Постепенно Актиарская долина с ее унылым рельефом перешла в гряду Асфоуртовых гор, и вскоре у горизонта появился мыс Эолент, с нависшей над морем серебристо-серой скалой Ония-Аур.

Рианн внимательно изучала раскинувшийся перед ней пейзаж и не могла избавиться от странной мысли, что она где-то его уже видела.

Скользивший над высокими хребтами «Альфар» сбавил скорость и плавно опустился на небольшую площадку, сплошь окруженную поросшими чахлой растительностью скалами. Единственной дорогой из этого каменного котла была узкая расщелина, в которую свободно мог пройти рослый человек.

АРЭС-Альтауэт первым вышел из салона и, осмотревшись по сторонам, указал девушке следовать за ним. Рэдрозиане оставили «Альфар» на площадке, а сами направились во мрак узкой расщелины. Некоторое время они молча шли по извилистой каменистой тропе. В тусклых лучах света, пробивавшихся в ущелье сверху, матово поблескивала шершавая поверхность отливавших перламутром серых скал. Шаги альтауэтов многоголосым эхом отражались от каменных стен и постепенно рассеивались в высоте. Но вскоре к этим монотонным звукам стал примешиваться еще один, похожий на шум морского прибоя. За поворотом скалы внезапно раскрылся голубой простор, весь сверкавший в золотых лучах Альфара-Тауэта.

Дальше тропа, извиваясь, начинала круто спускаться вниз. Приходилось быть крайне осторожными, ступая по осыпающимся камням. Конечно, в данной ситуации проще было бы применить крылья, но Арроу не стал перевоплощаться, и Рианн, не желая отступать перед трудностями, настойчиво продолжала следовать за ари-дором, так и не прибегнув к энергоформе.

Шум близкого прибоя и шорох осыпавшихся камней невольно напомнили Арроу забытый случай в горах Космоцентра, когда они с Джой Лилейс спускались подобным склоном. Коротко взглянув на Рианн, АРЭС-Альтауэт понял, что в памяти девушки данная информация отсутствовала.

Вскоре крутая тропа перешла в темный туннель, но вот уже и он остался позади, резко оборвавшись просторным гротом. Он озарялся тусклым лучом света, что пробивался из узкого отверстия в высоком потолке. Дно пещеры было затоплено водой, и на ее поверхности выступала лишь неширокая каменная дорожка-мостик. Она заканчивалась просторной площадкой перед входом в новый коридор.

— Мы почти пришли, — прокомментировал Арроу, направляясь к зияющему черному проему.

— Но это не тот вход... — внезапно вырвалось у Рианн.

АРЭС-Альтауэт обернулся к девушке и внимательно посмотрел ей в глаза.

— Какой вход?

На лице Рианн появилось выражение неуверенности.

— Не знаю... Но мне кажется, что я уже где-то видела эти горы, пещеру... но вход был другим.

— В долине возле небольшого водопада? — Арроу скорее утверждал, чем спрашивал.

— Да, верно...

— Ты когда-нибудь была в Асфоуртовых горах?

— Никогда. Но мне кажется, я уже видела эту местность. Может во сне? — предположила девушка.

— Во сне? — Арроу нахмурился. — Что это был за сон?

Рианн покачала головой.

— Я не помню. Может со временем...

Рэдрозианин отвернулся.

— Идем. — Он вошел в пещеру, и ЭЛДЖЕЙ, бросив вокруг короткий взгляд, последовала за ним.

Во мраке каменного туннеля внезапно вспыхнул призрачный голубоватый свет, альтауэты увидели перед собой погруженный в туманный полумрак очередной коридор. Несколько минут они шли по наклонной плоскости навстречу сгущающемуся туману. По мере приближения альтауэтов, мгла плавно рассеивалась, чтобы вновь сгуститься уже позади. И снова Рианн показалась знакомой окружавшая их обстановка: плотный туман, длинный коридор и даже... смутная фигура, шедшая впереди нее. Девушка невольно остановилась, пытаясь вспомнить детали, но ответ так же неуловимо ускользал, как и тогда, разрушенном Актиаре. В памяти Рианн остались только неясные детали невидимой тени. Этот полустертый след ее прошлого еще больше тревожил сознание, как если бы он полностью отсутствовал. В конце концов, отбросив бесполезную попытку поиска забытых воспоминаний, рэдрозианка бегом бросилась догонять скрывшегося в тумане Арроу.

Тем временем перед АРЭС-Альтауэтом густая пелена плавно исчезла, и он оказался в знакомом просторном гроте, залитом радужным светом, что струился от небольшого озерца. На противоположной стороне от дымящегося бассейна, в причудливых шлейфах переливчатого тумана, возвышалась худая фигура седовласого старца в белой, почти как у жрецов длинной одежде. Его бесцветные, но не лишенные проницательности глаза остановились на лице альтауэта.

— Я ждал тебя, Арроу, — наконец первым заговорил отшельник. — Но я не вижу с тобой шеритты.

Арроу нахмурился и обернулся назад.

— Она только что шла за мной...

Он остановился, так как из тумана выскочила девушка. Ее взгляд, скользнув по гроту, замер на фигуре О-Таро.

При виде Рианн, лицо отшельника мгновенно преобразилось, а в потускневших от времени зрачках блеснул живой огонек.

— Приветствую тебя, моя шеритта, — с почтением произнес он.

В глазах девушки промелькнуло недоумение.

— Шеритта?.. — повторила она.

— Он имеет в виду твое происхождение, — тихо пояснил Арроу. — Ведь ты — наследница Расен-Тэ, шерата Актиара.

Но взгляд девушки не прояснился.

— Расен-Тэ... — Рианн наморщила лоб. Что-то ей было знакомо в этом имени, вызывая смутные воспоминания. Но суть по-прежнему терялась в тумане.

«Значит, не только мое имя вычеркнуто из ее памяти», — предположил Арроу и произнес, обращаясь к отшельнику:

— Она попала под воздействие излучения Иксванзета.

Отшельник коротко кивнул.

— Я знаю.

Арроу нисколько это не удивило. О-Таро был связан с Высшими силами Рэдроза (правда, непонятно каким образом), и если раньше АРЭС-Альтауэт относился к этому со скептицизмом, то теперь воспринимал все как обычную действительность.

— Иксванзет будет стремиться вас уничтожить... — начал отшельник.

— Понятно, что ему мешаю я. Но причем здесь Рианн? — прервал его Арроу.

— В ней — ключ к разгадке нового оружия против эч-гурского чудовища.

— Ключ?.. — Арроу недоуменно нахмурился. — Что же это за оружие?

О-Таро пожал плечами.

— Этого не знаю даже я, хоть и был всегда непосредственно связан с Высшими. Но, чтобы спасти планету, мы должны разгадать эту тайну.

Арроу задумался.

— Выходит, что мое путешествие в другую галактику не было случайным?

— Вполне вероятно, — уклончиво согласился О-Таро и добавил: — Я служу посредником между Высшими и людьми вот уже более трех тысяч лет, но во все тайны Верхнего мира не посвящен...

— Три тысячи лет? — переспросил Арроу, и в его глазах промелькнуло недоверие.

Рианн тоже с любопытством посмотрела на отшельника. Его внешний вид хоть и был довольно потрепан долгими годами жизни, но далеко не соответствовал столь длительному временному отрезку.

— Да, я живу со времен Древней Ауриды, — подтвердил отшельник. — И когда-то был Верховным жрецом Тареноресом в храме Альциоры. А также близким другом семьи шерата Расен-Тэ. Вашего великого предка, моя шеритта. — О-Таро почтительно слегка склонил голову в направлении девушки.

Лицо Рианн не изменилось. До ее сознания не доходил истинный смысл сказанного отшельником. Все его слова, точно на компьютер записывались в памяти, не возбуждая никаких других участков мозга. Рианн вообще мало что осознавала из происходящего.

— Как же вам удалось дожить до наших дней? — спросил Арроу. — Мне казалось, что жизненный срок рэдрозиан, хоть и больше, чем у жителей других планет, но все же отнюдь не три тысячи местных лет.

— А кто может указать точную продолжительность жизни? — вопросом ответил О-Таро. — Кто скажет, почему одни живут столетия, а другие всего несколько десятков, вне зависимости от физического здоровья? — Отшельник на минуту замолчал, а потом вновь продолжил: — Я и сам не знаю, почему я еще существую. Может потому, что моя миссия не окончена. — О-Таро подошел к бассейну и задумчиво посмотрел на бурлящую жидкость. — Несколько раз моя душа уже готова была распрощаться с телом... — Его взгляд стал отсутствующим. — Впервые это произошло три тысячи лет назад, когда на Актиар напали эч-гуры шерата Гериз-Ра и уничтожили город вместе со всей цивилизацией Ауриды. Я до сих пор в ночных кошмарах вижу этот день... — Глаза О-Таро приобрели новое выражение, а в потемневших зрачках, точно давно минувшие годы, отразились радужные воды бассейна. Отшельник погрузился в воспоминания: — В тот вечер я возвращался в храм Альциоры из лаборатории Линеа, великого ученого Актиара. Как сейчас помню тот тихий вечер, который розовым покрывалом опускался над городом, окрашивая шпили башен в пурпурные тона...

Рианн подумала, что из отшельника получился бы неплохой поэт. Видимо, он очень любил свой город и, спустя тысячелетия, воспоминания о разыгравшейся трагедии продолжали причинять ему боль. Несколько секунд О-Таро молчал, а потом медленно продолжил свой рассказ:

— Все началось так внезапно, что многие жители не успели опомниться, как их настигала смерть. В одно мгновенье небо стало черным от огромного количества вражеских кораблей, и воздух потрясла целая серия мощных взрывов. Они превратили в руины дома улиц и погребли под обломками ничего не подозревавших мирных жителей. За секунду прекрасный тихий вечер превратился в пылающий ужас. Актиарцы мужественно сражались за свой город в одних рядах с солдатами гарнизона, но эч-гуров было слишком много...

Постепенно рассказ отшельника все больше увлекал Рианн, и ее воображение начинало рисовать картины давно минувшей катастрофы, под пеплом которой была погребена целая цивилизация рэдрозиан. Как и тогда, в потайном кабинете Расен-Тэ, перед ее взором пронеслись пылавшие дома, сражавшиеся насмерть воины, убегавшие, точно загнанные лани, женщины с детьми на руках. И над всем этим хаосом раздавались стоны и крики о помощи...

Среди полуразрушенных зданий, появилась фигура в черном плаще, из-под которого выбивалась белая мантия жреца. Неожиданная вспышка от взрыва осветила мужественное молодое лицо священника. Внешне оно казалось спокойным, но в светлых глазах застыло выражение гнева и боли. Бросив быстрый взгляд на пылавшую соседнюю постройку, возле которой бегали эч-гуры, актиарец быстро направился в один из узких переулков и скрылся в сгущавшихся сумерках.

О-Таро (или Верховный жрец храма Альциоры Таренорес) торопливо продвигался среди опустошенных домов, когда внезапно его остановил женский крик, зовущий на помощь. Недолго размышляя, рэдрозианин тут же бросился на зов.

На втором этаже в разгромленной комнате тщетно пыталась отбиться от окруживших ее четверых эч-гуров молодая женщина. Ее золотистые с розоватым оттенком волосы беспорядочно разметались по плечам, прилипнув к мокрым от слез щекам. Рядом, чуть в стороне лежало тело убитого мужчины. Он явно был мужем девушки.

— А эта актиарская девчонка ничего, хоть и со звездным знаком Альциоры, — с ехидством заметил один из эч-гуров, старший из группы захватчиков. — Узнаем-ка ее поближе. — Он грубо встряхнул перепуганную блондинку. — Но ты, хватит ломаться, а то отправишься вслед за своим муженьком.

— Отпустите меня. Я с вами разных знаков... — пролепетала чуть живая девушка.

— Крошка, нам не нужна твоя душа, а лишь только прекрасное тело, которому мы найдем применение, — хрипло рассмеялся предводитель, и в ответ ему раздался хохот его товарищей. — Но учти, — снова добавил эч-гур, грубо заломив девушке голову, — будешь злить меня, я превращу твою смерть в долгую мучительную агонию. Так что лучше будь покорной.

Рэдрозианка закусила губу, сдерживая слезы.

— Так-то, дорогуша, — осклабился главарь. — Я знал, что ты понятливая. А теперь послужи утехой для непобедимых воинов армии Великого Гериз-Ра.

Эч-гур жестом приказал своим людям отойти на шаг назад и посмотрел на притихшую жертву в своих руках.

— Смазливая девчонка. — Он наклонился к лицу блондинки, но тут же снова выпрямился и резко обернулся назад. В это мгновенье сквозь закрытые двери в комнату просочилось светящееся облако, которое тут же приняло форму человека.

— Отпусти девушку, — холодно приказал эч-гуру пришелец.

Захватчик оскалился.

— Посмотрите, кто к нам пришел. Святоша Таренорес! Слуга жалкой богини собственной персоной!

Эч-гур грубо отбросил девушку и жестом указал своим людям на жреца.

— Схватите его! Посвятим его в истинную веру!

Трое захватчиков вытянули мечи и направились к О-Таро. Они напали одновременно, но тут же потерпели поражение: один из них рухнул с рассеченной грудью, а два других были отброшены назад. Несмотря на широкую длинную одежду, жрец двигался на удивление проворно, и эч-гуры поняли, что недооценили противника.

Командир захватчиков, видя, что дело обернулось не так, как он ожидал, оставил девушку и бросился помогать своим товарищам.

В комнате завязался ожесточенный бой. Став спиной к стене, Таренорес ловко парировал удары. В то же время, когда удерживать яростный натиск врага становилось трудно, он внезапно быстро исчезал, растворяясь за каменной преградой. Затем он появлялся с другой позиции и наносил по опешившему противнику неожиданный удар.

Из-за частых перевоплощений Таренореса (эту утраченную с веками способность в древности имели только рэдрозиане касты правителей и жрецов), эч-гурам было трудно справиться с оппонентом, хоть они и превышали его по численности. Удары жреца, казалось, сыпались со всех сторон, истребляя противника и, в конце концов, из эч-гуров в живых остался один командир группы захватчиков. Стоя посреди комнаты, подальше от стен, он настороженно ожидал очередной атаки. Но ничто не нарушало воцарившейся мертвой тишины. Даже девушка, и та затихла, забившись в угол.

— Выходи и дерись честно, а не прячься, как трус! — закричал эч-гур. — Разве обман достоин чести жреца из Актиара?

Лишь только эхо последних слов затихло в воздухе, в комнате появился светящийся сгусток, принявший облик О-Таро. В его руках блеснуло лезвие меча, а в светлых глазах зажегся решительный огонь. Секунду противники меряли друг друга взглядами, а потом скрестили оружие. Несколько минут они молча сражались в тесной комнате, не желая ни в чем один другому уступать. Потом, внезапно изловчившись, эч-гур нанес удар и рассек на плече жреца мантию. На белой одежде заалели пятна крови, которые, посеребрившись, тут же исчезли. Перекинув меч в другую руку, Таренорес отразил следующую атаку противника и, сделав неожиданный выпад, поразил эч-гура вбок. Захватчик медленно осел на пол, держась руками за рану.

— Что ж, твоя взяла, — прохрипел он. — Но этот город и вся Аурида обречены. Вы станете пеплом, и даже потомки не будут о вас помнить. Иксванзет победит... — последнее слово захлебнулось в предсмертном вздохе.

О-Таро спрятал меч.

— Пусть смерть очистит твою душу, — произнес он голосом священника, отпускавшего грехи умершего, — и рассеет ее во мраке небытия.

Потом он обернулся к перепуганной актиарке. С ее губ слетел вздох облегчения, когда она увидела, что эч-гуры были побеждены. Выбравшись из своего убежища — массивного стола, она преклонила колени перед жрецом, беспорядочно твердя слова благодарности.

— Встань, дитя мое. — Таренорес поднял девушку. — Все уже позади.

Он посмотрел в окно, где на горизонте разгоралось зарево пожара.

— Храм Альциоры...

На лице жреца появилось беспокойство. Он быстро направился к двери, но внезапно остановился и посмотрел на девушку. С ней нужно было что-то делать. Взять с собой? Нет, это опасно. Кругом было полно эч-гуров.

— Как твое имя, дитя? — спросил Таренорес.

— Наурис, — робко ответила девушка.

— Значит так, Наурис, спускайся в подвал и никуда не уходи до моего возвращения.

Девушка кивнула.

О-Таро проводил ее в подземную комнату дома. Оглянув прочные стены, он отметил, что даже если весь дом взлетит на воздух, подвал уцелеет. А эч-гуры девушку здесь не найдут.

— Жди меня.

И он ушел, торопясь к храму Альциоры. Он не помнил, как миновал пылающие улицы и выбежал на Центральную площадь рядом с дворцом шерата. Отовсюду доносились крики людей, среди которых все явственней звучала весть, как громом поразившая Верховного жреца: шерат Актиара убит.

Оставив площадь, Таренорес бросился к расположенному за дворцовым садом храму Альциоры, окруженному заревом пожара. Он еще был цел, но его со всех сторон оккупировали эч-гуры, пытаясь сломить последнее сопротивление актиарцев, укрывшихся в святой обители.

На душе О-Таро немного полегчало: они еще не сдались. Однако то, что произошло в следующую секунду, ужасом парализовало волю священника. В небе над храмом внезапно вспыхнуло светящееся серое облако, что плавно материализовалось в многолапую темную массу. Над городом пронесся громогласный хохот, от которого вздрогнули стены ближайших домов. Эч-гуры как по команде быстро оставили свои позиции, отойдя на несколько десятков метров назад, и тут же весь храм, вместе с оборонявшимися в нем актиарцами, взорвался.

Таренореса оглушило ударной волной. Но было ли то последствие взрыва?

Жреца с невероятной силой отбросило к стене, грунт под его ногами задрожал, и Таренорес в ужасе увидел, как здание над его головой, треща и ломаясь, точно карточный домик, рухнуло вниз...

— Лишь благодаря чуду я остался жив. По-другому мое неожиданное спасение объяснить нельзя, — говорил О-Таро. — Я очнулся под завалом, когда уже все было кончено. Эч-гуры покинули город, превратив его в руины. Из всех жителей в живых я остался один.

— А как же та девушка? Наурис? — спросила Рианн. — Вы ее потом нашли?

— Да, я вернулся в тот дом, где ее оставил и нашел ее на месте. Но она была мертва.

— Ее убили эч-гуры?

— Нет. Двери были заперты, и на девушке отсутствовали следы насилия. — Таренорес на мгновенье замолчал, а потом добавил: — Нет, она погибла не от рук эч-гуров.

В глазах Рианн промелькнуло непонимание, в то время как взгляд Арроу помрачнел. Он понял, что имел в виду отшельник.

— Людей со звездным знаком Альциоры уничтожил не Гериз-Ра со своей армией эч-гуров, а Иксванзет, — внезапно заключил О-Таро и, меняя тему, произнес: — Следуйте за мной.

С этими словами он подошел к стене и провел над ней рукой. Каменная плита отошла в сторону, открыв наполненный белесым туманом проем. Дав знак альтауэтам, отшельник вошел в туннель и исчез в причудливых шлейфах. За ним последовал Арроу, а затем и Рианн покинула залитый радужным светом грот.