Милена даже не подозревала о событиях, происходивших за стеной ее каюты. Преисполненная хорошего настроения, девушка решила первым делом привести себя в порядок и принять ванну. Ей вновь хотелось быть красивой.

Шум воды заглушил грохот в коридоре, где Лайт безуспешно пытался справиться с восставшим врагом. Милена как раз вновь возвращалась из ванной комнаты, на ходу вытирая мокрые волосы, когда внезапно она ощутила сильный спазм боли в груди, от которого сбилось дыхание. Судорожно хватая ртом воздух, Милена села на кровать, пытаясь справиться с непонятным приступом. С трудом ей удалось немного нормализовать дыхание и успокоить дико колотящееся сердце. В этот момент до слуха девушки долетел короткий сдавленный вскрик. Искательница тревожно встрепенулась, чувствуя, как все внутри нее похолодело от непонятного ужаса.

— Рик…

Она не знала, почему ее мысли обратились к образу бетельгейзийца. Не раздумывая ни минуты, Милена выскочила в коридор.

На мгновение ее ослепило сияние двух шарообразных сгустков. Они одновременно взмыли вверх и растворились в пространстве. Милена проводила их обеспокоенным взглядом и оглянулась по сторонам. Она различила распластавшуюся на полу чью-то фигуру. Девушка приблизилась к телу воина, в груди которого торчал клинок, и заглянула в его бледное лицо с сомкнутыми веками. С губ Милены сорвался истошный крик, когда она узнала капитана «Бетельгейзе». Девушка бросилась к Лайту, пытаясь найти хоть какой-нибудь признак жизни в его неподвижном теле. Лихорадочно ощупывая пульс на запястьях и шее, как это обычно делается у землян, она наконец смогла различить слабое биение сердца.

— Нет, только не умирай!.. — тихо молила девушка. Она хотела вытащить клинок, но передумала, опасаясь сильного кровотечения.

Милена огляделась по сторонам и громко позвала на помощь. На ее зов явилось двое воинов-бетельгейзийцев, одним из них оказался Редор.

— Скорее, Рик умирает. Сделайте же что-нибудь!

— Что случилось? — спросил Редор на земном языке. — Рилайэри?.. — Он тут же приказал своему напарнику: — Беги за Лаурезом и доктором Эрионом. — Сам же он с завидным хладнокровием и тщательностью побывавшего в переделках опытного воина осмотрел раненого.

— Прижми здесь пальцы, — Редор положил руки девушки на рану. — Нужно вытянуть клинок. Только осторожней с амулетом… Силы небесные! Цепь разбита!.. — В глазах воина промелькнул неподдельный страх.

— Рана опасна? — спросила испуганная Милена. — Он… умрет?..

— Не знаю… — Редор взял рукой за кинжал и осторожно его вытянул из раны.

Проступила розоватая кровь, которая мгновенно стала ярко-серебристой, окрасив пальцы девушки. Ее цвет озадачил не только Милену, но и Редора. Ведь он отлично знал, что у арсарнарсиан кровь пурпурно-фиолетовая.

— Что здесь случилось? Рилайэри?.. — подбежавшие Лаурез и Аулера в нерешительности замерли, в то время как доктор Эрион оглянул пациента.

— Клинок. — Редор передал старпому оружие. — Он разбил звенья цепи амулета.

— Что? Как это?.. — Лаурез опешил, а Аулера в ужасе отшатнулась и стала шептать молитвы. Даже в светлых глазах доктора промелькнула тревога.

Только Милена, не понимая в чем дело, с немым отчаянием взирала на арсарнарсиан.

— Его нужно перенести в каюту и поскорее доставить на Арсарнарс, — наконец заключил Эрион.

— Может, ему лучше будет в медлаборатории? — предположила Аулера.

— Это ничего не даст. Физически рана не серьезна. У нас же нет оборудования для «ремонта» амулетов Эрио. Впрочем, я даже не уверен, что ему помогут на Арсарнарсе, — ответил доктор. Он присел рядом с Миленой и осторожно убрал с груди бетельгейзийца ее перепачканные серебристой кровью ладони. Затем притрусил рану белым порошком. Кровь тут же перестала течь, а поврежденные ткани начали быстро восстанавливаться.

Подошли два воина с носилками. Лайт вскоре был транспортирован в свою каюту.

— А теперь, — произнес Эрион, когда капитана заботливо уложили на эластичную кровать, — я бы хотел знать, что же все-таки произошло?

— Да, — подтвердил Лаурез, посмотрев на Милену. — Как это случилось?

Девушка пожала плечами, не в силах сдержать слезы.

— Я была в своей каюте, когда услышала странный шум. Я вышла в коридор и… увидела Рика раненым… — Она посмотрела на неподвижного капитана «Бетельгейзе».

— Но кто мог напасть на Рилайэри? — Лаурез снова посмотрел на Милену. — Ты не заметила ничего подозрительного?

Землянка отрицательно покачала головой.

— Нет… только, — внезапно вспомнила она, — яркий свет. Меня на секунду ослепило сияние двух сферических сгустков, которые тут же исчезли. Не знаю, может мне показалось…

Аулера услышав ее слова, резко подняла голову, и в ее глазах промелькнуло беспокойство.

— Не был ли один сгусток фиолетового цвета? — внезапно спросила она.

— Аулера… — Лаурез со скептицизмом посмотрел на девушку. Но Милена ответила:

— Один может быть… Я точно не знаю. Они были слишком яркие.

— Это наказание, — вздохнула арсарнарсианка, обреченно прикрыв руками лицо.

В глазах Лауреза появилась тревога, но он на этот раз промолчал.

— Наказание это или нет, но сейчас Рилайэри нужен полный покой, — нарушил тишину доктор. — Поэтому попрошу всех покинуть каюту.

— Я побуду рядом с ним, — попросила Милена. — Ведь за ним нужен присмотр…

Доктор посмотрел на Лауреза, затем на Аулеру, которая в знак согласия кивнула.

— Хорошо. Позже тебя кто-нибудь сменит.

И все вышли из комнаты, оставив Милену одну у ложа раненого.

Сложно сказать, как долго искательница просидела возле кровати, тщетно ожидая, что Лайт проявит хоть слабый признак жизни. Если б не едва уловимое сердцебиение, Милена бы и вовсе отчаялась. Но эти легкие намеки на жизнь вселяли в ее сердце проблеск надежды. Хотя, вместе с тем, Милена понимала, что Рик умирал. Медленно, но неизбежно. И жизнь уходила из его тела через разбитые звенья странного амулета.

Девушка осторожно прикоснулась пальцами к тускло мерцающему кристалу. Милена ощутила, как по ее коже пробежала трепетная волна, эхом отразившись на неподвижном лице Лайта. Из груди бетельгейзийца вырвался легкий вздох, и Рик тут же снова замер. Милена тревожно прощупала пульс. Уловив слабый ритм, она почувствовала некоторое облегчение.

Рик еще был жив.

Но как долго продлится эта агония и… что победит: жизнь или смерть?

О последнем Милена старалась не думать.

Девушка догадывалась, чтобы спасти Лайта, необходимо соединить цепь амулета бетельгейзийца. Но вот как это сделать, если между кристалликами не было ни малейшего признака сообщения?..

Если б она знала все о камне Эрио, что являлся общей деталью между жителями двух галактик, то совсем бы отчаялась. Ведь в прошлом от подобной травмы никто не выживал. Однако землянке сложно было воспринять чрезмерную значимость какого-то украшения в жизни бетельгейзийцев.

— Я бы отдала всю свою жизнь, лишь бы ты остался жив…

На ресницах Милены снова блеснули слезы, и она в бессилии уронила голову на грудь бетельгейзийца. Искательница больше не сдерживала горячие потоки. Они стекали по ее щекам, падали на энергожилет Лайта, бесследно растворяясь на шероховатой поверхности. Одна из капелек попала на слабосветящийся кристалл, заставив пальцы бетельгейзийца, лежащие в ладони девушки, слегка шелохнуться. Милена мгновенно подняла голову, перестав плакать. Она с надеждой посмотрела в лицо Лайта. Нет, оно по-прежнему оставалось неподвижно-безжизненным. Хоть Милене показалось, что в нем что-то изменилось. Может, обострились черты? На мгновенье девушке даже почудилось, что перед ней вообще совсем другой человек. Возможно, это было следствием того, что он бесповоротно покидает этот мир?..

— Только не оставляй меня! — тихо молила девушка. — Ты не можешь уйти, когда мы едва обрели друг друга… — Она поднесла к губам руку Лайта. — «Только не оставляй»… — вторило что-то в глубине ее сознания.

В воздухе позади девушки промелькнуло фиолетовое облако. Милена почувствовала, как ее тут же неудержимо стало смаривать в сон. Она упрямо потерла глаза, пытаясь вернуть себе бодрость. Безуспешно. Веки настойчиво слипались, а тело одолела внезапная слабость. Милена устало облокотилась головой на край кровати, в последний раз взглянула на неподвижного Лайта и незаметно уснула.

* * *

Одна за другой истекали минуты, неотвратимо унося из тела Рилайэри жизнь. Разорванное энергополе бетельгейзийца предвещало лишь один исход — неминуемую гибель души. Когда-то в прошлом точно также рассеялась сущность жреца Таренореса. Теперь подобное происходило с Риком Лайтом.

Увы, биологический мир несовершенен. В нем нет вечности, рано или поздно всему приходит конец. Но остается надежда на бессмертие души, на новое воплощение, на постоянство биогенной энергии. Когда же душа рассеется — не будет ничего. Ни прошлого ни настоящего, ни будущего. Только забвение… И именно на это рассчитывал Иксванзет — развеять в прах душу Арроу, отправить его в небытие. Однако эч-гурское божество не ожидало, что в теле бетельгейзийца находилось две сущности, и доминировало вовсе не рэдрозианское Протовысшее, как это логично можно было предположить. В итоге получилось так, что Иксванзет невольно поспособствовал пробуждению Арроу.

Когда протоадрон поглотил душу рэдрозианина, он автоматически ввел ее в своеобразный стазис. Лишь теперь, с угрозой гибели телесной оболочки, спящая сущность экстренно активировалась.

Рэдрозианин глубоко вздохнул, постепенно приходя в себя. По амулету Эрио пробежала голубая молния, и кристаллы разорванной цепи, как намагниченные тут же восстановили единую структуру. Нарушенное энергополе вновь замкнулось, а биологическое тело плавно трансформировалось в рэдрозианскую форму.

Арроу не спешил открывать глаза, на слух и осязание определяя окружающую обстановку. На какое-то мгновенье ему показалось, что он находится на Рэдрозе, в актиарском дворце, как будто настало утро после того дня, когда он вернулся к человеческой жизни, вернулся к Рианн.

Рианн…

Рэдрозианин резко поднял веки. Нарисованные его сознанием картины плавно развеялись, сменившись незнакомым инопланетным интерьером. В глазах Арроу промелькнула настороженность. Чувствуя в своей памяти огромный пробел, рэдрозианин машинально совместил ее с сознанием Рика Лайта. И все тут же стало на свои места. За исключением неопределенного момента от секунды его исчезновения из рэдрозианской жизни и воплощением в тело умирающего юного арсарнарсианина. Об этом периоде не было известно никому, даже Высшим. И вряд ли Арроу сможет что-либо узнать о том отрезке времени, когда его душа и душа Рианн находились во власти протоадрона.

Теперь же АРЭС-Альтауэт снова жив и чувствовал себя возродившейся из пепла птицей феникс. Вот только… где же Рианн?

Арроу осмотрелся.

Рядом с его кроватью свернувшись калачиком в кресле, дремала утомленная девушка. Арроу быстро идентифицировал объект: Милена Розмари. Искательница из Бюро Поисков. Землянка, влюбленная в бетельгейзийца Рика Лайта.

Но не эта информация заинтересовала Арроу. Он уловил в глубине земной сущности девушки слабый огонек рэдрозианский души. Души его любимой Рианн.

Арроу легко протянул ладонь к спящей девушке, едва коснувшись ее волос. Пальцы чуть кольнуло постороннее биополе. Легкое усилие сознания — рэдрозианин ментально проник глубже в подсознание девушки и ощутил нежный огонек сущности Рианн. Она еще пребывала в стазисе, точно сказочная фея эльфов в закрытом бутоне цветка…

Внезапно Арроу уловил появление в комнате чего-то постороннего. Он настороженно оглянулся, и его взор, скользнув по инопланетному интерьеру, остановился на черном шаре, что зловещим пятном выделялся на фоне светлых рельефных стен.

«Протоадрон»…

Арроу ощутил пробежавший по его телу неприятный холодок, а душу стало сковывать оцепенение. Впрочем, экс-альтауэт быстро справился с эмоциями и, плавно приподнявшись с кровати, протянул к черному шару ладонь, намереваясь взять довселенский объект под свой контроль. Протоадрон капризно крутнулся в воздухе и внезапно исчез.

Арроу разочарованно вздохнул, устало расслабившись.

«Сердце вселенной» ему больше не подчинялось. Данный факт не мог не тревожить. От этой чуждой всему в мире космоса субстанции, которой не повелевали даже Высшие, можно было ожидать любых сюрпризов.

Продолжая размышлять в той же области, Арроу встал с кровати, стараясь не разбудить спящую девушку. И тут у него снова появилось ощущение, что в комнате есть кто-то третий. Рэдрозианин заметил материализовавшееся легкое фиолетовое свечение. Оно плавно приняло знакомый гуманоидный облик. Лицо Арроу просветлело, и в его глазах промелькнул живой огонек.

«Инметау»…

Рэдрозианин сделал шаг по направлению к материализовавшемуся фантому.

«Трансформация прошла успешно», — отметил пришелец, окинув альтауэта одобрительным взглядом (если к сияющим глазницам можно было применить это слово).

«Да, полностью. Но почему вы не сказали мне раньше, кто я на самом деле? Ведь вам было известно, что Рик Лайт»…

«Да, мы знали. Только с кем мы должны были говорить? С Риком Лайтом? Ведь протоадрон заблокировал твою душу. Если бы не гибель Рилайэри, ты до сих пор мог пребывать в стазисе. Впрочем, скорее всего недолго. Твоя душа уже начала пробуждаться, благодаря взаимодействию с душой Рианн».

Арроу бросил быстрый взгляд на мирно спящую девушку. Она даже не догадывалась о происходящем в комнате.

«Иксванзет тоже уловил это взаимодействие. — Лицо рэдрозианина помрачнело. — Кажется, наш поединок с ним остался незаконченным. — Арроу сделал короткую паузу. — Даже не знаю, каким образом ему удалось вырваться из галактического центра? Я же сам видел»…

«Тебе придется завершить начатое дело до конца», — заметил Инметау.

Арроу посмотрел на Высшее существо.

«И как я теперь это сделаю? Я ведь сейчас простой человек… Недавно мне пришлось убедиться в собственной беспомощности». — Он вспомнил поединок с восставшим из мертвых Голландцем.

«Здесь скоро будет Альтароу. Мы уже послали сигнал».

«Я должен буду снова с ним объединиться»?

«Да. В этот раз на равных, как два самостоятельных существа».

«Но потом я смогу вновь стать самим собой»?

«Вполне. Теперь твоя телесная оболочка достаточно гибка для трансформации. Она не уничтожится энергией Высшего. Конечно, если сохранится твоя душа».

«В противном случае, телесная оболочка мне уже не понадобится, — констатировал Арроу. — Надеюсь, этого не случится».

«После воссоединения ты будешь надежно защищен. На уровне Высшего».

«Мощнее защиты не придумаешь»…

«Ты забываешь о протоадроне. Он на свободе, в этой вселенной. И он неуправляем».

«Да, я знаю… — Арроу помрачнел. — Это именно он забросил наши души в чужие биотела»?

«Подобного бы не произошло, если б в прошлом вы с Рианн остались на уровне энергосубстанций, а не вернулись к примитивной биологической жизни».

«То есть, мы оказались в данной ситуации из-за того, что не стали Высшими»?..

«У нас есть веские основания так считать», — ответил Инметау.

В глазах Арроу промелькнул оттенок озадаченности.

«Почему нам ни о чем не сказали»?..

«Если ты вспомнишь свое прошлое в Амфитеатре облаков, то сможешь сам ответить на этот вопрос».

«Хранители Истории: так должно было быть. И вы, зная все наперед, хладнокровно выполняли свою миссию»…

«Мы пытались вас направить на верный путь, но… вы же сами решили сделать шаг назад, вместо того, чтобы двигаться вперед».

Арроу промолчал, и Инметау добавил:

«Прошлое, какое бы оно ни было, остается прошлым. Его не изменишь. Теперь нужно думать о будущем. Ты должен снова взять под контроль протоадрон».

«Если смогу… А что слышно о Легионе Мрака»?

«Они в дальних скоплениях собирают свои силы. Поэтому нам понадобится протоадрон, — ответил Инметау. Он передал рэдрозианину переливчатый радужный шар. — Эта информация поможет тебе адаптироваться для воссоединения с сущностью доминанта».

Арроу принял сгусток, ощутив, как по всему его телу пробежала импульсная волна, озарив силуэт голубоватым светом. Снова посмотрев в лицо своего собеседника, АРЭС-Альтауэт спросил:

«Мне рассказывали, что десять арсарнарсианских лет назад Рилайэри едва не погиб. Его спасение все восприняли как чудо. Что же на самом деле произошло за дверями храма»?

«Ничего, что можно было бы счесть чудом. Все это время тело Рилайэри лежало перед алтарем, но ни одно из Высших существ не вмешивалось в борьбу его организма за жизнь».

«И как же он выжил»? — повторил Арроу.

«Сначала я расскажу, как он едва не погиб. Ты знаешь, что все началось со взрыва в лаборатории».

«Кода погибли родители Рилайэри»?

«Да. В тот момент произошло аномальное завихрение временных потоков, вследствие чего неожиданно появился протоадрон. В лаборатории погибли бы все, но Рилайэри выжил, благодаря твоей душе, что по прихоти довселенского объекта (или иным причинам) оказалась в его телесной оболочке».

«И что же теперь стало с душой Рилайэри»? — спросил Арроу.

«То же, что и с душой Таренореса. Думаю, ты помнишь», — ответил Инметау.

«Значит она рассеялась… Из-за того, что был разбит амулет Эрио? Но почему тогда моя душа выжила»?

По безукоризненному лицу Инметау промелькнуло подобие легкой улыбки.

«По нескольким причинам. И ты сам их должен знать».

Арроу машинально бросил быстрый взгляд на спящую девушку, а затем снова посмотрел на своего собеседника.

«Да, это одна из причин. Главных причин. Душа Рианн. Землянка Милена Розмари не имеет такой силы, какой обладает твоя энергоспутница. Поэтому душа Рилайэри не выжила».

«А ты не мог спасти его душу»? — спросил Арроу.

«Нет», — коротко ответил фиолетовый фантом.

Арроу понял почему. Ведь Инметау пришлось отвлекать Иксванзета, чтобы спасти пребывавшую в стазисе сущность самого рэдрозианина. Хотя возможно, у Высших были свои непонятные мотивации, что могли заставить их хладнокровно жертвовать собственными биоединицами.

Арроу снова посмотрел на безмятежно спящую землянку. Что же будет с ней, когда она узнает о гибели Рика Лайта?..

«Подумай лучше о Рианн», — заметил Инметау.

«То есть»?.. — В глазах рэдрозианина появилась настороженность.

«Она все еще находится в стазисе, а в биологическом теле доминирует земная душа. Так что Рианн предстоит борьба за существование. Полноценное свободное существование».

«Разве их нельзя как-то разъединить»?

«Время покажет», — уклончиво ответил Инметау, после этого он тут же бесследно исчез.

Арроу глубоко вздохнул, отгоняя тревожный импульс. Он перевел взгляд на искательницу. Рэдрозианин неторопливо приблизился к девушке и тихонько присел перед ней на корточках.

Как же тяжело было осознавать, что Рианн находится сейчас так близко и в одночасье недостижимо далеко. Арроу не желал думать, что может потерять свою золотоволосую шери. Он вынужден был признаться, что ни за что на свете не пожертвует Рианн. Даже, если погибнет земная душа. Арроу знал, что это неправильно, но он ничего не мог с собой поделать.

Он не пожертвует Рианн.

И в то же время, Арроу не хотел причинять вред Милене.

«Должен же быть какой-то выход. Способ их разъединить. Хотя, — тут же подумал он, — вряд ли Милена переживет гибель Рилайэри. — Он посмотрел на девушку. — Если только ее чувство не было обосновано эмоциями души Рианн, что вполне вероятно»…

Арроу досадливо вздохнул. Все это казалось слишком сложным. За столь длительное время «сна» своей души он отвык от решения подобных задач. Здесь просто необходима помощь его бывшего Высокого окружения.

Однако в одном Арроу был твердо убежден: он никому не позволит забрать у него Рианн. Никому.

«Ничто не сможет нас разлучить, пока живы наши души»… — мысленно произнес Арроу, ласково коснувшись пальцами щеки девушки, отчего по его руке и лицу Милены пробежал легкий искрящийся шлейф. Затем Арроу снова поднялся и направился к дверям, на ходу перевоплотившись в арсарнарсианский облик Рика Лайта. Он даже не обратил внимания на эту новую способность своего организма, которая была отголоском далекого прошлого Амфитеатра облаков.