Новый 2022 год начинался в России непросто. В своем традиционном новогоднем обращении 31 декабря Путин указал на «колоссальные вызовы», с которыми столкнулась страна, имея в виду прежде всего пандемию COVID-19. Однако уже в первые дни наступившего года Россию ждал совсем новый вызов — мятеж в Казахстане. Соседняя страна оказалась в шаге от гражданской войны и от разрыва с Россией. Но этот шаг был предотвращен стремительными действиями Путина, взявшего в свои руки инициативу по направлению в Казахстан Коллективных миротворческих сил ОДКБ в ответ на просьбу со стороны президента страны Касыма-Жомарта Токаева. Неожиданно возникшая на восточных рубежах России угроза была ликвидирована, однако события в Казахстане породили тревогу в нашем обществе по поводу общей ситуации на постсоветском пространстве. Однако ретроспективно можно утверждать, что эта угроза и ее моментальное купирование сыграли свою положительную роль в психологической подготовке населения России к начавшейся спустя полтора месяца после неудавшегося мятежа в Казахстане специальной военной операции на территориях непризнанных ДНР и ЛНР, а также Украины.
(Стоит отдельно заметить по поводу Казахстана (хотя это и не относится непосредственно к теме настоящей книги), что Токаев поблагодарил в своем обращении президента России за организованную им помощь в подавлении мятежа: «Особые слова благодарности адресую президенту России Владимиру Путину. Он очень оперативно, а главное по-товарищески тепло отреагировал на мое обращение». Вроде бы, нормальная благодарность, высказанная официально и одновременно по существу вопроса. Однако на фоне прозвучавших (непонятно, за что именно) в начале ноября 2025 года славословий Токаева в адрес Трампа она выглядит блеклой. На встрече с хозяином Белого дома президент Казахстана назвал своего собеседника «великим государственным деятелем, посланным свыше», завершившим «восемь войн», намеренным «вернуть здравый смысл и традиционные ценности», проводящим «мудрую и сильную политику», вызывающую благодарность «миллионов людей и лидеров многих стран мира», вводящим Америку в «золотой век», побуждающим граждан Казахстана «строить сильное и справедливое государство на основе закона и порядка». Всё это звучит очень странно. Во всяком случае, в 2022 году Трамп не помогал Токаеву удержаться у власти.)
Помимо подготовки психологической, в феврале 2022 года были предприняты действия и вполне практические: буквально накануне спецоперации завершились десятидневные военные учения на территории Белоруссии российских и белорусских Вооруженных сил «Союзная решимость — 2022». Данные приготовления были ненапрасными. К этому времени политическое руководство Украины не только приняло решение ликвидировать ДНР и ЛНР, но и активно готовилось к вооруженному вторжению в эти республики. Украине активно помогали военные эксперты из стран НАТО, снабжавшие командование ВСУ данными в том числе спутниковой разведки.
Для проведения этой операции Украина собрала внушительные силовые ресурсы, которые многократно превосходили численность и возможности донбасских ополченцев и в технике, и в личном составе. Кроме собственно ВСУ в операции предполагалось задействовать националистические формирования, создававшиеся на Украине после 2014 года для карательных операций против ДНР и ЛНР. На протяжении первой половины февраля командование ВСУ подтягивало силы к границам ДНР и ЛНР. Более того, у украинского руководства уже явно имелись и более амбициозные намерения: после успешного блицкрига на неподконтрольных Киеву территориях Донбасса вторгнуться в Крым, то есть в Россию.
Если силы киевского режима и обеих независимых республик были неравными и Донецк с Луганском оказывались обреченными на поражение, то в случае с Крымом, где дислоцировались части Вооруженных сил России, надеяться на победу было явно преждевременно. Однако Киев рассчитывал на сумятицу, которая неизбежно начнется после подавления сопротивления донбасских ополченцев, и на то, что на такой волне удастся нанести комбинированный удар по российскому полуострову с континента и с моря, с использованием десантных катеров. Словом, расчет делался на неожиданность. Как позже выяснилось, в Киеве полагали, что вторжение в Крым могло быть успешным в том числе и вследствие уверенности российского командования в том, что ВСУ не осмелятся на такой шаг. Хотя, конечно, главной целью готовившейся операции были именно ДНР и ЛНР, а уже от успеха действий на территориях «Отдельных районов Донецкой и Луганской областей» зависела и возможность предполагавшейся крымской операции.
Операция должна была начаться в ночь на пятницу, 25 февраля. Но российское руководство, будучи в курсе этих планов благодаря данным разведки, навязало Киеву свой сценарий. В понедельник, 21 февраля, первые лица ДНР и ЛНР Денис Пушилин и Леонид Пасечник обратились к президенту России с просьбой признать независимость республик. После этого, в тот же день, состоялось беспрецедентное заседание Совета Безопасности России: оно транслировалось в прямом эфире, и можно было в режиме реального времени наблюдать, как члены этого органа принимают консолидированное решение о признании независимости ДНР и ЛНР. И уже после этого, поздно вечером, Путин выступил с обращением к гражданам России, в котором объяснил причины такого решения.
Президент повторил — только на этот раз в усиленном варианте — уже высказывавшуюся им ранее мысль об ошибках, допущенных ранним советским руководством при создании новой государственности страны, и о том фатальном значении, какое эти ошибки имели для последующей истории Советского Союза. Одной из таких ошибок и стало фактическое провоцирование украинского национализма. Данные ошибки не были вовремя исправлены, что в конечном итоге и привело к распаду СССР. Внешние силы использовали националистические настроения уже в независимой Украине, усиливали их, чтобы превратить это постсоветское государство в главный антироссийский плацдарм в Восточной Европе. Этот сценарий получил новый импульс после государственного переворота в Киеве в 2014 году. При этом судьба самого народа Украины мало интересовала Запад: в стране все последние годы усиливалась депопуляция, происходила деиндустриализация, падал уровень жизни, усиливалась коррупция. И главное — активно вытравливались русская культура и русский язык. Более того, Украина стала готовиться к силовой расправе над своими соотечественниками в Донбассе, которые в 2014 году провозгласили независимость от Киева этой русскоязычной территории.
На этом фоне НАТО обустраивается на Украине, намеревается расположить в ней свои контингенты, что в разы приближает военную инфраструктуру Североатлантического альянса к России. Открыто готовится вступление Украины в эту антироссийскую по своей сути военную организацию. Если же говорить об урегулировании ситуации в Донбассе, то Россия начиная с 2014 года последовательно выступала за сохранение территориальной целостности Украины, стала одной из участниц Минских соглашений. Но эти соглашения грубо и последовательно попираются официальным Киевом. В сложившейся ситуации единственный способ не допустить кровавой расправы над мирными жителями Донбасса — это признать независимость Донецкой и Луганской Народных Республик.
Спустя двое с половиной суток после этого обращения, в 6 часов утра, в четверг, 24 февраля, Путин сделал новое заявление — теперь уже о начале специальной военной операции по защите признанных республик Донбасса. Из сказанного в этот раз президентом было понятно, что спецоперация начинается прежде всего потому, что западные спонсоры киевского режима не только не намерены удержать украинское руководство от карательной операции в Донбассе, но рассматривают ее как составную часть своей деятельности по подготовке к силовому противостоянию с Россией — пока что руками ВСУ и националистических формирований.
На этот раз и высказывания Путина были гораздо резче, чем прежде. Президент подчеркнул, что в течение 30 лет Россия пыталась найти взаимоприемлемое со странами НАТО решение о архитектуре европейской безопасности, но в ответ получала или «циничный обман и вранье», или «попытки давления и шантажа», в то время как военная машина НАТО уже вплотную подошла к границам России. Такое демонстративное пренебрежение интересами нашей страны стало закономерным результатом «паралича власти» в позднем Советском Союзе и спровоцированного таким положение дел в нашей стране чувством вседозволенности и безнаказанности, распространившимся среди западных элит в конце XX века и сохраняющимся до сих пор. Это чувство развязало им руки, обернулось бомбардировками Белграда, вторжениями в Ирак, а затем в Ливию и Сирию. Поэтому везде, где Запад пытается установить выгодный ему порядок, «остаются кровавые, незаживающие раны, язвы международного терроризма и экстремизма». Расширение НАТО и его приближение к границам России Путин назвал «шулерским поведением», «сплошной ложью и лицемерием», поскольку Запад тем самым откровенно нарушил свои же собственные обещания не разрастаться в восточном направлении. Одновременно с этим Запад поддерживал террористов на Севером Кавказе и пытался навязывать нашей стране чуждые ей ценности, чтобы тем самым максимально ослабить ее.
Далее Путин еще больше обострил проблему. Напомнив о недавних и безуспешных попытках Москвы всё-таки договориться с Западом об обоюдном соблюдении интересов друг друга, он вспомнил позицию советского руководства накануне Великой Отечественной войны, сводившуюся к тому, чтобы не провоцировать гитлеровскую Германию и не предпринимать «самых необходимых, очевидных действий для подготовки к отражению неизбежного нападения». По этому поводу президент четко заявил: «Второй раз мы такой ошибки не допустим, не имеем права», — и тем самым подошел к главному в своем обращении: почему Россия начинает специальную военную операцию.
Путин почеркнул, что признание республик Донбасса стало превентивной мерой, призванной не допустить геноцида на их территориях и появления на Украине натовских сил. Наше столкновение с выпестованными Западом украинскими неонацистами в любом случае неизбежно, поскольку «они готовятся, они ждут удобного часа». И вооруженная защита донбасских республик призвана не допустить реализации таких намерений. С этой целью Путин объявил о начале силовой поддержки ДНР и ЛНР, назвав эти действия специальной военной операцией.
Таким образом, спецоперация всего на сутки опередила агрессивные планы ВСУ и стоящего за ними натовского командования: с конца 2021 года в Россию поступала информация о намерениях Североатлантического альянса дислоцировать на Украине четыре бригады — две сухопутные, одну воздушную и одну морскую. Из них воздушная бригада рассматривалась как способная к использованию ядерного оружия.
Понятно, что в сложившейся ситуации у российского руководства просто не было другого выхода, кроме объявления войны коллективному Западу, действующему посредством расходного материал — граждан Украины. Но одно дело — осознание безвыходности, а совсем другое — готовность мобилизоваться, взять на себя ответственность в такой ситуации и принять единственно правильное решение. А для этого нужна воля. Точнее — политическая воля. Далеко не все лидеры России XX века обладали таким качеством. Оно, несомненно, было у Ленина и Сталина, причем у последнего — в особо проявленной и концентрированной форме. Федор Раскольников, бывший непримиримым противником Сталина и созданной им системы, тем не менее признавал в своем дневнике: «Основное психологическое свойство Сталина, которое дало ему решительный перевес, как сила делает льва царем пустыни, — это необычайная, сверхчеловеческая сила воли. Он всегда знает, чего хочет, и с неуклонной, неумолимой методичностью постепенно добивается своей цели». Но воля Сталина была во многом тем, что обычно называют злой волей. Сила воли Сталина подавляла, уничтожала индивидуальность подпавших под его влияние людей, от которых он требовал полной покорности и рабской дисциплины. А тех, кто этому не соответствовал, уничтожали физически. Горбачев много и часто говорил о политической воле, но был на деле очень слабой и безвольной личностью. Ельцин являлся волевым человеком, но вся его воля сводилась к обеспечению личной власти, а не к труду на благо страны.
Воля же Путина подчинена его интеллекту. О волевых качествах Путина свидетельствовали его учителя, товарищи по университету и соратники по работе в разведке. Так, хорошо знавший Путина по совместной работе в разведке Александр Головков констатировал: «Многолетняя привычка к разумному самообузданию выработала в нем исключительную выдержку, хотя по натуре Путин склонен к сильным эмоциональным проявлениям. Как положено закаленному борцу, у него непроницаемо прочная внешняя психологическая оболочка сочетается с мгновенной реакцией».
Интеллект и воля Путина помогли успешному завершению сложнейшей операции по освобождению заложников в Театральном центре на Дубровке в конце октября 2002 года. За семь лет до этого события премьер Виктор Черномырдин принял все требования террористов Шамиля Басаева, захвативших больницу и родильный дом в Буденновске, что выглядело как одновременно и военное, и политическое поражение России, имевшее тяжелые последствия для страны. Интеллект и воля Путина, как и его готовность к принятию быстрых и нестандартных решений, обеспечили в 2014 году возвращение Крыма в состав России. Исключительную волю президента России признают и на Западе. Например, американский журналист Эйди Игнатиус в конце 2007 года констатировал: «Первое впечатление от Владимира Путина — это человек, внутри которого таится сдерживаемая мощь. <…> Хотя он не очень высокого роста <.> от него исходит стальная уверенность в себе и сила. По лицу в Путине сразу можно угадать русского: четко вылепленные черты лица и эти глаза, проникающие взглядом насквозь. Он подает себя, не видя необходимости очаровывать — не прилагает усилий, чтобы снискать ваше расположение. Чувствуется, что он постоянно подчиняет себя некоей четкой внутренней дисциплине».