ВЭИ — Военно-экспериментальный институт Джендара находился глубоко в горах, к юго-западу от Тзентерса.

Рианн ожидала Дэроса на широком, окруженном силовым полем дворе и от нечего делать рассматривала возвышавшийся перед ней огромный серебристый конус Первого корпуса. На гладкой поверхности нельзя было разглядеть ни окон, ни дверей.

Именно это здание Лилейс видела во сне, когда была в городе вождя Арна.

Много лет назад, с целью стать альтауэтом, сюда пришел Арроу. Теперь, с тем же самым намерением, перед этим зданием стояла Рианн.

— Пойдем, — сказал Дэрос, приблизившись к девушке. — Джендар сейчас в своем кабинете.

Массивная гладкая плита с легким гудением отошла в сторону, и шерат Тзентерса вместе со своей спутницей вошел в ярко освещенное голубоватым светом большое помещение с низким потолком. Здесь находилось много людей в серебристо-серых военных комбинезонах армии ари-доров и в белых спецовках работников института. Каждый был занят своим делом и на новоприбывших никто не обращал внимания. Разве что только коренастый служащий в белом халате.

— Джендар ждет тебя, Великий шерат, — он почтительно поклонился. — Прошу следовать за мной.

Все трое поднялись на прозрачной платформе-лифте на пятый этаж здания. Некоторое время они шли по длинному коридору с белыми стенами и светящимся молочно-фиолетовым светом потолком. Затем рэдрозиане остановились перед голубыми дверями кабинета владельца института.

— Саунор, отведи Рианн в комнату ожиданий, — обратился шерат к служащему. — Пусть она побудет там, пока я поговорю с Джендаром.

Рэдрозианин в белом халате кивнул и пригласил девушку в соседнее помещение, а Дэрос вошел в кабинет Джендара.

— Мой шерат. — Директор экспериментального института с почтением поклонился. — Чем могу объяснить твой визит?

Дэрос сел в кресло и жестом руки указал Джендару занять свое место.

— У меня к тебе серьезный разговор.

— Если насчет альтауэтов, то мы делаем все возможное. Но для работы не хватает людей.

— Шпионы Джесан-Ра появляются уже в Тзентерсе, — медленно, как бы говоря сам с собой, заметил Дэрос.

— Через два дня мы выпустим новую партию для охраны города.

Правитель Тзентерса кивнул в знак согласия.

— Кстати, я привел тебе добровольца для твоей работы над альтауэтами. Только для нее нужна особая модель...

— Для нее? Ты... хочешь сказать, что это женщина? — Джендар даже вскочил с кресла от неожиданности.

Лицо Дэроса не изменилось.

— Да. Это девушка-рэдрозианка, — спокойно подтвердил он.

Джендар попытался совладать с эмоциями. Он глубоко вздохнул, успокаиваясь, и, наконец заметил:

— Дэрос, ты знаешь обычаи Рэдроза: женщина никогда не должна брать в руки оружие. Какой же с нее воин, а тем более альтауэт... — Его слова прервал внезапно сверкнувший оранжевый луч, разнесший в пыль фигурную статуэтку на столе Джендара.

Владелец института поднял потрясенный взгляд на стоящую в дверях девушку с рэдрозианским бластером в руках. Рианн демонстративно сдула воображаемый дымок со сферического дула оружия и холодно посмотрела на Джендара.

— Готова с вами поспорить, насчет того, какие женщины воины.

Владелец института перевел взгляд с воинственной амазонки на шерата Тзентерса и коротко спросил:

— Это кто?

— Девушка-доброволец, о которой я тебе говорил, — спокойно ответил Дэрос.

— Но это невозможно! Женщина! Оружие!.. — Джендар впервые за всю свою жизнь, в которой его знали, как уравновешенного человека, потерял самообладание.

— В том мире, откуда я пришла, в экстремальных ситуациях, даже женщины берутся за оружие, — заметила Рианн. — И воюют получше мужчин.

Джендар снова посмотрел на Дэроса.

— Ты же сказал, что она — рэдрозианка. — От волнения он даже забыл про надлежащую субординацию, которой обычно придерживался при посторонних людях.

— Поговорим об этом позже. Так ты даешь свое разрешение?

— Но... — Глаза Джендара встретились со взглядом Рианн. Потом он снова посмотрел на шерата и произнес: — Во-первых: я сомневаюсь, чтобы она подошла по физическим данным. Здесь важны не только умение обращаться с оружием. Главное — способности мозга. Это — экспериментальный военный институт, Дэрос, а не школа для девиц.

«Прямо земное выражение», — подумала Рианн и невольно улыбнулась.

— Так для начала можно узнать способности ее мозга. Силу биополя... — заметил шерат.

— И что на это скажет Совет Ари-дории? — внезапно спросил Джендар.

— А им ничего не нужно об этом знать, — спокойно возразил Дэрос. — Пока не нужно. Я сам решу этот вопрос. Отправь Рианн сейчас к Сэнвиту, а мы обсудим с тобой все детали.

— Ну хорошо, — согласился Джендар. — Но если в Совете узнают...

— Ответственность я беру на себя. В случае чего — тебя заставили.

Некоторое время Джендар молча смотрел в светившиеся странным голубым отблеском глаза шерата Тзентерса, а затем, вздохнув, он вызвал Саунора и передал ему свое личное распоряжение для Сэнвита.

— Отведи ее к профессору. Со всеми вопросами обращаться только ко мне.

Служащий кивнул и вывел Рианн из кабинета. Он провел девушку по длинному коридору назад к лифтовой платформе, после чего они спустились на самый нижний уровень в подземные апартаменты профессора Сэнвита. Когда голубоватые двери с тихим шелестом раскрылись, Лилейс предстала перед сидящим на фоне всего белого коренастым мужчиной в больших зеркальных очках в серебристой оправе. Рианн узнала профессора Сэнвита. Он был таким же, как и в ее сне.

— Джендар прислал эту девушку на медосмотр. Вот специальное распоряжение. — Саунор протянул профессору серебристую пластину с указом.

Сэнвит мельком взглянул на запись и поверх очков посмотрел на Рианн. Его ясный голубоватый взгляд встретился с зелеными, как малахит глазами рэдрозианки, и девушка физически ощутила его пронизывающий эффект.

— Саунор, сообщи в лабораторию, чтобы приготовили приборы, — сказал профессор. — И пусть все расходятся. Рабочий день для них на сегодня окончен. Ассистировать будешь ты и Рэн.

Саунор кивнул и пошел выполнять указание.

Когда дверь за ним закрылась, Сэнвит снова обернулся к девушке.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Рианн.

— Редкое имя... Садись в кресло, Рианн, и расскажи мне о себе.

Рэдрозианка опустилась на подвижное сиденье напротив профессора и коротко изложила свою жизнь, умолчав только о знакомстве с Арроу.

Сэнвит молча выслушал ее историю, а потом вновь спросил:

— Почему ты вдруг решила стать альтауэтом?

Рианн посмотрела профессору прямо в глаза. Ее взгляд мог бы взволновать любого.

— Я хочу хоть чем-то быть полезной в борьбе против эч-гуров. А этот способ показался мне наилучшим.

— Хм, странно. Впервые слышу подобный ответ. А тебе известно, что альтауэтам запрещается создавать семьи? Ведь это, по существу, уже не люди. Оружие Военной Лиги. Полуроботы.

— Я знаю об этом, — голос Рианн выглядел абсолютно спокойным.

Сэнвит пристально посмотрел в глаза девушки. Он легко мог читать мысли рэдрозиан и покрепче духом, чем выглядела эта хрупкая на вид блондинка, но мозг Рианн оказался укрыт за глухой стеной. Подобный уровень защиты был весьма странным.

Двери кабинета открылись, и Саунор сообщил о готовности лаборатории.

— Все работники ушли. Возле мониторов остался только Рэн.

Сэнвит кивнул и посмотрел на девушку.

— Ну что ж, для начала узнаем твои физические данные. Подойдешь ли ты для этой цели или нет.

В сопровождении профессора и Саунора, Лилейс с замиранием сердца вошла в огромный зал, весь оснащенный современной рэдрозианской техникой. Сэнвит открыл двери одной из кабин.

— Заходи. Это — раздевалка. Оставишь здесь все свои вещи и пройдешь дальше в следующую дверь камеры сканирования.

Рианн кивнула, смело ступив в кабину. Дверь за ней тут же закрылась.

Тем временем, профессор Сэнвит подошел к пульту. Он вынул из стопки гибких серебристых прямоугольников чистую карточку и вставил ее в щель контрольного монитора. На белом табло, над экраном, загорелась розовая лампочка-индикатор — исследуемый объект в камере.

Сэнвит включил аппаратуру. Свет в кабине, где стояла Рианн, внезапно погас, и девушка оказалась в абсолютной темноте. Мягкие невидимые волны заполнили маленькое помещение, пронзая рэдрозианку насквозь. Лилейс ощутила легкое покалывание во всем теле и увидела, как в пространстве замелькали крошечные серебристые искры.

Следя за данными монитора, профессор Сэнвит удивленно вскинул брови.

— Опускайте колпак, — приказал он своим ассистентам.

Рианн ощутила, как что-то невидимое окутало в темноте ее голову, и Лилейс услышала легкое гудение. Девушка почувствовала короткую, но острую боль. Ее мозг стал противостоять потоку агрессивных импульсов, в оправе ее камня Эрио ярко вспыхнул осколок кристалла Арроу.

Профессор Сэнвит все больше хмурился, а с его губ сорвался тихий возглас:

— Невероятно!..

Рэн и Саунор переглянулись. Они еще никогда не видели шефа таким взволнованным.

Сэнвит так был увлечен работой, что не заметил, как в лабораторию вошли Джендар и Дэрос.

Когда осмотр окончился, владелец института спросил:

— Ну, каковы у нее результаты?

Сэнвит дал Рианн сигнал, что она может одеваться, отключил приборы и обернулся к Джендару. Его взгляд тут же остановился на спокойном, с суровыми чертами лице Дэроса. Профессор попытался подняться с кресла, но шерат его остановил:

— Мой визит неофициален, — и поинтересовался: — Так каковы данные Рианн?

Сэнвит вытянул из щели карточку-пластину и, просмотрев на ней информацию, произнес:

— Это невероятно! Физические данные очень высокие для женщины, а сопротивляемость мозга просто потрясающая. Почти, как у модели А́РЭС... — Сэнвит тут же осекся, а лицо Джендара побледнело.

— АРЭС?.. — Дэрос внимательно посмотрел поочередно на обоих мужчин.

— Это... — Сэнвит бросил на владельца института короткий взгляд и добавил: — Это экспериментальная модель, которая, из-за своей непредсказуемости была снята с производства. Она немало доставила нам хлопот...

— А что конкретно с ней произошло? — поинтересовался шерат.

— Из пяти добровольцев в живых остался только один... — сдержанно ответил Джендар. — Его имя ты знаешь...

— Знаю. Что было дальше?

— Дальше? В его системе что-то изменилось, — продолжал профессор. — Мы не можем его контролировать, как других альтауэтов. У остальных имплантируемых объектов системы АРЭС просто сгорел мозг. Где-то мы в данной модели просчитались... И вот у этой девушки обнаруживаются явные признаки системы АРЭС-Альтауэта... — Сэнвит вновь посмотрел на карточку.

Дэрос задумчиво нахмурился.

«Про что-то Арроу умолчал в своем рассказе о Рианн»...

В это время, на ходу расправляя складки платья, из кабины вышла девушка. Заметив странное выражение устремленных на нее глаз, она в нерешительности остановилась.

— Что-то не так? — спросила Рианн. — У моего организма какие-то серьезные недостатки? — В ее глазах промелькнула неподдельная тревога.

«Неужели, — думала она, — все может рухнуть из-за какой-нибудь ерунды»?

— Нет, все в порядке. Ты в отличной форме... — Сэнвит замолчал, вновь посмотрев на серебристую пластину, а потом, покачав головой, тихо повторил: — И все же, это невероятно!..

— Так вы принимаете ее добровольцем? — спросил Дэрос, взглянув сначала на профессора, а потом на Джендара.

Владелец института посмотрел в глаза шерата Тзентерса и, вздохнув, произнес:

— Ну что ж, я не против рискнуть. Хоть я не понимаю, почему ты...

— Это мое дело, — остановил его Дэрос. — Ваше мнение, профессор?

— Конечно я согласен, — поспешно кивнул тот. — Это просто уникально. И все же, остается необъяснимым...

— Профессор, поговорим об этом позже. Нам еще нужно выбрать модель, — заметил Джендар.

— Хорошо. Я предлагаю ТИЭС или АРДИ. Они хорошо испытаны и легко управляемы.

— И полностью контролируются институтом, — согласился директор ВЭИ. — А может ЭНАР? Мне кажется, она лучше подойдет девушке.

— Можно.

— А почему бы Рианн не выбрать модель самой? — вмешался в разговор Дэрос.

Все посмотрели на рэдрозианку.

— Я бы хотела, чтобы шерат Тзентерса сам решил, кем мне быть, — попросила Рианн.

— Остановим выбор на модели ЭНАР, — заключил Дэрос и добавил, меняя тему. — А теперь, когда вопросов больше нет, мне пора идти. Есть еще некоторые правительственные дела. — Он посмотрел на девушку. — Рианн, ты вернешься сегодня в Тзентерс или останешься здесь?

— Мы можем предоставить ей комнату, пока не будет принята присяга и не пройдет посвящение, — заметил Джендар.

— Заодно у Рианн будет возможность адаптироваться, — добавил Сэнвит.

— Я думаю, мне лучше остаться здесь, — решила Лилейс.

— Боишься передумать? — улыбнулся Дэрос.

Рианн тоже ответила ему улыбкой и возразила:

— Не хочу возвращаться назад, а то будет неудача.

— Неудача? — не понял шерат.

— Такое поверье. На Земле, где я жила.

— Ну хорошо. Поверье или нет, а здесь, по крайней мере, безопасней, чем в городе, — согласился Дэрос. — Тогда — до завтра. Утром я тебя навещу.

***

Время уже близилось к полуночи, когда Сэнвит вернулся в свою комнату. Минувший день для профессора выдался довольно напряженным, принеся с собой новые открытия и беспокойства. Они приняли в институт добровольца-женщину. Это было неслыханно за всю историю Рэдроза. Однако профессора не столь взволновало это происшествие (слово Дэроса для них было законом), как открытие в организме хрупкой девушки грозной системы альтауэта модели АРЭС, при том, что сам имплантат отсутствовал.

Это было невероятно!

Теперь же перед ними вставала новая проблема: как отреагирует организм Рианн на вживление системы альтауэта модели ЭНАР.

Сэнвит устало опустился в кресло.

Не была ли их затея безумной?

Что-что, а как человек, он вовсе не желал брать на себя ответственность за жизнь девушки. Но с другой стороны, натура ученого подстрекала его к эксперименту. Тем более что этому еще способствовало желание Рианн и воля шерата Тзентерса.

«Что ж, обратного пути нет. Остается только хорошо взвешивать каждый шаг, помоги нам Оми́ро», — мысленно произнес Сэнвит.

Намереваясь еще раз просмотреть данные обследования девушки, он ближе пододвинулся к настольному компьютеру и случайно заметил вставленную в дисковод тонкую пластину информационной карты. Профессор отлично помнил, что не оставлял в компьютере носителя файлов. К тому же, Сэнвит заметил, что карта была вовсе не из института, а ее переливчатый радужный оттенок и степень прозрачности невольно настораживали. Этот тип информационной пластинки был ему уже знаком, так как много лет назад он нашел в своем кабинете точно такую же карточку с чертежами схем имплантата системы АРЭС-Альтауэта. Секунду-две повертев ее в руках, Сэнвит вставил пластинку в компьютер и включил воспроизведение. Как он и ожидал, на пластинке была записана информация о новой системе альтауэта.

«Э́ЛДЖЕЙ»?.. — профессор нахмурился. Ему было несложно догадаться, для кого предназначалась эта биоэлектронная система. И в подтверждение его предположений, в конце информации было четко указанно имя носителя. Закончив просмотр, Сэнвит минуту задумчиво молчал, неподвижно сидя в кресле, а потом, глубоко вздохнул и вызвал по видеофону директора института.

— Джендар, мне нужно с тобой поговорить.

— Нельзя ли отложить до утра? Уже второй час ночи.

— Это срочно. Касается моделей альтауэтов.

— Хорошо. Тогда встретимся в лаборатории, — и связь отключилась.

Сэнвит снова вздохнул и, прихватив с собой информ-пластину, вышел из комнаты. Он уже был в лаборатории, когда, спустя минуту, туда пришел Джендар.

— Ну, что у тебя случилось? — спросил он, застегивая воротник комбинезона. — Вытянул меня с постели... — Он замолчал, так как Сэнвит, ничего не ответив, протянул ему радужную прозрачную пластинку.

— Что на ней? — коротко спросил Джендар, беря носитель информации. — Новая система альтауэта? — Он вставил пластину в щель лабораторного компьютера.

— Модель Э́ЛДЖЕЙ, — прокомментировал профессор. — Универсальная, легкая в управлении и с высокой степенью защиты. Уровень, подобный А́РЭС. Я нашел ее в своей комнате.

— Опять? — Джендар бросил короткий взгляд на профессора и, вновь посмотрев на экран, добавил: — Что ж, передадим ее в Отдел Технических Разработок, чтобы они сконструировали чертежи, а потом подыщем носителя.

— Носитель уже указан. — Сэнвит переместил курсор и воспроизвел последний момент записи, где было обозначено имя с фотографией объекта.

— Что? Наша девушка-доброволец? Нет, это невозможно! — возразил директор института. — Система абсолютно не испытана и неизвестно, какие после ее вживления могут возникнуть последствия. К тому же, для Рианн модель уже определена.

— Думаю, нам нужно обо всем доложить Дэросу, — сказал Сэнвит.

— Согласен. И я уверен, что он тоже будет против. Я свяжусь с ним утром. А пока... нет, поговорим обо всем на свежую голову.

— Хорошо. Я только сделаю копию и передам ее техникам, чтобы ночная смена уже начала разработку системы.

— Ладно, увидимся утром. — И Джендар вышел из лаборатории.

На рассвете директор института связался с шератом Тзентерса, а на восходе первого багряного солнца Альфара, Дэрос был уже в лаборатории вместе с Джендаром и Сэнвитом.

— Рассказывайте, что у вас здесь произошло. — Шерат Тзентерса внешне как всегда выглядел вполне спокойно.

Сэнвит молча включил компьютер с записью данных о системе ЭЛДЖЕЙ.

— Я нашел эту карту в своей комнате вчера вечером. На ней — чертежи новой модели альтауэта. Мы посчитали, что ты не против был бы кое-что о ней узнать.

— Профессор, для меня системы альтауэтов представляют какое-либо значение, лишь когда они в действии. А разработка и их анализ — это ваш профиль.

— Согласен. Но... эта система непосредственно относится к Рианн.

— К Рианн? — Лицо шерата Тзентерса переменилось, и в его потемневших глазах промелькнула настороженность.

Сэнвит включил тот момент записи, где сообщалось о носителе модели. Дэрос молча все просмотрел, а потом внезапно спросил:

— Откуда взялась эта запись? Кто производитель информационной пластины?

— Мы предполагаем, что это О-Та́ро.

— Отшельник с Асфо́уртовых гор? — удивился шерат. — Но какое он может иметь отношение к разработкам института?

— Непосредственно — никакого. За исключением того, что несколько лет назад он передал нам чертежи системы АРЭС, — ответил Джендар. — Тогда он тоже назвал имя носителя. И вот теперь...

— Вы хотите сказать, что кто-то (я сомневаюсь, что это дело рук отшельника) сконструировал специально для Арроу модель АРЭС, а теперь еще и систему ЭЛДЖЕЙ для Рианн?

— Выходит так, — согласился Джендар, и Сэнвит подтверждающе кивнул.

— Хм, странно, — Дэрос на минуту задумался, а потом добавил: — Но мы не можем рисковать и внедрить в организм девушки неиспытанную модель, да еще сомнительного происхождения.

— Я тоже так же думаю, — поддержал его директор.

— Вам придется согласиться с этим решением, — внезапно прозвучал чей-то голос.

Все резко обернулись и увидели фигуру старика в белой мантии.

— О-Таро?.. — Сэнвит замолчал, и Дэрос первым нарушил тишину:

— Это почему же мы должны соглашаться с вами и использовать для Рианн эту неиспытанную систему?

Светлые глаза отшельника остановились на лице шерата Тзентерса.

— Потому, что это единственная система, которую примет ее организм и фантом модели АРЭС.

— В чем такая уверенность?

— В неоспоримых фактах. Но вы можете подвергнуть их сомнению, если не боитесь за жизнь девушки. Хотя, — О-Таро бросил взгляд в пространство, — вам это не позволят.

— Кто?

— Догадайтесь сами, — последовал уклончивый ответ, и жесткий взгляд О-Таро предупредил попытку разъяснения.

На минуту воцарилась нерешительная тишина, которую снова нарушил Джендар:

— А может, лучше вообще отказаться от этой затеи и отговорить Рианн от ее намерения стать альтауэтом? — предложил он.

— Это не вариант, — возразил отшельник. — Она должна стать альтауэтом. Это не только ее решение.

— Но почему? — снова спросил владелец института, в то время как Дэрос задумчиво молчал.

— Для безопасности самой же девушки, — ответил О-Таро и посмотрел на шерата Тзентерса.

Снова последовала непродолжительная пауза, которую нарушил Дэрос:

— Но надежна ли эта система?

— Абсолютно, — ответил отшельник. — И это идеальная защита.

— Я могу подтвердить, — вмешался Сэнвит. — Я успел проглянуть данные этой модели. Она вполне надежна и легка в управлении.

— Что ж, раз вы ручаетесь, профессор, — Дэрос вздохнул. — Может, так и должно быть. Мы используем эту систему. Однако, я бы хотел знать... — Он обернулся к отшельнику, но того в помещении уже не было.

— Он всегда так исчезает, — ответил Сэнвит. — Видно, использует голограмму или пространственные каналы телепортации.

Дэрос ничего не ответил, но в его глазах промелькнуло легкое недовольство.

— Когда вы сможете изготовить имплантат? — спросил он.

— Где-то через неделю-полторы. Наши люди уже работают над чертежами.

— Хорошо. Тогда я предупрежу Рианн о нашем решении.

Однако в своей беседе с девушкой, шерат опустил детали, касавшиеся отшельника О-Таро.

На этом вопрос о выборе модели был исчерпан, а во второй половине дня, у Рианн была принята присяга на верность Рэдрозу и Военной Лиги, и она была посвящена в альтауэты.