Ибрагим

После этой встречи я пошел в кафе «Придорожное» проведать Ибрагима.

— Здравствуй дорогой! — обрадовался он встрече. — У меня для тебя есть денежка! Начали активно работать на втором участке, пошло золото! Вот держи, шестнадцать с половиной тысяч за два месяца работы. Вот ведомость, распишись. Вот твой квиток о получении денег — передал он мне квитанцию. — Позволь тебя угостить обедом?

— Хорошо, давай — согласился я, расписываясь в ведомости.

— Костя, мне тут птичка донесла, что вы мало золота сдаете в ЗПК. С твоими знаниями и по полкило в неделю сдавать — неприлично мало! — ухмыльнулся Ибрагим.

— Ну учимся мыть золото лотками, сам знаешь, ими много не намоешь — отмахнулся я.

— Костя, покажешь бочажину — половина ее твоя, я не буду спрашивать куда ты это золото сдаешь. Ну и ты меня не будешь спрашивать об этом — предложил Ибрагим.

— Ибрагим, мне нелегальное золото не нужно, я его легально в любых количествах могу добыть — ответил я с ухмылкой. — Так что только на твоем участке ты можешь бочажину выкопать и мне мою долю официально отдать. Так что не обессудь — сказал я, снимая с палочки очередной кусок мяса. — Но спрашивать про твою часть добычи я не буду, это дело ОБХСС и КГБ — пусть сами работают.

— Я тебя услышал — вздохнул Ибрагим. — Ну хорошо, мне и такие условия подходят, за тобой участок и бочажины.

— Договорились. Есть на примете участок, там двести килограммов золотого песка лежит. Интересно? — спросил я.

— Очень интересно! — возбудился Ибрагим.

— Есть залежь в сорока километрах северо-западнее Адыгалаха. Там сосредоточено около двухсот килограммов золота, но оно находится на семиметровой глубине. Содержание высокое — до десяти килограммов золотого песка на тонну грунта, сосредоточено в восьми кубометрах грунта. Но сам понимаешь, его придется вынимать долго, иначе могут отобрать. Хотя там больше ничего нет, так мелочи — два грамма на тонну грунта вокруг, не больше, все остальное там уже выбрали, можно будет и сразу все выбрать. Лучше всего это сделать взрывчаткой — могу тебе расчет сделать, но сам понимаешь, это золото тогда все пойдет у тебя легально. Или шахту там сделать — смотри сам.

Если будешь все золото оттуда сдавать легально, то в этом случае мы с тобой продолжим работу и я тебе еще буду подкидывать такие вкусные кусочки. Быстро и недорого тебе можно будет взять сто килограмм золота. Границы я тебе точно опишу.

— Интересное предложение, неожиданно — задумался Ибрагим. — Из шахты я могу золото брать тихо, ты свою долю получишь. Но вот как его легально оформить… Если половину, а на больше договор трудно предположить для владельца участка, хотя нет — встречались и доли до девяносто процентов при очень большом содержании золота. Только тебе придется на себя этот участок оформить, я могу помочь с бюрократией. Да у тебя и самого подвязки тут получше моих. Заключим договор с моей артелью — мы построим шахту и за два месяца выберем это золото. По бумагам добудем сто десять килограммов — тебе сто, нам десять! — улыбнулся он.

— Нет, так не пойдет, не жадничай. Двадцать пять процентов тебе и семьдесят пять мне, в сумме получится сто тридцать три килограмма, которые ты сдашь официально. К такому раскладу никто не прикопается, знают мои способности искать золото — сказал я. — И расклад реальный. Ибрагим, все-таки тебе лучше сдать все золото.

— Костя, это моя доля, я уж давай сам буду решать. Насчет твоего последнего предложения по распределению я согласен — будет лучше, больше соответствовать реальности — сказал со вздохом Ибрагим.

— Ну ладно, по рукам — сказал я. Мы скрепили договоренность рукопожатием, я допил чай и отправился в контору Сусуман-золота к главному геологу.

— Здравствуйте товарищи! — поздоровался я, зайдя в кабинет директора — Манишев был у него.

— О! Костя! Легок на помине! — подскочил Манишев, а за ним и директор. Я выложил за чем пришел — только ведь об этом договорились.

— Я нашел месторождение, небогатое, но с очень высокой концентрацией, там примерно сто тридцать килограмм золота. Как мы и договаривались с вами, мне нужно оформить лицензию на его разработку — сказал я.

— Да не вопрос Костя, пошли ко мне, оформим документы — сказал Манишев.

— Мы слово держим Константин! — подтвердил его слова директор.

Мы зашли к Манишеву, я показал ему свой участок на карте, мы с ним быстро сделали выкопировку карты участка, оформили документы. Надо было везти теперь туда комиссию для взятия проб.

— Сергей Петрович, там уже драга прошла, какая на фиг комиссия? — спросил я.

— А, точно, сейчас достану карты прииска Адыгалах — Манишев зарылся в бумагах.

— Так, верно — он сверился с картой участка, — там уже все промыто, хвосты может быть в отвалах остались. Без вопросов Костя, сейчас мы оформим лицензию на этот участок — заверил он. И через полчаса все бумаги было оформлены — вот что значит быть курицей, несущий золотые яйца для этой конторы.

С бумагами я вернулся в кафе к Ибрагиму.

— Вот держи бумаги на участок, давай договор готовь на добычу там золота — улыбнулся я.

— Ну ты даешь! Офигеть! За час оформил! — удивлялся Ибрагим.

— Там драгой уже все выбрано, все документы на это имеются, так что готовь договор и приступай к работе. Когда будешь готов — я привезу к следующей пятнице карту, успеешь? — спросил я.

— Договор будет готов через час, может подождешь Костя? Я тебя угощу мантами, ты таких не пробовал — предложил Ибрагим.

— Подожду Ибрагим, действуй — сказал я. Через пять минут передо мной поставили тарелку с парящими мантами, обильно посыпанными сверху красным перцем.

Через час, пересытившись деликатесами восточной кухни, я подписал договор с артелью Ибрагима, но перед этим спросил его.

— Ибрагим, ты понимаешь, что подписывая такой договор, ты потеряешь больше, если на тебя выйдет ОБХСС и заставит сдать все золото официально. Я-то получу свою долю от официально сданного металла и ей с тобой делиться не собираюсь. Так что еще раз предлагаю подумать — может поставим в договор проценты пятьдесят на пятьдесят? И второй момент. Как только ты начнешь вывоз золота в таких объемах, ты тут же засветишься и КГБ пойдет по твоему следу. К тому же в Сусумане не для всех не секрет, что ты скупаешь золото у старателей — попытался уговорить я партнера не рисковать.

— Ибрагим, как только ты начнешь вывоз золота в таких объемах, ты тут же засветишься и КГБ пойдет по твоему следу. К тому же в Сусумане ни для кого не секрет, что ты скупаешь золото у старателей. Тебя же пасут постоянно, спалишься, и артели у тебя отберут — попытался уговорить я партнера не рисковать.

— Хм, Костя, умеешь ты быть убедительным. Все золото я сдать не могу в ЗПК — с меня его требуют мои партнеры по бизнесу, и убедительно требуют — вздохнул Ибрагим. — Давай уменьшим официальный объем на десять килограммов, этого будет достаточно, на общем фоне незаметно будет.

— Ну тогда распределение будет пятьдесят два и шесть десятых процентов, и сорок семь и четыре десятых процента — тут же подсчитал я.

Ибрагим проверил на листке бумаги, кивнул головой, внес ручкой в договор процентное соотношение в дележе золота, и мы с ним подписали этот договор. После этого пошли в контору Сусуман-золота, зарегистрировали там этот договор между мной и артелью Ибрагима.

Мы еще поболтали с Ибрагимом по дороге, разошлись, я зашел в сберкассу, положил на счет свои деньги, оставив деньги ребят за сданное золото и себе на карманные расходы. Двинулся домой, дорога туда пролегала мимо Сусуманского РОВД, которое стояло на Комарецкого 1.

— Привет Костя! Ты надолго приехал? — спросил у меня майор Николай Михайлович Остапов, заместитель начальника Сусуманского РОВД по оперативной работе, он приезжал к нам, когда мы повязали банду Храпа. Он стоял у служебной машины, видимо собирался ехать куда-то.

— Да нет, дела уже закончил — золото сдавал, поеду на участок заканчивать старательский сезон — первого сентября в школу же — ответил я.

— И как успехи в старательском деле? — спросил майор.

— Сдал последнее золото в этом сезоне, десять килограммов пятьсот тридцать граммов за старательский сезон добыли — ответил я.

— Что-то маловато у тебя в этом сезоне, в прошлом году ты же шестнадцать килограммов сдал? — спросил майор.

— Николай Михайлович, у меня же не только свое золото идет в зачет, но и с других артелей, которым я карты залежей передавал по договору. В прошлом году я только восемь с половиной кило сам сдал, а остальное золото, или точнее деньги были за карту от артелей. Вот и сейчас только что получил от Ибрагима шестнадцать с половиной тысяч и положил их на книжку, а еще от артели «Авангард» ожидаю крупные платежи — ответил я.

— Да, крутой ты парень, в такие годы такие деньги зарабатывать! — покрутил головой майор. — Ладно, увидимся в сентябре — сказал он, прощаясь. Сел в машину и уехал.

— Чего ему от меня надо было? — подумал я. — У него оклад порядка пятисот рублей в месяц, шесть тысяч в год. А тут школьник двадцать тысяч за лето получил, и все законно. Заинтересуешься, однако… Да ладно, пусть интересуется, у меня все доходы законные.

Пошел неспешным шагом домой, погода была пасмурной, август в Сусумане — это уже осень, обычно тридцать первого августа у нас первый снег выпадает. Дома не спеша попил чай, размышляя над будущим, собрался, пошел в лесок, где было место встречи с дроном.

Все дела в Сусумане были завершены, до первого сентября я был свободен. Вернулся на дроне на участок, к этому времени ребята вернулись с полигона Сусуман-золота, который был в трех километрах от нашего участка.

— Доложились Ефимову, они будут присматривать за твоим участком, у них вахтовка каждый день мимо проезжает — сообщил Погодин.

— Ну и славно! Летим на Мохо-Тани? — спросил я.

— Летим! — заорала толпа старателей. К этому времени все вещи были упакованы, палатки свернуты. Мы сели в наш шестиместный дрон, включили маскировочное поле и отправились через космос на наш остров. Впереди у нас были настоящие каникулы!

Интерлюдия

Майор Остапов собрал оперативное совещание, посвященное недавней страшной находке неподалеку от стоянки грузовиков — четыре криминальных трупа.

— Алексей Сергеевич, что скажешь по твоей части? — спросил он у криминалиста.

— По всему выходит, что у них произошла драка со смертельным исходом. В начале Хмурый с Рябым убили своих двух подельников, а потом они сами уже не поделили золото на двоих — с полкило золота было в мешочке на поляне, оно было частично рассыпано, второй подобный мешочек мы нашли у Хмурого под одеждой. У этих двоих в карманах были обнаружены тетрадные листки, на которых были написаны явки с повинной — вот уж для меня это просто загадка. В них они перечисляют все свои преступления, в том числе в составе банды Храпа, все подробно описывают. Такое впечатление, что целую ночь писали после того, как убили двух подельников. Впервые с таким сталкиваюсь. Так что там и расследовать нечего. Рябой убит из обреза Хмурого выстрелом в живот — он не сразу умер, у Хмурого перерезана сонная артерия, он еще минут пять по этой площадке ползал, пытался найти чем перевязать рану — все там залито его кровью, в том числе и мешок с золотом. Других вариантов просто нет — ответил эксперт. — Видимо Рябой ударил ножом Хмурого в горло, тот в ответ выстрелил ему в живот — выстрел буквально с метрового расстояния произведен, все следы имеются. Мы сделали смывы с рук Хмурого — следы продуктов сгорания пороха имеются, и на его одежде они тоже есть. Отпечатки пальцев на обрезе только его, в обрезе еще один не использованный патрон остался. В карманах у него еще семь штук обнаружено. Да и обрез рядом с ним валялся, весь его кровью залитый. Рябой лежал с ножом в руке, как его выстрелом откинуло. Этим же ножом убиты двое их подельников.

— Что — нет следов других бандитов? Или там все затоптано? — спросил майор.

— Нет, там четкие следы только этой четверки, водители двух грузовиков издалека увидели четырех человек, без движения, поскольку один там менял скат целый час, а второй обедал. Оба решили, что там лежат трупы, и каждый из них в первом же населенном пункте вызвал милицию — ответил эксперт. — Тут все чисто. Таких идеальных картин преступления я давно не видел.

— Вот это меня и смущает — сказал майор. — Слишком все гладко! Чего им делить этот килограмм золота? У Храпа мы пять килограммов взяли.

— Ну может они узнали, что Храпа взяли и решили разбежаться? — пожал плечами эксперт.

— Ну а как тебе взятие банды Храпа из пяти крупных мужиков четырьмя школьниками, из них две девчонки? Ничего не показалось странным? — спросил майор. — Не верю я в такую легкость!

— Да что там странного-то? Бандиты живы-здоровы, дают показания в СИЗО — удивился эксперт. — Их показания совпадают с показаниями школьников, шишки на их головах тоже имеются.

— Да как-то у них все слишком ловко получилось для школьников — сказал майор.

— Ну повезло наверно — ответил эксперт. — Чего ты Михалыч ищешь у этих школьников? Чего ты к ним привязался?

— Слушай Коля, и правда — чего докопался? У меня было уголовное дело с участником этих событий — Костей Корбиным, его пытались порезать в подъезде дома, нож ему в печень воткнуть. Он уклонился и ударом левой вырубил бандита — чистый нокаут для бандита, сам царапиной отделался. Не смотри на его субтильное телосложение, он достаточно крепкий парень — сказал следователь Ухов.

— Я так полагаю, что эта четверка должна была догнать всю банду у прииска Адыгалах — туда они все направлялись. И они явно не могли пройти мимо их палаток, поживиться, а увидев девчонок, явно захотели их изнасиловать. Но видимо обороняться нашим школьникам пришлось жестче, и двоих бандитов они сразу убили. Остальных вырубили камешками — есть у них на голове шишки от ударов камнями? — спросил он эксперта.

— Ну есть, я это отразил в заключении. Но эти шишки могли быть получены где угодно — ответил эксперт.

— Интересно, давай дальше излагай свою версию — усмехнулся следователь Ухов.

— Ну вот, оставшихся в живых бандитов они допросили с пристрастием, да так, что они явки с повинной написали за все свои грехи. Есть у них на теле следы пыток? — спросил майор.

— Нет, точно нет — ответил эксперт.

— Хм, а должны быть. Просто так они бы не сделали явку с повинной — сказал майор.

— Ну назначь тогда повторную экспертизу в области, если мне не доверяешь — обиделся эксперт.

— Да не обижайся ты Алексей Сергеевич, я имею ввиду, что их пытали так, что следов не оставили — уточнил майор.

— Ну а дальше-то что Коля? — спросил следователь.

— Ну а дальше они вывозят два трупа и этих двух гавриков на место обнаружения, там их убивают и создают видимость драки между собой — ответил майор.

— Если бы они вызвали милицию, даже убив двух бандитов, для них была бы чистая самооборона, никакая ответственность им бы не грозила — сказал Ухов. — Четверо вооруженных бандитов нападают на школьников, и они в порядке самообороны убивают двоих бандитов. Им бы еще и грамоту бы дали за это.

— Ну да, это тонкое место в моей версии — согласился майор. — А, вот еще, банда Храпа все как один вещают, что эти четверо должны были заложить в схрон пятнадцать килограммов золота. А где схрон знают только они. Вот тебе и мотив.

— Ну мотив так себе. Корбин в прошлом году, не промывая золото, заработал шестнадцать тысяч рублей. В этом году он сам моет золото и у него доли в артелях за переданные карты месторождений — ты же сам знаешь это, в городе все об этом знают. Ему эти пятнадцать килограммов ни к чему, он вообще не связывается с криминалом, он же легально такие бабки зарабатывает! И тратить ему их, по сути, пока некуда, на книжке хранит деньги — сказал Ухов.