До самого вечера мне пришлось орудовать шваброй каждый раз, когда кто-то из посетителей покидал магазин.

В отличие от вчерашней мороси, сегодня дождь хлестал как из ведра: словно сотни игрушечных пулек врезались в витрины, дробью отскакивая от стекол.

Подойдя к окну, где уже серел вечер, я пробормотала:

– Кошмар… И как теперь домой ехать?..

– Чего говоришь?

Я подскочила от пронзительного голоса со стороны двери. Колокольчики, что до этого каждый раз информировали меня о прибытии посетителей, впервые каким-то магическим образом промолчали, не выполнив свою работу.

Крутанувшись на месте, я увидела девичий силуэт. Лакированный желтый плащик, ноги в черно-белых полосатых колготках и фиолетовые резиновые сапожки. Даже не видя лица, можно было догадаться, кто именно вошел в магазин.

– Привет, Ви, – сказала я, отходя от окна.

– Привет! – ответила девушка и, сложив зонтик, прислонила его к стене у двери. – Компании недостает? Сама с собой болтаешь.

– Есть такое.

Сегодня на Ви не было запоминающейся детали ее образа – ободка с маленькими загнутыми рожками, отчего казалось, будто чего-то не хватает. Нотки задора и игривости. Розовые волосы лежали прямо, и на них, словно стразы, блестели крохотные бусины воды, отскочившие от зонтика и плеч.

Подойдя ближе к прилавку, она бросила взгляд на пышный букет. Глаза блеснули, но на лице не промелькнуло ни единой эмоции.

– Меня тут кое-что купить попросили, – сказала девушка, вынимая из кармана мобильник. – Мик велел прийти тебе на выручку с поиском. Ты же, как ни крути, здесь недавно.

– Мик? – переспросила я, взяв в руки протянутый ею телефон с раскрытой заметкой. – Это для него?

– Ага, – ответила Ви. – Иду к нему сегодня, заодно и принесу, что нужно.

Я подняла на нее взгляд. Ви тоже посмотрела на меня. Тут же я заметила еще одну недостающую характерную деталь – отсутствующие ярко-зеленые линзы. Без них лицо певицы воспринималось иначе: потусторонняя мифичность исчезла, и на ее место пришла глубина темных глаз.

– Хор… Хорошо, – с запинкой проговорила я, снова уткнувшись в мобильник в фигурном чехле. – Давай разобьем список пополам, три позиции на три. Я начну сверху, а ты снизу.

– Ты все запомнишь? Могу оставить телефон тебе.

Я с подозрением глянула на девушку, пытаясь понять, не считает ли она меня старухой с альцгеймером, но, похоже, вопрос был задан искренне и без подковырки.

– Запомню.

– Окей. – Ви забрала мобильник и направилась в сторону стеллажей.

Внезапный порыв разрядить обстановку, сказать что-то – хотя бы прояснить ситуацию с ночевкой у Мика – заставил было меня открыть рот, но музыкантша уже завернула за один из стендов.

В тишине магазина слышался только стук ее сапожек. Ритмичный и монотонный, как тиканье часов.

Тик-так.

Топ-топ.

И вот он прекратился.

Не став тянуть время, я также направилась за своей частью товаров из списка.

Остановившись у нужного стеллажа, я услышала, как миниатюрная девушка копошится где-то поблизости.

Неловкость все еще побуждала что-нибудь сказать. Ухватившись за произнесенную ею фразу о работе, я прочистила горло и заговорила настолько громко, чтобы меня точно было слышно:

– Кстати, Ви. А кто тут работал до меня?

– М-м-м… – донеслось где-то рядом. – Один парень. Увлекался музыкой, поэтому с радостью приходил на помощь. Ну, пока был здесь. Я с ним пересекалась пару раз, и мы иногда болтали.

– Ясно, – ответила я, сняв с металлического крючка нужный товар. – А почему он так – если верить слухам – резко уволился?

После непродолжительной паузы Ви ответила:

– Не слышала, чтобы он увольнялся. Вроде как просто взял и пропал.

По коже пробежала первая волна мурашек.

– Как это – пропал?

Тик-так.

Топ-топ.

– А вот так, – раздалось уже где-то сбоку. – Просто перестал выходить на связь.

– Это же… Очень странно, разве нет? Неужели никто не обратился в полицию?

– Понятия не имею. Только знаю, что вопрос вроде как улажен.

– Улажен… – негромко сказала я самой себе. На свой, как мне казалось, безобидный и будничный вопрос я получила довольно тревожный ответ.

Тик-так.

Топ-топ.

– Кстати… – Голос Ви звучал ближе. – Что у вас с Крисом?

«Неужели она уже в курсе, что мы?..»

– С Крисом? – ответила я, отправляясь к следующему стенду. – Да ничего такого…

– Ну конечно, – парировала девушка. – Мы ведь не слепые.

«Не слепые…»

– Да правда, ничего особен… – Я осеклась, увидев, как что-то желтое мелькнуло и скрылось за ближайшим стендом.

Тик-так.

Топ-топ.

– Крис, конечно, тот еще фрукт. – Она была совсем рядом. – Многим с ним не легко. Сначала я сама думала, что это все злые сплетни завистливых языков, но после того, как пожила с ним недельку, убедилась в этом на практике.

– Пожила… недельку?.. – озадаченно переспросила я.

– Это было то еще испытание, – бросила Ви, снова уходя куда-то вглубь магазина. – Но на тот момент необходимое.

Пару секунд я просто стояла, переваривая услышанное, а потом подошла к прилавку и уложила на него покупки. Остался еще один пункт.

Слова Виолы озадачили меня пуще прежнего. Не желая культивировать мысли на этот счет, я, направляясь туда, откуда последний раз звучал ее голос, громко спросила:

– Ви… Зачем ты все это мне говоришь?

– Затем, – раздалось из глубины магазина, – что ты мне нравишься. И я не хочу, чтобы ты потом пожалела.

– Пожалела? О чем? – Не понимая, я шла на ее голос.

Тик-так.

Топ-топ.

– Ты же знаешь, – неожиданно послышалось уже с другой стороны. – Музыканты – народ непростой. Сегодня одна подружка, завтра другая… Так и разбивают сердца. Одно за другим.

– Хочешь сказать… – Я снова остановилась, не зная, стоит ли еще пытаться догнать как по волшебству неуловимую девушку. – Что Крис собирается разбить мне сердце?

– Кто знает, – теперь звук шел уже со стороны прилавка, – что у него на уме.

Рванув в том же направлении, я практически налетела на Ви, внезапно вышедшую из-за стенда.

– Виола… Ви, – выдохнула я. – Что ты пытаешься этим сказать?

Взглянув на нее, я увидела, что все тело Ви было напряжено, словно перетянутая струна гитары. Глаза без линз – карие с легким зеленоватым оттенком, отчего казались немного болотистыми, – смотрели в сторону.

Плотно сжатые губки, никак не хотевшие раскрываться, наконец, сдались.

– Когда я только познакомилась с Крисом, – все еще не глядя на меня, начала Ви, – я предвкушала встречу с молодым, но уже таким успешным музыкантом. Тогда я только начинала заниматься музыкой. Я слышала, что многие с ним не ладили, но все равно жаждала встречи. Не терпелось узнать о его пути, опыте, получить рекомендации, советы… Я была готова потерпеть его нрав. Но вместо грозного и серьезного человека, которым меня пугали, я увидела настоящего балагура и бабника. Это не умаляло его талантов, но… Не знаю, что за образ жизни тогда вел Крис. Был ли это такой период или еще что… Казалось, он жил одним днем. Пьянки, тусовки. С одной вечеринки тут же отправлялся на другую. Ума не приложу, как параллельно с этим он умудрялся работать. Естественно, никаких ценных рекомендаций я тогда не получила, кроме как парочки колкостей и довольно бестактных острот. Конечно, с тех пор прошло немало времени, что-то да изменилось. Но образ того человека – того Криса – словно фотография, запечатлился у меня в голове.

Ви заглянула мне в глаза. На ее лице застыла странная и непонятная для меня эмоция.

– Я хочу сказать: лучше держись от него подальше.

Опешив, я сделала шаг назад.

Заметив это, она зачастила:

– Нет-нет, я, конечно, не вправе тебе указывать, просто… Не хочу, чтобы тебе потом было плохо.

Я ошарашенно взирала на девушку.

– Так, – неловко пробормотала она, пряча глаза. – Пожалуй, теперь присмотрю пару вещиц для себя.

Сказав это, Ви, словно удирая, бросилась в имиджевую часть магазина.

Я же, не двинувшись с места, в замешательстве проводила ее взглядом.

Сначала она говорит, что они с Крисом жили вместе, потом называет его бабником, советуя держаться подальше…

«Кто же ты?.. Ревнивая подружка, решившая отвадить новую девушку, или же добрая самаритянка, пытающаяся предостеречь и спасти меня от разочарования?»

– Ви? – позвала я.

Ответа не последовало.

Пространство магазина заполняли приглушенные звуки улицы: далекие сигналы автомобилей, буйные капли дождя, стучащие в витрины, жужжащие лампы.

В опустившейся тишине эти созвучия стали казаться оглушительными. Появилось ощущение, что я здесь совсем одна, словно до этого сюда никто и не заходил.

Заметив, что стою неподалеку от нужного стенда, я взяла товар, огляделась и позвала уже громче:

– Ви! Виола?

Двинувшись вдоль стеллажей, я шла медленно, заглядывая в каждый проход.

Резкий хлопок за спиной заставил подскочить и крутануться. Одна из пластинок, что до этого мирно стояла на полке среди других, лежала на полу. Подняв ее и перевернув, я прочитала название группы: «Cannibal Corpse». Не желая разглядывать изображенное на обложке месиво, вернула пластинку на место.

И, повернувшись, едва не вскрикнула. Два больших карих глаза оказались прямо перед моим носом.

– Нашла! – сказала Ви, тряся какой-то коробочкой. – А ты что там делаешь?

– Пластинка… упала.

Девушка забрала из моих рук последний товар из списка Мика и понесла в сторону прилавка. Изображая активную деятельность, она принялась крутить каждый предмет в руках, проверяя, то ли это, что нужно, и старательно делала вид, что никакого ранее напряженного разговора и вовсе не было.

Я последовала за ней.

– Что ты хотела мне этим всем сказать, Ви? Я имею в виду…

– А вот это мне не надо! – Девушка решительно отбраковала один из товаров, который сама же и принесла. – Все остальное можно пробивать.

Не решаясь больше заговорить, я послушно зашла за прилавок и принялась пиликать сканером, чувствуя, как внимательные землистого цвета глаза наблюдают за мной.

Когда все покупки были пробиты и сложены в пакет, Ви, забрав его, посмотрела на меня.

– Я хотела сказать, Бекки, что с такими ребятами, как Крис, следует быть осторожнее.

– В каком смысле – осторожнее?

– Ну… – Она поскребла ногтем наклейку на прилавке. – Он, конечно, классный и все такое. Но парень непростой. И раньше был настоящим Дон Жуаном. Поэтому не расслабляйся… Хотя бы первое время.

– Ви, – сдерживая расплескавшееся в груди негодование, тверже сказала я. – Говори, пожалуйста, прямо.

– Ну, Дон Жуан – это…

– Я знаю, что это за персонаж.

Певица вскинула розоволосую голову. Я ждала, что встречусь с ее воинственным взглядом и она вот-вот вспыхнет, но вместо этого Ви как-то испуганно и извиняюще улыбнулась.

– Просто хочу дать друж… просто советую, чтобы ты потом не расстраивалась. В случае чего… – пробормотала она.

Я едва открыла рот, но девушка меня опередила:

– Ты ведь поедешь завтра? – Она с надеждой глянула на букет, а затем и на меня. – Ну, раз у вас все наладилось?

Теперь я совсем растерялась. Совершенно не понимая поворотов ее поведения, я провела рукой по волосам, видимо, переняв эту привычку от Мика, и кивнула:

– Да… Поеду.

– Здорово, – уже веселее сказала она. – Это очень здорово. Буду рада твоей компании!

И, приободрившись, Ви направилась в сторону выхода.

– Тогда до встречи! – произнесла она, подхватывая зонтик. – Не грузись особо о том, что я сказала. Все путем!

Ответить я ей так и не успела – девушка шустро вылетела из магазина.

Я могла бы сказать, что после ухода Виолы на душе стало чуть легче, если бы не чувствовала себя сейчас словно стеклянный шар, который яростно трясли минут так десять.

«Пришлось пожить вместе…»

По всей видимости, теория о том, что Ви – бывшая подружка Криса, пытавшаяся сегодня очернить его в моих глазах, находила себе подтверждение. Вот только под конец беседы девушка казалась абсолютно искренней, говоря о том, как здорово, что все наладилось и я поеду вместе с ними на вечер.

Что ж.

Оставалось надеяться, что посреди тусовки меня вдруг не вызовут на сцену, чтобы облить свиной кровью[11].