Фиона ворчала всю короткую дорогу до Клэр, Снежной королевы. Том явно был очень доволен, что не стал им ничего рассказывать, и это лишь разожгло их любопытство.

– Он что-то скрывает, я чувствую, – ворчала Фиона.

– А мне он очень понравился, – улыбнулась Дэйзи.

– И мне, – согласилась Сью.

Фионе казалось подозрительным то, как быстро Том смог очаровать ее подруг: от его обещаний рождественских ужинов, шайрских лошадей и набора шоколада обе подруги выглядели до крайности мечтательными. Неужели они так легко поддавались влиянию? Или это Фиона была слишком цинична?

– У него алиби на момент убийства, – заметила Дэйзи.

– Строго говоря, – возразила Сью, – мы не знаем точно, когда был убит Кевин Мастерсон, знаем только, когда нашли тело. Но полиции алиби Тома хватило. С чего ты решила, что он что-то скрывает?

– Разве не очевидно? – спросила Фиона.

В ответ ей досталось два непонимающих взгляда. Она вздохнула.

– Вы не заметили, как быстро он предупредил своих друзей-мороженщиков, что мы собираемся их навестить? Он лишил нас элемента неожиданности!

Дэйзи смущенно прикусила губу.

Неравнодушная Сью застыла с открытым ртом.

– Господи! Я даже не поняла.

– Но если он что-то скрывает, то как-то не слишком волновался из-за наших вопросов, – вставила Дэйзи, оправдываясь за их невнимательность.

– Да, но если он изображает Санту, значит, должен быть хорошим актером, – указала Фиона.

Сью насмешливо фыркнула:

– Едва ли после роли Санты можно считать себя актером.

– Верно, и все равно я считаю, что он что-то скрывает. Не нравится мне, когда люди слишком милые. Так еще больше подозрений появляется.

– Ну, посмотрим, какая из себя эта Клэр, – сказала Сью. – Может, она прольет свет на все это.

Дальше подруги шли в тишине, если не считать Саймона Ле Бона, который, тихонько рыча, рвался вперед с поводка, утягивая их за собой, вслед за новыми запахами. Завернув за угол, дальше по дороге они увидели фургончик с мороженым: бледно-голубой, с повторяющимся узором из сосулек вокруг крыши. Стоял он у небольшого дома, где к столбикам забора были привязаны воздушные шарики.

– Вот, наверное, и фургончик Снежной королевы, – сказала Сью.

– Это там музыка играет? – спросила Дэйзи.

По теплому воздуху до них донеслись первые ноты приятной, хотя и меланхоличной мелодии. Играли на пианино, и Фионе она показалась жутко знакомой, но в то же время дразняще-неуловимой.

– Я точно слышала ее раньше.

Нежный женский голос запел под аккомпанемент редких аккордов на фортепиано.

– Я знаю, что это! – воскликнула Дэйзи. – Это «Отпусти и забудь» из «Холодного сердца»[21]. Обожаю «Холодное сердце»!

– А кто нет? – согласилась Неравнодушная Сью.

Они ускорили шаг, подходя к источнику музыки, которым оказался украшенный воздушными шариками дом. Впереди показался сад, и три подруги остановились. Судя по надувным шарикам в форме цифры «пять», привязанным к садовой мебели, какому-то малышу только исполнилось пять лет и праздник был в самом разгаре. Молодая женщина со светлыми до белизны волосами, одетая, как Эльза, в мерцающее атласное платье аквамаринового цвета, пела под музыку из небольшой портативной колонки. Стайка восхищенных пятилетних девочек, тоже в костюмах Эльзы, самозабвенно прыгали и кружились вокруг нее. Они знали каждое слово и пели, вкладывая всю любовь своих маленьких сердечек.

Эта неподдельная радость на лицах не могла не растрогать Фиону.

– Это, наверное, и есть Клэр, Снежная королева.

– Она просто молодец, правда? – восхитилась Дэйзи. – Ей даже микрофон не нужен!

Клэр, судя по всему, наслаждалась моментом, как и ее слушатели, и пела с уверенностью и артистизмом опытной исполнительницы мюзиклов Вест-Энда.

Дэйзи и Сью хотели перейти через дорогу, чтобы встать поближе, но Фиона их удержала. Ей и так было неловко, что они подсматривают за детским днем рождения, а подходить ближе и вовсе было неуместно. Но ей стало немного легче, когда еще пара прохожих остановились послушать. Затем и другие соседи вышли, услышав потрясающее выступление Клэр, потом еще несколько, и в итоге собралась вполне приличная аудитория.

Фиона поймала себя на том, что тоже подпевает, как и Сью. Перед этой мелодией невозможно устоять. Дэйзи же пела не таясь и, конечно, как и девочки в саду, знала каждое слово.

Музыка набирала силу, и вместе с ней голос Клэр тоже становился сильнее и громче. Достигнув крещендо, она распростерла руки в стороны, и из них вырвались струи серебристых искр, точно осколки льда. Малыши завизжали от восторга, придя в неистовство: прямо на их глазах творилась магия.

Когда песня закончилась, дамы захлопали, а вместе с ними и остальные случайные слушатели. Девочки столпились вокруг Клэр, точно она была живой, настоящей Эльзой. Держась в образе, Клэр искренне похвалила каждую за чудесное пение, а потом отстегнула с запястий ленты и отдала одной девочке, которая, как предположила Фиона, и была именинницей. Та тут же побежала по саду, держа их над головой, остальные со счастливым визгом бросились за ней. Тут родители объявили, что пора задувать свечи на торте. Толпа маленьких Эльз сразу же умчалась в дом, а Клэр получила возможность собрать вещи и отнести их к фургончику с мороженым.

Дамы поспешили к ней, пока та не уехала. Приглядевшись, Фиона обнаружила, что волосы у Клэр свои и это не парик, как она сначала подумала. Возможно, как и в случае с Томом, Эльза со своими светлыми волосами могла просить гонорар больше, чем Эльза в парике.

Дэйзи первой обратилась к ней с поздравлениями:

– Это было потрясающе! Точь-в-точь как в мультфильме!

Клэр смущенно улыбнулась, но в глаза ей не смотрела.

– Спасибо большое. – Она все еще тяжело дышала, и голос ее звучал с легкой хрипотцой. – Обычно получается лучше, сейчас у меня немного болит горло.

– Правда? – удивилась Сью. – Никогда бы не подумали.

– Девочки этого никогда не забудут, – сказала Фиона. – Вы подарили им чудесные воспоминания. Вам стоило бы выступать на сцене.

– Вы очень любезны. – Клэр глаз не поднимала, сосредоточенно загружая колонку в фургон. Перестав быть Эльзой, она также потеряла и часть уверенности. – Не думаю, что я справлюсь.

– Ну конечно справитесь! – воскликнула Дэйзи.

Клэр неловко улыбнулась:

– Пятилетние девочки – менее требовательная публика, чем целый зал взрослых.

– Ерунда! Не сомневаюсь, вы бы стали звездой, – заявила Сью.

Фиона решила перейти к теме Ванильного убийцы.

– Полагаю, Том, или сержант Билскимо, как его здесь называют, писал вам о нас.

Если раньше Клэр явно было неловко, то теперь, судя по всему, ей отчаянно хотелось оказаться в другом месте. Она с трудом сглотнула:

– Э-э-э, да. Я получила сообщение как раз до начала песни.

– Не возражаете, если мы зададим несколько вопросов?

Клэр кивнула, но в ее взгляде читалось обратное.

– Можно узнать, где вы были утром двадцать седьмого апреля?

– Я все выходные провела у мамы.

– Она живет здесь?

Клэр покачала головой:

– Нет, она живет в Саутгемптоне.

– Вы были знакомы с Кевином Мастерсоном?

Клэр снова покачала головой.

– Вы знаете, где был его участок?

Еще одно отрицание.

– А какие участки у вас?

– Бертон, Пьювелл и Хайклифф, – негромко ответила она.

– У вас когда-нибудь случались ссоры с другими мороженщиками?

Клэр покачала головой.

– Кто-нибудь говорил вам гадости? – продолжила Фиона.

– Или оставлял мерзкие записки на стекле? – добавила Дэйзи.

Снова отрицательный жест.

– Здесь есть мафия мороженщиков? – спросила Сью.

И еще одно покачивание.

Фиона, Дэйзи и Сью задавали новые вопросы, включая те же самые, что они задавали Тому, но на каждый Клэр или отвечала односложно, или качала головой. Как бы дамы ни формулировали и переформулировали вопросы, с какой бы стороны ни подходили, Снежная королева, как и в песне, которую она только что спела, предлагала им отпустить и забыть.