— Да знаю я это, материальный мотив слабоват конечно — согласился майор. — Днем видел его, спросил, как успехи. Сказал, что последнее золото сдал, всего намыли десять с половиной килограммов, ему шестнадцать с половиной тысяч Ибрагим выплатил со своей артели за карту, уже двадцать тысяч заработал. А еще предстоят крупные платежи от артели «Авангард». Согласен, что материальный мотив слабоват. Но может это для него как бы трофей? На него напали, вынудили обороняться и убить двух бандитов. Может за это и забрал эти пятнадцать килограммов?

— Ну а дальше-то что? Мотив-мотивом, а вот возможности совершения такого преступления у них не было. На площадке только следы этой четверки, даже посторонних следов нет — сообщил эксперт.

— Да, тоже серьезный вопрос. Сколько километров от их участка до места преступления? — спросил следователь.

— Пятьдесят четыре километра — ответил эксперт. — По дороге, конечно, напрямую по тайге меньше, но тогда там реку, и не одну, придется переходить.

— В общем Николай Михайлович, я это уголовное дело закрываю за смертью подозреваемых. Все твои доводы не имеют под собой основания — решил следователь Ухов.

— Ну что поделаешь Сан Саныч, твое право — уныло согласился майор. — Но я все равно его буду держать на крючке.

Последние каникулы

Мы прилетели на остров Мохо-Тани утром и первый делом кинулись купаться в океане. Ласковая вода с температурой тридцать градусов после ледяной воды Аян-Юряха казалась неземным раем. Часа три плавали, плескались, загорали. Утомленные вернулись в дом, смыли соль под душем, пошли ужинать или обедать — время летит незаметно. Ужин прошел быстро, купание утомило — разошлись по своим бунгало, свалились спать. Я, конечно, уделил внимание Ларисе — ну как без этого, когда такая красотка с тобой в одной постели лежит в чем мать родила?

Утром после завтрака мы вновь пошли на наш пляж, но теперь мы не только купались, но и рыбачили. С берега плохо получалось, сели на гравиплатформы, начали рыбачить над местами, где рыбы собиралась — тут же пошел клев. Лариса выудила большого окуня, я выудил рыбу, похоже что ставриду, Зоя какую-то красивую ярко-желтую рыбу с продольными полосками, которые у нас только в аквариумах водятся, ну а Погодин выловил рыбу-зебру. На этом решили остановить рыбалку, поскольку сомневались, что сможем сами управиться с разделкой улова.

Но напрасно опасались — девушки каким-то чутьем наверно обладают в этом деле. Пришли в нашу столовую, девушки быстро расправились с рыбой — распотрошили и почистили. Тушки уложили в кухонный автомат, и задали программу приготовления блюд — из каждой рыбы свое. Получилось вкусно, но рыба есть рыба, подкрепились еще стейком с овощами и отправились купаться. А что еще на тропическом острове делать?

Так и прошла неделя. Загоревшие и отдохнувшие мы прилетели на ранчо Смита. Матушка радовалась, глядя на нас. Догадалась сразу, что с девчонками мы не только целуемся. Но не стала нам мешать развлекаться — мы уже, по сути, взрослые люди.

Смит сообщил, что есть вариант легализации девушек, и рассказал подробности.

Интерлюдия

— Привет Джон! Рад видеть тебя! — воскликнул Нейл Свиткоф, мэр Ламонта, когда Смит зашел в его кабинет.

— Привет Нейл! Есть просьба к тебе, большая просьба — поздоровался Джон.

— Слушаю тебя, помогу чем смогу — ответил Нейл. С тех пор, как Смит начал добывать золото в больших количествах, он стал уважаемым гражданином городка, а не стариком-отшельником. К нему вернулись жена и сыновья, после чего его популярность резко возросла.

— Надо помочь легализовать двух девушек — нелегальных эмигранток — вздохнул Смит.

— А какое отношение они имеют к тебе? — спросил мэр.

— Это подружки моих ребят, привязались они к ним — ответил Смит.

— Хм, а надолго ли у них подружки? — улыбнулся мэр.

— Да кто их знает, но они уже спят вместе, молодежь сейчас быстро взрослеет — ответил Смит.

— Какой возраст у девушек? — спросил мэр, задумавшись.

— Им по восемнадцать лет всего, как и моим охламонам. Ну Вал на год старше, а Конни на год младше — ответил Смит.

— Хм, ты знаешь Джон, кажется, я смогу тебе помочь. Тут месяц назад мы вытаскивали останки мисс Грабовски из ее дома, она месяц там пролежала, пока ее обнаружили соседи. Мне передали найденные у нее документы, не разбирая. Я перебрал их и обнаружил там свидетельства о рождении двух девочек-погодок. Я помню, что сам их выписывал, они умерли в младенчестве, а мать не зарегистрировала их смерть — пьяница она была, ты наверно помнишь. Кормилась от своих ухажеров, рожала от них, и дети, подрастая, разбегались от нее. Как раз одной девочке исполнилось бы восемнадцать, а другой семнадцать лет. После них у нее детей не было, жила она одиноко, на отшибе. Никто о судьбе ее детей не знает, а их было шесть или семь — даже я уже точно не помню. Так что можем выдать твоих девушке за дочерей мисс Грабовски, типа вернулись в родной дом. Мы мать похоронили за счет муниципалитета, они могут даже претендовать на наследство — ее дом с участком. Хотя он ничего и не стоит, но как место их рождения много значит — понимаешь, о чем я.

— Да Нейл, отличный вариант. Сколько я тебе буду должен? Не стесняйся, деньги у меня теперь водятся — обрадовался Смит.

— Нет, денег мне не надо, я просто рад тебе помочь, мы же друзья. Ну а когда мне помощь понадобится — ты мне поможешь. Вот держи свидетельства о рождении девушек, пусть придут ко мне, возьмут ключи от дома. Хотя приличный человек там и собаку держать не будет, все же лучше, чтобы они его в порядок привели. И вот еще что — они несовершеннолетние, им требуется опекун. Будешь опекуном? — спросил мэр.

— Разумеется! — ответил Джон. — Мы с Сарой будем опекунами у девушек.

— Ну вот приезжайте всей семьей, оформим опекунство, ты приведешь в порядок их домик, чтобы туда было не стыдно зайти — сказал мэр.

— Спасибо дружище! Вот держи подарок! — он передал бутылку с самогоном мэру.

— Что это Джон? — спросил мэр.

— Самогонка с лекарством — мне оно помогло. Его надо пить как самогонку, когда выпьешь всю бутылку — через месяц не узнаешь себя, все болячки пройдут, уставать перестанешь и почувствуешь себя молодым — улыбнулся Смит.

— С женой можно поделиться? — спросил мэр.

— Тут две порции, поэтому если решись с ней поделиться, то нужно ей выпить ровно половину, чтобы лекарство подействовало — ответил Смит.

— Я сразу на две бутылки разолью, у Линды проблемы по женской части — вздохнул мэр.

— О! Вовремя я принес его! — обрадовался Смит.

— Ну до встречи дружище! — попрощался мэр с ним.

Опекуны

На следующий день, все мы нарядились и отправились в мэрию оформлять опекунство девушкам. Нас принял мэр, мама и Смит подписали все необходимые бумаги, девушки тоже. Теперь они были Люцина и Зося Грабовски — Лариса и Зоя взяли себе документы по сходности имен. После оформления документов на опекунство Смит предложил отметить это в ресторане, что мы и сделали. Смит с мамой выпили по бокалу вина, мы обошлись — не положено нам до совершеннолетия.

Вернулись на ранчо, там продолжили банкет. Обсудили со Смитом сдачу золота — решили, что будет сдавать его равномерными порциями до Рождества, чтобы не привлекать к себе особого внимание. Прииск работал на полную мощность — он купил еще пару бульдозеров и еще одну промывочную установку, теперь работа шла круглосуточно.

Мы решили, что девушкам надо теперь получить водительские права — без них тут трудно обходиться. Мы будем обучать их вождению, Погодин тут же напомнил, что собирался купить себе машину. Ну кто бы возражал. И девушки тоже захотели купить машины — флаг в руки, получите права и покупайте машины, какие хотите.

На следующий день мы стали обучать девушек вождению, да что там обучать — нейросети имеют уже эту базу знаний, весь опыт от нас и Смита в этом они уже им закачали. Осталось только практику вождения пройти. Вот ее они и проходили с нами.

Но тут мне позвонил Стив Гроув, тренер по стрельбе, предложил съездить на соревнования в Лас-Вегасе, срубить там денег на тотализаторе. В штате Невада было разрешено легально принимать ставки на спорт, в других штатах это делалось у подпольных букмекеров.

Я спросил друзей — не хотят ли смотаться в Лас-Вегас, посетить казино, пока я буду стрелять и делать ставки на свой выигрыш.

Друзья не только захотели поехать со мной на соревнования, но и делать на меня ставки — результат соревнований был им известен.

— На чем поедем в Лас-Вегас? — спросил я. — Нам на машине придется пару дней на дорогу потратить — мне не хочется, давайте на самолете полетим, полет три часа продлится.

— Конечно на самолете — согласились друзья, как один.

Мы заказали билеты и на следующий день вылетели в Лас-Вегас. Как ни странно, но оружие и патроны я вез прямо в салоне, никому до этого не было дела. Помню, что в СССР мужики жаловались, что вывезти свои ружья на Материк практически невозможно — в самолет с оружием не пускают, а в багаж сдашь — получишь металлолом.

Лас-Вегас

Ну да ладно. Прилетели в Лас-Вегас, взяли машину в аренду. Но оказалось, что стрельбище находится на севере от Лас-Вегаса, это Clark County Archery Center. Там же недалеко можно снять номера для отдыха, цена правда кусачая, но деньги водились — зачем далеко отъезжать от стрельбища? Да и найдешь ли что-то дешевле в Лас-Вегасе? В городе греха?

Приехали в отель, разместились по номерам — экономить не стали, каждому отдельный взяли. Стив сам разместился в другом отеле, у знакомых. Я отправил друзей знакомиться с городом, а сам со Стивом поехал на стрельбище — оргкомитет соревнований был там.

Мы припарковались у офиса центра, прошли внутрь, прохлада и свежесть окутала нас. Зарегистрировались как участники соревнований на чемпионате Западного побережья США на обе дисциплины, заплатили вступительные взносы, тут же увидели столики с букмекерами, принимающие ставки на результаты. У них пока было пусто, соревнования еще не начались. Но фавориты уже наметились — это чемпион прошлого 1970 года Денис Гроубер — стандартный пистолет, и Джеймс Рокерс — винтовка двадцать второго калибра. Вторые места тоже были в принципе известны по прошлому году, но тут были загадки — вышли вновь на соревнования победители 1969 года, которые не участвовали в соревнованиях 1970 года, так что результат был непредсказуем. А про новичков, когда мы спросили про меня, букмекер только усмехнулся — Юноша, на вас никто ставить не будет, вас никто не знает, и третье место в штате Вашингтон тут не котируется.

— Ну не котируется, так даже лучше, конкурентов будет меньше на мой выигрыш — подумал я.

Программа соревнований была построена так, чтобы привлечь как можно больше зрителей — билеты для них стоили недешево. Но надо было зарабатывать деньги Ассоциации Практической стрельбы США, поэтому давали рекламу по радио, всячески привлекая зрителей. Вероятно, что финт с чемпионами 1969 года они и придумали, чтобы вплести интригу в соревнования. Первый тур отборочный, на нем сразу выступают по шестнадцать участников, из тридцати двух. Ну шестнадцать мест для стрельбы, поэтому и участников столько же. До обеда выступает первая группа — юг, после обеда вторая группа — север Западного побережья. Остается только половина участников, на следующий день повтор, но стреляют уже по восемь участников за раз — утром север, после обеда юг. Остается половина, всего восемь участников. На третий день проводят четвертьфинал, после которого остается четыре участника, четвертый день полуфинал — остается два участника из четырех, и на пятый день выявляется чемпион из этих двоих. Полуфинал и финал выпадает на выходные, как говорится в прайм-тайм, народу будет много и много ставок будет на тотализаторе. Потом повторится тоже самое на соревнованиях с пистолетом — те же пять дней соревнований.

— Конни, у нас с тобой сложная задача. С одной стороны надо держаться в тени, а с другой стороны не вылететь с отборочных матчей. Понял о чем я? — спросил тренер.

— Понять-то я понял, ты мне прямо говори, сколько выбить очков — сказал я. — Это как раз и есть твоя задача за долю в моем выигрыше.

— Ладно, я тебе хотел сказать, что у меня непростая задача — вздохнул он. — Я буду следить за результатами и оперативно тебе сообщать о том, сколько очков надо набрать.

— Договорились — усмехнулся я. Придется задействовать своих друзей — шестнадцать мишеней отследить будет не просто. А так они будут отслеживать каждый по пять мишеней, перекидывать мне результаты, а Дик вычислит сколько мне надо выбить, чтобы пройти в следующий тур.

В среду начались стрельбы — мы стреляли после обеда, когда были известны результаты первой партии стрелков. Так что тут сложностей не возникло — там были и лидеры, и явные аутсайдеры, я легко определил средний результат, который мне позволит пройти в следующий тур. Я отстрелял, как планировал, оказался на двенадцатом месте из шестнадцати проходных. Самое то, что требовалось, в конце списка. На тотализаторе была тишина — никто не ставил на выигрыш. Чемпион явно бы выиграл, это было всем понятно, это и произошло.

Второй тур был для меня сложнее — я стрелял с утра, поэтому поостерегся вылететь с соревнований и выбил пятый результат по вчерашним соревнованиям. И оказался на шестом месте из восьми. Видимо не один я такой умный, прикидывающийся новичком.

Третий тур был для меня еще сложнее — планировал попасть на третье место, а попал на четвертое — чуть не вылетел. Осталось четверо соперников, тотализатор зашевелился, пошли ставки.

В четвертом туре мне было проще — можно было занять и первое место. Я выбил такой же результат, какой был лучший у чемпиона в этих соревнованиях и занял второе место — прошел в финал. Из-за этого даже ажиотаж возник — букмекеры радовались, ничто так не оживляет тотализатор, как неопределенность в результате соревнований.

Мы еще подкинули горяченького — я поставил на свою победу пятьдесят тысяч долларов. Но тем не менее ставки принимались три к одному — не верил народ в мою победу, что мне было на руку. Начались финальные стрельбы, я четко отставал на пару выстрелов от чемпиона, чтобы победить его с минимальным перевесом. Он сделал одну девятку в первой двадцатке, я не сделал ни одной — мне нужна гарантия победы. Во второй двадцатке чемпион сделал две девятки, я тоже сделал две девятки, зрители загудели. В третьей, последней двадцатке чемпион сдал, сделал три девятки, и я сделал три девятки — общий результат на одно очко больше — у меня была четкая победа.

После соревнований подошли к букмекеру. Наш выигрыш составил сто пятьдесят тысяч долларов — огромные деньги! Мои друзья поставили на меня по три тысячи и также получили выигрыш в тройном размере.

Со среды начинались соревнования по стрельбе из пистолета, по той же схеме.

— Ну теперь никого не обманешь, теперь ставки будут один к одному — сказал мне Стив. — Ты показал себя во всей красе.

Стив оказался провидцем, на меня начали ставить в полуфинале и в финале, так что ставки принимались один к одному. Я стал чемпионом и снова снял пятьдесят тысяч долларов с тотализатора — общий объем ставок был небольшим, и смысла увеличивать свою ставку не было — сменился бы коэффициент. Зрители, поверившие в меня, разделили со мной и выигрыш на тотализаторе, с этим ничего не поделаешь, на тотализаторе все могут играть.

Соревнования завершились, мы проехали по казино, потратили по пять сотен баксов на разных столах, ничего естественно не выиграв, так по мелочам были выигрыши. Но зато столько эмоций у нас было! Завершив наше турне в Лас-Вегасе, мы вернулись в Спокан.

Так и прошла последняя неделя наших каникул, мы попрощались со своим семейством и отправились в Сусуман, мама осталась в Спокане.