"Мне вкусно. От удовольствия зубы сводит, а тело само по себе изворачивается от наслаждения. Какая вкусная девочка! Еёэмоции сегодня особенно сочные!"

От резкой болиажпотемнело.

"Где? Почему пропало? Больно. Как будто в миг получил удар под ребра. Мне нечем дышать... Словно кислород перекрыли. Мышцы свело и скрючило. Падение. Я стою на коленях. Не могу встать. Жжёт! Где моя девочка? Почему сегодня не сработало. Сегодня полнолуние. Канал максимально широк. И энергияидётлегче, чем обычно. Но не сработало. Вдох, выдох. Боль уходит... Где она? Я не чувствую. Я получил слишком мало. Слишком!"

* * *

Пробуждение было тяжёлым. Тело ощущало покалывание, запах сырой травы и прохладу. С трудом приоткрыв глаза, Ника увидела муравья, передвигающегося по травинке прямо перед её носом, и землю под ним. Немного передвинув голову, девушка поняла, что лежит на траве, практически лицом вниз. Прислушиваясь к своим ощущения, попыталась понять, прошло ночное наваждение или же нет. Вечерняя паника всё ещё не отошла, о вчерашнем напоминало чувство тошноты и тремор рук. С земли тянуло сыростью, одежда уже была влажной, из-за чего кожа ощущала даже малейший ветерок.

С первой попытки встать не получилось. Движения из-за длительного неудобного положения давались с трудом. "Как всё болит..." Сначала получилось только сесть и уже в таком положении посмотреть вокруг.

— Ммм, и где я?

Девушку окружал густой лес. Сами деревья были просто нереально высокими и мощными. До первой ветки с земли было минимум метров семь, а в обхвате представители растительного мира составляли что-то около метра. Сквозь крону деревьев не проникало солнце, но мягкий свет всё же присутствовал.

— Это не тот лес, в котором мы остановились вчера. Таких деревьев даже и близко не было в месте ночёвки. Как вообще можно было сюда попасть?

Вокруг не было никаких тропинок или дорожек. Землю покрывал низкорослый кустарник и мох. Но и он мелькал местами, просматривался сквозь дымку тумана.

Лес жил своей жизнь. Где-то летали птицы, устраивая между собой перекличку, прыгали по деревьям белки. Ничего не нарушало природный ритм.

Туман рассеивался. Кое-где ещё был виден белый дым, но он отступал слишком быстро, даже не прячась от случайного свидетеля.

Не с первой попытки, но Ника встала на ноги и отряхнула от одежды мелкую сухую траву.

— Да уж. И занесло же меня. Эй, АУ! — громко позвала девушка. В ответ ей вторило только эхо и стайка птиц, испуганно слетевших с веток деревьев. — Надо как-то вернуться в лагерь. Там уже все волнуются. Так, в какую сторону идти? А, телефон?!

Девушка быстро ощупала карманы джинсов.

— Вот же он. Хорошо, что мы, дети гугла, никогда не расстаёмся с телефоном. Ну что же, сразу звоним Игнату, он меня с помощью геолокации найдёт.

Связи не было. Ни одной чёрточки из сетевой шкалы.

— Да ну нет... — помахала телефоном девушка. — Как такое может быть? И что делать дальше... Как выбираться?

Оглянувшись, Ника замерла в нерешительности. В метре от неё мимо прошла косуля, даже ухом не повела, а спустя время просто проскочил заяц, никак не отреагировав на постороннего.

Девушка задумчиво проговорила:

— Как ни смотри, но, походу, сюда никто не заходит. Следов людей не видно, ни дорожек, ни тропинок... И животные не реагируют на меня. Видимо, глупо ждать помощи от грибников и ягодников. И рекомендации МЧС "оставайтесь на месте" сейчас бессмысленны. Что ж... выходить будем по старинке, пешочком. И где-то же должна появиться связь.

Покрутившись вокруг, Ника выбрала направление и медленно двинулась вперёд. Чем дольше шла, тем больше звуков она слышала. Если с момента пробуждения Ника угадывала только пение птиц, то позже уже определяла их количество, а по хрусту веток могла сказать, на сколько большим было идущее животное. Звуки леса были громкие. Странно, она никогда не слышала, как перепрыгивают с ветки на ветку белки, или карабкаются насекомые. А сейчас начала различать.

Шла долго. По ощущения в дороге она была несколько часов. Из всех неудобств больше всего раздражала наступающая жара, но и пугало отсутствие воды. Кроме того, в лесу к жаре прибавлялась ещё и влажность.

— Сколько я могу так бродить? Если я не выберусь, меня Игнат прибьёт, — бубнила про себя девушка, — пить хочется ужасно. Как же так, ни одного ручейка. Ещё же вчера огромное озеро буквально под ногами было, а сегодня — ни росинки. Сколько там человек может обходиться без воды? А, гугл же не работает. И никого не встретить за целый день. Как такое может быть? ЭЙ, КТО-НИБУДЬ, УСЛЫШЬТЕ МЕНЯ!!!.

Крики девушки многократно усилились эхом. В отчаянии Ника села на корточки и обхватила голову руками:

— Пожалуйста, помогите мне, пожалуйста... — скулила она с мольбой в голосе.

Спустя несколько минут она вновь собралась с силами, выдохнула и решительно встала, подбадривая себя идти дальше. Вдруг девушка замерла на месте. Все птицы и мелкие животные выстроились в одном направлении, будто указывая ей дорогу.

С опаской оглядываясь по сторонам, девушка тихонько двинулась вперёд, куда ей любезно подсказали.

Через минут двадцать пешей ходьбы лес расступился и неожиданно открылась равнина.

— Неужели выбралась? — с благодарностью тихо прошептала девушка. Будто не веря своим глазам, она медленно осмотрелась вокруг себя. Позади неё находилась стена из лесного массива, а впереди — зелено-желтый ковёр низкой травы. После тени леса яркое солнце неприятно слепило глаза, пришлось слегка напрячь зрение, чтобы осмотреть горизонт.

Девушка не сразу заметила мужчин, находящихся на поляне. Люди были в странных костюмах. Большая часть людей была одета в кожаные куртки или рубахи, на штанах — кожаные вставки. У каждого было что-то, напоминавшее оружие. Похоже, это были луки, копья, мечи.

— О, люди! Наконец-то!!! И наверное, костюмированная игра по какому-то средневековью. Может битву разыгрывают? Неважно, они мне помогут! Эй!

Среди всех выделялся один участник в одежде бордово-фиолетового цвета. Он громко выкрикивал и активно жестикулировал, жестами указывая в сторону девушки.

Мужчины быстро двинулись к ней навстречу. В какой-то момент от бегущих людей до неё оставалось около десяти метров. Уже можно было рассмотреть, что их лица и открытые участки тела разрисованы тёмным узором.

Вдруг Ника увидела странный мах руками одного из них и в ушах раздался резкий высокий звук. От вспыхнувшей боли девушка закричала. Это было невыносимое ощущение, будто кто-то решил разорвать её барабанные перепонки. Закрыв уши руками, Ника тут же почувствовала под ладонями тёплую липкую влагу. Кровь. В следующее мгновение перед глазами взорвалась белая вспышка. Горло стало гореть и девушка начала захлёбываться кашлем. Ещё пара секунд и Ника уже ничего не видела и ничего не понимала из-за криков и шума. В этот миг она ощутила опору из рук, которые удержали её от падения. Последними до неё донеслись обрывки фраз:

— Кто отдал приказ, идиота кусок... Не теряй сознание... Лекаря сюда...

— Это было лёгкое оглушающее... Кровь... Оно не могло так подействовать...

— Жива?..

— Где ментар...

Крики вокруг Вероники становились тише. Спустя несколько секунд она уже ничего не слышала и не ощущала, а ещё секунду спустя потеряла сознание.

* * *

Девушка лежала на больничной кровати. Белые длинные волосы, бледная прозрачная кожа, бесцветные губы, на глазах — повязка. Излишне худые руки уложены поверх больничного одеяла. Под одеялом контуры тела указывали на её хрупкое телосложение и невысокий рост. На вид она напоминала полуживой труп, и только дыхание доказывало обратное.

Возле кровати стояли двое мужчин. Один из них одет в белую рубаху — лекарь, второй был одет в бордово — фиолетовую одежду — капитан особого патрульного отряда.

— Лекарь Тиар, вы можете мне что-нибудь рассказать о ней?

— Это бесспорно человек, а не сущность.

— Магиня или ведьма?

— Этого я не могу сказать. Определением магических способностей лекари не занимаются, даже те, кто практикует целительство. Обратитесь в ведьмовские школы, может у них пропала какая-нибудь ученица.

— Уже обратились. Но кого-либо похожего по описанию среди пропавших нет. Как думаете, когда она сможет что-то рассказать? Она спит уже три дня.

— Не торопитесь, капитан. Для неё сейчас сон — это лучшее лекарство. Кроме того, она под действием сонных чар и будет спать ещё насколько дней.

— Как идёт восстановление? Внешне она выглядит... ужасно.

— Если вы говорите сейчас о её физическом состоянии, то не особо обращайте внимание на внешний вид. Оглушающие заклинания, которые вы применили, конечно, причинили ей физические ранения, но уверяю, это не самая большая проблема. Они сработали сильнее, чем ожидали, лишь потому, что вся её энергетическая система сильно подорвана. Вот это и вызывает опасения. На тонком плане каждое из энергетических составляющих, особенно если взять эфирное и астральное тело, разрушено. От её ауры видны только остатки, какие-то отдельные куски, а свечение — еле заметно. Сейчас она под нашей защитой и идёт восстановление. Но пока мы не восстановим её энергетически — не сможем восстановить и физически.

— Среди её вещей не обнаружено ни одного защитного амулета, на теле ни одной руны, — капитан говорил, внимательно осматривая девушку, но все же обращался он именно к лекарю. — И никакой защиты. Как думаете, такое состояние энергетического поля, как это, возможно из-за применения скрытого заклинания?

Лекарь внимательно посмотрел на стоящего перед ним мужчину. С ответом он не торопился. Магические способности особого элитного отряда патрулирования мёртвых зон хоть никому не были известны, но боялись их все и никто не думал ослушаться. Заметив молчание лекаря, капитан внимательно на него посмотрел. Судя по серому свечению глаз, этот маг уже давно считывает его на предмет правды и утаивания информации. И от этих магов бесполезно что-то скрывать, колебания магического фона они определяют мгновенно. Немного подумав, лекарь задал вопрос.

— Где вы её обнаружили, капитан? И кто она? Вы привели её больницу, но не указали ни её имени, ни её род. И её нахождение здесь попросили держать в тайне. Так кто она?

Капитан задумался, но спустя пару минут заговорил.

— Она обнаружена патрульной службой на выходе из Леса душ.

— Лес душ? Это же невозможно?

— Да, невозможно, тем не менее это так.

Теперь уже лекарь по-другому посмотрел на спящую девушку.

— Вот что я вам скажу. Мы изучили свечение её ауры. Последние применённые заклинания не могли причинить такого вреда. Конечно, краткое оглушение и потеря зрения вполне имеет место быть. Эти физические повреждения в скором времени исчезнут, только их и помнили. Не относитесь к себе слишком строго, капитан, здесь нет вашей вины. Но кое-что вызывает более серьёзные опасения.

— И что же?

— При детальном осмотре мы обнаружили, что её аура местами словно обуглена, имеются чёрные рубцы. Помимо пробоин, мы обнаружили присоединённые к ней энергетические шнуры, заметьте, даже не нити. Отсечь или отследить их невозможно. На шнурах стоят печати. Разгадать ритуал, которым их нанесли, я не могу. Даже закрывающее заклинание скрыто не понятным мне способом. А значит, что я не могу определить, для кого она стала подпиткой.

— Простыми словами, мы имеем дело с кражей жизненной энергии? Но ведь такая кража — обычное дело. Это просто воровство. Как правило, берут не много, да и следы такой кражи легко заметны, ведьмы их чувствуют. А здесь что? И кем сделаны такие привязки: магами этого мира или другого?

— Этого я вам не могу сказать. Но тот, кто вам нужен, как питался её жизненной энергией, так и питается. Хотя сейчас уже прекратил, ведь наша лечебница её надёжно спрятала.

— Разве описываемое вами вообще возможно?

— В этом мире? Вам ли не знать, что возможно, а что — нет. Тот, кто это делает, питался ею около пятнадцати лет. И возможно, не пройди она через границу тонкого мира — умерла бы. Причины искать вам. И вот, что ещё, капитан. На ауре стоит несколько печатей. Одну из них я смог прочитать. И это привязка фамильяра мага. Две другие — нет.

— Печать добровольная? Привязка фамильяра не сработает против воли. Да и живой человек, с полноценной душой не может быть фамильяром.

— Я не знаю, что вам на это ответить. Возможно, она сама прольёт свет на происходящее. Видимо, маг настолько напитался жизненной силой девушки, что стал с ней одним целым на ментальном плане. Разделить их уже невозможно, но и подчинить её он не успел. Её биополе не содержит части посторонней силы, а значит, полностью фамильяром она не стала. Мне сложно судить, я никогда не видел такого ритуала. Из общих начал могу только сказать, что фамильяром она может стать, если даст добровольное согласие на служение — тогда ритуал завершиться, если нет — как развернётся эта магия, мне неизвестно.

— Лекарь Тиар, она ЖИВОЙ, ПОЛНОЦЕННЫЙ человек! В фамильяры идут духи с неполной душой. Как возможно то, что вы сейчас говорите?

— Я не знаю. Но ясно только то, что кто-то решил сделать её своим рабом. И делал это на протяжении пятнадцати лет, это точно. Это все, что я могу сказать.

Капитан глубоко вздохнул. На его лице залегла морщина от раздумий.

Спустя несколько минут лекарь ушёл, оставив капитана рядом с девушкой. Мужчина стоял, погруженный в свои мысли. Его взгляд то осматривал девушку, то переходил на окно и зависал, глядя куда-то в даль: "Кто же она? И что с ней теперь делать? Необходимо дождаться, когда она придёт в себя. Возможно часть вопросов отпадут и мы поймём, с чем имеем дело. Хорошо, если это простая студентка, заигравшаяся в эзотерику. Но если она ни при чём, тогда это большая проблема. Необходимо доложить вышестоящему о случившемся и обо всем, что стало мне известно".

* * *

Пробуждение давалось тяжело. В ушах звенело, голова раскалывалась от монотонных импульсов боли. Болевые волны отражались оранжевыми вспышками перед глазами, вызывая чувство тошноты.

— Вы меня слышите? — голос в голове звучал словно шёпот сквозь шипение лампового телевизора, — прислушайтесь ко мне! Просыпайтесь... просыпайтесь... Попробуйте открыть глаза.

Яркость солнечного света, проникая сквозь малейшую щёлочку открытых век, вызывала боль, и заставляла опять зажмуриться. Все расплывалось. Даже представить было больно, что нужно открыть глаза. С первой попытки ничего не получилось. Но голос в голове настойчиво повторял одно и тоже.

— Вот так.... медленно, не торопитесь. Если вы меня слышите, просто кивните.

Кивнуть без вспышки боли — та ещё задача. Но, как ни странно, болевые ощущения постепенно проходили, а слёзная пелена перед глазами пропадала.

— Вы меня слышите? — вопрос был задан мужчиной, одетым в белое, наверное, халат. На вид лет двадцати пяти, русый, худощавый. За его спиной стояли ещё двое в чёрных накидках.

— Слышу, — только и могла прошептать девушка.

— Мы меня понимаете?

— Да, понимаю.

— Как вас зовут? Вы были найдены у края леса.

— Я... Вероника Громова, студентка Колледжа искусств, — медленно начала говорить девушка.

— Как вы здесь оказались?

— Я отдыхала с друзьями в палаточном лагере возле Озёрного водохранилища. Вечером немного посидели у костра, а потом я отошла и заблудилась. Очнулась в лесу. Долго бродила по нему, но в итоге вышла... только не поняла, с какой стороны. А после, попала в какое-то игровое сражение и не помню, что в итоге произошло. Меня чем-то ударило?

— Какой сейчас год? И какая страна?

— Да такая же, как и ваша. А по году — в этом году выборы в палату представителей, — ответила девушка. "Какие странные вопросы. Может хотят проверить, не лишилась ли я памяти?".

— Вы сказали, что заблудились. Вы были одна?

— Да, одна. Поздно было, все ушли спать, а я немного задержалась. Вдруг не понятно как, но начался туман. Очень плотный. Я такого тумана никогда не видела, и я не смогла выйти к палатке. Наверное потеряла ориентир, заблудилась. А потом проснулась в лесу. Где я сейчас?

Тот, что в белом халате, водил руками вокруг головы, отчего становилось легче. Какое-то прохладное прикосновение, но действовало лучше любой таблетки. Буквально несколько минут и зрение вернулось полностью. Приступы боли больше не ощущались.

Девушка осмотрелась. Только сейчас заметила, что палата была не такой, как возможно увидеть в любой среднестатистической больнице. Во-первых, это была скорее одноместная комната. Во вторых, обстановка: трёхметровый потолок (ну допустим, это сталинка или период застройки каких-нибудь тридцатых годов, может раньше), деревянные балки, окна в пол, напольный канделябр со свечами, деревянная кровать с высоким изголовьем, льняное постельное белье, деревянный пол, и, поразительно, в стенах совсем нет розеток.

"Что за глушь? — подумала Ника. — Где ещё остались такие места? Налоги сюда вообще не доходят?"

Возле кровати находились люди, чьё одеяние нельзя назвать современным. На одном одет не больничный халат, а простая свободная рубаха. На стоящих поодаль от него мужчине и женщине — чёрные плащи с наплечниками. И волосы неестественно чёрные.

"Красят волосы? Девушка вполне себе может позволить, но мужчина? По национальности, вроде славянин, или нет? А вот глаза явно с линзами. У мужчины — чёрные, у женщины — со змеиными зрачками", — Ника слегка потёрла глаза. — Показалось, не может такого быть. Да во что они играют? Зачем им такие линзы? Сколько прошло времени с костюмированной битвы, почему никто не переоделся?"

— Сколько времени я без сознания? — вслух произнесла Ника.

— Несколько дней, — ответил уже мужчина в чёрном.

— Как несколько? За это время вы не смогли узнать, кто я, и не сообщали моим родным? Да все, наверное, с ума сходят в попытке меня найти! — от волнения голос девушки охрип, она закашлялась и жестом попросила воды.

— Вот, выпейте, — любезно сориентировался лекарь, и после продолжил задавать вопросы. — Подскажите, вы говорили, что перед тем, как очнуться в лесу, вы видели туман. А что-то странное больше не заметили?

— Туман был густым. А как это связано с моим состоянием?

Лекарь и мужчина молча смотрели прямо на больную, взгляд их был задумчив. Так же как и девушка-змея. Только её взгляд был с прищуром. Страшное зрелище, словно рептилия пытается определить, с какой стороны лучше укусить.

"Ты ещё облизнись" — так и подмывало Веронику съязвить.

Молчание затягивалось.

— Мне надо сообщить родным, что со мной все в порядке. Меня ищут, — решительно произнесла девушка. — Где я нахожусь? Дайте мне мой телефон и зарядку, а то он разрядился за эти несколько дней. Меня отсюда заберут...

— Меня зовут Аргон, — перебил её мужчина. — Пожалуйста, успокойтесь и выслушайте то, что я вам сейчас скажу. Никому вы не сможете сообщить, где вы.

— И почему же? — взгляд девушки был решителен, и более резким тоном она добавила, — А вы кто?

— Я представляю службу по контролю за нарушением в области защиты от применения магических заклинаний, посягающих на целостность живого существа и его внутренней воли. И вы сейчас не в своей стране, даже не в своём мире. Вы совершили переход через Тонкий мир, пройдя через Лес Душ, то есть границу, отделяющих души мёртвых от живых.

— Чего вы представляете? Эта шутка такая?

— Нет, это не шутка. Вы случайно переместились между мирами. Причём ваш переход был настолько грубым, что вас буквально протянуло через материю тонкого мира.

— Материю тонкого мира? — эхом повторила девушка.

— В результате пострадало ваше физическое и энергетическое тело, — вступил в объяснение лекарь, — касательно энергетического тела...

— О нет, давайте сразу перейдём к физическому, — тут уже в голосе появился сарказм. "Что они городят, какой другой мир?".

Лекарь запнулся с ответом, но все же через минуту смог подобрать слова и продолжил.

— Сейчас будет сложно всё это воспринять, но вы постарайтесь. Вы действительно сейчас уже не в своём мире. А просто физически переместились в мир, отличающийся от вашего. Здесь, если вам так проще, мир энергетического...

— Подождите… подождите… — перебила его Ника. — Я в аду и я умерла?

— Нет, до загробного мира ещё далеко. Но ваш переход через Лес душ вполне мог этот момент приблизить, — вступил в разговор мужчина. — Но все же нет, вы не в аду и вы не умерли. Но поначалу вас спутали с демоном, поэтому и слегка оглушили.

— Ага... — кивнула Ника в такт его словам, — оглушили и спутали.

— У нас к вам очень много вопросов, прежде всего, ваше энергетическое тело.

— Ммм, энергетическое тело, а что с ним не так? Оно же есть? — разговаривая, девушка заглянула под одеяла, но не в поиске его, конечно, тела, а посмотреть, во что одета под ним, в смысле не под телом, а под одеялом.

"На мне что-то похожее на ночную рубашку. А где одежда?".

— Оно очень сильно пострадало. На вашей ауре следы кражи вашей жизненной энергии. Вы никогда не чувствовали себя подавлено, может быть апатия? — продолжал лекарь.

"Может я в психушке и тут вечерние часы посещений? Вот и гуляют умалишённые. Тем не менее, где могут лежать мои вещи? Ладно, так вроде тоже можно". Ника откинула одеяло, демонстрируя попытку сесть на кровать. Псевдолекарь слегка подвинулся, освобождая место.

— Подумайте, кошмары во сне, чувство потери, в конце концов мёртвые может быть о чем-то предупреждали, — не унимался умалишённый, разыгрывая из себя врача.

"Три метра до двери".

— Куда вы собираетесь? — голос подала девушка-змея.

— Я... Мне просто встать надо... — как бы невзначай сказала Ника и взглядом попросила лекаря продолжить, — какие там ещё признаки того, что вы там перечисляли?

— А, ну в общем, где-то может проявляться вспышками то злость, то...

"Раз, два, три... бегом".

Ника, что есть силы, рванула к двери. Открыв её, решительно выбежала из палаты прямо в круглый зал.

Где-то за спиной послышался шум падения нескольких тел.

"Мои психи грохнулись. Ничего, будут знать, как разыгрывать из себя апокалипсис, придурки обдолбанные! Надо же "тонкий мир"... — на бегу раскинув в разные стороны проходящих мимо людей, девушка со всех ног бросилась в том направлении, где в дверном проёме было темно. — Куда дальше? Лево? Право? Туда. Наверное, там выход. Ну ни одной таблички!".

Девушка только на секунду замешкалась, пытаясь рассмотреть что-либо в тёмном проёме, но тот час же была придавлена к полу чем-то очень тяжёлым, по инерции дополнительно шлифуя лицом по полу ещё метра полтора.

— Ну куда же вы собрались, девушка? — прошипели ей в ухо змеиным голосом.

— Пусти меня, — закричала юная беглянка, — пусти, иначе я вызову милицию!!

Но в ответ на угрозы в уши ударил только змеиный шёпот. Несколько секунд спустя подбежали и двое оставшихся: тот, кто назвал себя Аргон, и сам лекарь.

— Отпусти её, — спокойно сказал лекарь.

— Та куда её отпустить, сейчас опять когти рвать будет, — ответила все та же змеюка. Но все же она подняла Нику с пола, хотя не сделала ни одного движения для освобождения девушки от захвата.

— Пусти, по-хорошему прошу! — с угрозой потребовала Вероника.

— Так я и испугалась!

— Девушка, я понимаю, вы напуганы, — начал лекарь, пытаясь привлечь её внимание, — пожалуйста, посмотрите на меня.

Он стоял с поднятыми руками, на которых бело-голубым отражалось свечение. В следующее мгновение руки лекаря опустились на лицо девушки, заставляя её смотреть прямо на него. Свечение рук оставляло тёплое покалывание, мягко залечивало скулу и щеку девушки.

— Падение на пол не прошло бесследно. У вас начал проявляться синяк, — пояснял лекарь свои действия, — уже даже красно-синее пятно образовалось. Но мы сейчас это вылечим. Несколько минут и будет готово. Боль от ушиба сейчас пройдёт.

Ника смотрела на двигающиеся от локтей к ладоням лекаря голубые импульсы. Её взгляд говорил о том, что она не понимает происходящее.

— Вероника, посмотрите вокруг, — сказал Аргон. — Оглянитесь же!

Оторвав взгляд от свечения рук и последовав совету Аргона, она огляделась.

На звуки перепалки начали собираться и пациенты, и целители этого заведения. Возле них образовался кружок из любопытных зрителей. Одни из них носили длинные бороды, одеты в белые длинные мантии, украшенные разноцветными драгоценными камнями. Рядом с ними стояли не похожие на них люди. Первой, от кого не могла оторвать глаз Ника, была женщина-старуха. Одна часть её лица выглядела лет на двадцать, а вторая — на шестьдесят. Затем Ника перевела взгляд на молодого парня, контуры тела которого были покрыты льдинками. Лёд не был придуман и, смотря как ёжатся возле юноши соседи, видимо, излучал холод. За спиной юноши всю компанию рассматривал мужчина с волчьими глазами, а рядом с ним стояла женщина с мертвецкой бледной кожей. В правой стороне зала, за спинами всей этой компании, просматривался кабинет с уложенным на стол огромным животным. И скорее всего, его намеревались лечить.

— Что. За. Дурдом. Фриков? — вслух произнесла Вероника.

— Лероко, покажи, — скомандовал Аргон. — И отпусти ты её.

Девушка-змея отпустила девушку и встала перед ней. Через секунду на её месте оказалась огромная ящерица.

— Мамочки!!! — Вероника с криком вскарабкалась на спину лекаря, намереваясь залезть выше, наверное, прямо ему на голову.

От неожиданности тот закружился, как волчок, руками пытаясь отряхнуть от себя девушку.

— Аааа, куда! — закричал он в панике, размахивая руками. — Да слезь ты, неугомонная! Снимите её кто-нибудь!

— Матерь божья, отче наш, что за черти вокруг, — Вероника в ужасе карабкалась на голову лекаря. Площадка в форме головы была явна мала для баланса., и девушка соскальзывала то в одну, то в другую сторону, но не сбавляла усилий, потаясь залезть выше. — Что это, кто же это. Помогите!!! Помогите мне!!!

— Вероника!!! — криком пытался достучаться до девушки Аргон, бегая вокруг лекаря, — Успокойтесь!

— Отвалите от меня, — девушка отмахивались от Аргона свободной рукой, а второй держалась за голову лекаря и продолжала карабкаться выше в попытке усесться на его голову, как курица на насест. При этом она поимённо вспоминала всех своих родственников, — что же матушка, и дяди и тёти, кто это, как это...

Порядок во всей этот катавасии навела девушка-змея. Возвратившись обратно в форму человека, она поймала взгляд орущей барышни и на несколько секунд задержала его свечением своих глаз. Это заставило Веронику застыть и замолчать. Этим и воспользовался Аргон, стянул девушку с лекаря и перевёл всё её внимание на себя.

— Вероника, ещё раз посмотрите, вы в ином мире! — говорил Аргон. — Я понимаю, вы напуганы, но позвольте нам все объяснить и показать.

Девушка молча смотрела на Аргона.

— Ясно, переборщила Лероко, — констатировал Аргон. — Тогда поговорим в палате. Хорошо? Молчание... Что же, будем считать, что это ваше согласие.

Не отрывая взгляда от глаз собеседника, всхлипывая, с дрожащей нижней губой, девушка послушно позволила увезти себя обратно в палату. Там её аккуратно усадили на кровать и укрыли одеялом. Спустя минут пять её взгляд стал более осознанным.

— Вот теперь она может думать, — сказал Аргон. — Можем продолжить.

— Так, сейчас выслушайте, — вступил в разговор лекарь. — Барышня, не торопитесь убегать, да и, честно говоря, бежать вам некуда. Это другой мир и другие правила. Тут уровень повыше вашего.

— Ника, зовите меня Ника, — только и могла ответить девушка.

— Вы готовы меня выслушать? — спросил Аргон. Он присел на кровать рядом с девушкой.

— Я...не... не готова, но выбора, так понимаю, нет, — глухим голосом ответила Ника. Сделав несколько сильных вдохов, перевела взгляд на Аргона и более уверенным голосом все же продолжила. — Давайте сначала. Где я?

— Это сложный вопрос. И одновременно лёгкий, — начал свой рассказ Аргон, взгляд его при этом был устремлён на Нику. — Мы знаем о существовании вашего мира. И практикующие маги вашего мира тоже знают о нас. Наш мир называется Коши. Наш и Ваш мир — разные, но между ними есть определённый обмен энергиями и есть общий тонкий мир, то есть место, где нематериальное пространство между мирами объединяется. Фактически, оно едино для обоих миров, но здесь ощущение тонкого мира намного сильнее. Мы его буквально чувствуем, иногда видим. Да, в определённые даты ведающие, или маги вашего мира, назовём это так, чувствуют сближение миров. Они могут чуть сильнее чувствовать прилив сил, энергии, но попасть сюда не могут. Хотя определенным способом черпают энергию тонкого мира. Но повторюсь, пройти границу не могут. Возможно, наиболее сильные могут общаться через порталы, например, зеркало, но это происходит крайне редко. Так вот, вы каким-то образом проникли через границу миров и более того — материю тонкого мира, и очутились здесь. И надеюсь, вы расскажите, как вы это сделали.

Ника задумалась. Она посмотрела по сторонам и уже по другому обвела взглядом комнату. Через минуту раздумий девушка заговорила.

— Я ничего не делала, повторюсь. Я сидела у костра, начала засыпать. Не знаю, на минуту закрыла глаза. Почувствовала шаги и, когда очнулась, поняла, что нахожусь в тумане. Буквально, в белом облаке. Чуть походила, но не нашла своих друзей. А потом... Даже не знаю...

— Говорите, как было. Это важно.

— Потом я почувствовала давление и страх, словно что-то меня сжимает. Я, возможно, потеряла сознание. А проснулась в лесу, но уже не в том, где была. Бродила по нему. И в итоге вышла на...не знаю, поляну, а там были какие-то разукрашенные люди в одеждах.

— Патрульный отряд.

— Вам виднее, кто это был.

— Вас когда-либо мучили кошмары? — спросил лекарь.

— Мучают. И уже давно. Не помню, когда я нормально спала.

— Какого рода кошмары? Страшный сон или ощущения?

— Ощущения... оцепенения и страха.

— С утра чувство ужаса проходило?

— С утра я, как полу мертвец, обычно ходила, — голос девушки был растерянным, да и она сама выглядела очень отстранённо. Пока говорила, просто смотрела в одну точку, изредка переводила взгляд в сторону, но возвращала его обратно через несколько секунд. — Знаете, такое нежелание двигаться было, и хотелось просто спать. Иногда могла быть не собранной несколько дней. Но такие моменты они же не каждый день. Может быть раз в месяц. Я, если честно, не скажу, как часто или редко. Они просто есть. И всегда их сопровождал холод. Мне приходилось укутываться во что-то тёплое, даже когда на улице была жара.

— Скажите, а с какого возраста вы видели или чувствовали кошмары?

— Сколько себя помню.

— А ваш возраст сейчас?

— Мне семнадцать лет.

— Ваша семья?

— Мама и отец, бабушка. Живём все вместе. Мама работает на санитарной станции.

— Это где, поясните, пожалуйста?

— Ну в службе по контролю за соблюдением разных норм чистоты.

— А отец?

— Отец — строитель.

— Ясно... Может быть в вашем роду были ведьмы или колдуны?

— Честно, о таком я не слышала.

— А сами увлекаетесь чем-то потусторонним, может быть практикуете эзотерические ритуалы?

— Нет, никогда.

— Недавно в вашей семье кто-то умирал? Вы не помните, на похоронах странные вещи происходили?

— Я не помню. За свой возраст на похороны не ездила ни разу, если честно. Меня в это не посвящали. Моё здоровье и так было слабым. Не помню, чтобы даже упоминали при мне про такие события, — Ника отвечала на все вопросы спокойно. После перевела взгляд на лекаря и спросила, — Вы говорили о моем состоянии. Сейчас я готова более внимательно вас выслушать.

— Что же, — в разговор вступил лекарь, — позвольте я представлюсь. Лекарь Тиар, целитель лечебницы. Вас доставили к нам 5 дней назад. Физически были повреждены органы слуха и зрения. Так как воздействие было нанесено путём действия заклинаний, то есть возможность таким же способом их восстановить. Эти три дня вы находились под действием сонных чар, а мы пытались вылечить вас и минимизировать результат воздействия. Возможно, сейчас вы восстановились не полностью. Для этого надо время. Но достаточно, что бы вы видели и слышали. Теперь, что касается вашего энергетического тела. Каждая частица тела излучает определённого рода энергию, образуя в теле человека энергетические блоки. А взаимосвязи этих блоков — энергетическое поле человека. Свечение поля называется аурой. Наши маги изучили ваше поле. Так вот, полноценно физически вы восстановитесь после того, как восстановитесь энергетически. Первичный анализ ауры говорит о том, что врождённых магических ресурсов в вашем теле природа не заложила. Вы обыкновенный человек. Кроме того, изучив ваши меридианы мы понимаем, что ведьмой по рождению вы не являетесь.

— Лекарь Тиар, а нельзя просто анализ крови взять? Как то, что вы описываете, связано со здоровьем?

— Я понимаю, что для вас это странно. По позвольте я продолжу и всё вам объясню, так вот... — лекарь начал аккуратно подбирать слова, но в следующий момент передумал и выпалил скороговоркой, — данное вам родителями физическое тело не обладает и толикой магического ресурса, но ваше энергетическое, если хотите — астральное, ментальное тело стало магическим источником жизненной энергии для кого-то в этом мире. Да что я говорю... В общем складывается впечатление, что кто-то надломил всю вашу защиту и питался вашей энергией. Мы видим магические привязки, образованные несколько лет назад, но не можем их прочитать. Скорее всего, вы — подпитка чьей то силы. Хотя нет, скорее резерв для колдуна. Ваша аура говорит об этом.

— По-нят-но, — растягивая слова, произнесла Ника, — у нас такую функцию повербанк выполняет. Зарядка и источник питания одновременно.

— Что простите?

— Да, не берите в голову..., — отмахнулась от вопроса Ника. — А разве люди могут быть подпиткой?

— В этой роли больше всего выступают фамильяры мага, — сказал лекарь и пальцем указал на девушку-змею, — Например, Лероко — фамильяр Аргона, его постоянный спутник и помощник.

— У нас в сказках фамильярами выступают кошки, совы, в общем живность разная, — задумчива сказала Ника, глядя на Лероко.

— Вся сложность в том, что в фамильяры идут не просто так, — покачал головой Аргон. — Как правило, это части души, которые добровольно соглашаются служить магу, принимая часть его силы. И только частица силы мага делает из них нечто целое, способное принимать телесную форму, как правило животного. Такой фамильяр может выступать источником энергии, защищать хозяина, принимать на себя последствия порчи и проклятий. В этом и есть суть фамильяра, жить за счёт хозяина и быть его резервом силы, верным помощником и щитом.

— Но вы сказали о неполной душе и о добровольном согласии. Я же человек, а не часть души! Я живая и целая! Как я могу быть фамильяром?

— Вы выглядите, как человек, но в энергетическом плане — вся ваша аура в трещинах и надорвана, жизненные меридианы тонкие. Вы попали в этот мир, потому что кто-то так сильно к вам присосался, что перестарался за "обедом"?

— То есть меня ели?

— Ну не ели, хотя... ну да, возможно, ели. Ваше энергетическое поле фактически высасывали через шнур, соединивший вас и мага, — увидев взлетевшие брови Ники вверх, Аргон замахал руками перед лицом девушки, — Не переживайте, видимо, в момент угрозы жизни вас буквально перетащило через пространство, чтобы вы, возможно, могли уже здесь жить за счёт хозяева. Как паразит.

— Или ритуал не состоялся до конца, — задумчиво проговорила Лероко, уставившись на Аргона.

— Вы издеваетесь? — Ника посмотрела на них обоих.

— Ну не паразит. Это просто чтобы вы легче поняли, — попытался оправдаться Аргон.

— О боже... то еда, то паразит. У вас это норма, что кто-то живёт за счёт другого? — возмутилась Ника.

— А вот тут вы правы, практика такого уровня магических ритуалов и последствий запрещена. Но понять, кто живёт за ваш счёт, мы не можем. Многие привязки буквально разорвало. Мы проверим всех, кто владеет такого уровня магией, и обещаю, что найдём его.

Ника вздохнула и закрыла руками лицо.

— Сейчас вам нужен отдых, — участливо погладил её по плечу лекарь. — В лечебнице мы поможем вам восстановиться. Это для вас сейчас самое главное. И да, сейчас на вас наденут некоторую защиту: и физическую и энергетическую. Начнём с отсечения ненужным утечек, а после мы будем двигаться дальше.

— Мы бы ещё хотели обсудить, как к вам попал паразит... — задумчиво сказал Аргон.

— Ещё не надоело?

— Боюсь, что нет. Нам надо, чтобы вы рассказали о себе все в малейших подробностях. — Аргон был категоричен. — И не надо смотреть на меня. Это я спасаю вашу душу от подчинения и рабства. Так что отныне вы говорите мне всё, что я хочу услышать о вашей жизни, помните вы её или не помните.

Ника закатила глаза, но покачала головой в знак согласия.