По дороге до работы я, словно выживший в кораблекрушении и выбирающийся из воды моряк, то и дело спотыкалась и падала в накатывающие волны мыслей.

«Неужели все опять сводится к нему?..»

В сознании возникло лицо Криса. Колючие пряди смоляных волос, падающие на лоб, глаза со странным красноватым оттенком, обрамленные черными ресницами, прямой нос, хитрая улыбка…

Мне не верилось, что в такой красивой голове могли лежать настолько сдвинутые мозги. Хотя в некотором смысле он и так мог быть «повернутым» – многие талантливые и творческие люди нередко отличаются странностями. Но тут речь шла о более ненормальных вещах, нежели заскоки в настроении или поведении.

Вот только после того, как я узнала Криса поближе, трудно было представить, что он мог заниматься подобными гадостями. К тому же медийной личности – да, не суперзвезде, но тем не менее яркой и узнаваемой – наверное, было нелегко что-либо проворачивать.

Но тут я вспомнила довольно громкие дела и скандалы, в которых были замешаны политики или звезды шоу-бизнеса, – от домашнего насилия до торговли людьми – и мрачно хмыкнула.

«Сталкером или преступником может быть кто угодно. Независимо от статуса и положения в обществе».

Получив оглушительный гудок от машины сзади и заметив, что стою на зеленом сигнале светофора, задерживая всех, я вдавила педаль газа.

Уже разогревшийся воздух ударил по голове пыльным мешком, когда я припарковалась и выбралась из матиза. Держу пари, через пару часов его можно будет назвать раскаленным, что после сегодняшней ночи станет пыткой. Нужно поскорее добежать до кондиционера в приятную тень магазина, а также до шкафчика на кухне, где стоит наполовину использованная банка растворимого кофе.

Но ключ не повернулся в замочной скважине. Магазин уже был открыт.

«Сегодня я приехала раньше обычного, и в это время Мик еще никогда…»

Я озадаченно толкнула дверь, и та, легко поддавшись, запустила меня в прохладное помещение.

Застыв на пороге, я удивленно оглядывала тех, кого никак не ожидала сейчас увидеть.

Крис, Мик и Ви стояли у прилавка, что-то активно обсуждая.

Вот они. Все те, кого я в какой-либо мере знала в этом городе. Стоят передо мной как на ладони. И, к слову, двое из них кареглазые…

Ребята, в свою очередь, услышав задорный перезвон дверных колокольчиков, повернули головы.

Двое кареглазых…

– Бекки, привет! – радостно сказала Ви. – А мы тут обсуждаем одну грандиозную тусовку, на которую собираемся заявиться. Давай с нами? Мне просто необходима женская компания! А то я как роза среди… сорняков!

Девушка проказливо хихикнула, Крис закатил глаза, а Мик, улыбнувшись, покачал головой.

Двое кареглазых… или… Стоп. Я посмотрела на Виолу. Глаза ее были неестественного ярко-зеленого цвета.

«Хм. Я бы даже сказала, кислотного…»

Вместо ответа на ее вопрос я задала свой:

– Ви, ты носишь линзы?

Девушка смутилась, но потом, пожав плечами, ответила:

– Ну да. Мне всегда хотелось иметь какой-то необычный цвет глаз, а операцию делать боюсь. Да и не хочу… А цветные линзы можно менять под настроение.

– Тогда, – начала говорить я, но горло вдруг пересохло. Прокашлявшись, продолжила: – Тогда какой у тебя цвет глаз на самом деле?

На мгновение по лицу Ви, словно рябь по воде, пробежало какое-то странное и неясное выражение.

Но, накинув на себя прежнюю легкость, девушка сказала:

– Карие.

После ее ответа захотелось развернуться, покинуть магазин, сесть в матиз и уехать. Куда-нибудь. Не знаю, куда. Но точно не в маленькую квартирку-студию. В моих глазах она перестала быть моим новым домом. Убежищем.

– С тобой все хорошо? – спросил Крис. Глаза музыканта со скрупулезной внимательностью изучали мое лицо.

«Какого же оттенка была радужка в глазке? Все произошло так быстро…»

– Да, – неуверенно кивнула я. – Все нормально.

– А что ты, к слову, здесь делаешь? – снова спросил парень. – Сегодня у тебя выходной.

Эти слова прогремели в голове боем часов.

«Сегодня он знает, что у тебя выходной. Вчера он знал, что ты работаешь с десяти…»

«Нужно соблюдать режим, Ребекка!»

«Позавчера Крис был в курсе, что Мик просил тебя выйти на работу, поэтому матиз пригнали к девяти, ведь именно в это время ты обычно выезжаешь из дома. А еще он сам как-то раздобыл твой номер. Мелочи, да? А в совокупности со всем происходящим?» – отвратительнейшим тоном тараторило подсознание, будто укоряя, что я не обратила на все это более пристальное внимание раньше.

И вновь вспомнился наш диалог в утро перед концертом:

«Мне не нужно было далеко ходить, чтобы узнать твое имя. И не только имя…»

– Ребекка пришла мне на выручку, – ответил за меня Мик. – Начальство совсем не щадит – пашу как папа Карло. И Бекс, как настоящий друг и товарищ, вызвалась помочь.

Глаза Криса сверкнули, а тело напряглось. Тень уже знакомой эмоции, давно не видимой, но и не забытой, – опасной, недоброй хищной маски – снова промелькнула на его лице. Музыкант скользнул мрачным взглядом по Мику, затем снова повернулся в мою сторону и, увидев, что смотрю на него, смягчился и попытался улыбнуться.

– Ну так что, Бекки? – не унималась Ви. – Ты поедешь с нами? Пожалуйста-пожалуйста!

Казалось, я схожу с ума. Голова с трудом соображала, а неожиданная компания и суета, поджидавшие на работе, окончательно выбили из колеи.

Я не понимала, действительно ли эти люди могут иметь отношение к странностям, происходящим в моей жизни, и несут ли они какую-либо угрозу. Или же все это сочинила я сама, словно паук, сплетая несвязанные между собой совпадения в одну паутину событий.

Нервы не выдерживали, и в истеричном мысленном порыве в голове созрел вопрос: «Ну почему я просто не могла спокойно переехать в другой город и начать жить свою „счастливую жизнь“»? Несколько лет я бегала от идеи о переезде, прячась от страхов за мнимой иллюзией стабильной жизни в родном городе, но как только решилась, все пошло не по плану: пролет с желанной работой, а следом какое-то непонятное дерьмо, начинающее пугать до чертиков. Кто-то, похоже, решил достать меня, и я чувствовала себя загнанной лошадью, которую этот «кто-то» пытается объездить, чтобы напугать, подавить и подчинить. Контролировать. Ведь, как правило, этого и добивается сталкер? Но вишенкой на этом и без того испорченном торте было то, что я абсолютно не понимала, преследует ли меня кто-то на самом деле, и если да, имеет ли к этому отношение кто-либо из моих новых знакомых, а именно сама вишенка[1].

От бессилия хотелось расплакаться. Почувствовав, как на глаза начинают накатывать слезы, я извинилась и, пролепетав что-то о необходимости подняться наверх, рванула к лестнице.

Влетев в комнату отдыха и заметив кружку чьего-то недопитого кофе, я схватила ее и принялась отпивать маленькими глотками остывшую жидкость, чтобы смочить пересохшее горло. Горький бензиновый привкус расползался во рту.

Спустя полминуты захлопнутая мной дверь неуверенно пискнула, а затем с пробирающим скрипом начала открываться.

Подобно герою ужастика, я медленно обернулась. Показавшееся в проеме лицо Криса выражало удивление и едва заметную тревогу.

– Эй, рок-звезда. – Он слабо улыбнулся. – Все хорошо?

«Нет. Все совсем не хорошо».

– Да. Все отлично, – сдавленным голосом ответила я и залпом допила холодный кофе. Горький осадок пополз в желудок.

Парень приоткрыл дверь пошире и неторопливо зашел в комнату.

– Помнишь наш откровенный разговор вчера? Если что-то случилось, можешь поделиться со мной. – Он неспешно подходил ближе. – Ты можешь рассказать мне все, что угодно.

– Правда, Крис. – Я поставила чашку на столешницу и сделала шаг назад. – Все хорошо. Просто этой ночью я очень плохо спала.

Ни один мускул не дрогнул на его лице. Помолчав, Крис продолжил:

– Скажу честно. После вчерашней прогулки я много думал о тебе. Я бы даже сказал, неожиданно много.

Я настороженно смотрела на него, едва заметно отходя спиной вглубь комнаты отдыха и пытаясь сохранять дистанцию. Крис же вальяжно шел прямо на меня.

– В последние годы мало кому удавалось так… крепко засесть в моих мыслях.

Тут он остановился, будто сам смутился от собственных слов.

Прочистив горло и улыбнувшись, брюнет сказал:

– В общем, я бы снова хотел пригласить тебя куда-нибудь выбраться. Скажем, в закрытый кинотеатр. Что скажешь? Только мы вдвоем, зал с уютными диванчиками да большим экраном. Можем даже набрать всей этой гадости: попкорна и прочей ерунды. Как тебе идея?

Из услышанного мой доведенный до предела мозг выцепил лишь то, что парень хочет затащить меня один на один в закрытое помещение, и бог знает, что он там собирается со мной сделать.

– И… какой фильм ты бы хотел посмотреть?.. – спросила я, ощущая, как начинает сводить желудок.

На это Крис, сделав шаг и приблизившись ко мне чуть ли не вплотную, заглянул в глаза и сказал:

– Что угодно. Но почему бы не что-то страшное? Какие-нибудь ужасы. Новинку или же, наоборот, классику. Скажем, про маньяков? Все эти игры в кошки-мышки с преследованием бедняжки-жертвы, – и тут, зловеще хмыкнув, добавил: – Нам же это с тобой нравится, верно?

Замерев, я не отрывала от него широко распахнутых глаз.

От образа приятного, комфортного мужчины, к которому я прижималась вчера на катере, чтобы согреться от пронизывающего ветра и ледяных брызг воды, не осталось и следа. Теперь передо мной стояло нечто хищное и непредсказуемое.

«Или же он все-таки предсказуем?»

Перед глазами всплыло последнее сообщение парня прошлым вечером:

«Жду не дождусь, когда наконец смогу увидеть тебя снова».

Он не дождался. Не дождался и заявился под мою дверь посреди ночи.

«Если это и правда был он».

– Ребекка, – прервал молчание брюнет, окинув меня умиленным взглядом, словно я была испуганным зверьком, а не девицей на грани нервного срыва. – Неужели ты боишься? Ну хорошо, мы можем…

Тут он протянул руку, собираясь то ли притянуть меня к себе, то ли схватить за горло, чтобы придушить, и я резко шарахнулась от него назад.

Шкафчики с посудой пронзительно звякнули, а я чуть не взвыла от боли, ударившись бедром об угол столешницы.

Крис уже было рванул ко мне, но рука, которую я выбросила вперед, не позволяя сократить дистанцию, остановила его.

Музыкант удивленно посмотрел на раскрытую ладонь, кричащую «Стоп!», а потом перевел взгляд на мое лицо.

Я старалась не морщиться от боли, но Крис прекрасно все заметил.

– Нет, – выдавила я, потирая бедро другой рукой. – Знаешь, в последнее время я себя что-то не очень хорошо чувствую – переживаю из-за переезда и все такое… Наверное, это запоздалая адаптация. Пока хотела бы отсидеться дома, чтобы… собраться с мыслями…

Сглотнув несуществующую слюну, я глянула на брюнета.

Тот, чуть прищурившись, пристально изучал меня. Посмотрел в глаза, затем на плотно сжатые губы, а потом снова на вытянутую руку, которую я тут же опустила. Глаза его сузились еще сильнее.

Наконец он сказал:

– Хорошо. Услышал тебя, Ребекка. Тогда буду ждать, когда ты… придешь в себя. В конце концов, я собрался взять на себя роль твоего личного гида в этом городе.

Крис вздохнул.

– Что ж, красавица… Мне пора по делам. Был… рад тебя увидеть. Хотя бы ненадолго. Раз ты пока не хочешь смотреть со мной фильмы… – шутливо добавил он. – Обнимемся на прощание?

Я, вылупив на него глаза так, словно он жонглировал горящими мячами для боулинга, не произнесла ни слова.

– Что ж, – поднял бровь Крис, видимо, как-то по-своему интерпретировав мое молчание. – Тогда увидимся.

Стоило парню скрылся за дверью, как я шумно втянула носом воздух, будто только сейчас в это душное и закрытое помещение начали подавать кислород.

Когда я спустилась, на первом этаже уже никого не было. Но, если верить расписной джинсовке, висящей на вешалке у входа, как опущенный пиратский флаг, Мик точно был где-то поблизости.

Спустя пять-шесть ничем не выделяющихся посетителей одна из дверей наверху хлопнула, а затем послышались шаги, которых было многовато для одного человека.

Первая, как чертик из табакерки, с лестницы выпрыгнула Ви.

Забаррикадировавшись ото всех прилавком и парой коробок с товарами, я внимательно следила, как она приближается ко мне.

Выглядела девушка, облаченная в свободную кастомную футболку а-ля платье да массивные башмаки, на первый взгляд, безобидно.

– Устала, – как бы между прочим пожаловалась она, кивая в сторону идущего за ней Мика. – Совсем замучил меня, советчик.

– Ты сама все время спрашиваешь мое мнение, – парировал тот. – И прекрасно знаешь, что совместными усилиями в итоге все получается лучше.

– То, что ты мой лучший друг, не отменяет того факта, что порой ты настоящий зануда и душнила, – пробурчала девушка.

На это Мик никак не отреагировал: он прошел к вешалке и снял с нее джинсовку – непонятно зачем, ведь на улице сейчас наверняка стояла адская жара, – а затем повернулся.

– Бекс, я схожу перекусить. Работа сегодня плотняком. Взять тебе что-нибудь?

Я помотала головой. Аппетита не было.

– Хорошо, тогда я пошел. Пока, Ви!

Дверь закрылась, и колокольчики звякнули парню вслед.

Ви повернулась ко мне.

– Ну что, идем сегодня? Я знаю одну прикольную кафешку недалеко от ТЦ. Можем сначала погулять по магазинам, а потом зайти перекусить и поболтать!

Черт! Я совсем забыла о том, что договорилась с ней о прогулке!

У меня не было ни сил, ни желания веселиться. По правде, хотелось залезть с головой под одеяло, чтобы спрятаться от всех злодеев да монстров, и сделать это по возможности не в студии.

Я затравленно посмотрела на беззаботно тараторившую девушку.

Она продолжала щебетать о каком-то невероятно вкусном коктейле с киви, но, заметив мой взгляд, остановилась.

– Что такое?

– Ви, – начала я тем самым оправдывающимся тоном, используя который чувствуешь себя еще более виновато и паршиво. – Прости, совсем забыла о нашей договоренности. Сегодня я себя нехорошо чувствую. Мне бы хотелось немного отдохнуть и… выспаться.

Плечи розоволосой певицы заметно поникли. Из последних сил стараясь вдохнуть жизнерадостность в свои слова, я сказала:

– Давай перенесем нашу встречу? Сделаем так, как ты хотела: сначала погуляем, а после заскочим в твою кафешку. Я угощаю!..

За все время, пока я говорила, можно было наблюдать, как меняются эмоции на лице Ви. От удивления и обижено нахмуренных бровей до грусти и понимания, но потом… Она по-кошачьи прищурилась, точно как Крис, который сегодня также получил от меня отказ.

– Очень жаль, – пытаясь звучать ровно, произнесла девушка. Получилось плохо. – Я подумаю, в какой еще день мы с тобой можем встретиться. Если ты хочешь, конечно.

– Конечно хочу! – воскликнула я и искренне добавила: – Еще раз извини.

Ви, перекинув фиолетовый рюкзачок с булавками с одного плеча на другое, уже решительно направлялась в сторону двери.

Но перед тем, как выйти, обернулась.

– Все нормально, – уже теплее сказала она. – Если правда хочешь перенести встречу, то напишу тебе чуть позже. Тут пара мероприятий намечается. Как я и сказала, было бы круто, если бы ты съездила с нами на одно из них. Мне не хватает женской компании среди мальчишек.

На секунду я вспомнила о молчаливой Марго, но эту мысль затмило другое: перспектива отправиться туда же, где будет источник всех моих проблем – Крис. Вот уж некстати. Сейчас следовало избегать парня, ведь было неясно, стоит ли ожидать чего-то еще с его стороны. Но снова огорчать Ви не хотелось, поэтому я расплывчато ответила:

– Звучит круто! Тогда буду ждать инфу.

Та кивнула и взялась за дверную ручку. Но вновь не стала выходить.

– Скажи… – Девушка не смотрела на меня, опустив взгляд на носки собственных ботинок. – Ты не идешь гулять со мной сегодня, потому что… тебя кто-то куда-то пригласил?

Я непонимающе взглянула не нее.

– Что? В каком смысле? Кто?

Ви молчала, словно прикидывая, стоит ли отвечать. Но когда все-таки решилась, спина ее выпрямилась, а пристальный взгляд кислотных глаз стрельнул прямо в меня.

– Крис.

Секунды я сидела, ощущая, как напрягается все тело, а потом, напустив непринужденный вид, пожала плечами.

– Нет. А при чем здесь он?

Сжимая ремень от рюкзачка, Ви не сводила с меня глаз. Ярко-зеленые линзы делали ее взгляд сверхъестественным, нечеловеческим, а рогатый ободок, сливающийся с прической из-за контраста с тенью и солнечным светом, бьющим с улицы, и вовсе превращал девушку в замершую мифическую фигуру, скульптуру в саду Медузы Горгоны. Изучая меня какое-то время, Ви, наконец, улыбнулась. Но как-то горько и недобро.

– Я бы не хотела, чтобы ты узнала это на личном опыте.

По спине пробежали мурашки.

– Что ты хочешь этим сказать?

Причесав пальцами челку, собеседница вздохнула.

– Это долгий разговор. Но лучше… – Глаза девушки блеснули, и я не успела уловить, были ли это озорные искры или же вспышка холостой ярости. – Держись от него подальше.

Тут я совсем опешила, но сказать так ничего и не успела – Ви уже покинула магазин.

Мик вернулся через полчаса, отметив, что если утром я выглядела неважно, то сейчас и вовсе отвратительно. Он пытался гнать меня домой, но попытки остались безуспешны: моя квартира была последним местом, где я бы хотела сейчас находиться.

День отрабатывался еле-еле. И чем ближе был вечер, тем сильнее начинало сводить желудок от мысли о неизбежном возвращении в студию с незамысловатым замком и хлипким шпингалетом на одинарной двери.

Коллега ушел на полчаса раньше официального завершения рабочего дня, поэтому магазин пришлось закрывать мне одной.

Я повернула ключ в двери. Правда, изнутри. Пока не нашла в себе сил для того, чтобы собраться и поехать домой.

Допив очередную кружку чая, я заглянула в комнату звукозаписи, где на диване лежали аккуратно свернутые плед и подушки, которыми, по словам Мика, он пользовался, когда работа не отпускала.

Перспектива ночевать здесь не воодушевляла, скорее, наоборот, угнетала.

Налив себе на этот раз уже кофе, я развернула какую-то полуживую конфету, отрытую на дне шкафчиков в комнате отдыха.

Нет. Перспектива ночевки здесь не просто угнетала – уже пугала. Вспомнилось, как я не заметила присутствие Криса в магазине на следующий день после того, как матизу прокололи шины. Тогда он потряс ключами перед моим носом… Сейчас этот жест казался чуть ли не издевательским. Возможно, они все еще у него имеются, и парень, пришедший вчера под мою дверь лишь для проверки, в этот раз решит зайти дальше. Ведь «будь у меня такой замок на двери, я бы точно не чувствовал себя в безопасности». И, не обнаружив меня дома, он отправится на поиски сюда, где я также буду совсем одна…

Я шмыгнула носом, не разрешая себе заплакать.

«Хоть заводи машину и отправляйся в родной город…»

Вытащив телефон и открыв карту, я начала просматривать ближайшие хостелы и гостиницы.

В данной ситуации этот вариант казался не самым плохим, чтобы переночевать вне дома, а наутро уже со свежей головой прикинуть, что делать дальше.

Пока я просматривала сайты одной гостиницы за другой, сохраняя ссылки более-менее сносных, время приблизилось к половине одиннадцатого. Живот урчал, жалуясь на то, что за весь день в нем так ничего и не очутилось. Но я не двигалась с места, тыкая по красным точкам на карте. Сам медитативный процесс поиска отвлекал от переживаний, позволяя немного успокоиться.

Но ровно до того момента, пока я не услышала, как во тьме первого этажа кто-то ходит.