Полиция прибыла позже Ся Дэн, следом подъехала скорая.

Ю Фэна нужно было срочно доставить в больницу, поэтому допрос отложили. Ся Дэн, не знавшая подробностей, попросила офицеров опросить свидетелей, а сама села в скорую.

Врач быстро осмотрел поверхностные повреждения Ю Фэна. Смоченным в спирте тампоном он протер основные кровоподтеки, но не обнаружил серьезных ран.

– Не волнуйтесь, все в порядке, – сказал он едва слышным сквозь маску голосом.

– Что? – Ся Дэн не расслышала.

– Говорю, не стоит бояться. Все в порядке, нет серьезных кровотечений. Несколько глубоких ран только на лбу и внутренней стороне бедра, но артерии не затронуты. Вполне возможно, что на нем не только его кровь.

Другой врач добавил:

– Трещина в лодыжке, возможно, поврежден локоть. Точнее скажем после рентгена. Нужно проверить внутренние органы, исключить возможное сотрясение мозга.

Ся Дэн внимательно кивала.

– Да, хорошо.

Ю Фэн закрыл глаза, как только его переложили на носилки, и лежал неподвижно, едва заметно дыша. Ся Дэн крепко держала его руку. Половина крови с его тела уже перекочевала на нее, лицо тоже было в красных пятнах, но ей было все равно.

Когда медики поднимали его в машину, она вдруг подумала о его странной семье – кроме дедушки, кто о нем позаботится?

А дед уже стар. Если не она – то кто?

Эта мысль заставила ее не отпускать его руку ни на секунду. Ся Дэн знала: как бы она ни старалась быть ему опорой, шрамы, нанесенные его семьей, не исчезнут. Но, может, она хотя бы отвлечет его от этих ран.

После завершения осмотра врач протянул ей бланк.

– Подпишите и оплатите по QR-коду.

– Хорошо.

– Вы удивительно спокойны. Такое часто случается?

– Нет. – Она сделала паузу. – Я не спокойна. Если б его бросили там…

Врач замолчал.

В больнице Ся Дэн прошла с носилками в реанимацию, мельком глянув на часы. С момента происшествия прошло всего полчаса – даже внутренние травмы должны успеть вылечить, правда?

Она молилась про себя, когда дежурный врач, нахмурившись, подошел, взъерошенный, как после урагана. Врач и медсестра провели быстрый осмотр пациента, выписали направления, разделив легкие и тяжелые повреждения. Закончив, врач всучил лист Ся Дэн.

– В окошке оплатите и пройдите все обследования.

– Сейчас. – Ся Дэн рванула в кассу, вернулась с медицинской картой и направилась с Ю Фэном на анализы.

Обследования затянулись до вечера. По итогу выявили несколько переломов и трещин, легкое сотрясение, колотые раны. Они резали его ножом…

Уже было за десять, а Ся Дэн еще не ела. Волосы слиплись, лицо блестело от пота, но даже усталость не могла скрыть ее красоту – некоторые специально заглядывали за ширму, делая вид, что это вышло случайно.

Однако Ся Дэн видела только Ю Фэна – перевязанного, чистого, но все еще лежавшего на койке без сознания.

Возможно, это из-за того, что он потерял много крови? Он был бледен, губы потрескались, в них не осталось и намека на цвет.

Ся Дэн полезла в сумку за бальзамом и наткнулась на ту самую мазь. В спешке она сунула ее сюда – иначе при осмотре пришлось бы объяснять, зачем она у него.

Намазав губы Ю Фэна бесцветным бальзамом, она взяла его телефон.

Пароль она знала – ее день рождения.

Открыв список контактов, она решила позвонить Хэ Чжуншэну и Шэнь Ю – рассказать, что случилось, предупредить, что может понадобиться помощь с перевозкой. Одной ей не перетащить взрослого парня.

Она сделала два звонка и услышала два взволнованных голоса, только степень волнения была разной.

Парни действительно переживают за Ю Фэна. Наверное, он хорошо к ним относится? Пусть даже иногда колко шутит. Но если они так заботятся о нем, несмотря на его острый язык, значит, он действительно чего-то стоит.

Закончив разговоры, она собралась заблокировать экран и убрать телефон, но случайно заметила историю вызовов – все без сохраненных номеров, но с подозрительно короткими интервалами.

Со вчерашнего дня и до драки он звонил кому-то каждые десять минут.

Вчера.

В этот период он был слишком уязвим. Он искал ее? С того момента, как проснулся и обнаружил ее отсутствие, он без остановки звонил всю ночь и полдня?

Сердце Ся Дэн снова сжалось без ее разрешения. Чтобы отвлечься, она убрала телефон, пытаясь не думать о Ю Фэне.

Однако это было очень сложно. Прошло всего две минуты, как она повернулась и увидела его – бледного, избитого. И снова в голове возник тот же вопрос.

Что заставило его, обычно сдержанного, потерять контроль?

Неужели ее исчезновение довело его до такого?

Восемь лет он мог признаться в чувствах, но не делал этого. И всего один ее уход без объяснений изменил его?

Внезапный звонок прервал ее мысли.

Звонил телефон Ю Фэна. Номер не был занесен в контакты. Ся Дэн сняла трубку и услышала визгливый голос Чжан Эньхуэй:

– Брат! Как ты?! Где ты?! Полиция звонила, велела прийти в участок! Что мне говорить?!

Ся Дэн ответила спокойно:

– Говори как есть. Как раздувала пожар, так и туши.

Эньхуэй замолчала, тон резко сменился:

– Ты с моим братом? Где он?

– Это я должна спросить. Где ты? Я велела тебе следить за ним!

Эньхуэй снова замолчала.

Она не была близка с Ся Дэн, но знала ее характер. Пощечина днем и такой тон теперь – видимо, Ся Дэн на самом деле такая. Чем больше Ся Дэн закипала, тем спокойнее становилась Эньхуэй.

– Ты же вызвала полицию! Я что, должна была ждать, пока меня отчитают? Мой брат не впервые дерется – с ним никто не сравнится. Ты тут разыгрываешь заботливую девушку, будто только ты переживаешь. Я просто показала тебе, что мои друзья – детсадовцы по сравнению с ним! Я знаю его лучше! Я…

Ся Дэн положила трубку.

Психопатка.

Чтобы доказать свою правоту, она рисковала его жизнью. У нее вообще мозги есть?

Ся Дэн подвинула стул ближе к кровати, положила голову на руку и взяла Ю Фэна за палец.

Этот парень…

И правда несчастен.

Она перевернулась на другую сторону, глядя на этот «увядающий цветок». Усталость медленно смыкала ей веки.

Неизвестно, сколько времени прошло, когда раздался звонок – Ся Дэн толком не проснулась, но ответила. Звонила домработница, спрашивала, вернется ли она ночевать.

Ся Дэн сонно глянула на часы – чуть за полночь.

Потом на кровать – она была пуста.

– Не вернусь, – торопливо бросила она и помчалась искать Ю Фэна по всему отделению.

Уставшие измученные лица – но не то, которое она искала.

Медсестры его тоже не видели.

Она выбежала в коридор, хотела даже в туалет заглянуть, свернула за угол и тут в конце другого коридора, у окна, заметила его.

Сердце успокоилось.

Перевязанная нога Ю Фэна была слегка согнута, здоровой рукой он опирался на каталку. Медицинские принадлежности сдвинуты в кучу, коробка с ватными палочками и инструментами опрокинута. Острый пинцет лежал рядом с запястьем – будто ждал момента вонзиться.

Ся Дэн подошла, убрала пинцет, поправила коробку.

Ю Фэн не обернулся, будто знал, кто за спиной.

– Ты голодна?

– Нет.

– Намазалась? – Видимо, он имел в виду ту самую мазь.

– Утром еще.

В ее голосе не было упрека за то, что он поздно спохватился. После всего, что случилось сегодня, вчерашние обиды казались мелочью.

Ю Фэн с трудом повернулся. В свете луны на подоконнике виднелась салфетка с окурками.

Ся Дэн промолчала.

Свет в коридоре погас. Ю Фэн стоял, освещенный луной, и хотя его лицо было в тени, Ся Дэн чувствовала его подавленность. Дыхание ровное, но эмоции – нет.

Он и правда вел себя странно с самого утра.

– Выйти покурить после секса – это юношеский максимализм. Ты уже избавилась от него, а я еще нет, – объяснил он свой уход на балкон.

– …

– Я не игрушка, которую можно включить и выключить. Не могу контролировать то, что тебе не нравится.

В темноте уши Ся Дэн порозовели.

Она поняла, о чем он: размер, продолжительность, позы. Ее обида тогда была из-за того, что она не могла принять это.

После его объяснений девушка успокоилась и вспомнила, что он был нежен с ней, – и приняла его извинения.

Только Ся Дэн собралась сказать, что эту страницу можно перевернуть, как Ю Фэн добавил:

– Но я мог не начинать.

Ся Дэн подняла голову.

– Впредь, пока ты сама не захочешь, я не буду допускать у себя таких мыслей.

Ся Дэн нахмурилась.

– Я позвонил друзьям, завтра они приедут. Вызову тебе такси, возвращайся домой. Ключи от машины оставь – они потом пригонят.

Не дожидаясь ответа, Ю Фэн, опираясь на тележку, заковылял в сторону палаты.

Его слова были разумными и вежливыми, но звучали так холодно, будто говорил незнакомец – совсем не тот Ю Фэн, который любил поддразнивать ее. Ся Дэн почувствовала, что сердце будто подняли вверх и резко отпустили. Что-то было не так, но она не могла понять что.

Ся Дэн вернулась в палату Ю Фэна, чтобы взять сумку и телефон. Лампы в помещении горели ярко, Ся Дэн двигалась медленно – времени хватило бы и на уговоры, и на душевный разговор. Но он просто лежал, наблюдая, как она собирается.

– Ну, тогда я пошла, – четко сказала она, сжав ремень сумки.

– Хорошо.

Где-то внутри резко кольнуло, будто что-то раздавило ее грудь. Дышать стало трудно. Такого она еще не испытывала. Нужно было побыть одной, разобраться в себе. Но сделав два шага, она резко обернулась.

– Если я не могу вместить тебя, мне нельзя испытывать боль? Боль терплю, но нельзя побыть одной? Это ты обидел меня, почему вдруг я виновата?

– Нет. Я все обдумал. Вел себя недостойно. Не стану больше докучать.

От этих бесстрастных бесчувственных слов Ся Дэн стало еще больнее. Особенно после того, как она взглянула на его лицо.

– Если тебе что-то не нравится – скажи прямо. Хватит этого тона, – не выдержала она.

Действие обезболивающего кончилось, зато подействовали капельницы. Веки Ю Фэна налились свинцом.

– Все нормально.

Раньше такие слова показались бы ей обычными – вежливыми, сдержанными. Но сейчас каждое резало слух.

Ся Дэн думала, что, если пойдет на уступки, они вернутся к прежним отношениям, продолжат жить как все обычные парочки. Думала, что сможет обнимать его, когда он будет уставать…

Но нужно ли ему это?

Судя по всему – нет.

Гнев и обида переполнили ее.

– Ты ЗНАЛ, какая я, но все равно хотел быть со мной. В самом начале я предупредила – возможно, я никогда не смогу дать тебе то, чего ты ждешь. Ты согласился. Я только-только решила попробовать вести себя как другие пары, и хоть у меня неидеально получается, я стараюсь. Та ситуация в отеле меня расстроила, я хотела побыть одна – но даже тогда не наговорила гадостей, а просто оставила записку. Ты, может, страдал, ища меня всю ночь. А я нет, по-твоему? – Ее ногти впились в сумку, оставив царапины. – Если ты только на словах не хочешь меня обременять, а в душе коришь за холодность – тогда даже не трать на это силы. Для меня это лишнее.

Слово «лишнее» пересилило действие лекарств. Ю Фэн медленно поднял тяжелые веки. Полуночное отделение гудело, но ее фраза будто была сказана в пустой комнате, в груди и в голове она отозвалась гулким эхом.

– Я – лишний? Ты так думаешь?

Ся Дэн сжала ремешок сумки еще сильнее. Она не хотела этого говорить, но слова уже сорвались с языка, и забрать их обратно было невозможно. Да и ее состояние сейчас было слишком странным, эмоции вышли из-под контроля.

– Если бы Чжан Эньхуэй не рассказала о семье того парня и ты знал меру, ну подрался – и ладно, бывает. Я готова была разделить с тобой последствия – компенсацию или юридическую ответственность. Хоть я и не одобряю такого поведения, но понимаю, что ты просто не хотел, чтобы меня обижали. – Ее голос слегка дрожал, но она этого не замечала. – Но она тебе сказала, а ты все равно избил его почти до смерти! Его родня изувечила тебя так, что, если бы не местные жители, ты мог бы умереть! Ты думал обо мне? Тебе двадцать лет, а ведешь себя как уличный хулиган! Разве это не лишнее?

– Хулиган. Лишний. Вот я какой? – Ю Фэн повторил ее слова. Его избитое лицо под ярким светом лампы казалось еще бледнее.

– Да!

Ся Дэн уже не понимала, что говорит. Она с самого утра ничего не ела и не пила. Она не чувствовала усталости или обиды, хотела забыть этот день, но его равнодушные слова резали слух.

И вдруг мысль о его равнодушии заставила ее сердце екнуть.

Ю Фэн всегда был таким. Он долго был за границей, они редко общались – и ее это не беспокоило. Почему сейчас это стало невыносимым?

Разве это не ее стиль общения?

Он просто начал говорить как она – и она не смогла это принять…

– Хорошо, больше так не будет, – сказал Ю Фэн.

Сердце сжалось так сильно, что кожа с ремня сумки отслоилась под ее ногтями.

– Тогда я пойду.

– Я вызвал тебе такси.

– Я не устала, могу сама за руль сесть.

– Хорошо.

Они говорили спокойно, не на повышенных тонах, но этот разговор ранил сильнее, чем самый громкий скандал. Казалось, они точно знали, какие слова причиняют наибольшую боль. Какие же они оба умные – умудрились ранить друг друга без единого оскорбления.

Ся Дэн вышла из больницы и села в машину. Руки болели от напряжения. Разжав пальцы, она заметила заусенец на указательном пальце.

Она дернула – выступила кровь, капелька постепенно увеличивалась, но на душе стало чуть легче.

Раньше она никогда не мучила себя из-за таких пустяков. Что с ней не так? Почему его отношение так на нее влияет? О чем вообще был этот спор?

Закрыв глаза, она долго сидела, откинувшись на сиденье, прежде чем уехать.

Домработница вышла встретить ее на улицу, щуря глаза и накинув на плечи плед.

– Ты же не собиралась возвращаться? Голодна? Приготовить что-нибудь?

Ся Дэн не ответила. Поставив сумку и сняв обувь, она подошла к панорамному окну и села в кресло-качалку.

За окном – кромешная тьма.

Его холодная вежливость, будто они чужие, не отпускала. Ощущение удушья, возникшее еще в больнице, все еще сжимало грудь.

Она думала, что он захочет обнять ее, когда очнется.

Ведь он всегда так делал.

Но на этот раз нет.

А она ждала, сильно.

А ведь могла бы обнять его первой…

Разве не этого она хотела? Вернуться к прежним отношениям – спокойным, где они не докучали друг другу?

Разве по сравнению с ежедневной близостью свобода не была ей в сто раз милей?

Как все изменилось…

Теперь она больше не хотела того, чего желала раньше.

Домработница принесла тыквенные оладьи и сладкую кашу.

– Покушай немного. Набрала тебе ванну, температуру настроила. Полежи в воде перед сном.

– Спасибо, – устало ответила Ся Дэн.

– Днем приходил парень, искал тебя.

Ся Дэн резко подняла голову и уставилась на нее.

– Сначала позвонил, задавал странные вопросы. Я не стала отвечать, намекала, что тебя нет.

Сказать «ее нет» значит подтвердить, что она живет здесь, выдать ее местоположение. Ю Фэну с его хитростью домработница была не соперница, винить ее было нельзя.

– Вскоре у дверей появился симпатичный молодой человек с выразительными глазами и четким профилем, – продолжила домработница.

Наверняка он.

– Я сказала, что он ошибся адресом, но парень не ушел. Стоял у двери, я как пошла на рынок, он за мной. Но не прошел и двух шагов, как остановился – лицо перекосилось, сжал кулаки, вены на руках вздулись…

Ся Дэн выпрямилась и непроизвольно нахмурилась.

– Резко изменился?

– Очень.

Неужели все дело в этом? Ся Дэн задала еще вопрос:

– Вы что-то сказали тогда?

Экономка села и потерла морщинистый лоб, вспоминая.

– Только твердила без остановки, что не знаю тебя.

– И этого хватило для такой реакции?

– Да.

Мысли Ся Дэн метались туда-сюда. Неужели в этом причина странного поведения Ю Фэна?

Но это нелогично.

Домработница упомянула о внезапной перемене, но она постоянно твердила ему, что не знает Ся Дэн, а не вдруг заявила это. Так что причина явно не в этом.

– Ему кто-то звонил?

– Нет. – Тут домработница добавила деталь, казавшуюся ей незначительной: – Зато он поднял мои ключи.

– Ключи?

Та направилась в свою комнату.

– Сейчас покажу.

Ся Дэн не думала, что в этом кроется причина трагедии, случившейся с Ю Фэном, но домработница уже вернулась и снова опустилась на стул, откинувшись на спинку.

– Это ключ от моего мопеда, на котором я за овощами езжу. – Она протянула его Ся Дэн.

Та осмотрела его – никакие ссоры из-за ключей в голову не пришли.

Вроде не было их.

– Не думайте много о нем, – сказала она, вернув ключ. – Наверное, у него какие-то личные проблемы, с нами не связанные.

– Да. – Домработница взяла ключ и покрутила в руке. – Сам ключ новый, точно к нему никакого отношения не имеет. А вот брелок-то старый, сколько ему годиков-то тогда было? Я и не видела его тогда.

Брелок.

Ся Дэн снова протянула руку.

– Можете мне еще раз дать взглянуть?

Домработница передала ключ.

Только сейчас Ся Дэн увидела, что на нем было колечко, к которому была привязана кожаная веревочка, а на ней висел брелок в виде якоря.

Этот брелок…

Ее дыхание участилось.

– Нашла у вас дома давно. Спросила твою маму, она сказала, что это не ее аксессуар, возможно, ярлык от одежды. Разрешила оставить, если мне нравится.

Ся Дэн вскочила, держа в руках брелок, обулась, схватила ключи от машины и выбежала, не слушая окликов домработницы за спиной.

В голове звучали голоса прошлого, от которых глаза наполнились слезами.

– В моем организме чего-то не хватает, поэтому он не производит кровь.

– Это сильно влияет на тебя?

– Не ощущаю особо.

– А больно? И где?

– Не чувствую.

– Понятно.

– Что понятно?

– У меня, возможно, есть наследственная болезнь крови, а не то я бы поделился. Все равно мне эта кровь не нужна.

– …

– Мы друзья?

– Нет. Мы соседи по палате.

– Где ты был?

– Ты не двигалась, я думал, ты умерла. Пошел искать кого-то, кто мог бы помочь, но никого не нашел.

– Я просто задерживала дыхание. Умею надолго, я сильная.

– Но это страшно! Если повторится – не пущу больше в свой бассейн!

– Ясно, жадина.

– Чем ты меня вытащил?

– Якорем.

– Зачем вам в бассейне якорь?

– Раньше тут был декоративный пиратский корабль, но папа сказал, что он мешает, и убрал его. Якорь остался и все это время валялся тут.

– Ты же не плаваешь, чем он помешал?

– Они все мои вещи уничтожили.

– Ничего. Я все равно больше не смогу участвовать в соревнованиях, пойду в школу. Когда доучусь, куплю корабль и сделаю тебя капитаном.

– Ты такой неумеха, даже браслет завязать не можешь.

– У тебя слишком тонкое запястье.

– Тогда почему ты не сделал браслет с застежкой? У этого якоря острые концы, а на шнурке нет дырочки – соскальзывает.

– Дареному коню в зубы не смотрят.

– Но такой браслет легко потерять! А если потеряется – я тебя забуду.

– Не страшно. Я буду помнить.