Аулера выбежала на центральную аллею, где было много отдыхающих, перевела дыхание и, наконец-то взяв себя в руки, направилась к воротам гидропарка. Когда она проходила мимо многоструйного каскада радужных фонтанов, ее кто-то окликнул. Девушка растерянно оглянулась и увидела сидевшего на скамейке Лайта. Аулера намеревалась проигнорировать бетельгейзийца и пройти мимо (она была сильно возбуждена и чувствовала себя в некотором замешательстве), но промелькнувшая в тени деревьев фигура в белой мантии, заставила брюнетку переменить свое решение и подойти к Рилайэри.

— Что-нибудь случилось? — спросил Рик, когда девушка присела рядом на скамейке и взяла с подноса одного из роботов бокал с искрящимся прохладным напитком.

Аулера бросила на Лайта напряженный взгляд и натянуто улыбнулась:

— Нет, все нормально. Почему ты так решил?

Рик неопределенно пожал плечами.

— Ты выглядишь какой-то встревоженной…

Аулера бросила через плечо взгляд на парк, но фигуры жреца там уже не было.

— Со мной все в порядке, — беззаботным тоном ответила девушка.

— Тогда мне показалось. — Лайт допил свой бодрящий коктейль и поставил бокал на поднос, учтиво предложенный роботом. — А где Лаурез?

— Лаурез?.. — Аулера растерянно отвела взгляд. — После танца он куда-то ушел. Может, встретился со старыми друзьями…

— Может, — согласился Рик. Он посмотрел на веселящихся алатарцев. — Все таки чудесный у нас город. Находясь здесь, забываешь, что где-то существуют иные миры.

Аулера посмотрела на Рилайэри и внезапно спросила:

— Ты надолго здесь задержишься?

— Не знаю. Может да, а может нет.

— До нового задания?

— Почти, — уклончиво ответил Лайт и сменил тему: — Ты так еще и не рассказала, как жила все эти дни. Два с лишним цикла. Ведь кроме нашего совместного прошлого и того, что теперь ты послушница храма Инметау, мне о тебе ничего не известно. — Он посмотрел на девушку, которая, под действием его взгляда, тут же отвернулась.

— Моя жизнь мало чем была примечательна за это время, — ответила она.

— Но не со скуки же ты решила стать Посвященной, — заметил Рик. — Тем более что одного желания, как я знаю, здесь мало. Тебе кто-то предложил так поступить?

— Я уже об этом говорила, — уклончиво ответила Аулера, но Лайта ее слова явно не удовлетворили.

— Насколько мне известно, в Совет могут вступить только избранные… — Рик замолчал, увидев промелькнувшую на губах девушки ироничную улыбку.

— Ты правильно заметил: в Совет вступают только избранные. Избранные свыше. Однако это не значит, что все Посвященные входят в Совет, хотя на Арсарнарсе многие так привыкли считать. На самом деле избранных только четверо Верховных жрецов из Главного храма. Они и являются Советом Посвященных.

— А остальные? Не может же Арсарнарсом управлять только четверо жрецов, — возразил Рик.

— Могут, если они выполняют волю Высших. Остальные Посвященные являются только исполнителями указов Четырех Верховных жрецов. Хотя… — Аулера отвела взгляд, — я слышала, что по приданию должен быть еще Пятый…

— Пятый?..

— Да. Я читала в криптограммах храма Инметау о Пятом Посреднике, который непосредственно связан с Высшими…

— Да все это сказки жрецов, — отмахнулся Рик. — Они всегда любили все мистифицировать, чтобы забивать мозги простым людям и держать их под контролем. Ведь никто точно не может утверждать, что видел Высших.

— А кто видел, то об этом не скажет, — каким-то странным тоном ответила Аулера. — Но это не означает, что они не существуют.

— Пусть так, — согласился Рик, вставая со скамейки. — Только я не поверю в их существование, пока воочию их не увижу.

— Не искушай судьбу, — заметила Аулера, тоже поднявшись. — Кто знает, что может еще произойти…

Она замолчала, так как неожиданно к ним подбежал взволнованный Редор.

— Что случилось? — первым спросил его Лайт. Он знал, что воин без причины никогда не оставит свой пост на «Бетельгейзе».

— Лаурез, — выдохнул тот и добавил: — Рилайэри, ты должен срочно вернуться в усадьбу. Боюсь, у старпома большие неприятности.

— Хорошо. Я сейчас иду, — ответил Лайт и посмотрел на обеспокоенную Аулеру. — Я вынужден тебя оставить. Может, еще увидимся.

— Позволь пойти с вами. — попросила Аулера. — Ведь мы были одной командой…

— Ладно, идем, — удивительно легко согласился Лайт, после чего все трое покинули гидропарк.

***

По дороге Редор кратко изложил все произошедшее с Лаурезом:

— В особняке нас осталось пятеро из команды. Остальные все были на празднике в гидропарке. Около получаса назад Лаурез вернулся с парка какой-то угрюмый. Ничего не говоря, он закрылся в своей комнате. Потом он позвал дежурного Аресана и приказал принести ему ящик таринского заринса, сказав, что разогреет его сам. Не знаю, что потом произошло, но через десять минут, когда Лаурез с бутылкой заринса вышел из дома, он… как это сказать?.. Словом, был похож на тех ребят в кафе Грост-Эсора после хорошей попойки.

— Заринс никогда не производит такого действия, — возразил Рик.

— Я знаю, но… В общем, худшее случилось позже. В этот момент пришел Зарнаурис с ребятами из военной школы. Старые друзья. Их было семеро. Лаурез угостил их заринсом, после чего они все стали выглядеть «навеселе». Потом они о чем-то спорили, и тогда Лаурез заявил, что собирается восстать против Посвященных.

— Что?!. — В глазах Лайта беспокойство смешалось с недоверием. — Не может быть… — Он бросил быстрый взгляд на испуганную Аулеру.

— Я сам слышал, — возразил Редор. — Он сказал, что жрецы не имеют права принудительно привлекать в свои ряды свободных людей.

— Принудительно? — Лайт нахмурился и посмотрел на девушку. — О чем ты разговаривала с Лаурезом?

Аулера пожала плечами.

— Да ни о чем таком. Просто сказала… что собираюсь стать Посвященной, а он… — она бросила быстрый взгляд на Редора, а потом добавила: — Кажется, он не хотел, чтобы я стала служительницей в храме…

— Кто знает, что еще могло взбрести ему в голову, — пробормотал Рик. — Нужно поторопиться, пока он не совершил глупость… — Лайт замолчал, так как они подошли к фигурным воротам во двор особняка Рилайэри, где четверо воинов с «Бетельгейзе» пытались корректно утихомирить восьмерых ошалевших арсарнарсиан. Те упорно прорывались к улице.

— Только этого не хватало. — Рик быстро поспешил к сопротивлявшимся бетельгейзийцам, которые уже начинали уступать позиции. — Лаурез, что здесь происходит?

— А, Рилайэри… — Расхлестанный и взъерошенный старпом облокотился на плечо одного из подчиненных. — Бунт на корабле! — Он толкнул преграждавшего ему дорогу воина, но тот не отступил. — Нас не выпускают со двора!

Остальные «весельчаки» из военной школы немного поутихли, чувствуя, как их начинала смаривать усталость. Они неумело пытались утолить жажду из больших бутылок с этикетками таринского производства.

— Я спрашиваю, что ты здесь устроил? — Лайт отобрал у Лауреза его напиток.

— Да это заринс. Я взял его на борту…

Лайт нюхнул содержимое бутылки и недовольно нахмурился.

— Таурианское вино?

— Ви-ви-но-о?.. — с трудом ворочая языком, промямлил Лаурез. Однако Рик не удостоил его ответом. Он кивнул своим людям на едва державшихся на ногах арсарнарсиан.

— Отведите их в дом. Еще не хватало, чтобы обо всем узнал Совет. — И Лайт, взяв Лауреза за шиворот, поволок его к зданию.

***

— Никогда не видела, чтобы какой-то напиток мог так воздействовать на людей, — заметила Аулера, когда вместе с Лайтом снова вышла на крыльцо.

— Нам еще повезло, что это было всего лишь таурианское вино. Не пойму, как оно оказалось в бутылках из-под заринса, безобидного тонизирующего напитка. И Лаурез… он всегда дисциплинирован…

— Он спит? — спросила Аулера с каким-то легким оттенком в голосе.

— Да, как и все. Мы еще вовремя пришли, иначе если бы сюда заявились Посвященные… — Он осекся, заметив вошедшего во двор человека в серебристо-сером костюме представителя исполнительной службы Совета Посвященных.

— У нас осложнения, — произнесла Аулера, тоже увидев пришельца.

— Похоже. — В глазах Лайта промелькнула настороженность, однако внешне он оставался невозмутим.

— Смотрю, здесь было весело. — Незнакомец обвел взглядом еще не прибранный беспорядок после недавней оргии приятелей из военной школы.

Лайт внимательно посмотрел на служащего и не без удивления заметил, что пришелец был не арсарнарсианин.

— Теодоро, — ответил незнакомец на взгляд Рилайэри. Аулера невольно переменилась в лице при звуках этого имени. Она машинально сделала шаг в сторону, зайдя за спину бетельгейзийца.

Лайт нахмурился, посмотрев в зрелое (45-50 лет) невозмутимое лицо человека со светлыми серыми глазами.

— Землянин?..

— По происхождению. Теодоро Лилейс из Соннисити. — Пришелец небрежным жестом поднял с земли пустую бутылку и посмотрел на этикетку. — Таринский заринс. Хм, а на запах — таурианское вино позапрошлого века. Высшего качества. Из Танарса.

— Это… оно попало сюда по ошибке, — попытался объяснить Рик.

— И по ошибке было опустошено. — На лице землянина промелькнула жесткая усмешка.

— Хорошо, согласен. Я совершил оплошность, доставив этот напиток сюда…

— Ты даже не знал о спиртном, — остановил Лайта Теодоро и внезапно спросил: — А где Лаурез?

— Он… отсыпается. Но он не виноват, так как тоже не знал о содержимом бутылок…

— Что не помешало ему поглотить напиток и споить семерых алатарцев, — в голосе землянина промелькнула сталь. Он отбросил бутылку и добавил спокойным тоном: — Лаурез должен явиться в зал Совета сразу же, как проспится.

— Он будет наказан? — прямо спросил Лайт.

— Это решит Совет, — коротко ответил землянин и, как бы о чем-то вспомнив, добавил: — Кстати, тебя тоже там ждут. Совет назначает тебя на новую должность.

— Новую? — насторожился Рик.

— Теперь ты будешь Главнокомандующим Космообороны системы Аэрин.

В глазах Лайта промелькнуло беспокойство.

— Значит, тогда я не смогу бывать во Внешнем мире…

— Совет считает твою миссию во Внешнем мире завершенной.

Глаза Лайта гневно сузились. Однако он ничего не ответил, и служащий продолжил:

— Явитесь в Зал Советов завтра на рассвете. Аулера, — он посмотрел на девушку, — придешь вместе с ними.

Арсарнарсианка покорно опустила голову, ответив:

— Да, Великий Алориу.

— Алориу?.. — В глазах Лайта появилось непонимание. Он посмотрел на служащего, который едва заметно улыбнулся и надел знакомую серебристую маску. В то же время на его плечах материализовалась мантия жреца.

— Увидимся в Зале Советов, — коротко произнес Алориу и бесследно исчез, растворившись в воздухе легким искрящимся шлейфом астральной проекции.

Лайт нахмурился.

— Получается, что жрец Алориу — землянин Теодоро Лилейс?.. — Он посмотрел на Аулеру, лицо которой еще не покинула легкая бледность. Девушка в ответ молча кивнула.

— И он — один из Четырех, — добавила Аулера.

— Жрец из Совета?!. Землянин?

— Я не знаю, почему так произошло и когда. Но мне известно одно — он Верховный жрец храма Инметау и представитель Совета.

— И он сагитировал тебя стать Посвященной. Довольно странное внимание столь высокопоставленного лица к простой арсарнарсианке.

Аулера ничего не ответила, так как сама не раз задавала себе этот же вопрос. Единственное, что она могла сказать, что «так было угодно Высшим».

— Теодоро Лилейс, — медленно произнес Рик. — Это имя мне кажется знакомым… — Он нахмурился, пытаясь что-то вспомнить. — Лилейс… земная фамилия. И я ее встречал… недавно. — И тут его осенило: — Диана Лилейс.

Это имя со свадебной фотографии он прочел на вилле «Рэдроз».

А если жрец Алориу и эта неизвестная землянка имели между собой что-то общее?.. Конечно, фамилия могла быть обычным совпадением, но…

В памяти Лайта всплыло изображение звездного символа Инметау, который он увидел на дверях рэдрозианского особняка.

Рик обратил внимание к арсарнарсианке.

— Аулера, ты собиралась стать Посвященной, значит должна знать историю религии Арсарнарса.

— Каждая послушница ее знает.

— Тогда скажи, не было ли в ней чего-то необычного? К примеру, происхождения звездных знаков.

Брюнетка неопределенно пожала плечами.

— Наша религия уже тысячи лет незыблема. А если перемены и происходили, то о них нигде ничего не упоминается. Детали могут знать только Четверо Верховных жрецов, — ответила девушка.

— Предлагаешь обратиться к Алориу? — не очень-то любезно спросил Лайт.

— Но он знает многое…

— Возможно… Хоть это и странно. — Рик решительно вздохнул. — Ладно, сейчас не это главное. — Он посмотрел в сторону входных ворот. — Лаурез заварил немалую кашу. Боюсь, теперь мы точно влипли.

— Влипли? — не поняла девушка.

— Попали в затруднительную ситуацию, — разъяснил Рик. — Даже более чем затруднительную.

— Не вижу здесь ничего затруднительного. Нужно просто исполнить волю Совета Посвященных, — сказала девушка. — Конечно, Лаурез провинился, но скорей всего, к нему не отнесутся очень строго. И лишнее доказательство милости Совета — это твое повышение.

— Гм, которое, мне кажется, больше похоже на опалу, — возразил Лайт. — Поэтому я считаю, что «Бетельгейзе» пора вернуться во Внешний мир.

— Без разрешения Совета? — ужаснулась Аулера.

— Другого выхода нет. Лауреза нельзя здесь оставить. Совет не прощает ошибок. Да и я не желаю, чтобы кто-то распоряжался моей судьбой.

— Даже, если это Высшие? — спросила Аулера.

Лайт посмотрел на девушку и ровным голосом произнес:

— Совет Посвященных — это не Высшие.

— Но они выполняют их волю, — упрямо возразила Аулера.

Рик ничего не ответил, лишь коротко указал:

— Разбуди Лауреза, а я соберу экипаж. — Он первым направился в дом.

***

Пока Лайт вместе с Редором собирали по городу экипаж «Бетельгейзе», Аулера пыталась растормошить спящего Лауреза. Хотя как послушница храма, которая готовилась стать Посвященной, она немедленно должна была сообщить о планах Рилайэри Верховному жрецу Алориу. Однако чувство привязанности и старой дружбы заставляло ее действовать по зову сердца и вопреки закону. Поэтому сейчас, одолеваемая страхом, девушка как можно скорей пыталась привести арсарнарсианина в чувство.

— Ну, вставай же! — дергала она парня за плечо. Тот сонно ворчал и нехотя от нее отмахивался. — Лаурез, вставай!

Видя, что все ее усилия были напрасны (старпом «Бетельгейзе» спокойно продолжал посапывать, развалившись на зависшей в воздухе круглой тахте), девушка осмотрелась по сторонам в поисках более действенного средства. На глаза ей попался стоявший на столе кувшин. Аулера схватила его в руки и плеснула содержимое в лицо бетельгейзийца.

Этот душ немного освежил Лауреза. Он, нехотя пошевелил головой и открыл подернутые мутной пеленой глаза.

— Вставай, скорее! — Девушка потянула его за руку, пытаясь поднять с дивана.

Все еще не отрезвевший арсарнарсианин что-то невнятно пробормотал и, глупо улыбнувшись, потянул брюнетку к себе. Аулера тихо вскрикнула, потеряв равновесие, и рухнула на диван. А спустя мгновение, за которое она даже не успела опомниться, арсарнарсианка ощутила, как ее сковали сильные руки.

— О, моя богиня…

Лаурез склонился над девушкой, но тут же две звонкие пощечины его мгновенно отрезвили. Бетельгейзиец встряхнул головой и, узнав брюнетку, тут же отпрянул от нее.

— Аулера?.. — Он явно был сконфужен, но хмель уже как рукой сняло. Он быстро встал с дивана и помог подняться девушке.

— Лаурез, ты просто невыносим! — со сдержанным гневом в голосе зашипела на него арсарнарсианка. Она поправила одежду и растрепавшуюся прическу.

— Прошу прощения, Аулера. Я… не знаю, что на меня нашло… — Старпом покорно опустил голову.

— Завтра утром Совет поможет тебе в этом разобраться.

Аулера отвернулась, пытаясь совладать с собой. Она даже не успела понять, что же с ней произошло. Только чувствовала оставшийся в душе непонятный осадок головокружительного ощущения.

— Ты сказала Совет?.. — насторожился Лаурез. Он полил голову остатками воды из кувшина, пытаясь разогнать последние симптомы хмеля.

— Приходил Алориу и сообщил, что завтра на рассвете Совет ждет нас всех троих.

— Троих?

— Да, тебя, меня и Рилайэри, — уже более спокойно ответила Аулера.

— Но… почему троих?

— Рилайэри повышают в должности. Он будет Главнокомандующим Космообороны системы Аэрин. Меня… не знаю, наверное пришло время стать Посвященной. А ты… Совет не доволен твоим проступком. Так что поторопись, Рилайэри ждет тебя на борту корабля.

— Он собирается на «Бетельгейзе» лететь к Ратуше?.. — все еще недопонимал старпом.

— Нет, он собирается покинуть Арсарнарс.

— Понятно. — Лаурез встряхнул прилипшими к вискам мокрыми прядями волос и, наконец окончательно придя в себя, направился к выходу. Но сделав шаг, он снова остановился, его голубые с серебристыми зрачками глаза встретились со взглядом арсарнарсианки.

— Может… мы больше не увидимся… никогда. Могу я надеяться на прощение за… только что произошедшее?.. — неуверенно спросил он.

— Я прощаю тебя. Только поторопись, — ответила девушка.

Глаза Лауреза блеснули.

— Слушаюсь, моя госпожа. — И он быстро направился к двери.

На пороге Лаурез снова приостановился, намереваясь еще что-то сказать, но передумал и вышел из комнаты, оставив арсарнарсианку одну с ее мыслями и незнакомыми волнующими чувствами.