— Итак, — начал он. — Несколько недель назад неизвестный субъект проник на базу Кровавого Дозора Орлиное Гнездо через старую штольню, считавшуюся непроходимой. По данным, которые мы собрали, он в одиночку обошел все рубежи автоматической обороны, уничтожил мощнейшего высокоуровневого монстра, а потом положил энергоядро. После этого силовые щиты базы упали, часть турелей встала, резервные генераторы не смогли потянуть на себе боевой режим. Штурмующие мятежники воспользовались образовавшейся лазейкой, ворвались на территорию Орлиного Гнезда и устроили там бойню. Командир базы, некто Шелби, был убит.

Карл не переставал пристально глазеть на меня.

— И тут начинается самое интересное. По нашим каналам проходит информация о том, что один из пленных, молодой гладиатор, под кодовым именем Альфа, вообще пропал в горячке боя. Ценнейший ресурс, принадлежащий небезызвестному Александру Рогову просто исчез, словно сквозь землю провалился. Добавим сюда то, что через несколько дней после этого инцидента в город прибываете вы со свежими документами и весьма экстраординарными навыками, которых не дают ни сталкерские дружины, ни даже армия. Особенно учитывая тот факт, что вам, судя по документам, всего двадцать три.

Он развел руками.

— Согласитесь, любопытная картина складывается.

— Вам не приходило в голову, что это простое совпадение? — пожал я плечами.

— Совпадения, конечно, случаются, с этим не поспоришь, — хмыкнул Карл. — Но есть еще один нюанс.

Он вновь подался вперед.

— На базе, в архиве, были обнаружены фрагментарные записи переговоров Шелби с Мануэлем Вертаго, подручным Темного. Там мелькает термин «Сципион Теоса». Впрочем, не в совсем серьезном ключе, скорее даже в шуточном, но с явным оттенком раздражения. Господин Вертаго утверждает, что если вдруг объявится настоящий, как он его назвал, Первый Сципион, все наши гладиаторские бои можно будет выкинуть на мусорку истории.

Карл откинулся на спинку стула и замолчал.

— Алекс, — вмешалась Майя, — он явно пытается вывести тебя на откровенность, но, судя по его невербальным сигналам, пока не настроен на силовой сценарий.

— Вы хорошо работаете, — сказал я. — Особенно для спецов небольшого северного городка, затерянного среди аномальных земель.

— Вы нас явно недооцениваете, Алексей, — усмехнулся Карл. — Мы работаем на все северные города. А это немалая сила, вы уж поверьте. Одно то, что нам удалось сохранить независимость от Британии уже о многом должно вам говорить.

Он чуть смягчил голос:

— Смотрите, Карамазов. Мне, если честно, плевать, кто увел Альфу и прикончил Шелби. Командир Орлиного Гнезда был палачом, зверем в человечьем обличье, и мир от его смерти только выиграл. Меня интересует только одно: с кем вы затеяли игру? С Красными Дьяволами? С Роговым? Или, может, вообще с Темным?

— Я ни с кем не играю, — уверенно ответил я. — В связях с внешними кураторами тоже не состою. У меня были личные счеты к некоторым субъектам, и какие-то из них я уже закрыл.

— То есть Орлиное Гнездо — вопрос личной мести? — тут же зацепился за мою фразу Карл.

— Я не говорил, что это моих рук дело.

— К чему же тогда эта странная фраза про личные счеты?

— Вы не дали мне договорить, Карл. А я лишь хотел добавить, что ни к одному из добропорядочных жителей Камнегорска у меня нет личных счетов. И вообще, я человек не обидчивый. Вы печетесь о безопасности города и, поверьте мне, в этом отношении я полностью на вашей стороне.

Карл хмыкнул.

— А если в городе появится кто-то, включенный в ваш черный список, вы устроите здесь очередную бойню? — нахмурился он. — Вы же понимаете, любое аномальное применение силы в городской черте может сильно ударить по действующей власти, а значит и стабильности в целом. Камнегорск стоит на фронтире. Любая ошибка, и нас сожрут.

— Вы правильно заметили, что Камнегорск стоит. И стоит он еще и потому, что периодически находятся люди, которые готовы за него драться. Особенно если город об этом попросил и закрепил просьбу в договоре. Однако, хочу сразу предупредить, что я не люблю, когда ко мне относятся, как к расходному материалу. Я исхожу из того, что у нас с Камнегорском партнерские отношения. А партнеры должны доверять друг другу, не так ли Карл?

В комнате повисла напряженная тишина. Семен поглядывал на меня с интересом, Леонтий же, казалось, вообще ни о чем не думал, лишь нервно теребил отстегнутый хлястик кобуры.

— Хорошо, — наконец произнес Карл. — Допустим, я вам верю, Карамазов.

Он откинулся на спинку стула.

— Значит, вот как мы поступим. Официально я фиксирую, что вы не работаете ни на одну из радикальных групп и не идете против интересов города. Однако, хочу вас предупредить, что мы за вами наблюдаем. Во всяком случае пока полностью не убедимся в вашей лояльности.

— И давно наблюдаете? — усмехнулся я.

— С момента, как ваша группа вернулась из Молчаливого Леса, — холодно ответил Карл. — Вы слишком быстро растете, чрезвычайно много берете на себя и невероятно удачно выходите живыми из тех мест, откуда обычно возвращаются только некрологи. Это, в принципе, хорошо, пока ваши интересы совпадают с нашими. И крайне плохо, если однажды вы решите, что договор с Камнегорском не стоит той бумаги, на которой он написан.

— Не будьте таким пессимистом, Карл, — улыбнулся я. — Я уже обозначил свою позицию и дважды повторять не собираюсь.

Карл хмуро кивнул, по-видимому, ставя точку на этой части разговора.

— Есть еще один момент, — продолжил он. — Судя по тому, как была улажена проблема Молчаливого Леса, вы, очевидно, обладаете чем-то, чего нет у остальных.

— Все может быть.

— Насколько это опасно для города? — прямо спросил он.

— Карл, ну что вы заладили: опасно, да опасно? Я уже говорил об этом Совету и сегодня повторил вам, что я не собираюсь вредить Камнегорску и его жителям. Вы же сами только что обещали это где-то там зафиксировать. Слушайте, Карл, возможно вам станет легче, если я скажу, что потратил большую часть своего арсенала, на то, чтобы прикончить тварь в Молчаливом Лесу. Между прочим, город от этого только выиграл.

— Гм, с этим не поспоришь, — признал Карл. — Возможно именно поэтому вы сейчас сидите здесь без стальных браслетов на запястьях.

Он пробарабанил пальцами по столу и, сощурившись, зыркнул на меня.

— В целом, Алексей, по итогу беседы у меня сложилось два мнения. Первое состоит в том, что вы ходячая проблема, особенно если кто-то решит использовать вас в своих играх. А второе: вы весьма полезный актив, если будете и впредь соблюдать договор с городом.

Он поднялся со стула.

— На этом, пожалуй, мы пока и остановимся. Вы свободны. Официальных обвинений мы вам, конечно же, не предъявляем, однако… — Он уставился на меня хмурым взглядом. — Если в следующий раз вы решите устроить маленькую войну в пределах досягаемости Камнегорска, лучше сто раз подумайте. Мы не любим такие неприятные сюрпризы.

— Я, признаться, тоже. Но с неприятными сюрпризами ко мне почему-то приходят только с вашей стороны, а никак не наоборот.

— Работа у нас такая, — пожал он плечами. — Удачи, господин Карамазов.

Леонтий открыл дверь и посторонился. Я вышел в коридор, затылком чувствуя тяжелые пристальные взгляды.

На улице было шумно, суетливо и солнечно. Город жил своей жизнью и ему было глубоко плевать, кто с кем только что мерился причинными местами.

— Ну, и что думаешь? — обратился я мысленно к Майе, поворачивая на шумную улицу и пытаясь затеряться в людском потоке.

— Формально ты чист, Аид, — ответила Майя, пожав плечами. — Но сдается мне, на тебя только что повесили ярлык «сомнительно полезен и при этом весьма опасен». Проще говоря, теперь они будут связывать с твоей персоной все аномальные всплески и странности, происходящие в округе. Даже если ты не имеешь к ним никакого отношения.

— Значит, будем стараться, чтобы странных событий было поменьше. По крайней мере, с нашей стороны.

— Правильное решение, Аид. И кстати, предлагаю побыстрее закончить с покупками, подписать договор и оперативно свалить из города. Мне здесь не нравится, — обеспокоенно проговорила Майя.

— Полностью с тобой согласен, младший лейтенант Синицына.

Я сориентировался по интерактивной карте и двинулся обратно к Торговому кварталу, мысленно перебирая список того, что еще не успел купить: соль, мука, медикаменты, батареи, расходники для репликатора, заказанные Кастором. И еще кофе, если, конечно, удастся его найти. Настоящий кофе в Содружестве и Северных городах был на вес золота, но Маша как-то обмолвилась, что не пробовала его ни разу в жизни, и эта мелочь прочно засела у меня в голове.

Однако и в этот раз меня обломали с покупками. Стоило мне свернуть на первую улицу торгового квартала, как за спиной коротко взвизгнули тормоза.

Я быстро обернулся. Неподалеку от меня притерся к обочине старый темно-зеленый помятый седан. Таких машин в Камнегорске было пруд пруди. Обычные рабочие лошадки, исправно работающие и не требующие толстого кошелька. Одним словом, ничей любопытный глаз за них особо не цеплялся.

Боковое, заляпанное грязью стекло слегка опустилось.

Человека, глянувшего на меня в образовавшуюся щель, я узнал сразу. Темные волосы, жесткий профиль, настороженный прищур и весьма угрюмое, местами даже недовольное лицо. Такой нетривиальной внешностью в Камнегорске могла похвастаться только Сойка.

Она резко мотнула головой в сторону задней двери, явно намекая, чтобы я садился.

Я секунду подумал, оценивая риски, потом быстро подошел и забрался в салон.

Внутри оказалось довольно тесно. Сойка сидела на переднем пассажирском, глядя на меня в зеркало заднего вида. Водитель, худой парень лет двадцати пяти, даже не обернулся. Автомобиль тронулся с места, влившись в неторопливый поток местных разношерстных колымаг.

— Чем обязан? — Я вопросительно взглянул на Сойку.

— Не здесь, — отрезала она.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Седан немного попетлял по задворкам и трущобам, чтобы убедиться в отсутствии слежки, и только после этого мы подъехали к зданию Гильдии сталкеров. Вот только остановилась машина не у парадного входа, а заехала с торца к служебному.

Сойка молча вылезла из машины, я последовал за ней. Водитель остался внутри, заглушил двигатель и с чувством выполненного долга потянулся за сигаретами.

Войдя через служебный вход, мы оказались в длинном тускло освещенном коридоре. Сойка торопливо зашагала вперед, сапоги с набойками застучали по бетонному полу. Дойдя до конца коридора, мы спустились в цокольный этаж. Здесь было прохладно и тихо. Проследовав через небольшое помещение с низким потоком и толстыми опорными колоннами, Сойка остановилась перед ничем не примечательной дверью с круглым штурвальным замком. Такие я видел только в гангстерских фильмах на банковских хранилищах.

— Прежде чем войдем, — сказала Сойка, повернувшись ко мне, — хочу предупредить: внутри полная экранировка. Никакие сигналы не проходят. Записывающие устройства, передатчики, да и вообще любые энергоприборы вырубаются. Так что все, о чем мы будем говорить, останется строго между нами.

— Вот черт! — вмешалась Майя, и голос у нее при этом был довольно обеспокоенный. — Аид, я чувствую мощное зэн-антиполе за этой дверью. Есть вероятность, что некоторые мои функции внутри будут существенно урезаны. Связь с искином может прерваться. Я бы предпочла…

— Понял, — сказал я вслух, прерывая причитания Майи. Сейчас мне было не до ее истерик.

Сойка коротко кивнула, крутанула штурвал, потянула на себя массивную металлическую дверь и вошла внутрь. Я последовал за ней.

Ощущение было такое, словно вокруг резко упало давление. Уши сразу ощутимо заложило. Прочная и устойчивая связь с искином, к которой я привык настолько, что даже перестал замечать, исчезла. Майя замолчала. Привычный интерфейс, всегда мерцавший на периферии поля зрения, погас.

Меня окружила абсолютная тишина.

Подавление Системы ощущалось почти физически. Но вместе с этим я чувствовал, что способности, предоставляемые шестым кругом Силы все еще со мной. А значит Система не отключена полностью и переживать пока особо не о чем. Что же касается Майи, то я провел первые сорок с лишним лет жизни без голоса в голове и как-то справлялся, а значит и сейчас переживу.

Комната, где мы оказались была сравнительно небольшой. Голые стены и низкий потолок были обшиты панелями из какого-то серебристого металла. Посередине стояли стол и два стула. На столешнице тускло чадила керосиновая лампа. Внутри не было ни единого электрического прибора. Оно и понятно. Какой в них смысл, если, по словам Сойки, эненргон, электричество и даже зэн с Альтой здесь не работают?

Сойка закрыла дверь на замок, уселась за стол и указала мне на второй стул.

Когда я сел, она какое-то время молчала, угрюмо разглядывая меня. Потом достала из внутреннего кармана куртки плоскую металлическую фляжку, отвинтила крышку, сделала глоток и пододвинула ко мне. Я покачал головой и вопросительно поднял бровь.

— Тебя ищут люди Рогова, — заявила Сойка без лишних предисловий. — Ходят слухи, что ты замешан в пропаже одного из его гладиаторов.