Новая жизнь оказалась не такой страшной.

Человек может пережить все. Я в этом убедилась, когда сменила свой привычный хиппи-гардероб на что-то более приличное для учебного заведения. Еще сильнее я в этом убедилась, когда прошел месяц моей жизни в Лондоне.

Стало привычно видеть на стекле размытые капли дождя, стекающие дорожками вниз. Стало привычно готовить завтрак. Стало привычно носить рубашки и брюки, будто я – та самая отличница.

Но все еще непривычно было видеть тату на груди. Созвездие не давало забыть, хотя давно пора было оставить летние ночи где-нибудь в глубине мыслей, оставить Испанию в воспоминаниях так же, как оставила ее в настоящей жизни.

Я посмотрела на отражение в зеркале, провела пальцами по тату.

Пора признать, что больше мы никогда не встретимся. Даже если я приеду в Испанию. Даже если окажусь на одном из приемов, где будет и он. Мы не заговорим. Мы сделаем вид, что не знакомы.

Я говорила себе это каждый день.

И сегодня поспешила надеть рубашку, чтобы скрыть от собственных глаз это видение из прошлого.

Зазвонил телефон, разорвав тишину и заставив вздрогнуть. Я потянулась к нему, чтобы ответить на звонок. Мама. Наверное, собиралась прочитать еще одну лекцию о правильном поведении. Удивительно, что именно она рассказывала мне о приличиях.

– Да?

– Надеюсь, мне не придется за тебя краснеть, потому что ты прилежно себя ведешь? – Нарочито строгим голосом проговорила мама. Она звонила раз в неделю, и каждый наш разговор начинался с этого вопроса.

Я тяжело вздохнула. Здесь моя жизнь походила на синоним слова «скука».

– Я уже говорила, что тебе не о чем беспокоиться, – вряд ли здесь найдется красавчик из семьи врагов, на которого мне даже нельзя смотреть.

– Напоминаю, что твоего отца знают на этом факультете, только поэтому мы и смогли тебя туда отправить, – она каждый раз это повторяла. А мне было плевать, каким боком они меня сюда засунули. И было бы плевать, если бы не засунули.

В дверь позвонили, я накрасила губы розовым блеском и направилась в коридор.

– Все, мам, не могу говорить, Эйдан пришел.

– Надеюсь, этот мальчишка не лезет к тебе в трусы! – возмущенно воскликнула она. Я закатила глаза, проворачивая замок.

– Нет. И тебе стоит беспокоиться о том, чтобы этого не сделала я. Пока. – Конечно, я лгала. Меня не интересовал Эйдан в сексуальном плане. Просто он единственный человек на курсе, который понимал итальянский.

Хоть я и знала английский, но чаще всего говорила на родном языке.

Эйдан вошел в квартиру, оглядел меня с головы до ног.

– Сегодня по тебе можно сказать, что ты даже выспалась, – он прищурился, обнимая меня.

Темные волосы Эйдана оказались мокрыми из-за очередного дождя, джинсовая куртка поверх рубашки в клетку тоже промокла.

Он походил на холостяка, сбежавшего с ранчо в каком-нибудь затерянном пустынном штате.

– А ты выглядишь так, будто тебя окатил волной сам Посейдон, – отозвалась я, подхватила зонт, и мы вместе вышли из квартиры.

После переезда в Лондон я нашла несколько преимуществ богатой семьи. Мне не приходилось ютиться в общежитии, потому что отец купил квартиру в паре кварталов от университета. Мне не приходилось экономить. И в конечном итоге мне не придется выплачивать студенческий кредит всю оставшуюся жизнь. Я относилась к учебе как к квесту – чтобы вернуться домой, нужно пройти все до конца. А отступать я не любила.

Сегодня, как и каждую пятницу, мы отправились на лекции по психологии, после сели в небольшом кафе с учебниками, как те самые зубрилы, которых никто не приглашает на вечеринки. И наша репутация окончательно бы погибла, если бы не поход в клуб пятничными вечерами. От этой традиции молодежи и студенческой жизни мы не собирались отказываться.

Вот и сейчас громкая музыка бередила душу, а алкогольный коктейль медленно окутывал голову туманом. Кажется, в этот раз мы переборщили с традициями. И шотами.

– Да тебе совсем нехорошо, – заметил Эйдан, с трудом перекрикивая музыку. Я кивнула, соглашаясь с ним, и направилась в уборную, оставив Эйдана у бара. Внутри на меня сразу опустилась тишина, стало даже легче. Никогда не любила клубы, они казались слишком громкими, грязными. В барах же царила совсем другая атмосфера.

Я сняла кольцо, которое подарил Матиас, положила на край раковины. Всегда снимала его, когда мыла руки, боясь испортить. А нужно было бояться потерять.

В глазах на миг потемнело, я умылась холодной водой, но это не особо помогло. Я продолжала стоять какое-то время, борясь с тошнотой и головокружением.

Дверь открылась, на секунду впустив в тишину громкую музыку, на пороге появилась высокая блондинка, от взгляда которой стало не по себе. Скорее всего, она просто такой тип людей – смотрит на всех, как на ничтожество, но в этот момент именно такой я себя и ощущала. Напивалась в каком-то клубе, чтобы не отличаться от других студентов, хотя знала, что мой настоящий мир намного больше, намного страшнее и правильнее для меня.

Я выдохнула и направилась к Эйдану с единственной целью – уйти домой. Хватит на сегодня традиций.

Он все так же сидел около бармена, опустошая бокал за бокалом.

– С тобой все в порядке? – перекрикивая музыку, спросил парень. Я кивнула, приложила ладонь ко лбу и только тогда заметила. Кольца нет.

Черт, черт, черт!

Я растерянно огляделась вокруг, голова закружилась, но вместо того, чтобы сесть, я помчалась в туалет, буквально расталкивая танцующую толпу. На глаза навернулись слезы от страха, обиды и отвращения к самой себе.

Как я могла оставить его на раковине? Как могла забыть единственное, что осталось у меня от человека, который подарил мне несколько лучших недель в жизни?

Я забежала в туалет, но на раковине кольца уже не было.

Ну конечно, кто станет отказываться от бесплатного украшения.

Черт!

Я утерла слезы рукавом, еще раз оглядела раковину, осмотрела пол и заглянула в каждую кабинку. Хоть и понимала, что кольца здесь точно нет. Кто-то забрал. И даже если бы я провела здесь всю ночь, оно бы не появилось волшебным образом на том же месте.

Еще один минус богатой семьи – ты никогда не думаешь о вещах, пока они не станут для тебя слишком ценны.

Я вернулась к Эйдану.

– Идем домой, – пришлось задавить бьющуюся в груди, словно птица в клетке, надежду.

– Что-то случилось? – Я отрицательно мотнула головой. Эйдан пошел вперед, огибая танцующих. Я поплелась за ним, пытаясь держать в себе слезы и ругательства, которыми хотелось покрывать себя с головы до ног. Но даже мой хмурый вид не останавливал всяких придурков от попыток познакомиться.

Обычно Эйдан действовал на парней отпугивающе. Хватало одного его взгляда, чтобы назойливый парень все понял. Но не в этот раз. Сегодня не хватило бы ни взгляда, ни слова, ни даже драки. Да и, я была уверена, Матиас легко бы уложил его на лопатки. Или пустил бы пулю в лоб.

Когда холодная ладонь коснулась плеча, я собиралась отшить очередного идиота. Но я никак не ожидала увидеть там его.

Он казался призраком среди мигающих белых огней и дыма. И мое нетрезвое состояние только усиливало эффект. Сначала подумалось, что опьянение достигло такой степени, что появились галлюцинации.

Но нет, Матиас правда здесь стоял.

В этот вечер я поняла, что у судьбы нет неправильных ходов.

Мне пришлось потерять кольцо, чтобы он появился здесь?

Я испугалась. Так сильно испугалась, что не смогла сказать даже одного адекватного слова. Просто стояла и пялилась на него. Только сегодня утром я смотрела на отражение тату в зеркале, а теперь передо мной находился человек, у которого на груди точно такой же рисунок.

Я закрыла глаза, думая, что видение исчезнет, когда я их открою, но этого не произошло. Это была реальность.

Матиас бесцеремонно взял меня за руку, надел на палец кольцо, при этом смотря в глаза так пристально, что мне казалось, он залезет в мою голову и прочтет все мысли. Мне хотелось расплакаться от страха и облегчения одновременно. Иногда я думала о нем перед сном, думала, что, если однажды судьба сведет нас вместе? Но я и представить не могла, что эти мысли могут сбыться.

– Где ты взял его? – Да, самое время для тупых вопросов.

– На пальце моей подруги, – усмехнулся Матиас, я глянула за его спину, замечая длинноногую блондинку за столиком, чей ревнующий взгляд не сходил с нас. Это она зашла тогда в туалет!

– Симпатичная, – признала я, хотя брови удивленно взметнулись вверх, а между ребрами что-то укололо. Конечно, он мог жить дальше. Так же как и я. Но почему именно она забрала кольцо?

– Твой друг тоже ничего. – Черт, Эйдан!

– Спасибо, что нашел его, – это был самый неловкий диалог из всех, что происходили в моей жизни. Такое чувство, будто между мной и Матиасом возникла огромная стена, будто два совершенно разных мира сошлись вместе в какой-то точке и собирались схлопнуться, самоуничтожиться от соприкосновения. Что это было?

Конечно, я, как последняя трусиха, убежала, едва удерживая в груди колотящееся сердце.

– Ты его знаешь? – спросил Эйдан уже на улице, придерживая меня одной рукой. Я задумалась, разглядывая отражения фонарей в скопившихся лужах.

– Так, старый знакомый. – Правда Матиаса сложно назвать старым знакомым. Кем он для меня являлся? Кем он меня считал? Курортным романом, которым все и было? Легкой интрижкой на пару недель?

– Не похож на просто знакомого, слишком наглый, – фыркнул он, сворачивая к стоянке такси. Я встряхнула волосами, легко улыбнулась. Свежий воздух помог справиться с головокружением и тошнотой, но не помог с одолевшими чувствами. Их стало больше, они наполняли голову все сильнее с каждым шагом.

– Не переживай, – не знаю, кому я это говорила – Эйдану или самой себе, потому что «переживать» – это единственное, что я сейчас могла.

Эйдан проводил меня до такси, назвал адрес и велел позвонить, как только окажусь в квартире. Именно так я и поступила, когда вошла в темный коридор, затем стянула с себя мокрую одежду и легла на диван в гостиной, из окна которой хорошо просматривался город. Теперь у меня достаточно времени для того, чтобы отчитать себя за все. И задаться вопросами, которые нужно было задать Матиасу.

Что он делает в Лондоне? Зачем приехал сюда? И как нашел меня?

Наша встреча – задумана кем-то или случайность?

Меня душило недоверие, которое я всегда ненавидела, но именно благодаря ему мой отец оставался жив каждый раз. Я не могла доверять судьбе, доверять его случайному появлению в том же клубе.

По словам отца, клан Тайфуна вел ожесточенную войну с итальянцами. А Матиас принадлежал к его семье. Более того, сестра Матиаса – жена Тайфуна.

Я не знала, за какую из мыслей хвататься. В конце концов, я могла больше никогда и не встретить Матиаса в этом городе. Лондон огромен, но компания той блондинки может свести нас еще не раз – я видела ее в университете пару раз.

Так под чередой мыслей меня и настиг сон, хотя до этого казалось, что я всю ночь пролежу, разглядывая потолок. Уже утром в дверь настойчиво звонили, вырывая из плена теплой нереальности. Я распахнула глаза, сердце бешено колотилось о грудную клетку, а вдох просто не шел в легкие.

Это не сон. Вчерашняя встреча в клубе не сон.

Я подняла ладонь вверх, разглядывая кольцо в виде маленького цветка на пальце. Матиас… почему я так быстро убежала? Почему не спросила, как его дела?

Я скучала. Пусть даже и его приезд – ложь, кем-то придуманная пытка, возможность убрать мою семью или что-то вроде этого, я не могла себе врать. Жаль, что теперь между нами не было ничего из того, что мы когда-то пережили.

Теперь мы не более чем привидения друг для друга.

Звонок в дверь повторился. Я вздрогнула и скатилась с дивана. Шея затекла, голова жутко болела, видимо, череда коктейлей давала о себе знать. Черт бы побрал эти студенческие традиции.

Уже в коридоре я оглядела себя в зеркале и ужаснулась. Учеба явно не шла мне на пользу.

За дверью оказался Эйдан. Его взгляд, словно лазер, спустился с растрепанных волос до помятых джинсов и остановился на босых ногах. Он, в отличие от меня, выглядел так, будто его только что снимали для обложки какого-нибудь американского журнала.

– Наверное, безумно болит голова? – спросил парень, по-свойски входя в квартиру. Я кивнула, закрыла за ним дверь. – Принес твой любимый кофе.

– Спасибо, но это совсем не обязательно. – Эйдан молча сунул мне стаканчик, окинул мрачным взглядом. А я уже думала, что скажу маме, когда она снова позвонит мне с вопросом о том, что парень делал в моей квартире с утра пораньше. Я знала, что кто-то из людей отца за мной присматривал.

Я направилась на кухню, не сомневаясь, что Эйдан пойдет следом. Он часто готовился к лекциям у меня, потому что в общежитии не мог сосредоточиться из-за шума. Эйдан учился с таким рвением, что любой бы позавидовал. Наверное, его можно назвать заучкой-спортсменом.

– Так кем был тот парень вчера? – поинтересовался Эйдан, когда я уселась за стол.

Это последний вопрос, на который я бы хотела отвечать. Еще не придумали определений для того, чтобы назвать Матиаса кем-то. Для меня он был парнем, что навечно останется той самой влюбленностью, которой не суждено стать чем-то большим.

– Ладно, не хочешь – не отвечай. – Кажется, я молчала слишком долго, потому что Эйдан пожал плечами и продолжил пить свой кофе. Я только кивнула.

Может быть, он просто мой кармический партнер, с которым нужно пройти урок. Урок по тому, как отпускать людей из жизни.