Вечер. Дом Барсита. Столовая.

Ушани и Ириса тихонько сидели в стороне, Барсит расслабленно полулежал в кресле, Аргон ходил вдоль окна. Ника сидела за столом. Она закрывала лицо ладонями, потом растирала и слегка била себя по щекам.

— Не надоело? — невзначай спросил Ушани.

— Я сейчас проснусь и этого не будет. Это сон, затяжной, но сон, — девушка сидела за столом и пыталась прогнать наваждение. — Я не верю...

— Вы и дальше будете делать всё в том же темпе, как и раньше, — говорил Аргон, — ходите, смотрите, ищите. Видите себя, как юные подростки.

— Вы ждёте того, кто придумал ритуал?

— Мы знаем не обо всех. Только о Барсите. Но и только потому, что он связан с тобой.

— Как догадались?

— Я не могу тебе рассказать. Но на Барсите твой след. Он активировался на четвёртый день в Академии. Разве не почувствовала?

— Нет. Совсем. Я как раз у лекарей очнулась. Мне как-то не до ощущений было.

— Не удивительно. Канал-крадник был крайне тонкий. Он больше работал, как связующая нить, чем передача энергия. Но этой нити хватило для того, что бы вы всегда были рядом друг с другом.

— А мне почему не сказали?

— А зачем?

— Затем, что я — приманка, — догадалась девушка. Даже не вопрос, а утверждение прозвучало в её голосе. — И кого ещё вы ищете?

— Должна быть сила, которая удержит такой объем энергии. И это мы хотим выяснить.

— А я? У меня был брат, умер в детстве на моих глазах. Это забудут?

— Твой брат не умер. Его убили для питания жизненной энергией, — вставила ремарку Ириса. Но Барс так посмотрел на неё, что она предпочла замолчать.

— Ника, всё, что произошло с тобой — печально. Но ты — одно из событий в общем количестве сломанных судеб. И их тысячи. Надо найти источник этого порабощения, кто воплотил этот ритуал. Доступ к другому миру и вытягивание сил из него — преступно.

Ника замолчала.

— Хорошо, — наконец она согласилась, — Барс, ты уверен, что при совершении ритуала простого "нет" достаточно?

— Да, — сказал Барсит.

— А когда будет проходить ритуал, ты знаешь?

— Нет, — покачал он.

— Твои родители, они знают про меня?

— Я не разговаривал с отцом уже несколько лет.

Ириса и Ушани сидели молча. Девушка понимала, что не всё так просто. Да и в гримуаре кусочки заклинания другого уровня.

— Аргон, как давно вы об этом знали? — Ника перестала пытать вопросами Барса.

— Ника, твоё состояние — это вообще тайна, — Аргон проигнорировал вопрос. — Тебе же сказали, никому ничего о себе не рассказывать. А уже трое знают о тебе. Все присутствующие, надеюсь, рот на замке держать будут?

Свой вопрос Аргон сопровождал грозным из-подо лба взглядом. Ириса и Ушани, в подтверждение, только кивали головами как болванчики.

В комнату вошел старый слуга.

— Господин, пришло письмо.

Рядом с ним маячил совсем юный мальчуган. Слегка взлохмаченные волосы, россыпь веснушек на лице и отсутствие двух зубов совсем не соединялись в один образ с элегантным костюм тройкой, в который он был одет.

— Пригласительные для Барсита Сорса, — звонко отрапортовал тот.

На стол тут же легли позолоченные бумажные конверты на имя четырёх гостей столицы на семейный ужин семьи Сорс. После малец также вежливо откланялся.

— Ты спрашивала, как я получил вход в библиотеку? — Барсит взял билеты в руку и посмотрел на Нику, — так вот, я пообещал, что мы все четверо придём на ужин. Приглашения доставлены.

— И какого уровня этот ужин? — спросил Ушани.

— А зачем нам туда идти, — уточнила Ириса.

Но ответ на все эти вопросы озвучила Ника:

— Затем, что мы там не гости, а часть ритуала.

После её слов установилась гробовая тишина.

— Ритуал завершится там?

— Не думаю, — вставил слово Аргон. — Скорее всего просто познакомятся. Поэтому опасности нет.

— Тогда мне нечего одеть, — совсем невпопад общему настроению вставила реплику Ириса.

— И мне, — поддакнула Ника.

— И мне тоже, — вставил слово Ушани.

Барс даже взгляд перевёл на Арона.

— Я не иду, даже не смотри на меня, — заявил тот.

Барсит на это только ухмыльнулся и добавил:

— Завтра придёт модистка. Навряд ли успеем пошить. Будем покупать готовое. Никто не против?

В такой ситуации даже и мысли не возникло возражать.

— Но ты платишь, — вставила слово Ника.

— Само собой, — всё так же улыбаясь, подвёл итог разговору Барс.

* * *

Было глубоко за полночь.

Ника и Ириса вдвоём сидели на кровати. Комнаты были просторные. И хоть мебель в них была скорее аскетичной, но добротной и удобной. На кровати вообще могли поместиться не то, что двое, а трое человек. Сегодня Ника не решилась спать одна, поэтому попросила Ирису побыть с ней.

— Ника, ты как? — Ириса внимательно всматривалась в лицо подруги, пытаясь хоть чем-то помочь.

— У меня такая пустота внутри и холод. Я не знаю, что мне делать. Поставь, я не смогу решить, куда идти. Заторможенность такая.

— Это шок.

— Наверное. Но я не понимаю, почему я ничего не помню, как так получилось? Но самое страшное, что я ничего и не чувствую.

— Ты сама случайно связала себя с братом. Казалось бы, детское обещание. Но и оно имеет силу. А при печати возможно воспоминания блокируются.

— Как думаешь, что будет дальше?

— Хорошего — ничего. Сейчас тебе нужна ясная голова. Ты поспи.

— Я в это просто не верю. Такое в страшном сне не могло привидеться, — Ника лежала с широко раскрытыми глазами. От перенапряжения тело не могло расслабиться, даже моргнуть. — Думаешь, получится?

— Всё сложно, — но про себя Ириса думала: "Как она не боится? Да и что она может противопоставить им? Зачем идти туда? Может быть она не понимает, чем это грозит? И она ли принимает решение? Но вмешиваться в её ауру нельзя. Не сейчас. Каждое такое вмешательство сможет изменить соотношение силы. И в решающий момент у неё просто не хватит ресурса. Да с чего у неё уверенность, что получится?"

Ника заснула минут через пять. Ириса лежала в кровати, смотрела на спящую девушку. Мысли перескакивали и кружились, но ничего хорошего в её голову не приходило.

* * *

Утро. Все спали. В доме было тихо. Эта была прекрасная тишина, такая, когда фундаментом для сна выступало ощущение покоя и безопасности. Сила дома оберегала мир его жильцов, защищала от угроз. Все спокойно отдыхали, и только тот, кто наслаждается утренней тишиной, понимает всю ценность этого момента.

Ника проснулась спокойной. Казалось, она должна встать разбитой, с больной головой и дрожью в руках. Но нет, она даже слегка потянулась после сонной неги. Тихо и никакого шума. Паника начала наступать тогда, когда она осознала вчерашний день. Нервы... И мыслить трезво мешают, и покоя от них мало.

Девушка вышла на улицу в поисках свежего воздуха.

«Как смотреть в глаза родителям Барса, зная что они — причина убийства. Как себя вести? Кричать? Царапаться? Истерить? Как на них реагировать спокойно?».

Барсит уже был на тренировочном мате, отрабатывал атаку с деревянным оружием. Ника так сильно задумалась, что не обратила внимание на посторонние звуки, а вот он её заметил сразу.

— Подходи, — крикнул он ей, чем вывел девушку из размышлений.

— Не уверена в том, что надо подходить, — возразила она.

Древко упало прямо перед ней

— Давай посмотрим, чего ты стоишь! Начинай атаку!

Ника взяла палку, заняла стойку и приготовилась. Слегка прищурив глаза и оценив противника, начала нападать. Она била рьяно, размашисто, но Барс ловко парировал удары, уходил от атак.

— Нет точности и скорости, планирование атаки тоже на нуле, — давал он оценку её действиям.

Ника злилась, теряла контроль, с каждым разом махала всё сильнее. Удары больше выматывали её, чем доставали противника. А вот Барсит уворачивался от них без усилий. Под конец она просто откинула древко и села на пол, тяжело дыша.

— Я не хочу и не могу, надоело всё.

Барс присел рядом.

— Я знаю, что страшно. И обидно, и больно. Но ты можешь это изменить

— Я... не знаю, — Ника не могла даже с мыслями собраться.

— У тебя нет выбора, — Барс поднялся и протянул ей руку. — Вставай, силы тебе понадобятся. Ещё раз, начинай! Кроме тебя, некому тебя спасать.

Спаринг начался сначала.

* * *

Ушани ходил по комнате. Он давно встал и наблюдал, как Ника спокойно тренируется.

— Страшно представить, что у неё в голове, — шептал он, — Как она может быть такой спокойной. Даже я не могу это представить, хотя знаю о ней больше всех остальных.

Стук в дверь отвлёк его.

— Модистка пришла, — объявил слуга.

— Так рано?

— Так за ней послали на рассвете. Ужин сегодня вечером.

В центральной комнате на первом этаже всё было в одежде: мужские и женские костюмы, обувь, шляпки и прочее.

Ириса уже осматривала наряды. Она выбрала чёрное облегающее платье. В тон ему Ушани выбрал чёрный костюм и чёрную рубашку.

Через какое-то время в комнату вошли Ника и Барс. Увидев вошедших, модистки заохали.

— Вы такая худенькая, — только и качали они головами, прикидывая, как ушить имеющиеся наряды на такую хрупкую фигуру. — Вам необходимо выбрать себе что-то, что мы могли бы подогнать по фигуре. И еще необходимо время, чтобы привезти дополнительно сумочки и верхние накидки. Ужины в семье Сорс славятся своими приёмами. Но какая же, слов не подобрать, хрупкая!

Ника присматривалась. Сначала ей понравилось платье цвета шампанского.

— О, прекрасный выбор, — хвалила модистка, — платье будет плотно облегать верх груди, а после свободно струиться по телу.

— Смущают открытые плечи и открытая спина, — неуверенно сказала Ника.

— Сверху предполагается лёгкая невесомая накидка.

— Слишком откровенно, — вмешался Барсит, — посмотри это.

Он указал на тёмно-синее платье, украшенное в тон жемчугом. Простое лаконичное, строгое, плечи приоткрыты, на груди плотно прилегает, юбка слегка расклёшенная. Глубокий синий цвет. В нем Ника казалась беззащитной.

Для себя Барсит выбрал тёмно-синий костюм.

К нарядам предлагались также аксессуары, туфли и украшения. Ушани купил для Ирисы чёрное кружевное ожерелье-чокер, а Барсит для Ники — прекраснейшие колье — нити жемчуга.

Карета приехала ровно в семь вечера. Устроившись, вся компания медленно двигалась по улице, плавно качаясь в карете в такт ударов колёс о брусчатку дороги. Ехали молча. Нику слегка била дрожь, она начинала нервничать.

— Это просто знакомство, не переживай! — Барсит сжал её руки в попытке успокоить.

— Представь, что едешь знакомиться с родителями парня, — предложил Ушани.

— Не смешно, — угрюмо буркнула Ника.

Барсит только весело хмыкнул, но руку не убрал, а наоборот, сжал сильнее.

Минут через тридцать карета остановилась возле прекрасного особняка. Белый камень дома утопал в зелени сада. Аллеи цветочных арок, фонтаны и живая музыка встречали гостей. Молодые люди прошли по мраморной плитке до крыльца дома.

При входе гостей лично встречал сам господин Сорс, боевой маг Совета Магов, один из влиятельнейших господ мира Коши. Это был статный мужчина, возрастом около шестидесяти лет. Отец и сын были похожи. Тот же цвет волос и цвет глаз. Лёгкая седина старшего Сорса только добавляла ему шарма. Хозяин дома первым вышел на встречу к сыну и обнял его. Это были объятия соскучившегося человека, и он не скрывал радости от встречи.

— Здравствуй, сын, — расчувствовался мужчина. Он рассматривал Барсита, скользя взглядом по его внешности, — ты совсем возмужал за эти годы учёбы, не узнать. Истинный боевой маг, огромный, сильный. Совсем взрослый.

— Давно не виделись, отец, — Барсит был сдержан, даже отстранился от объятий, — позволь представить моих друзей: Ника, Ириса Мист, Ушани фарх Во Ги.

— Добро пожаловать, — мужчина перевёл своё внимание на гостей, — я очень рад, что вы приняли приглашение, очень рад! Это большая честь для меня познакомиться с вами. Эруад Сорс, если позволите. Вы можете обращаться ко мне мастер Эруад.

Ника смотрела и не верила «Как такой милый и добродушный мужчина может быть тем, кто забирает чужую жизнь? Совсем не похож! Он словно преданный родитель».

— Проходите, не стойте, — указал тот на вход.

Несколько слуг тут же предложили напитки. Но Барсит, а следом все его друзья, отказались от угощений. Молодые люди вошли в большой зал, предназначенный для проведения бальных вечеров. Красивые люстры, дамы в платьях. Вокруг смех и улыбки. Слуги разносили напитки и лёгкие закуски. Вечер был в разгаре.

Ника осматривалась. Огромнейший зал был полон незнакомых лиц. Но все они были знакомы её друзьям.

— Ушани, смотри, — указала Ириса, — твои и мои родители здесь!

— А им что здесь делать? — нахмурился он.

— Вы представители одних из знаменитых семей. Почему считаете, что освобождены от такого мероприятия? — Барсит даже не понял причин вопроса Ушани

— Может, потому что я два года был затворником, а? — съязвив, Ушани поднял одну бровь.

— Аргумент.

— Ладно, — сдалась Ириса, — пойду, со своими поздороваюсь.

Ириса махнула всем не прощаясь и тихо отошла в сторону. Было видно, что её родители не сильно были довольны компанией девушки и Ириса явно сопротивлялась их наставлениям.

— Господа, — по залу разнёсся голос хозяина дома, — сегодняшний вечер посвящён приезду моего сына, не побоюсь этого слова, моего преемника и наследника. Барсит Сорс уже считается лучшим студентом своего курса. Это моя гордость. И я уверен, он будет достойно носить звание боевого мага. Сегодня ему досрочно присваивается звание капитана.

Всё внимание переместилось на Барсита. Тот сделал небольшой кивок головы, но радости особо не высказал. Отец же стоял рядом и буквально светился от счастья. По залу прошёлся шёпот о столь неожиданной награде.

— Барсит, у тебя практика. Со званием будет проще начинать карьеру, — высказался он между делом.

— Отец, не...

— Не сейчас. Выскажешь своё недовольство после.

Эруад Сорс отошёл в сторонку и принимал комплименты ото всех, кто старался засвидетельствовать ему своё почтение и восхищение.

Ника чувствовала себя не в своей тарелке, улыбалась через силу, и больше смотрела по сторонам. Барсит стоял рядом.

— У тебя натянутые отношения с отцом? — между делом поинтересовалась она.

— Да, в определённых моментах мы не сходимся во мнении.

— И в каких?

— Ну, самое простое — место практики. А глобально — место службы.

— А более глобально — способ жизни? — съязвила Ника.

— И это тоже.

— И какое будущее тебе отец пророчит?

— Сладкое место рядом с собой. Как минимум советника. Но свой путь я хочу выбрать сам. Через два месяца начало практики. Там и увидим. Ника, посмотри чуть левее, видишь? — Барсит указал на их общего друга, — Ушани пользуется популярностью.

— Ириса с ним рядом и они не особо довольны, как мне кажется.

Барс на её вывод только хмыкнул.

— Ты знала, что Ириса наследница семьи и они с Ушани — обещаны друг другу?

— Это как?

— Договорной брак. Поэтому и не сильно довольны. Они ровесники, но Ушани из-за двухлетнего перерыва чуть слабее её.

— Пока слабее.

— Ну, пока — не пока, сейчас, главное, слабее. Да и не планировали они совместную жизнь. Но чистый неразбавленный дар — тоже редкость. Не удивительно, что родители планируют всё заранее.

— Да уж. У нас тоже существует такое, в основном среди богатых. А люди попроще в любовь верят.

— А ты в любовь веришь?

— Не знаю. Я и в ваш мир не верила раньше. Когда узнала, что он есть — тоже долго не верила. Так что всё может быть.

Двери открылись в обеденную комнату и всех пригласили к столу. Ника прошла внутрь с Барситом. Тот провёл её к месту возле хозяина дома.

Появление первого блюда ознаменовало начало трапезы. Чего только не было на столе: икра, солонина, куропатки, запечённое мясо, овощи и фрукты.

Ника замерла, увидев бокалы: «Я уже видела это всё во сне. Быть не может!».

— Всё в порядке? — проявил заботу хозяин дома, — Ника, вы слегка побледнели!

— Словно дежавю, извините, — Нике кусок в горло не лез.

— Что вы, вовсе нет. Вы здесь уже бывали!

Ника прямо посмотрела в лицо Эруада, но тот без труда выдержал этот взгляд. «Быть деликатным явно не его конёк!»

— Я чем-то обидел вас? — невпопад ранее сказанным словам произнёс собеседник.

— Вы сказали интересную фразу. Она меня немного напугала.

— А разве я сказал неправду?

«Как он может абсолютно спокойно говорить прямо и не боясь?»

— Ты сегодня прямолинеен, — безэмоционально проговорил Барсит. Он не оторвал взгляд от тарелки, но слова явно адресовал отцу.

— Я думаю, Вероника, нам стоит поговорить о некоторых вещах, — Эруад спокойно нарезал салат. Хозяин отвлёкся на поднятый вверх бокал и поддержал тост. — Во славу чести и справедливости!

— Не вериться, что так легко произносите тосты и говорите слова, которые не исполняете, — Ника решила все же съязвить.

— Ты слишком юна, — спокойно парировал он.

— Да, мои годы и ваши не сравняться.

— Далеко не в возрасте дело, — прямо посмотрел он на Нику. — Ты просто не можешь осознать некоторые вещи, пока не столкнёшься с ними. Мы сможем всё обговорить после ужина, если ты согласно. Сейчас не самое подходящее место и время. Как ты на это смотришь?

Барсит словно замер.

— Хорошо, после ужина, — кивнула Ника.

* * *

Ужин шёл своей чередой: блестели бокалы, подносили угощения, гости поднимали тосты, шутили, говорили слова благодарности радушному хозяину. После — танцы. Ника без интереса рассматривала до этого невиданные танцевальные пируэты. Вечер закончился ближе к трём часам ночи. Неспешно, но все разошлись.

Ника и Барсит остались. Неслышно к ним подошёл слуга.

— Вас велено проводить в кабинет.

Ника посмотрела на говорящего, потом на Барсита и после оглянулась по сторонам.

— Ушани и Ириса пропали куда-то? Нигде не вижу их.

— Да, ты права, — Барсит тоже был обеспокоен.

Слуга терпеливо ждал. Ника махнула головой в знак согласия и проследовала за ним. Барсит не отходил от неё.

Разговор происходил в кабинете. Сама комната напоминала музей древнего и редкого оружия. Хозяин дома ждал их. Он стоял у стены и рассматривал разные колющие и режущие виды мечей и сабель.

— Посмотри, — Эруад указал на стену, обращаясь к Нике, — это оружие принадлежало разным поколениям нашей семьи. И мы храним его.

— Как часть силы мага?

— А тебя не плохо учили. У ведьмы — котелок, у боевого мага — его оружие. Всё верно. Это каждый раз напоминает нам, как много мы достигли и шаг назад делать поздно. Именно эта стена, — указал Эруад, — напоминание. Вероника, я долго ждал встречи с тобой. Твоя семья подарила моему сыну жизнь.

— Что вы несёте? Вы отняли жизнь брата!

— И? Я не вижу на тебе и тени переживания! Да и разве вы не общались эти месяцы? Именно твоя сила его поддерживает. Твоя сила огромна, но и ей требуется огранка.

Не слышно отворилась дверь и некто встал позади.

— Тогда почему вы не забрали меня?

— В нашем мире маг сильнее магини. Выбирали по полу. Вот и не учли, что в вашей связке сильнее ты. Просчита-а-ались.

— Да уж, ошиблись, так ошиблисьваши помощники. Они выбрали не того близнеца.

— Это не важно. Сейчас ты здесь и сможешь сама всё решить.

— И что вы предлагаете?

— Прими часть силы Барсита. И тогда ты сможешь вернуть своего брата.

— Он умер. О чём вы говорите?

— Понятие смерти в нашем мире условное.

— Нет, — Ника покачала головой, — я на это не пойду.

— Тогда к чему эти речи о смерти? В твоих руках способность вернуть брата, но ты этого не делаешь. И при этом обвиняешь меня! Тебе не кажется, что злодей — не я. Воспользуйся своей силой и исправь всё.

— Нет, это не правильно.

— Сдаёшься? Я другого и не ожидал, — за спиной Ники раздался такой знакомый голос.

— Вы? Невозможно, чтобы это были Вы!!! Я не верю.

В кресло возле Ники присел лекарь Тиар.

— Ты доверчива. К этому времени должна уже уяснить, что в мире, где жизненная энергия — это ресурс, ты являешься лакомым кусочком. Почему ты думаешь, что кто-то будет тебя защищать? Даже для друзей, ты — источник жизни. Не понимаю, как это маленькая голова вместила такую силу. Да за что тебе такой подарок?

— Как за все этим может стоять лекарь?

— Что значит "стоять"? Мы давно бьёмся над тем, чтобы прекратить существующий энергетический откат. А ты, одарённая силой, можешь это исправить.

Ника смотрела и не смогла вымолвить ни слова.

— Где твои друзья, Вероника? — невпопад спросил Мастер Эруад.

— Что? Барсит, где Ушани и Ириса? — Ника повернулась к Барсу. Тот сидел с закрытыми глазами, словно замер. Ника провела рукой перед его лицом, но тот не реагировал. — Барсит? Барсит!

— Страшно терять друзей, скажи? — вопрос задал мастер Эруад, — Страшно терять любимых?

— Как вы можете так поступать с собственным сыном? Что с ним?

— Я его спасаю! — крикнул Эруад, — Он не сможет перечить воле отца. Его сумасбродные решения являются угрозой всему, что мы имеем. Так что есть много способов влияния, особенно на детей. И, как отец, я могу это сделать.

— Вы его порабощаете!

— Нет, я дарую ему время. И он сможет насладиться жизнью! Или ты позволишь ему умереть? И своим друзьям позволишь умереть? Даже брата не попытаешься спасти?

Ника молчала. Помощи, на которую она надеялась, не будет.

— Исцеление всего рода и право на перерождение свободным от долгов за прошлые грехи. Ведь так работает твоя сила? — проговорил Тиар.

— Почему вы не убили меня в лечебнице?

— Магия так устроена, что связанные всегда рядом. Пока один не выиграет, второй не сдастся. Тебя наделили силой для исправления ошибок, и эта сила всегда вернёт тебя на путь борьбы и противостояния!

— Почему вы не убили меня? — повторила вопрос Ника.

— Нетерпелива... Зачем тебя убивать? Такая сила, она не должна пропасть. Все-все ошибки ты сможешь исправить. Все, скопившиеся за годы! Ты — тот ресурс, который нам нужен. Да и зачем вмешиваться в равновесие сил? Сила уже послала тебя. Проще идти и смотреть, не вмешиваться. Вмешательство нарушит созданный баланс. И рано или поздно придут другие. Просто помоги нам. Мы можем работать сообща!

— Я видела душу Барсита. Она не требовала восстановления.

— Нет, ты видела одну её часть. А вторую нет. Душа многогранная. Это не одна энергия, а много: чувства, мысли, поступки, ценности. Всё это разные составляющие. И много обид и проклятий. Тебе тоже надо научиться пользоваться даром. Если бы ты умела видеть, то знала, что за Барситом не одна душа, а легион. И он продолжит наше дело. Да, мы платим поколениями за желаемое. Но ведь всё можно обойти.

— Какой ценой?

— Его жизнь — это долг семьи. Он не свободен. Главное, он может пользоваться всем, быть кем-то.

— Это ваш долг, а не его. А право других на жизнь, они недостойны?

— Сейчас ты можешь освободить его. И брата. Просто обменяй. Здесь Ушани. Он уже имеет часть твоей энергии. Подселение будет проще. Только пожелай.

Ника задумалась.

— Если тебе дороги твои друзья и ты хочешь их вернуть, сделай правильный выбор.

— И вы вернёте мне брата?

— Конечно.

— Хорошо. Я согласно, — промолвила девушка, "Слишком много стоит на кону!"

— Тогда не будем терять время!