Арроу… Я в этом не уверен. Ты сам говорил, что он сильно изменился.

— Он мог стать Высшим существом, но я не верю, что его душа, если она сохранилась, тоже претерпела изменения…

— Если она сохранилась, — заметил Рональд.

Аунорес не ответил. О сам не был в этом уверен, но надеялся, что в бывшем альтауэте модели АРЭС все же осталась человечность.

Он немного ошибался. Но не в том, что Арроу мог стать черствым и бессердечным, а в характеристике его побуждений, которые определялись не его «человеческими» порывами, а типом излучения Высшего, законами Совета и, в конце концов, его истинной природной сущностью.

— Ты думаешь, что человек, который был твоим другом, может настолько потерять себя? — спросил рэдрозианин у Розмари.

— Я хотел бы верить, что это не так. Но сам факт того, что он был здесь, но даже не захотел с нами поговорить, вселяет сомнение, — сказал Рональд.

— Мы не можем судить его, не зная причин, что побудили его так поступить.

— Согласен, — признался Розмари.

Он сам не хотел верить, что Роберт так сильно изменился. Если, подумал Рональд, это действительно был он, а не внешнее подобие совсем другого существа. Ведь он его даже не видел, а только располагал информацией слов «Альфара».

— Ладно, — после короткой паузы решил Розмари, — нам ничего другого не остается, как только посетить Арсарнарс. По крайней мере, изначально, именно этого мы все и добивались.

Аунорес молча улыбнулся и, обернувшись к экрану, дал космолету соответствующий приказ.