Мама выбрала для меня самое ужасное платье из всех возможных. Оно действительно было отвратительным. Такое, будто мне уже далеко за сорок, у меня нелюбимый муж, глупые дети и жизнь «оторви и выбрось».

Закрытый верх без рукавов, плотная темно-синяя ткань по фигуре и небольшой белый воротничок. Примерная дочь и все такое. Хотелось рассмеяться над собой – кольца и бусины в волосах выглядели в комплекте с этим платьем до жути несуразно. Поэтому пришлось соорудить низкую прическу.

Никогда не любила свадьбы. А тут свадьба человека, которого я никогда в жизни не видела. И ведь нужно Лукасу соблюдать все эти до ужаса пафосные формальности? Впрочем, кто я такая, чтобы спорить? У меня на роду написано сохранять традиции и устои этого мира. Пусть меня в него и не посвящали почти.

В дверь коротко постучали, ручка опустилась вниз, в проеме показался Адам, который почему-то всегда так делал. Никогда не дожидался позволения войти. Даже Лукас всегда ждал ответа. Адам же – никогда.

Я вздохнула, подхватывая с туалетного столика розовую помаду. Брат остановился около дверей.

– Меня удивляет, что каждый раз ты приходишь ко всем с вопросом, готовы ли мы, – хмыкнула я, рисуя аккуратный контур. Адам рассмеялся:

– Потому что никто в этом доме не смотрит на часы.

– У меня есть еще десять минут свободного времени, – оповестила я, мельком глянув на брата в сером костюме. Даже если бы он пошел на свадьбу в своем повседневном образе, никто бы не догадался, что это не парадно-выходная форма, – Адам всегда выглядел официально.

– Иногда я забываю, насколько ты ответственная.

– Я все еще не понимаю, зачем мы идем на свадьбу человека, с которым Лукас едва не развязал войну, – вдруг произнесла я, уже совершенно готовая к выходу, и повернулась к Адаму.

– Потому что именно с ним нам не нужна война. – Адам сдвинул брови к переносице. – Ну и думаю, Лукасу интересно посмотреть на невесту, которая могла стать его женой.

– Что?!

– Это был всего лишь один диалог между семьями, – рассмеялся Адам, разглядывая мое удивленное лицо. Что ж, теперь и мне интересно посмотреть на девушку, которая могла стать женой моего брата.

Адам вышел из комнаты, я направилась следом за ним. Почему-то мои десять минут свободного времени превратились в десять минут ожидания всех остальных.

София и моя мать не поехали, сославшись на то, что сеньоре Санчес сложно находиться в таких местах. Признаться честно, я радовалась тому, что они остались дома. Вряд ли бы София чувствовала себя комфортно на празднике жизни, постоянно возвращаясь в мыслях к умершему сыну. Прошло всего несколько недель после смерти Томаса. Не знаю, почему мы делали вид, что все в порядке.

– Будешь моей дамой на вечер? – спросил Адам, когда мы оказались около машины.

– Неужели ты настолько в себе не уверен? Думаешь, не найдешь ни одной девушки, которой понравишься?

– А кто сказал, что я хочу кому-то нравиться? – Он открыл дверь машины, пропуская меня внутрь. Я покачала головой, опускаясь на кожаное сиденье и надеясь, что присутствие рядом правильного брата не помешает мне напиться.

Свадьба проходила в особняке семьи Гонсалес, с прекрасным видом на закат и море. Вокруг сновало больше сотни людей, и ни одного знакомого лица я не заметила. До начала церемонии.

Адам галантно открыл дверь, помогая выбраться из машины. Лукас и Лола тоже оказались рядом. Братья переглянулись, будто обменивались мыслями, Лола скользнула по мне взглядом, я осмотрела девушку в ответ: золотистое платье до колена с застежкой на шее и небольшим воротником-стойкой. Белые волосы были выпрямлены, а на губах тлела алая помада. Мне всегда нравилось, как она выглядела, пусть мы и были полными противоположностями.

– Все пройдет спокойно? – заговорил Адам, подставляя мне локоть. Я ухватилась за мужскую руку, пытаясь не свалиться на туфлях с огромным каблуком. Мама явно хотела избавиться от меня таким легким способом.

– Не знаю, – честно отозвался Лукас. – Но не отходи от малышки Лиззи, хотя бы не упускай ее из виду. И если что, за углом соседней улицы есть еще одна машина.

– Я могу сама за себя постоять! – воскликнула я, внутренне сжимаясь от страха. Лукас подготовился. Даже слишком хорошо подготовился, будто ждал чего-то. – Разве этот ваш Тайфун не крутой и всесильный?

– Всесильных не существует, Лиззи. Мой отец считал себя таковым, и где он сейчас? – цинично выдал старший брат. – Выживает тот, кто думает наперед, а не тот, кто уверен в своем бессмертии. Думаю, у Тайфуна тоже все схвачено.

Больше никто ничего не сказал. Мне не хотелось слушать нравоучения брата, который недавно восстал из мертвых.

Лола ухватилась за руку Лукаса, я все еще держалась за Адама. Мы вместе вошли в небольшой холл белого особняка в старинном стиле. Кем бы ни был этот Тайфун, он явно заморочился со свадьбой, и теперь мне еще сильнее не терпелось увидеть невесту.

Вскоре мое желание осуществилось. Но тогда я еще не знала, что вместе с невестой увижу того, кого меньше всего ожидала увидеть.

К свадебной арке вела белая дорожка, несколько рядов скамеек стояло перед ней. Жених тоже находился около арки. Его можно описать одним словом – серьезный. Классический костюм, широкие брови, взгляд исподлобья. Понятно, почему его прозвали Тайфун. Такой же опасный.

Так я думала, пока не появилась она. Невеста.

Кажется, Луиза.

Она правда была очень красива. Походила на Лолу умением держаться, гордостью и какой-то твердостью, граничащей с кошачьей грацией. И мрачный жених, увидев девушку, перестал казаться пугающим. Удивлена, что они с Лукасом враждовали. Наверное, потому что были слишком похожи.

Я бы и дальше рассматривала платье, декор и следила за игрой в гляделки жениха и невесты, но я увидела парня, который шел рядом с ней.

Матиас.

Сначала я его не узнала. Мой бармен из клуба и парень с яхты с трудом угадывался в костюме с иголочки.

Черт возьми!

Кажется, совсем заигралась в чувства, даже не поняла, не заметила…

Кто он? Что я о нем знала?

Я покрепче ухватилась за Адама, пытаясь не свалиться от удивления и не пялиться.

– Теперь понимаешь, почему я говорил тебе не общаться с ним? – шепотом спросил Адам, наклонившись ко мне. Я усмехнулась, вспоминая наш разговор в кафе после того, как я провела ночь с Матиасом. Но вопреки внутреннему страху, я расправила плечи.

– А еще говорил, что не знаешь его, – он хотел что-то ответить, я мотнула головой, останавливая его тираду. Я привыкла к тому, что от меня скрывают правду, недоговаривают, увиливают. Привыкла. Вот и сейчас не удивилась.

Церемония оказалась красивой, прошла даже как-то быстро и незаметно. Тайфун рядом с Луизой выглядел счастливым, как и она с ним. Лола не была такой в день своей свадьбы. Как и Лукас. Они скорее скучающе разглядывали всех вокруг и обменивались ядом – их фиктивный брак и дураку был заметен. Теперь все изменилось, она улыбалась каждый раз, как его видела, а Лукас… Лукас пытался оставаться большим и страшным. И у него получалось. Но не с ней.

Я старалась не смотреть на Матиаса, но взгляд то и дело натыкался на него в толпе. Он все еще не был в моем вкусе, но почему-то выглядел слишком красивым в черном костюме и с расстегнутыми верхними пуговицами на белой рубашке.

И когда Матиас мотнул головой в сторону балкона, я подождала несколько минут, а затем пошла следом, надеясь, что Адам, проводивший меня долгим взглядом, не станет следить.

В свете луны и тусклых ламп Матиас выглядел еще красивее. Я даже залюбовалась, остановившись на несколько секунд и разглядывая его спину.

Вот мы и раскрыли правду друг о друге. Как и раньше, подсознательно сами понимали, что наша судьба – находиться по разные стороны друг от друга. Близко, но бесконечно далеко. Я не хотела говорить ему всех тех слов, но говорила, резала эту правду, осыпая его как бриллиантами с головы до ног. Мы забыли, мы заигрались в эти ночные встречи и безумие. У нормальных людей все не так, они не прячутся по ночам, они не готовятся расстаться, с каждым днем привязываясь друг к другу все сильнее.

Но мне так не хотелось уходить.

Именно поэтому я позволила себя поцеловать. Где-то там мог подглядывать Адам, а Лукас бы спустил с меня шкуру, если бы узнал, никто бы этому не обрадовался. Но я все равно отвечала на поцелуй, как и всегда, со вкусом сигарет с ментолом. Обжигающий и терпкий.

Я бы с радостью сбежала отсюда, держа Матиаса за руку и стянув с себя ненавистное платье, окунулась бы в бездну свободы, которую ощущала рядом с ним, и наплевала на все эти делишки клана. Я бы хотела убежать. Но вместо этого оказалась в центре перестрелки.

Матиас держал меня за руку, как я и хотела, закрывал собой, пока мозг пытался обрабатывать информацию.

Руки дрожали, взгляд бегал по помещению, пытаясь выцепить из толпы Адама и Лукаса, но натыкался только на испуганных людей, что в панике скрывались от пуль. Кровь летела в стороны, а от звуков выстрелов закладывало уши. Я надеялась на то, что не получу одну из них.

Матиас поднялся, достав пистолет. Я схватилась за него, словно только он мог спасти меня, помочь остаться в живых, но он ушел. Долг превыше всего – так я сначала подумала, а потом увидела невесту, по платью которой расплывалось красное пятно.

Черт возьми!

С этого дня я ненавидела свадьбы.

Кто-то грубо схватил меня за руку, в одно движение подняв с пола, как ненужную тряпку. Я замерла, ожидая выстрела, но его не последовало. Передо мной замер Адам, рассматривая мое лицо.

Я всхлипнула, даже не поняв, что произошло. Адам направился к выходу, почти волоча меня на себе. Лукаса и Лолы уже не было. Видимо, они ушли.

Я цеплялась за брата, пытаясь дышать и не оглядываться по сторонам. В конце концов, я жива, ничего не случилось. Пусть это и первая моя перестрелка. Можно ли считать ее крещением в криминальный мир?

Мы оказались на темной улице, завернули за угол, где стояла одна машина на такой вот случай. Адам буквально запихнул меня внутрь, я, словно кукла, подчинилась.

Лукас и Лола уже сидели там, и, как только мы оказались внутри, Лукас нажал на газ, срываясь с места в темноту улицы. Давно я не видела их такими взвинченными. Тишину разрывал только шум мотора и шуршание шин по асфальту. Мы молчали, каждый думал о своем.

Когда машина остановилась на парковке дома, Лукас буквально вылетел из нее, открыл дверь для Лолы, смерил меня тяжелым взглядом, явно собирался сказать что-то такое, из-за чего мне бы захотелось поссориться с ним, но он вдруг вздохнул, прикрыл глаза.

– Иди в свою комнату, Лиз, – проговорил он. – И ты тоже, Лола. Адам, со мной.

Мы переглянулись с Лолой и послушно направились в дом. Сейчас явно не время для споров.

Впрочем, я была бы не я, если бы реально пошла в свою комнату. Вместо этого я спряталась на лестничном проеме, прислушиваясь к голосам братьев. Сейчас как никогда до этого не хватало Томаса в этом хаосе.

– Уже известно, что произошло?

– Чертовы итальянцы, – устало отозвался Адам. Лукас выругался.

– Как? Неужели не было охраны?

– Была, Лукас. В том и дело, что Тайфун созвал всех своих людей.

– Тогда как они прорвались?

– Не знаю. Ситуация выходит из-под контроля. Может быть, в рядах Тайфуна предатель.

– Ее правда ранили? – голос Лукаса снизился до еле слышимого шепота, я едва разобрала слова. Он спрашивал о Луизе? Почему?

– С чего тебя интересует жена Тайфуна? Хочешь позлорадствовать? Не ты ли отомстил ей за сломанные пальцы? – ехидно поинтересовался Адам, судя по звукам, разливая виски по бокалам.

– Я бы стрелял в Тайфуна, – мрачно отозвался Лукас. – Вряд ли это часть шоу, – черт… поймать пулю на собственной свадьбе и врагу не пожелаешь. Это ужасно.

Я опустилась на ступеньки, оперлась спиной о перила. В каком же мире мы жили. Почему? Почему здесь считалось нормой устроить стрельбу на свадьбе? Почему считалось нормой выстрелить в невесту? В женщину? Какого черта творилось?

Из разговора Лукаса и Адама я не поняла ничего. Почему итальянцы вдруг стали открыто нападать? Почему именно Тайфун?