Накануне катастрофы…

Малый рыболовный сейенер «Печора» болтался в двадцатимильной зоне без особого улова. Вчера вечером морское дно сотряслось от толчков, поднялась волна, обрушившаяся цунами на побережье. С морского дня поднялся ил и песок, взбаламутивший морскую фауну. Эхолот показывал мизерные косяки рыб, двигавшиеся суматошно. Зацепить их неповоротливым снюрреводом являлось большой удачей.

— Плохое лето. — Капитан судна Пронсков Игорь поджал губы, глядя на полупустую сеть. — Только соляру пожгли зря.

— Кто же знал, что тряхнет. Рыба сдурела, чего ты от нее хочешь? — Боцман Родион Говоров тоже расстроился, что путина не оправдывает его ожиданий, но вида не подавал. — Петрович, уйди оттуда, опять же прилетит. — Прикрикнул он на матроса, недавно получившего сорвавшимся канатом.

Тот послушно отошел. Улов вывалился в лоток серебристой живой массой. Кого только не зацепили в этот раз. Разнообразие рыбы тоже являлось признаком плохого качества продукции.

— М-да. — Капитан постучал ладонями по хромированному поручню и ушел в рубку.

Его поставили на должность капитана по протекции родственников жены. Игорь с женой взялись строить дом, семейное гнездышко, но немного надорвались финансово и кредиты начали их душить. Собирались подать на банкротство физических лиц, но тогда им грозила вероятность потерять недостроенный дом, а они этого категорически не хотели. Супруга Женя через огромное нежелание вынуждена была обратиться к родственникам, с которыми у них не сложились отношения. Те, как ни странно, не отказали. Игорь за зиму подучился на капитана, освоил новую технику и вышел в море. Хорошая путина позволила бы ему рассчитаться с большей частью долгов и пожить как нормальные люди, без ежедневного ощущения финансового пресса.

Эхолот показывал пустые воды. Иногда электроника начинала сбоить и экран покрывался помехами. Связь при этом портилась сильными электромагнитными шумами. Игорь не являлся специалистом по земной тектонике, но предполагал, что помехи результат землетрясения. Вернее, и землетрясение являлось внешним результатом происходящих внутри жидкого ядра планеты процессов. Земле было плохо, ее нагретые внутренности штормило. Эксперты во всех областях выдвигали самые разные гипотезы внезапной тектонической активности, от сброса накопившегося тепла, до пролета мимо солнечной системы черной дыры, вызывающей гравитационные приливы.

Игорю было плевать на причины, ему хотелось заработать денег. Он посмотрел на часы и решил, что Женя сейчас на обеденном перерыве. Супруга работала в городской администрации помощником архитектора. Их строящийся дом являлся ее проектом, в который она вложила много труда и любви. Игорь вынул сотовый телефон. Единственная полоска связи загорелась на нем и тут же потухла. Судно находилось слишком далеко от берега, чтобы дозвониться. Начальство сэкономило на спутниковом телефоне оставив им для связи только УКВ-радиостанцию.

Игорь включил телевизор, чтобы иметь хоть какой-то контакт с внешним миром. Хорошо, что телевизионный сигнал уверенно принимался корабельной антенной. Бегущие строки пестрели привычными сообщениями о разрушениях в разных частях света. Все активные военные конфликты на планете разом замерли, напуганные предупреждением природы. На Кавказе тряхнуло так, что многочисленные поселки оказались отрезанными от остального мира сошедшими камнепадами. Работы по их разбору могли занять месяцы.

Южную Америку пучило. Страшные картины внезапного поднятия поверхности, от которого разрушались целые поселки и даже города, пугали идущими под землей процессами. Казалось, что там зреет нарыв, который обязательно прорвется наружу.

— Базальтовые континентальные плиты разъедает магмой. В ней образуются плюмы, истончающие стенки породы. Снизу они поддавливаются магматическими течениями, вызывая поднятие участков земной коры. — Вещал приглашенный эксперт-вулканолог.

— А это опасно для планеты? — Спросила ведущая.

— Для планеты вряд ли, а вот для флоры и фауны, если динамика сохранится, это может стать очередными глобальным вымиранием.

— Я под словом планета имела ввиду человечество. — Поправилась ведущая.

— Это, конечно, неправильно ассоциировать человечество со всей планетой. Мы микроскопическая ее часть, как во временном отрезке, так и в объемном. Мы ничтожны. Много ли вкладываете смысла и чувств, когда наступаете на муравья, перебегающего вам дорогу?

— Немного, честно сказать.

— Вот именно, для природы, мы даже не муравей, мы микробы, которые о себе возомнили.

— Обидно. — Ведущая улыбнулась. — Так что надеяться на снисхождение не стоит?

— Не стоит. Это как раз тот случай, когда мы не можем ни на что повлиять. Лучший совет — готовиться к худшему. Вода, еда, соль, спички и люди, которым можно доверять. Мы не знаем причин начавшейся активности, и потому не можем прогнозировать динамику процесса. Я не хочу пугать зрителей и тем более, вызывать панику, но помните, кто предупрежден, тот вооружен. Я лучше ошибусь и напугаю вас, чем успокою, и окажусь неправ.

— А в истории планеты уже случались подобные вещи?

— Почти все массовые вымирания были вызваны тектонической активностью за исключением мел-палеогенового вымирания, в котором виноват астероид. Так что вещь эта свойственная для нашей планеты. Но будем надеяться, что Земля стала старше и активность ее будет соответствовать возрасту.

— А какие последствия кроме разрушений могут вызвать массовые землетрясения?

— Изменение очертания континентов, новые разломы, уже наметившиеся в настоящее время, повышения и понижения ландшафтов, морского дна. От охлаждения атмосферы до разогревания. Если будет много пепла, то нас ждет похолодание, если углекислого газа, то мы можем получить новый парниковый климат и потепление.

— Я за второй вариант. — Ведущая со смехом подняла руку.

— Оба не сулят ничего хорошего. Сельское хозяйство не сумеет быстро приспособиться к изменениям климата и нас будут ждать голодные годы. Но повторюсь для впечатлительных зрителей, только в случае, если динамика тектонических процессов сохранится. А я уверен, что вероятность этого не такая уже и большая.

— А какой самый мегаопасный сценарий катастрофы вы можете предположить? — Спросила ведущая с явным желанием услышать пугающий ответ.

— Он же самый невероятный. — Заметил приглашенный гость. — Дополнительное тепло в жидком ядре планеты копится за счет ускорившегося вращения. Мы наблюдаем аномалии магнитного поля, свидетельствующие о том, что внутри планеты не всё в порядке. Если представить, что этот процесс затянется на десятилетия, то в какой-то момент может произойти внезапный сброс тепла через разрушение литосферы, как оболочки, мешающей охлаждению. Океаны закипят, воздух раскалится, погибнут все сложные живые организмы. Затем тепло уйдет в космос и на планете снова образуется приятный климат, а через миллионы лет вновь появятся сложные живые организмы. Вполне возможно, что они будут иметь другую морфологию и освоят иную биохимию, чем ныне живущие твари.

— Это очень страшно, но очень интересно. Хотелось бы заглянуть в будущее, узнать, что нас ждет впереди и к чему готовиться. В нашей студии был ученый-вулканолог Рожков Дмитрий Дмитриевич. Спасибо вам за интересный рассказ.

— Спасибо за приглашение. Надеюсь, я никого не напугал. Всё будет хорошо. — Пожелал ученый напоследок.

— Несомненно, особенно у тех, кто остается на нашем канале. — Добавила ведущая.

— Я давно на вашем канале, а рыбы больше не ловится. — Мрачно пошутил Игорь.

Выступление ученого, несмотря на финальный оптимизм, вызвало у него тревогу. Планету лихорадило, это было очевидно и без его комментариев, но беспомощность в прогнозировании заставляла чувствовать неопределенность перед будущим. А хотелось бы конкретики и желательно успокоительной. Игорь предпочел бы сейчас находиться с Женей, чтобы не переживать за нее, не имея возможности оберегать.

Телевизор показывал рекламу лекарства от головной боли. Картинка вдруг разбилась на разноцветные квадратики и пропал звук. Матросы и боцман, отчистившие лоток от рыбы и начавшие заново травить снюрревод, замерли, как будто тоже что-то почувствовали. Игорь поставил обороты на средний ход и вышел наружу.

— Капитан, смотри, кажется, снова цунами. — Боцман указал рукой в северо-западном направлении.

Игорь вернулся на мостик за биноклем. Телевизор уже работал, как ни в чем не бывало. Посмотрел в указанном направлении и заметил белые буруны, не похожие на те, что обрамляют высокие волны. Эти больше напоминали поднимающиеся из воды пузыри газа. Учитывая расстояние до них, это должно было быть огромное пространство.

— Что видно? — спросил боцман.

— Точно не могу сказать. Кажется, там бурлит. Ты никогда не видел подводные вулканы?

— Нет, конечно. Откуда тут вулканы, капитан? — Боцман подошел ближе. — Дай посмотреть.

Игорь протянул ему бинокль. Боцман долго смотрел. За это время корабля достигли первые волны, разошедшиеся от источника бурления. «Печора» закачалась из стороны в сторону.

— Ну, что, разглядел? — Капитан устал ждать вердикта со стороны подчиненного.

— Ну, да, похоже, что там наружу выходит газ или пар. Это странно для наших широт. Рыбу рядом с этой опасной штукой мы точно не поймаем. Надо звонить начальству и сообщать, что мы меняем дислокацию. — Боцман вернул бинокль.

Он был сильно старше Игоря, и когда говорил о чем-то промежду прочим, подразумевалось, что именно так и надо сделать. Опыт боцмана нельзя было недооценивать. У него уже выработалась настоящее рыбацкое чутьё.

— Да, надо было раньше уходить отсюда. — Капитан направился в рубку, чтобы запросить у начальства разрешение на смену место вылова.

Снял танкетку рации.

— Берег, это капитан «Печоры». У нас сутки нет нормального вылова. Сети едва на четверть заполняются. А еще у нас какая-то аномалия возникла рядом, то ли газ со дна шпарит, то ли пар. Боимся, что она распугала всю рыбу. Разрешите изменить место вылова. Предлагаю сместиться восточнее на пятьдесят миль.

— «Печора», это дежурный. У нас сегодня какой-то аврал. У всех нет вылова и все хотят уйти восточнее. Вы там друг за другом будете забредать и вообще ничего не поймаете. Начальства сегодня нет в полном составе. Я даже не знаю, что тебе ответить.

— Просто занеси в журнал, потом разрулим. — Предложил Игорь. — Реально, здесь ловить нечего.

— Ты меня подведешь под монастырь. — Дежурному не хотелось брать на себя ответственность.

— А если ты будешь бездействовать, в результате чего фирма понесет убытки, то это будет еще хуже. Вали на меня. Скажи, молодой капитан проявил настойчивость и дерзость.

— Игорь, ты же знаешь, наши старпёры не любят самостоятельности.

— Да мне пофиг, что они любят. У меня кредиты, ипотеки. Я не могу сидеть и ждать у моря погоды. — Капитана привлекла суета у кормы судна.

Похоже, что травление сети пошло не совсем по плану. Один из матросов начал активно махать руками, подавая ему знаки. Игорь решил, что надо остановить размотку урезов. Боцман забегал по корме, потом кинулся к борту и тут же рванул в рубку.

— Капитан, Игорь, а чего мы стоим? — Спросил он испуганно. — Урезы на винт намотаются.

— Мы не стоим. — Капитан отчетливо ощущал, что винт вращается и по корпусу идет вибрация от работающих механизмов.

Он посмотрел на навигатор. Тот показывал отрицательную скорость. Они плыли вперед, это было видно по волнам, рассекаемым корпусом судна, но при этом смещались назад.

— Не может быть. — Игорь выскочил на палубу.

Урезы снюрревода вместо того, чтобы расходиться в стороны, собирались в кучу, норовя залезть под корпус корабля. Это было очень опасно и грозило потерей винта. Игорь вернулся за пульт и прибавил ход на максимум. По корпусу пробежалась мелкая вибрация и «Печора», преодолевая невидимое сопротивление воды, судя по показаниям навигатора, двинулась вперед.

— Что происходит-то? — Игорь растерялся и с надеждой посмотрел на умудренного опытом боцмана. — Нас сносит течением?

— Я с таким еще не встречался. — Боцман и сам выглядел озадаченным.

На палубу выбежал возмущенный старший механик.

— А чего это мы молотим на полном ходу? Сеть-то еще не вытравили. — заметил он.

— Судно сносит течением. — Игорь направился в рубку.

Навигатор показывал минимальную скорость, около двух узлов. Таких течений, способных тормозить корабль, пускай и с выпущенной сетью, здесь не существовало. Игорь почувствовал, что причиной могла быть та самая аномалия, пускающая пузыри. Он взял бинокль и снова посмотрел в ее сторону. Опасное пространство стало намного ближе и выглядело иначе. Капитан готов был поклясться, что в море образовалась воронка, в которую уходила вода.

— Боцман, сматывай снюрревод, немедленно. — Приказал капитан.

— Почему?

— Кажется, нас тянет в воронку. — Игорь подошел к нему и протянул бинокль.

Боцман всмотрелся через оптику в сторону аномалии и побледнел. Бросился к пульту и дал обратный ход сети. Игорь вернулся в рубку и немного подкорректировал курс. Он решил, что сопротивление течению уменьшится, если уходить не перпендикулярно ему, а наискосок.

Снял танкетку с рации и передал дежурному.

— Берег, это «Печора», капитан Пронсков. История с аномалией не закончилась. В море образовалась гигантская воронка, в которую уходит вода. Судно тянет в нее. Мы решили смотать сеть, чтобы не тормозила и пытаемся выбраться. Скорость минимальная, чуть больше двух узлов в час. Буду держать в курсе всех изменений, если перестанем выходить на связь, значит ушли под воду или под землю. — Игорь назвал координаты места, в котором находился. — Если выберемся, уйдем на восток, как и собирались и ничьего разрешения спрашивать не будем.

Он переключился на прием. Рация долго не отвечала. Из динамика доносился воющий гул помех. Наконец, раздался щелчок, шум и затем голос дежурного.

— Игорь, что-то происходит. У нас пропал интернет и телевидение. В интернете успели написать, что в Атлантике произошел огромный разлом океанического дна, а потом все обрубилось. Я думаю, разорвало кабели. В общем, сообщение принял, желаю вам выбраться из этой ситуации. Если что, я уезжаю домой. Что-то на душе страшно за родных. Всё, давай, пока, удачи. — Дежурный отключился, дав понять, что смертельная ситуация, в которой оказался экипаж судна, его волнует меньше собственных сомнительных страхов.

Игорь бросил взгляд на телевизор. Его экран рябил серой картинкой полного отсутствия сигнала. Проверил телефон, сети не было. Навигатор работал исправно, сигнал со спутников доходил без искажений.

Постепенно вода, уходящая в воронку, приобрела воронкообразное вращение вокруг черной впадины. Теперь ее было видно невооруженным взглядом. Судовая команда стояла в растерянности, наблюдая за пугающим природным феноменом. Низкий басовитый шум уходящий под землю воды забивал гул работающего двигателя.

— Порыбачили. — С фатальными нотками в голосе произнес боцман.

Пустую сеть полностью вытянули из воды и «Печора» как будто получила ускорение. Игорь вел ее по часовой стрелке, чтобы использовать вращение воды для придания ускорения судну. Скорость поднялась до шести узлов и пугающий провал стал удаляться. Через тридцать минут напряженного сопротивления провал полностью закрылся. В том месте, где он был, вода сомкнулась и в разные стороны разошлись довольно высокие волны. «Печору» помотало на них.

Экипаж еще некоторое пребывал в неуверенности, что все благополучно закончилось. Только когда Игорь снизил ход и «Печора» перестала натужно реветь дизелем, выйдя на крейсерскую скорость, их пробило на бурную реакцию.

— Хватит радоваться раньше времени. — Успокоил их Игорь. — Дежурный сказал, что в Атлантике тоже произошел серьезный разлом океанического дна, а еще пропал интернет и телевидение. Наш телек ничего не ловит, хотя два часа назад все нормально работало.

— Да пофиг теперь на интернет. — Отмахнулся старший механик. — После того, как мы выбрались из этой дыры, мне плевать на такие мелочи.

— В этом районе мы больше не ходим. — Заявил боцман. — Или списывайте меня на берег.

— А может реально, хватит с нас на этот раз, выгрузим, что выловили? — Предложил один из матросов.

— Ни в коем случае. — Резко отказался от этой идеи капитан. — У нас холодильник заполнен меньше, чем на треть. Мы сработали в убыток. Я доложил начальству, что мы меняем район вылова на пятьдесят миль восточнее. Попытаем счастья еще там. Где-то нам должно повезти, раз тут не фартануло.

— А начальство что? — Поинтересовался боцман.

— Ничего. Их никого нет в конторе.

— Странно. А где они?

— Без понятия, но нам это даже на руку. Мы можем сослаться на то, что нам не с кем было обсудить, и мы вынужденно приняли самостоятельное решение. — Ответил Игорь. — Да и какая им разница, откуда мы привезем улов?

— Ладно, капитан, тебе достанется, так что ты и решай. — Боцман сплюнул за борт. — Пойду за эхолотом посижу. Вдруг, косяк догоним.

— Давай, я постою здесь, подышу свежим воздухом. — Игорь громко вдохнул. — Не такой уж он и свежий.

В воздухе появился неприятный запах раскаленного железа и сероводорода, как будто пописали на горячую печку. Игорь снова достал телефон в надежде, что есть связь, хотел позвонить Жене, но оказалось напрасно, значок показывал ее отсутствие. В ушах стояли слова дежурного, что он боялся за родных и просто ушел с работы. Игорь хотел поступить так же, но не мог. Долги держали его в силках обстоятельств. Важнее всего ему было разобраться с ними, игнорируя слабовольные позывы бросить всё и вернуться домой. Ничего страшного с женой произойти не могло. Игорь верил в стабильность мира и уговаривал себя не тревожиться понапрасну. Однако психика словно нарочно рисовала ему живописные картины страшных событий. Она представила Игоря длинношеим динозавром, лениво жующим листья с веток и безмятежно наблюдающим за огненным росчерком пронзающего атмосферу астероида.

Игорь стряхнул наваждение и осмотрелся. Море после инцидента успокоилось и все выглядело мирным и безопасным. Чтобы занять себя капитан решил пройтись по всему судну, заглянуть в каюты и машинное отделение. Команде после перенесенного стресса тоже требовалось себя занять и надо было найти им работу.

Он спустился в шумное машинное отделение. На железном полике темнело масляное пятно.

— Откуда это? — Спросил он у старшего механика.

Тот закатил глаза под лоб, как будто спросили глупость.

— Это экономия на капитальном ремонте. На больших оборотах масло давит из-под прокладки. Сейчас уберу. — Он достал ветошь и бросил на пятно.

Растер его ногой, брезгливо поднял ветошь двумя пальцами и кинул в угол.

— Движка еще на пару сезонов хватит, а потом надо покупать новый. — Посоветовал механик.

— Разберемся. Ты следи, чтобы все масло не выдавило.

— Я этим и занимаюсь. — Ответил механик.

Он, как и вся команда, еще не считали нового капитана достойным безусловного подчинения. Игорь еще ничем не проявил себя и вынужден был смириться с тем, что его команды исполняются из-под палки.

В спальных каютах царил относительный порядок. Не стоило придираться к команде из-за него. Они же не военный флот с их безумной тягой к идеальному порядку. На койке матроса лежала развернутая книга, обложкой вверх. Капитан взял ее полюбопытствовать. Матрос читал «Таинственный остров» Жюля Верна. Удивительный выбор по сегодняшнему дню. Никаких магов, драконов, попаданцев, переродившихся спецназовцев и прочей шелухи, заполонившей литературу. Игорь проникся уважением к матросу.

— Капитан! Капитан, ты где? — Услышал он голос боцмана.

— Здесь! Чего орешь-то так? Куда я денусь с подводной лодки. — Игорь вышел ему навстречу.

— Ты выйди на палубу, глянь своими глазами. — Предложил боцман.

Игорь торопливо поднялся наверх. Команда стояла у правого борта и смотрела в сторону южного горизонта. Игорь тоже посмотрел туда и вначале не мог понять, что именно он видит. Горизонт посерел, как перед бурей, но как-то необычно, как будто исказилась перспектива.

— Что это такое, капитан? — спросил боцман, держа в руках бинокль.

— Дай, гляну. — Игорь взял прибор и посмотрел через оптику.

Вооруженным глазом явление воспринималось иначе. Оно уже не походило на приближение грозового фронта. Игорь вспомнил, что прогнозы обещали неделю ясной погоды. То, что он вначале принял за тучи, теперь больше походило на гигантскую волну. Если предположить, что это так и есть, то высота ее составляла сотни метров в высоту. Вершина волны была покрыта белой дымкой, обрамленной частыми вспышками молний. Периодически на вершине происходили вспышки, больше похожие на взрывы. Капитан не мог дать внятное описание происходящему. Он абсолютно не понимал, что видит.

— Ну, что это? — снова спросил боцман.

— Я не знаю. — Игорь побледнел. Он снова приложился к окулярам.

Волна приближалась. В ее основании белела огромная полоса подгоняемой воды. На фоне ее масштабов «Печора» казалась микроскопической частицей. Игорь смог разглядеть, как оголилось на пике подъема морское дно, разошедшееся трещинами. Как внезапно оно покрылось белым туманом. Ударившая в него молния подожгла этот туман, вызвав яркую вспышку взрыва.

— Ух тыж. — Боцман от неожиданности подпрыгнул на месте.

Спустя несколько секунд до них долетела взрывная волна.

— Полный вперед. — Игорь сорвался с места в рубку.

Поставил рукоятку на полный ход. «Печора» завибрировала и ускорилась. Он бросился к навигатору, но тот показывал абсолютную белиберду. Выбежал назад и замер. Волна нагоняла их. Вернее, это была не водяная волна, он понял это когда она приблизилась, а земная. Поверхность планеты что-то задирало изнутри, она выгибалась, трескалась и двигалась, нагоняя перед собой кубические километры воды.

Первые волны обогнали по скорости судно и ударили в корму. «Печора» подпрыгнула, как резиновый мячик и зачерпнула носом воду. Экипаж на корме чуть не улетел за борт после жесткого приводнения.

— Всем в каюты! — Выкрикнул Игорь не своим голосом.

Завороженные жуткой картиной люди двигались медленно и неловко, словно парализованные страхом. Вторая волна поддала под корму сильнее первой. Удар многих сбил с ног. Судно накрыло брызгами и подняло на гребень волны. Он быстро проскочил под кораблем и тот полетел вниз. Ударился и глубоко ушел в воду носовой частью. Раздался крик. Чья-то тень пролетела над бортом и исчезла в темной воде.

«Печора» снова выровнялась, но следующая волна уже нагоняла их.

— Бегом в каюты! — Снова выкрикнул Игорь.

Холодный душ вывел экипаж из ступора. Они спустились в трюм и разбежались по каютам. Игорь бросился на мостик и закрыл за собой дверь. День потемнел из-за того, что огромный двигающийся вал застил солнце. Бурлящее море, нагоняемое им, неотвратимо приближалось. Грохот стоял такой, что звенели стекла в рубке. Вспышки взрывов на мгновение освещали море. Ничего более зловещего, выглядевшего, как картина конца света, Игорь не видел. Он ухватился за штурвал и держал судно точно поперек догоняющей волны.

В корму снова ударило. Рубка полностью погрузилась уже не в брызги, а купол сплошной воды. Корабль тряхнуло так, что клацнули зубы. Грузовая стрела тенью мелькнула за окном и ударилась в мачту. Корабль вздрогнул, где-то хрустнуло. «Печора» снова пошла вниз, скатываясь с быстро уходящей волны. Капитан держал судно прямо, чтобы не дай бог не завалилось на бок. Оно жестко ударилось о воду. Набежавшая волна окатила рубку. Игорь на мгновение потерял ориентир и ему показалось, что их все-таки понесло боком.

Судно пошло наверх. В водах пенящегося вокруг моря отражались сполохи взрывов и сверкающих молний. Игорь посмотрел назад и обомлел. Их нагоняла такая волна, из которой им уже ни за что не выбраться. Он ухватился и замер в ожидании. В голове засела только одна мысль, если он погибнет, жена его больше никогда не увидит. И это была самая уважительная причина, по которой он не хотел умирать.

Пучина накатила на судно и закрутила его. Игорь оказался под столом и бился головой о его части, пока не догадался упереться ногами и руками в разные стороны. Время потеряло нормальный ход. Он не осознавал, как долго вращался в центрифуге. Раздался удар, вылетели стекла и внутрь хлынула ледяная вода. Игорь решил, что это его последние минуты жизни. Успел набрать в легкие воздуха и замер.

Вскоре вращение остановилось. Раздался шум вытекающей воды. Игорь терпел из последних сил, но их не хватило. Легкие конвульсивно вдохнули. Он закашлялся и потерял сознание. Очнулся от удара по щеке. Открыл глаза и увидел боцмана, одетого в непромокаемый комбинезон. Рядом стоял старший помощник Кривцов Олег с рассеченным лбом и смотрел на капитана, как на привидение.

— Капитан, ты живой?

Игорь не смог ответить. Он так замерз, что свело челюсти. Ему даже не хватило сил шевельнуть рукой.

— Живой, не видишь что ли. — Боцман накинул на него покрывало с постели.

Укутал в него, как младенца и помог подняться. Вместе с помощником они подмышки повели его на выход. Покореженная рубка выглядела необычно. Она была покрыта изнутри слоем инея, словно они плыли зимой по арктическим просторам. Снаружи все выглядело еще необычнее. «Печора» к счастью, не завалилась на борт, но стояла на суше или вмерзла в лед. Вокруг нее белел плотный белый туман, не позволяющий ничего увидеть. От него исходил жуткий холод, обжигающий тело и спирающий дыхание. Игорь связал эти ощущения больше с собственным состоянием, чем с физическими свойствами тумана.

Трюм выглядел намного целее рубки. И внутри него не было никакого инея. Капитана завели в его каюту, усадили на кровать и поднесли к губам фляжку.

— Глотни, капитан, это водка, быстрее согреешься. — Боцман приложил холодное горлышко к губам.

— Угу. — Только и смог произнести Игорь.

В рот потекла струйка водки. Игорь сделал два глотка и закашлялся.

— Ну, капитан, певец из тебя никакой. — Усмехнулся старший помощник. — На твой вес надо бы еще пару глотков сделать.

Игорь уже почувствовал расходящееся по пищеводу и желудку приятное тепло и уже веселее открыл рот. Боцман напоил его, уложил удобнее и укрыл одеялом.

— Минут через двадцать зайду проверить, если снова ничего не случится. — Боцман и старший помощник ушли.

Игорь постепенно приходил в себя. Начало ломить отогревающиеся руки и ноги. Алкоголь снижал неприятные ощущения в конечностях, но покрутиться на месте от ноющей ломоты все равно пришлось. К тому же у капитана была одна физиологическая особенность, спиртное вызывало спазмы желудка и к одной боли добавилась еще и другая неприятность. Кожа горела, особенно тыльная сторона кистей и ступни. Она раскраснелась и немного отекла, как от ожога. Игорь пытался понять, откуда снаружи взялся такой мороз, но его знаний не хватало даже на самую невероятную гипотезу.

Боцман Говоров вернулся, как и обещал, через двадцать минут.

— Как ты, капитан? — спросил он, держа в руках фляжку.

— Намного лучше. Дай еще глоток сделать, а то руки и ноги крутит.

— Держи. Тут последние капли антифриза остались, как раз тебе. — Боцман отдал фляжку.

Игорь выпил за один глоток остатки водки.

— Родион, что произошло, пока я был в рубке? — Спросил Игорь.

— Мы, как раз у тебя хотели узнать. Ты же наверху был и смотрел по сторонам. Нас в темноте крутило-вертело. А когда все замерло, там уже морозить начало, практически сразу. Кроме меня и старшего помощника, все остальные с травмами. Вахтенного вообще за борт унесло. Вот с мы с Олегом решили выйти, узнать, живой ты или нет и сразу столкнулись с жутким холодом. Оделись и снова за тобой. От силы прошло минут восемь, а ты уже почти окоченел и лед на всем намерз, как будто месяц по полярным штормам мотало. Вообще ничего не понимаю. Такое ощущение, что нас на северный полюс выбросило. Но такого же не может быть? — Боцман с надеждой посмотрел на капитана. — После того, что я видел, уже и не знаю, что может быть, а что нет. — Игорь ощутил, как новая порция алкоголя заставила желудок сокращаться болезненными спазмами. — Какие травмы у остальных?

— Повар руку сломал. У механиков ушибы и рассечения на голове. У матроса Муханова, кажется, перелом ребер, у Брагина контузия. Одни мы со старшим помощником обделались легким испугом. А что ты видел, Игорь?

— Земля поднялась. Это была не морская волна, а земная. Я видел, как она разламывалась от вспучивания. Вода стекала с нее и море гнало впереди земной волны. Ею нас и накрыло. Дальше я ничего не видел, пока вы не появились. — Капитана напряг память, но она отлично запомнила только момент, предшествующий накрытию судна огромной волной.

Гигантская темная стена во весь горизонт, надвигающаяся на корабль. Неотвратимая, страшная, как божий суд. Игоря передернуло.

— Что, мороз выходит? — Решил боцман.

— Ага. В корпусе есть дыры?

— Не знаю, не до этого было. По идее ударило нас всего один раз, может быть и удачно. А ты обратил внимание, что воды за бортом нет? — Поинтересовался боцман. — Там то ли лед, то ли промерзшая земля.

— Не особо присматривался. А электричество откуда? Дизели в порядке? — Капитана интересовала автономность судна.

— Вспомогательный тарахтит, а главный вырубили. Нам он без надобности, пока воды нет. — Боцман усмехнулся. — Рация, наверное, тоже накрылась.

— Скорее всего. Я думаю, вернее, уверен, все антенны снесло к чертовой бабушке. — Капитан задумался, как дать знать на берег о ситуации.

— Кривцов сказал, что буй работает только в воде. — Боцман думал о том же.

— Да, это засада. — Игорь вздохнул и посмотрел на свои красные ладони. — Наверное, с них слезет кожа.

— Да это ерунда, главное, чтобы почки не отвалились. Ты же лежал на голом полу, мокрый, мог себе все внутренности отморозить. — Боцман проявил несвойственную ему заботу. — Я пойду, повара спрошу, чем экипаж кормить, пока он безрукий.

— Родион, обойдите с помощником все судно, проверьте в каком оно состоянии. — Попросил капитан. — Я буду ждать результатов.

— Ладно, сейчас проверим. А ты, если начнет снова крутить кости, зови, дадим таблетку.

— Хорошо, спасибо. — Игорь без сил откинулся на подушку.

Голова кружилась, а в ушах появился звон. На лицо ему упала холодная капля, затем вторая. Он присмотрелся и увидел, как на потолке, на металлической балке собирается влага. Но ближе к борту она уже начала серебриться нарастающим инеем.