— Получается, что полеты на нашем самолете в десять раз дешевле! — воскликнула Зоя.

— С такими показателями мы прорвемся на рынок США! — радовалась Лариса.

— У вас ребята нет навыков маркетологов, что для США очень важно — напомнила мама. — Может девочки вам все-таки окончить тут колледж по этому профилю — маркетинг и реклама?

— Можно вообще-то — задумчиво произнесла Зоя. — Что наш босс скажет?

— Да есть в этом резон, не поспоришь. Хотя для этой цели можно нанять профессионалов, они лучше справятся. Пока еще девушки закончат колледж, это года четыре пройдет. А нам надо будет уже в этом году начинать рекламную компанию — остудил я народ.

— Для начала надо будет сертифицировать самолет, иначе не разрешат полеты — напомнил Погодин.

— Вот и займитесь этим — сказал я.

— Вы все еще не совершеннолетние по американским законам — напомнила мать. — И у вас нет профильного образования, чтобы свой самолет проектировать и изготавливать.

— Надо нанять профессионала для аудита конструкции самолета — выдал Погодин.

— Да, это будет лучшим выходом из положения — согласилась мать. — А еще лучше вам получить статус самостоятельного человека, у вас все для этого имеется. Школу вы закончили, на счетах у вас больше десяти тысяч долларов — этого достаточно для признания подростка самодостаточной личностью.

— Хорошо мама, давайте этим займемся в первую очередь — согласился я. Мы продолжили праздник, и только к утру разбрелись по своим квартирам.

Проснулись к обеду, а после обеда поехали в адвокатскую контору, которая занималась гражданскими делами, нам не терпелось стать самостоятельными гражданами США.

— То, о чем вы говорите, называется на юридическом языке «эмансипация» — сообщил нам адвокат Грег Джонсон. — Для этого необходимо иметь возраст не меньше шестнадцати лет, аттестат об окончании школы, постоянный источник дохода, которого хватит на самостоятельную жизнь, или иметь на счете в банке не меньше двух тысяч долларов. Плюс согласие обоих родителей, надеюсь, что ваш муж согласен.

— Грег, все это у нас имеется, на счетах у них по девять тысяч долларов, а у Конни еще и поместье стоимостью сто тысяч долларов — сообщила мама. — Муж не будет возражать против эмансипации наших детей и опекаемых девушек. Они уже не дети — выросли и вполне самостоятельные люди.

— Хорошо Сара, вот список документов, которые надо предоставить в комиссию — Грег передал ей список документов. — Я подготовлю прошение, как только получу от вас эти документы.

— До встречи Грег — попрощалась с ним Сара и мы отправились в банк за выпиской, потом съездили к Смиту, он подписал заявление. Получив все необходимые документы, мы вернулись к адвокату ровно через три часа. Он был слегка удивлен нашей скоростью, но виду не подал, снял копии с документов, заверил их.

— Теперь я передам их в комиссию по делам опеки несовершеннолетних, она заседает раз в неделю. Результат будет через неделю, и нет никаких сомнений, что он будет положительным — сообщил адвокат.

— Спасибо Грег! — попрощалась с ним мама, ну и мы тоже поблагодарили его. Само собой, что мы оплатили его услуги — двести долларов аванс и столько же после получения решения.

Вернулись домой, занялись поисками аудиторов самолетов, и такие нашлись в Сиэтле, а точнее в городе Эверетт в тридцати шести километрах на север от него, там располагается завод фирмы Боинг и много профильных фирм вокруг него. Надо было дождаться решения об эмансипации и имея его на руках, лететь в Сиэтл.

Через неделю Грег выдал нам решение комиссии об эмансипации — каждому свое. Теперь мы самостоятельные личности, которые не нуждаются в опекуне, несмотря на несовершеннолетний возраст.

Аудит самолета

Для начала мы собрали все чертежи самолета и на рейсовом самолете отправились в Эверетт — до него километров четыреста по прямой, а по дороге все шестьсот. С документами у нас все в порядке, можно спокойно лететь самолетом. На всякий случай заказали гостиницу в Эверетте, вдруг не один день придется провести. Взяли с собой по бутылке хорошего виски, разбавили его нанитами — может придется экспертов угощать — будут у нас сторонники в этой сфере.

Через два часа ехали на такси из Сиэтла в Эверетт, пару часов хода, и мы в гостинице. Устроились, пошли пообедали в ресторан. Вернулись в номер, звоним в консалтинговую фирму «Авиаэксперт», договариваемся о встрече, обозначаем тему. Нас ждут с нетерпением, вызываем такси, едем.

— Здравствуйте молодые люди — сморщился встречающий нас на ресепшене холеный мужчина лет сорока. — Вы по поводу аудита конструкции самолета? У нас только платные услуги — сразу предупредил он.

— Само собой мистер Фишер — сказал я. — Нам нужно квалифицированное заключение аудитора о пригодности нашего самолета к полетам, мы понимаем, что это ваша работа, и что ее надо оплачивать — улыбнулся я.

— Ну что же, внесите аванс сто долларов в кассу — и я на час в вашем распоряжении, а дальше посмотрим — сказал Фишер. Я внес деньги в кассу тут же на предприятии, на ресепшене и Фишер провел нас в свой кабинет.

— Вот наши чертежи — сказал Погодин, извлекая из тубуса чертежи нашего самолета.

— Вал, а мы с тобой еще даже название ему не дали! — улыбнулся я через нейросеть.

— Да Конни, точно! — также он ответил мне.

Эксперт с интересом рассматривал чертежи.

— О! У вас он на электромоторах! Это просто фантастика! — засмеялся он. — Какой мощности у вас моторы?

— Подъемные моторы по сорок киловатт, а ходовой двигатель сто шестьдесят киловатт — ответил Погодин.

— Но они у вас по габаритам соответствуют от силы киловаттной мощности! — возразил Фишер.

— Мистер Фишер, у нас используются электродвигатели на сверхпроводниках, поэтому у них такие маленькие габариты — ответил я.

— Ребята, вы просто фантазеры. Сверхпроводники работают при температуре жидкого гелия — усмехнулся Фишер.

— Мы изобрели сверхпроводники, которые работают при нормальной температуре, до пятидесяти градусов Цельсия — ответил я.

— Может покажете этот чудо-сверхпроводник? — заулыбался Фишер.

— Сейчас я собью твою улыбку — подумал я, доставая из кармана игрушку — кольцо и шарик.

— Вот мистер Фишер образцы — колечко из сверхпроводника и шарик из него же. Вот кладем на стол колечко, и кладем в его центр шарик — видите? Он повис в воздухе, магнитная сила не дает ему упасть — показал я фокус.

— Да это просто фокус! — воскликнул Фишер.

— Возьмите в свои руки — я передал ему игрушку. Он положил кольцо на стол, положил в центр шарик, он ожидаемо повис над кольцом. Он начал давить на шарик, тот сильно сопротивлялся, приближаясь к кольцу.

— Невероятно! — воскликнул Фишер. — Невероятно! — повторился он. — И вы сделали электродвигатель на сверхпроводниках? Или только чертежи сделали?

— У нас уже самолет собран и испытан — ответил Погодин.

— А энергию вы откуда берете? Хоть у вас и получились компактные электродвигатели, но энергия-то все равно им требуется! — спросил Фишер.

— Мы разработали супераккумуляторы на основе этих сверхпроводников, они запасают в десять раз больше энергии на килограмм веса, чем имеет бензин– ответил я.

— Все больше чудес у вас я вижу! Прямо не верится — вздохнул Фишер.

— Мистер Фишер, вы убедились, что сверхпроводники у нас имеются. А теперь просто представьте, что вместо супераккумулятора мы поставили двигатель от Цесны-172 с электрогенератором на сверхпроводниках, как источник энергии. В этот вариант вы верите? — спросил я.

— Ну да, этот вариант не вызывает сомнения — согласился Фишер, немного подумав.

— Ну так давайте уже займемся аудитом конструкции самолета — предложил я.

— Ну хорошо — согласился Фишер. — Показывайте, что у вас внутри.

Погодин стал раскладывать чертежи, попутно поясняя что да как.

— Где расчеты прочности каркаса и крыльев? — спросил Фишер, не ожидая положительного ответа и очень удивился, когда Погодин положил ему папку с расчетами. Он открыл ее и углубился в изучение.

— Несколько необычная конструкция крыла, но встречались такие, с усилением натянутым стальным тросом — пробурчал он. — В общем ребята, я вижу, что проект у вас работоспособный, но для квалифицированного заключения требуется время и деньги. Аудит такого легкого самолета будет стоить полторы тысячи долларов, срок один месяц, если вы его хотите производить на продажу. Ну и триста долларов если только для собственных нужд, срок неделя.

— Мы хотим производить его на продажу — сказал я. — Нам нужен полный комплект разрешительных документов.

— О… Это наше заключение будет стоит полторы тысячи долларов, а вам еще потребуется заключение федеральной комиссии, это еще полторы тысячи у вас на это уйдет. Но хорошо, что федеральная комиссия у нас в Эверетте находится, ее отделение с правом выдавать такие разрешения. Необходимо для этого привезти сюда ваш самолет и продемонстрировать полеты на нем комиссии. У вас есть права пилота? — спросил Фишер.

— Нет, этим самолетом управлять может любой — он взлетает и садится вертикально — сказал Погодин.

— Все равно потребуются права пилота, вам надо либо самим получить такие права, либо нанять пилота, в нашем городе их достаточно — сообщил Фишер.

— А можно перегнать сюда наш самолет по воздуху? — спросил я.

— Это будет нарушение правил, не стоит вам с этим связываться — я вижу, что ваш самолет можно перевезти на обычном траке, лучше воспользоваться им. Я вижу, что деньги у вас имеются — наймете трак и перевезете самолет на аэродром — тут полно их для легкомоторной авиации — посоветовал Фишер. — Арендуйте на нем место для своего самолета, можно, да и лучше будет в ангаре, он у вас небольшой.

— Хорошо мистер Фишер, давайте начнем с вашего аудита — сказал я.

— Сейчас я подготовлю контракт… Ребята, а вы совершеннолетние? — вдруг опомнился Фишер.

— Мы дееспособные, у нас есть решение комиссии по этому поводу — сказал я. — Валу девятнадцать лет, мне семнадцать.

— Ну ладно, вы вправе подписать контракт. Кто у вас главный? — спросил Фишер с улыбкой.

— Константэн — ответил Погодин. — Или Конни Смит.

— Пройдемте на ресепшен, секретарь распечатает контракт — предложил Фишер, и мы прошли туда. Секретарша в течение двадцати минут распечатала контракт, который диктовал Фишер, я подписал его, он сходил к директору за подписью, тот вышел и поздоровался с нами — не часто такие оригиналы к ним заглядывают. Заплатил в кассу полторы тысячи долларов чеком, и мы отправились в гостиницу.

Ожидание

— Конни, вы не перегибаете палку с этим самолетом? — спросила мама, когда мы вернулись домой. — Вы же собираетесь этим летом выходить на власти СССР и с ними начать производить сверхпроводники. А если вы сертифицируете этот самолет в США, то рано или поздно всплывет ваше участие в нем.

— Есть такой момент, согласен, но не хочется сидеть без дела. Сертификация этого самолета в США нам не помешает — мы о ней сообщим властям СССР, когда придет время, и передадим чертежи для производства. Вот только как быть с оплатой наших услуг… В СССР это проблема — вздохнул я. — Не хочется даром отдавать — это никем не ценится.

— Согласна, что даром хорошие вещи не отдают. Попробуй поторговаться — скажем, на часть готовой продукции, а полученные самолеты будешь тут, в США продавать — предложила мама.

— Да, это уже реально — согласился я. — Часть продукции с них реально можно стребовать за лицензию на производство.

— Но тогда надо будет создавать для этого какую-то фирму-прокладку, чтобы не засветить наш американский плацдарм перед СССР, да и перед всем миром тоже — насторожился Погодин.

— Вот сестры Грабовски и создадут ее скажем в Сиэтле — усмехнулась мама. — Они же нам не родственницы.

— В принципе это выход. В СССР мы не афишировали нашу связь с ними. Они по легенде уехали в Магадан за покупками, а может дальше улетят на Материк куда-нибудь. Вы из Магадана куда улетели? Когда-то мы вместе мыли золото, всего лишь — вспомнил я их историю. — Да и кто свяжет сестер Грабовски из США с нами, гражданами СССР?

— Мы с Магадана улетели в Новосибирск, оттуда нас дрон перекинул в США — ответила Зоя.

— Наш адрес Советский Союз — хихикнула Лариса.

— Ну вот и найдется занятие девчонкам — сказала мама. — Не будут без дела сидеть.

— До конца апреля нечего не сделаешь — заключение будет только в середине мая. А уже работать с федеральной комиссией придется вам девушки. Я напишу на вас генеральную доверенность, передам все права на документацию по самолету компании, которую вы создадите. И вы начнете мелкосерийное производство самолетов, мы уже мало будем касаться его, Погодин будет постоянно в СССР, а я буду, пожалуй, тут находиться, но буду занят делами СССР.

— Есть босс! — подскочили и козырнули девушки. Мы засмеялись, решили проблему раздвоения наших личностей.

— Конни, что-то я не понял, а на каком основании ты будешь передавать этой фирме свои лицензионные платежи? Такой вопрос могут задать в СССР — озаботился Погодин.

— Я продаю свои роялти этой фирме, она взамен мне платит деньги, доллары для закупок в США всего необходимого мне. Не все есть в СССР — ответил я. — Кажется отмазка нормальная.

— Ну вроде бы — согласился Погодин. — Тогда почему им в Сиэтл надо переезжать? Пусть отсюда тоже самое делают, мастерская тут есть, все налажено. Главное тебе не надо светиться перед фотографами, чтобы лицо Конни Смита не попало в СССР.

— Надо будет для США усы отпустить, а потом наклеивать для выходов в свет, где могут сфотографировать — усмехнулся я. — Хоть небольшое отличие будет. Я постараюсь поставить себя перед властями СССР самостоятельной фигурой, которая не спрашивает разрешения у них на свои действия. Тогда не придется отчитываться за свои действия в США.

— Сынок, вот именно так и надо будет тебе себя поставить. Ты практически руководитель отдельного государства — поддержала меня мать.

— Буду стараться — улыбнулся я. — Есть еще идея — создать межзвездную корпорацию «Звездный путь» и от ее имени иметь со всеми дела.

— Мне кажется, что это очень здравая идея — сказала мама. — Она позволит дистанцироваться от всех государств и даже планет, вести независимую политику.

— Идея очень интересная — поддержал меня Погодин.

Подошел Джон Смит, Сара ему рассказала о наших планах по сертификации и производству самолетов в США.

— Ребята, вы сдурели! Ваши личности только для нашего городка легальны! Если вашим самолетом заинтересуются власти, то есть военные, то к вам тут же придет ФБР. И мои подружки сразу будет найдены, и будет обнаружено, что вы мифические сыновья, которых не существуют на самом деле. И будем мы все вместе сидеть в тюрьме, как шпионы, или как нелегалы в лучшем случае. Самолеты у вас изымут, поскольку вы тут занимались ими незаконно — выдал Смит.

— Ой, а что же им делать? — озаботилась моя мать.

— Пусть сообщат, что не получилось повторить сверхпроводники, одна партия получилась, а больше никак не получается — предложил Смит.

— Но у девушек то документы железные — возразил я.

— До тех пор, пока мэра ФБР за жопу не взяло — грубо отрезал Смит. — Не думай, что он перед ФБР будет нас прикрывать — скажет хотел просто помочь знакомым. За это ему особо ничего не будет.

— Ну тогда все — сертификация откладывается, напишу, что вышли из строя наши сверхпроводники, пока не получается их восстановить. Как восстановим — сообщу дополнительно — тяжело вздохнул я. — Но проектировать самолеты мы продолжим, как и изготавливать опытные образцы — тут нам ничего не страшно, пока это в наших мастерских делается. И надо всех наших сотрудников оснастить нейросетями, чтобы не проболтались.

— Да, у себя в гараже что угодно делайте, но на глаза властям попадаться не стоит — согласился Смит.