Конец ноября, а мороз такой, как будто январь на дворе. А до машины метров десять идти. Здание банка в хорошем месте, но подъезд к нему такой неудобный. Горбылев уже устал говорить, что новый офис нужен, с закрытым въездом в здание. А Викентий устал его слушать. Хотя и понимал, что зам по обеспечению безопасности прав. Десять метров по открытой местности — это слишком много для киллера. Да и мороз этот чертов, не успел выйти, а уже за нос схватил.

— Эй, что за дела? — заорал вдруг Горбылев.

Викентий уже подходил к своему «Мерседесу», когда рядом, въехав прямо на тротуар, остановился микроавтобус. Перед глазами замельтешили вооруженные люди в камуфляже и масках.

— Стоять! Стволы на землю! — белугой ревел чей-то голос. — Работает СОБР!

Хватали только телохранителей, Викентия чудесным образом не трогали. И губастенького Юру из его свиты как будто не замечали, он-то и схватил его за руку.

— Уходим, Викентий Михайлович!

Боец потянул шефа к банку, но кто-то прыгнул на него, ударил по голове. И Викентий остался один на один с Каменевым. Ощущение такое, как будто одноглавый дракон вышел из здания банка. Шея такая мощная, что массивная голова сливалась с нею в единое целое. Взгляд пронзительный, как вилы у крокодила на обложке известного журнала. И эти вилы впивались не в бок, а прямо в душу через глаза.

— Викентий Михайлович, какая встреча!

Обычно бандиты вроде него носили кожаные куртки, плащи, а этот в стильном драповом пальто нараспашку, костюм под ним строгий, галстук. Брутально-респектабельный вид, как у хрестоматийного гангстера времен сухого закона. Взгляд спокойный, даже добродушный, до мурашек по коже. Аль Капоне что-то говорил про доброе слово с пистолетом.

— Холодно, да? — улыбаясь, спросил Каменев.

— Д-да, — кивнул Викентий.

Никто не спешил ему на помощь, а за спиной Рэма маячили какие-то ужасного вида типы. Впрочем, это животное могло сожрать Викентия без посторонней помощи. Наброситься, как удав на кролика, затолкать в желудок и убраться в свою берлогу — переваривать добычу.

— Все правильно, месть — это блюдо, которое должно подаваться холодным.

— Месть? — Викентия затрясло как в лихорадке.

Два месяца прошло с тех пор, как не стало Никонова, Викентий все ждал, когда Каменев нанесет удар. Успокоился, ослабил охрану; оказалось, зря.

— Да ты не переживай, здесь менты. Здесь тебя не убьют.

Рэм всего лишь улыбался, но Викентию казалось, что он хохочет в голос, ржет как лошадь с высоты своего положения.

— А где? — в ужасе выдавил он из себя.

— А почему не спрашиваешь за что?

— За что? — спохватился Викентий.

Но было уже поздно. Впрочем, Каменев и без того знал, кто стоял за Никоновым.

— За яйца. Я подвешу тебя за яйца. Но не сейчас.

Викентий понимал, что угроза не пустая. Каменев очень опасен, у него деньги, у него бандиты, но главное — он сам как бронебойный снаряд, любую стену прошибет. Причем убить он мог прямо сейчас. Но почему-то не убивает. Может, ему что-то нужно? Викентий много чего ему интересного может предложить.

— А когда?

— Боишься не успеть? — Каменев пытливо смотрел в глаза Викентию. — Что ты там задумал против меня?

— Н-ничего.

— А чего дрожишь?

— Холодно.

— В могиле еще холодней… Зря ты думаешь, что это где-то далеко.

— Я не думаю.

— Живи пока. Но помни, что ты мне должен. Ты понимаешь меня?

— Что я должен?

— Должен. Что, я тебе потом скажу. И не вздумай мне отказать.

Взгляд у Каменева заледенел, но холоднее Викентию не стало. Дальше уже просто некуда. Если Каменев сейчас не уйдет, он просто окоченеет от холода.

Но Каменев ушел. Глянул с насмешкой и направился к своей машине. «БМВ» у него, на первый взгляд почти новая машина, но разве этот ублюдок не мог позволить себе такую? Это ведь его, Викентия рынок приносил бандитам сумасшедшие деньги. И они до сих пор не ответили за это. Может, пора?

Непонятный СОБР увез охрану, Викентий стоял у входа в банк, не в силах пошевелиться. Ему бы сбросить оцепенение и хотя бы вернуться в свой кабинет, а он стоял и думал, как уничтожить своего врага. И думал настолько серьезно, что Ульяна испугалась за него. Вынырнула откуда-то из круговерти взбесившихся мыслей, схватила его за руку и повела к машине. Викентий не сразу понял, что Ульяна живая, настоящая, а не бесплотный плод воспаленного воображения.

— Даже водителя увезли! — причитала она.

— Они что, не понимают, кто я такой! — вне себя от возмущения простонал Викентий.

— Знают! Отличная мишень!.. Давай за руль!

Двигатель работал, ключ в замке зажигания, Викентий сел за руль, включил скорость. Когда-то он сам себя возил, а сейчас у него водитель, охрана, он очень известный и солидный человек на правах заместителя министра. Но какая-то босота переиграла его — причем внаглую, на глазах у всех. С ментами договорились, закидали их деньгами, устроили маски-шоу с выходом. И ведь не привлечешь ментов, дело об убийстве Никонова не закрыто, а люди Горбылева — главные подозреваемые. Скажут, что проводили задержания в рамках следственного дела, и ничего им не будет. Даже если Викентий подключит все свои связи. Да и не подключит, потому что все, кто в теме, считают его причастным к гибели Никонова, вслух это никто не говорит, но Викентий чувствует отчуждение.

— Ты откуда взялась? — спросил Викентий, зло глянув на Ульяну.

— Да гуляла… — Она потеребила подол своей дубленки.

— В такой холод?

— Да подумала о шубе… Но у тебя проблемы, тебе сейчас не до шубы.

— А тебя только шубы волнуют?

— Я же сказала, твои проблемы волнуют больше. Шубы меньше.

— Но волнуют!

— Тебе надо успокоиться. Если Каменев тебя не убил, значит, он не хотел тебя убивать. Но дал понять, что может.

— Умная?

— Ему от тебя что-то нужно.

— Он мне это говорил. Сказал, что я ему должен. И тебе говорил?

— Началось! Я его сегодня впервые с лета видела.

— И как он тебе?

— Ты лучше! — Ульяна нарочно уставилась на шедшую навстречу женщину в старой каракулевой шубе.

Шуба точно не стоила ее внимания, но Ульяна проводила женщину взглядом. Чтобы голову к окну отвернуть. Глаза спрятала.

— Узнаю, что у вас шуры-муры!..

— А если вдруг узнаешь? — Ульяна резко повернула к нему голову.

— Узнаю?

— Ну а что мне мешает уйти к Каменеву? Я девушка незамужняя, он мужчина… Во всяком случае, летом был холостым.

— А сейчас не знаешь?

— Следи за дорогой! — потребовала Ульяна.

В тот же момент засигналила встречная машина из-за того, что Викентий выскочил на чужую половину дороги. Ушел от столкновения, свернул вправо, хотя собирался ехать домой. Так уж и быть, купит он Ульяне шубу. Чтобы хотя бы на время снять с повестки дня отсутствие обручального кольца на ее пальце. Не мог он жениться на ней, мама не поймет. Как можно жениться на девушке, с которой уже вовсю живешь половой жизнью и которая не может зачать?