На следующий день школу атаковали обеспокоенные родители. Все они получили на почту письма о произошедшем с требованием возместить ущерб Академии. Основной удар принял на себя помощник Мортиморы — Феликс. Именно ему пришлось объясняться, как так получилось, что одни из перспективных ведьм лишились сил, а родители за это должны ещё и заплатить.

Сама Мортимора сегодня спешно покинула Академию. Она направлялась в лечебницу к мастеру Магибусу.

В кабинет главного целителя она ворвалась как ураган.

— Как ты мог, — крик Мортиморы разнёсся набатом ещё до того, как за ней закрылась дверь. Прямо с порога Мортимора кричала, — Ты знаешь, что она натворила?

— Что с Никой? — беспокойно уточнил мастер.

Мортимора выдохнула. После медленно рассказала о произошедшем. Спокойствие давалось ей нелегко. Местами она начинала активно жестикулировать и кричать, потом сбавляла тон, но через минуту начинала сначала.

— Магибус, пострадало ДЕВЯТЬ учениц.

— А Ника?

— Она тоже, но не так, как ты себе можешь вообразить. Она смогла буквально разорвать фамильный контракт с родовым бесом. Ты понимаешь, что это значит? Кипира пострадала ещё сильнее. Ее силы, возможно исчезли. От неё осталась оболочка. Магибус, что у нее за дар?

— А сама Ника? — мастер Магибус перешёл на крик, пытаясь узнать состояние девушки.

— Да что ты заладил: "Ника" и "Ника", — Мартимора ходила по кабинету туда-сюда. Высокие каблуки отстукивали нервный ритм движений. — Она тоже пострадала, но так как её потенциал не известен, то точно и не знаем, насколько сильно. Переломы и сотрясения. Но не смертельно. А в ментальном плане, ей ни одной атаки не нанесли. Припугнуть хотели, а она напала первая, имей в виду!

— Я не наивен, Мортимора. Ученицы ВАРа всегда преследуют цель, когда нападают. И судя по количеству пострадавших — напали стаей. Против одной. Разве не так?

Мортимора стыдлива опустила глаза. На это она возразить ничего не смогла. Пришлось сесть на кресло и прямо, уже без истерики, смотреть на мастера.

— Ты мог меня предупредить, Магибус.

— А разве не предупредил? Я же сказал, Ника — редкий талант. Ты моя ученица. И поэтому Нику я отправил именно к тебе. Неужели не догадалась? И не устраивай мне истерик. Посредственность я бы к тебе не направил. И сейчас ты должна стать учителем для неё.

— Ты же знаешь, я не беру учеников.

— Но она особенная. Помоги ей.

— А чем же она особенная?

— Мортимора, я не могу сказать.

— Почему?

— Я не знаю её дара, — покачал головой Магибус. — Но ты должна создать условия для его раскрытия.

— Как я могу учить и не знать чему?

— Тебя же я научил. Вот и ты теперь учи её. И не нужно её учить чему-то конкретному, а вот базовые знания дать надо.

— Магибус, о чем же ты меня просишь? — устало спросила Мортимора, но скорее это был риторический вопрос, и не требовал пояснений.

* * *

"Я чувствую его приближение. Страх сковывает, не даёт пошевелиться. Он ощущается физически. Голова, болит голова... Он пытается пробиться через мысли. Именно там наибольшая пульсация. Должна быть защита. ЧИТАЙ, ЧИТАЙ!!! Крик в голове заставляет повторять заученные слова Тиара: "Силой мне дарованной, признаю тебя одною великою, покровительством силы моей и духа моего, позволяю питать и наполнять меня, и защита твоя охраняет всю Меня, и Тело, и Душу, в Пространстве и Времени, на Небе и Земле, среди Друзей и Врагом, среди Мыслей и Помыслов, Осознанных и Неосознанных. Принимаю. И Защиту мою не пробить ни снаружи, ни изнутри. Закрыто". Я повторяю слова снова и снова. Они звучат, как мантра. Я растворяюсь в собственных словах, безусловно доверяя им, наделяя их статусом молитвы. И снова, и снова, и снова. Не помню, сколько времени мне понадобилось, чтобы понять, что опасности нет, чувство страха и ужаса прошло. Но может быть оно затаилось? Я прислушалась к себе, ища отголоски паники. Но нет, мои мысли чистые и ясные, в них нет страха, а только уверенность, что мне ничего не грозит. Он ушел. Сегодня он ушел".

Тело прошиб пот. Стук сердца отдавался в ушах. "Что это было? Сон? Не похоже на сон".

Ника открыла глаза. Резкая боль и жжение тут же заставили её зажмуриться. Любое движение отдавалось спазмом в виски. Все нервные окончания вдруг стали деревянные и малейшее усилие ощущалось как трение.

— Доброе утро! Если оно доброе, — у окна стояла Мортимора. — Ты спала сутки. Как себя чувствуешь?

Девушка только кивнула на такое приветствие, хотя это далось ей с трудом.

— Два неполных дня и столько проблем. Ты знаешь, что произошло?

Ника слегка задумалась. После странного сна, прошлые события вспоминались урывками.

— Драка. Я защищалась, — все же Ника осмотрелась. Она находилась в белой комнате.

— А как ты защищалась? Ты разорвала родовой контракт с бесом одной ученицы, а силы другой практически исчезли. Слава богам, не до конца. Ничего не хочешь пояснить?

— Я повторюсь, я защищалась. Сами же посоветовали — не умереть. И я постаралась. Или надо было позволить себя изуродовать? Вы сами хоть раз видели тех, кто стоит за ведьмами?

— А ты?

— А я вижу. И это не безобидные тени.

— Очень страшно?

— Да.

— Поверь, ты ещё даже рядом не стояла с тем, что действительно страшно. Поэтому советую тебе вести себя спокойнее.

— Нет. Я защищалась от монстров. И не подумаю отступать впредь. Даже если мне все кости переломают.

Мортимора внимательно смотрела на Нику. Смотрела и молчала.

— Хорошо, — задумчиво согласилась ректор. Постукивая пальцами по подоконнику, молчаливо изучала девушку, но через минуту продолжила, — профессор Лекари сказала, что ты здорова, если не брать в расчёт синяк на пол-лица и перелом ребра. Синяк залечить даже не пытались. Все силы ушли на залечивание перелома. Твоя энергия не разрешает тебя исцелять другим. Возможно, когда ты в сознании, то сможешь контролировать этот процесс. Поэтому ни синяк, ни перелом ребра не закончили. Наложили тугую повязку. Обезболили. Но не особо радуйся. Если ты не чувствуешь боли, не значит, что её нет. Как поправишься, можешь возвращаться к занятиям. Учитывая ситуацию, расписание немного измениться. Понятно?

— Понятно, — вслух произнесла Ника, но в мыслях все же спросила: "Не болит? Это называется не болит? А как тогда ощущается то, что болит?"

— Отлично. Выздоравливай. И Ника — постарайся никого не убить. Готовься к занятиям. Болезнь — не повод не учиться.

С этими словами Мортимора покинула палату.

Как только она ушла, в палату вошёл Ушани.

— Ну Ника!!! Вся ВАРа гудит о том, как ты разделалась с Ифирой. Ты как? Выглядишь паршиво.

— Спасибо. Ты галантен. И комплименты умеешь делать. Сейчас оденусь и пойду учиться.

— Какое тебе учиться? Завтра уже. Я тебе пару книг принес — почитаешь. Сейчас можно на обед. А потом в комнату на отдых. Приступишь к занятиям завтра. Ох и синячище!!! Обедать идём?

— Я думала, что ты мне обед сюда принесешь! — саркастически заметила Ника, и вдруг спохватилась, — а, Ушани, библиотека!!! Я же книги заказала и не забрала. Аж ты ж!!!

— А я то чё? — удивился парень, но после покорно добавил, — ладно, корректировка планов. Сразу библиотека.

— Сильно страшно выгляжу?

— Ну если привыкнуть... — критично осмотрел её Ушани, — то всего лишь небольшой синяк. Двигаться можешь? Давай пройдёмся в столовую? Или в библиотеку сначала?

— Дай ответить! Могу и двигаться, и ходить! И лучше наоборот! Сначала в столовую, потом в библиотеку. Я кушать хочу, — в подтверждение слов живот Ники издал тихое голодное урчание. — Можно?

— Можно, — улыбнулся Ушани.

— Тогда пошли, — кряхтя поговорила Ника. — Помоги мне встать. Ой, как больно!

— Справишься?

— Постараюсь. Ушани, я такая голодная. Пошли уже!

* * *

В столовую Ушани и Ника пришли последние. Все столы были заняты, оставалось только несколько свободных стульев у окна, ближе к месту приёма грязной посуды. На столе находились отдельно упакованные приборы, хлеб и вода. За столом одиноко сидела угловатая, через чур костлявая, девушка. При приближении ребят она вжала голову в плечи, словно готовилась к нападению.

Ника с трудом села на стул, абсолютно игнорируя отстранённое поведение соседки. Тело, хоть и не сильно, но болело, а в добавок — не слушалось. Каждый сустав сгибался словно на ржавых шарнирах.

— Принесешь? — Ника жалобно посмотрела на друга.

Ушани только кивнул и побежал за обедами для них двоих. А Ника нервно поглядывала по сторонам.

— Чего опасливо смотришь? — Ушани поставил перед ней поднос с едой. Источая ароматы, на нем дымился наваристый куриный бульон, картофель с подливой, а также салат из редиса, отдельно принёс чай и пирог.

— Как-то завтрака хватило и возвращаться сюда не было желания.

— Обед другой. Вполне неплохо. Ну-с, — Ушани хлопнул в ладоши и взял в руки одновременно ложку и вилку. — Пока ты в бойнях участвовала, я почти обжился. Тут неплохо.

Остатки фразы тонули в едой набитом рту.

— Я и вижу. Вон, на тебя смотрят с ненавистью, — махнула Ника в сторону столика с магами, с которыми ещё пара дней назад была стычка.

— И что? — как ни в чем не бывало, Ушани просто пожал плечами. Его больше волновало, как разделаться с обедом. Не особо заморачиваясь, он взял тарелку с бульоном и отхлебнул прямо из нее.

— Вкусно?

— Мг. Аккуратно, горячее, — с набитым ртом, сёрбая бульончик, предостерёг Ушани.

Ника присоединилась, но не успела насладиться обедом, как к столу подошла ещё одна группа ведьм.

— Ириса, у тебя новые друзья? — Мелодично задала вопрос ведьма, заботливо уложив руку на плечо девушки.

Ведьма была словно икона стиля: светлые волосы аккуратными волнами спускались по плечам, идеально ухоженное лицо с лёгким румянцем, яркие зелёные глаза и розовые губки. Ни одного изъяна ни во внешности, ни в одежде. Ни одной складочки на юбке. Почти ангел.

Ириса, так звали девушку, что сидела за столом, просто смахнула руку незваной гости.

— Ну что ты, не рада мне? — словно невинное дитя, пропела "почти ангел".

Чуть наклонившись к тарелке, она что-то прошептала, отчего в тарелке Ирисы появилось шевеление, с каждой секундой все более усиливаясь. На стол стали вываливаться черви: белые, красные, толстые, тонкие. Ириса испуганно вскочила из-за стола, в глазах её застыли слезы. Это вызвало смех группы девушек. Они стояли в двух метрах и наблюдали за происходящим. Похоже это была группа поддержки "почти ангела".

— Хватит уже, успокойся, — сказала Ника, обращаясь к красавице.

Ушани руками стал собирать червей обратно в тарелку. А после поспешил вынести из столовой.

— Я просто подошла поздороваться. Вежливость — это волшебное качество характера, — как ни в чем не бывало, пропела "почти ангел", невинно махнув при этом пушистыми ресницами.

— Я сказала, хват...

— А то что? Что ты мне сделаешь? — нагло уточнила провокаторша. За стычкой уже стали наблюдать все, кто был в столовой.

Ника молча смотрела на ведьму, а в голове разворачивалась буря из эмоций: "Не могу сказать, что сделаю, ведь и сама не знаю, что могу. Но ведь что-то же я могу".

— Вот и сиди на ровном месте, не встревай, — "почти ангел" ткнула в неё пальчиком.

— Как же достали! — Ника прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, затем медленный выдох. И теперь Ника смотрела на ведьму своими белыми глазами. Перед ней предстала душа ведьмы, как она есть на самом деле: лицо покрыто бородавками, кожа вся в рытвинах от болезни, патлатые волосы, длинные уши.

Ника схватила девушку за руку и крепко ее удерживала. "Похоже, не все видят её такой! А если всё же увидят?"

Потребовалось две секунды, что бы "почти ангел" предстала перед всеми, как она есть. Возгласы отвращения прокатились по столовой. А девушки, ранее смеявшиеся над шуткой, молча таращились на подругу.

— Мне кажется, сейчас, в своём истинном обличии, ты выглядишь настоящей, — злорадно подытожила свою работу Ника.

— Что ты сделала? — в голосе послышалось настороженность. "Почти ангел" стала ощупывать себя кончиками пальцев, цепляясь ими за выступающие бородавки и волоски. — Верни все как было! Тварь, верни как было. Нет, это она! Не я! Я не такая! Верни всё на место.

Крича, девушка пыталась вырвать руку из захвата, но никак не удавалось. Ника смотрела на неё в трансе. После нескольких секунд все же отпустила её.

— Ещё раз выкинешь что-то подобное, ты будешь ходить такой всегда, — клятвенно заверила собеседницу Ника.

После того как "почти ангел" освободилась от захвата, все опять стало на места. Перед всеми предстала белокожая красавица. Правда в слезах, бледная и с трясущимися губами, но красавица.

Ника оставила поднос и направилась к выходу. Собирая остатки пирога, Ушани старался не потерять ее.

Ника, думая что уже почти готова ко всем нападкам ведьм, но вот летящей кружки чая в голову — не ожидала. Металл больно ударил по затылку, заставив девушку пошатнуться. А следом в неё полетел поднос с едой, вывернув все на одежду.

— Видимо, злючка решила пойти в рукопашную, — Ника обернулась медленно. Но обидчицы уже и след простыл. Ее подружки спиной пятились к запасному выходу, стараясь не попасться на глаза Ники, — быстро однако, убежали.

В столовой воцарила тишина, нарушаемая чавканьем Ушани, который громко сёрбал чай и доедал пирог.

— Пошли, — Ника махнула Ушани рукой, предлагая пойти. И тот, схватив пирог, последовал за девушкой.

Ника только успела открыть дверь и сделать шаг на выход, как неожиданно уткнулась в грудь парня. Она подняла голову и встретилась взглядом с прозрачными серыми глазами. Этого юношу она узнала, ведь он и его друзья уже обидно подшучивали над ней после занятия по силовому сопротивлению.

— Надо же, как отделали. Уверена, что ты правильно академию выбрала? — спросил юноша. — Отбили, как котлету.

— Отойди.

— Если не можешь постоять за себя, зачем начинать? Сначала провоцируешь драки, а потом на жалость давишь. Тебе бы дома рядом с мамой сидеть.

— Ты ничего не знаешь, — Ника смотрела на слишком заносчивого парня.

Тот не отвёл взгляд, а наоборот, смотрел на неё в упор. От его внимания у Ники мурашки пошли по всему телу.

Он наклонился к ней слишком близко. Его глаза смотрели прямо на неё, а губы практически касались её губ. Ника даже пошевелиться боялась.

— Тебе здесь не место. Ты нам не ровня, — выдохнул он ей прямо в лицо. После юноша выпрямился.

Ника первой опустила глаза и обогнула его по дуге: "Сил моих нет, да что же это за мир такой!".

— Ещё и трусиха, — в спину ей полетели оскорбления.

Девушка выбежала из столовой и шла куда глаза глядят.

— Ника, подожди, — сзади ее догонял Ушани, — не расстраивайся, с кем не бывает!

Он тихонько положил руки на её плечи в попытке успокоить. Девушка резко развернулась, отпихнула от себя друга. Она смотрела потеряно и обозленно.

— Я и "не расстраивайся"? С кем не бывает? — тон ее голоса переходил от шёпота к крику. — Со мной никогда раньше не бывало! Да меня в жизни не били и не оскорбляли! Да, сторонились и обходили, но не унижали!!! И есть люди, которые меня любят, и скучают, и ждут!!! А ты мне говоришь "не расстраивайся"!!! Я не сделала ничего, что бы это всё — развела руками вокруг себя девушка — заслужить. Но и ты не помог мне!

— Я просто не успел...

— Что не успел? Поесть? Смотрел, как и все, спектакль? Я даже не умею защищаться. И не знаю как.... А ты не успел? Ты знаешь этот мир, а не я! И не успел?

— Прости, — протянул он руку к ней

— Не подходи, — Ника сделала шаг назад, — я хочу, чтобы отошел от меня на расстояние и не приближался! Мне надо побыть одной.

* * *

Синяк на правом глазу, красная роговица, разбитая губа, ссадины на скуле — такая красавица смотрела из зеркала на Нику. Раны ощущались так, будто кто-то прыгал по ней сверху. Перелом ребра и синяки по всему телу не позволяли даже двигаться. Как она вообще передвигалась час назад?

Откинувшись в кресле, Ника смотрела в потолок.

— Достало всё, — она прикрыла глаза. Нападки и побои довели девушку до истерики. Её плечи начали ритмично вздрагивать, послышались всхлипы, а следом полились слёзы. За все время это была ее первая истерика. Что бы заглушить истерику, Ника закрыла лицо подушкой.

— Долго плакать будешь? — резкий мужской голос прозвучал неожиданно. — Вставай, пошли на тренировку.

В дверях стоял преподаватель — мастер Рон Сирп.

— Не хочу. Хочу домой. — Ника смотрела на него, размазывая слезы.

Он подошёл и внимательно стал изучать её.

— Синяки — дело поправимое. Ребро профессор Лекари залечит. Просто позволь вмешаться другому энергопрактику. Твоя защита не пропускает чужую энергию.

— Не хочу.

— А никто не спрашивает, что ты хочешь. Ведьмы и маги всегда будут тебя испытывать. Никто не понимает, кто ты и твои возможности. Ты их скрываешь. Я прошёл стычки на охране двух миров. Я знаю, о чем говорю. Сейчас ты уступаешь им: не хватает знаний, сил, ты не тренирована. Но это пока. В тебе огромный потенциал. Так что вставай. Не дай им увидеть тебя на земле. Тренировка через два часа. Я жду, — после этих слов он ушёл.

Только звук захлопывающейся двери и остался.

Вытирая слезы, Ника просто сидела. Все болело. Особенно ребра. Через пять минут она выдохнула и встала с кресла. Через минуту с трудом вышла из палаты и подошла к лекарю.

— Я ухожу.

— Перелом залечить?

— Да.

— Тогда садись. Позволь проникнуть потоку и направить энергию на исцеление. В бессознательном состоянии не получилось. Видимо, твоя защита охраняет тебя, — профессор Лекари медленно залечивала перелом. Судя по испарине на лбу, эта процедура, как и Тиару в своё время, далась ей не легко. — Готово. Ника, синяки я не залечивала. Всё же это движение другой энергии, направленной на заживление. Смешение энергий в теле мага — это яд, но от него ты будешь чувствовать себя прекрасно. Все реагируют на него по-разному. Не злоупотребляй. Тело будет просить ещё. Потерпи.

— Хорошо. Я запомню.

— Тогда больше не задерживаю. Вот возьми немного лаванды, полыни и зверобоя. Смоление поможет. Это успокоит.

— Спасибо.

После лечения девушка уверенно шла на тренировку. Место перелома чесалось нестерпимо и горело, но ощущалось в теле эмоциональным подъёмом. Хотелось что-то начать делать здесь и сейчас. С тех пор как силы пробудились и она становилась сильнее с каждым днём, чужие энергии стала ощущать острее. "Так вот, как ощущается дополнительный источник энергии!!! О сложности лечения говорил и Тиар. Но только умолчал о том, что чужое вмешательство — это еще и дополнительный источник подпитки. Интересно, почему? Привыкание или требование новой порции?"

* * *

Рон Сирп находился на стадионе.

— Готова. — Ника подошла к преподавателю.

Он одобрительно кивнул. Через несколько минут подошёл Ушани. В его глазах было сострадание.

— Ник, я...

— Проехали. Что по плану тренировок? — Нике было больно. Ещё и его мучения сверху ей не нужны. Пусть со своей совестью договаривается сам. Думает, что прощение попросил и все завершилось. Сегодня Ника не хочет никого ни в чем прощать. Свои муки совести пусть оставит себе, а не перекладывает на простое "прости".

— Хорошо, — утвердительно махнул он головой.

— Итак, для вас я теперь тренер, — начал разговор преподаватель. — Сегодня по плану бег один час. После начнём отрабатывать приёмы самообороны. Ника, в пару к тебе пока поставлю Кижа, вон тот парень.

Дальше преподаватель Сирп подозвал парня.

— Иди сюда, смотри. С этого дня отрабатывает с ней правила по самообороне. Начальный уровень. Час в день.

— Ну тренер, я отстану...

— Если бы нагонял, то отстал. А так базу сам еще не отработал. Сейчас со всеми, потом с ней. Понял? — В голосе слышалась угроза без возможности отказа.

— Понял, — обречённо согласился Киж.

— Ушани, — обратился преподаватель Сирп ко второму подопечному, — ты после пробежки идёшь в подготовительный состав. Понятно?

— Но я думал, что буду заниматься с Никой, — Ушани нервно переводил взгляд с подруги на преподавателя, ища поддержки прежде всего у неё.

— В другом месте думать будешь. А сейчас за тебя уже подумали. Некому вас учить индивидуально, понятно?

— Мг, — обречённо мотнул головой парень.

— Сразу после пробежки жду тебя там. Сдвоенник Кижа будет твоим напарником.

Раздался свисток, что означало конец разговорам и начало занятий. Ника и Ушани побежали. Лёгкий бег был действительно лёгким. После лечения даже зудящие ощущения в теле не мешали. Ника внутри ощущала себя так, будто горы готова свернуть. Все хотелось сделать быстрее, выше, дальше. После пробежки место Ушани занял Киж. Он стал показывать ей базовые знания. В основном это были упражнения на баланс.

— Сейчас определим твой уровень подготовки. Хотя я уже вижу, что нулевой. Нет пластичности, нет баланса, ничего нет. Но мы будем стараться. Так, здесь держи чуть дольше и дотягивай мышцу — Ника старалась не съязвить. В конце концов он же помогает. Но его бубнеж... выбешивал, — и мышцы слабые, и дыхание резкое, и нагрузку с таким состояние не выдержать! С тобой много работы!

Ника эмоционально не могла уже слушать, что в ней было не так.

— Ты не готова. Сейчас будет силовая нагрузка на самые слабые мышцы, тело не сбалансировано.

"Ну и ценитель женских тел" — Ника внимательно посмотрела на Кижа. Видимо, что-то в ее взгляде заставило его слишком быстро свернуть свою речь и только вставить ремарку:

— Но на занятиях все поправим.

Нике оставалось терпеть, что бы не попытаться прибить этого нытика. Навряд ли у неё бы получилось. Ушани в это время занимался с другой группой.

* * *

После тренировки Ника с трудом вернулась в комнату. Её появление вызвало замешательство.

Девочки сразу бросились к ней, охая и ахая. Кто-то принёс тёплые влажные полотенца, чтобы обвернуть руки и ноги, кто-то стакан воды.

— Всё так плохо? — обречённо спросила Ника.

— Нет, не плохо.

— Просто ужасно. Кто тебя из лазарета выпустил? Ты бы себя видела...

— Да, видела. Я не знаю...что мне делать, — слезы полились из глаз, — когда отпускали, вроде нормально чувствовала, сейчас навалилась усталость и болит все, и я не знаю... страшно.

Шора включила тёплый душ и девочки запихнули туда плачущую Нику.

— Горячая вода поможет расслабиться. Давай. Десять минут, потом выходи.

После девчонки втёрли ароматное масло в кожу, укутали в одеяло и сказали спать. Ника лежала, как в коконе. Вокруг пахло цитрусом, лавандой и лёгким ароматом трав. Они успокаивали. Но появилась жалость к себе. Всего два дня, а она уже сомневается в одном единственном друге. Но с любым сомнением надо переспать. Утро вечера мудренее.

*Смоление — метод очищения дымом (прим. автора)