Могу, кстати, и отказать без объяснений. Это мое эксклюзивное право, а кто там и что выразил в интернет-возмущениях, мне глубоко и феерично пофиг! Мы же психологи, нам все можно. Так что на многократные томные предложения моя экзальтированная гостья получила отказ. Либо вы ко мне на кушетку, либо я вас…
Не в том смысле. Но вы ведь всё поняли правильно, да? Надеюсь. Или, скорее всего, нет. Однако и это неважно. Если подумать, то мнение любого человека о ваших словах или поступках никогда не должно иметь для вас хоть какое-то значение.
Разумеется, если это не нарушает Уголовный кодекс!
Ведь раз уж вы это самое мнение приняли близко к сердцу, значит, вполне четко обозначили для самого себя: надо соответствовать! А теперь спросите себя: зачем? Зачем вам вдруг потребовалось учитывать в планах на будущее некую чужеродную реплику о вас, вашей жизни, ваших поступках, вашем творчестве? Может, проще и естественнее жить своей жизнью без оглядки на тех, у кого и собственного имени нет, одни «ники»…
— И еще, друг мой, вы, кажется, приютили дьевушку?
— Ничего подобного, — демонстративно перекрестился я, прекрасно зная, что старушку это бесит. — С чего вы взяли?
— Дэмитрий, я чувствую запах дьевушки и… гари?
Я выпроводил матушку Евстифию из дома со всеми сопутствующими поклонами, улыбками, обещаниями и только после этого кинулся искать, где и что у меня пригорает. Естественно, ничего такого не было. Зато, как я убедился, мой счет уже пополнен. Должен признать, что касательно денег Темная сторона всегда слово держит. У них так принято, золотой телец превыше всего!
Скупердяи или, еще хуже, финансовые кидалы среди них практически не встречаются. Тот, кто знает, что обязан платить на ментальном уровне высшим силам любой тональности, как правило, и мелких проплат не задерживает. Это для них как минимум неприлично-с…
Но, представляете, матушка Евстифия оказалась не так уж неправа, потому что не прошло и получаса, как запах гари вдруг почувствовал даже я. Им явственно тянуло из прихожей, потому что…
— Ты кто?
Стоящее на пороге почти черное чудовище, с ног до головы в саже и пепле, едва ли не голое, потому что остатки одежды на нем еще дымились, держало в белых зубках красно-бордовый паспорт Российской Федерации, а в вытянутых руках — чудом уцелевший синий рюкзак.
— Вика?
Она радостно закивала, словно благодаря меня за опознание.
— Перл-Харбор, Башни-близнецы, пожар в Нотр-Дам-де-Пари, что случилось-то? — Я очень аккуратно вытащил паспорт, пока она собиралась с ответом.
Что ж, документ со всеми печатями действительно подтверждал личность Виктории Владленовны Люксембургской, двадцати одного года от роду, с пропиской в Санкт-Петербурге, на улице 3-й Советской. Как я понимаю, все остальные бумаги в рюкзаке? Хорошо, пусть, в деталях разберемся потом, по ходу допроса с пристрастием, и, быть может, даже обойдемся без пыток. Хотя кто знает?
— Заходи. — Я пропустил погорелицу в прихожую. — Где ванная, ты уже в курсе. Сменная одежда есть?
— Две футболки и бриджи для поезда. Я не рассчитывала задерживаться больше чем на пару дней.
— С учетом того, что в договоре предусмотрена почасовая оплата, ты задержишься настолько, насколько мне будет нужно, для восстановления моего финансового благополучия. Цены растут, ЖКХ наглеет, мусор не вывозят, гречка и рис опять подорожали, а высокий статус требует поддержания имиджа. Никто не пойдет к бедному и голодному психологу: раз он не может помочь себе, то куда вообще лезет с советами⁈ Уловила суть?
— Мне жить негде, — на манер Цоя в «Игле» заныла она.
— В доме есть гостевая комната, я вожу туда… э-э…
— Я догадалась кого, не маленькая…
— Тем более, не твое дело! Мойся, переодевайся и селись, пока я добрый. Ну или пока я на тебе не заработаю. Вписался же к ведьме в педагоги, пресвятой Фрейд-озабоченный…
— Аминь, — подтвердила эта питерская нахалка, и, скинув обуглившиеся, некогда белые кроссовки, босиком пошлепала в ванную.
Синий рюкзак остался валяться в прихожей. У меня возникло искушение по-тихому проверить, что там лежит, но я сумел удержать себя в руках. Как выйдет намытой, сама покажет, куда ей теперь деваться-то?
Причем первоначально у меня вовсе не было коварного плана поселить девочку поближе к себе, контролируя каждый ее шаг. Что, между прочим, в отношениях с ведьмой, пусть даже начинающей, совсем не глупо. А даже наоборот! Кто там, напомните, из очень умных людей советовал держать друзей близко, а врагов еще ближе? Вот именно так я и намеревался поступить.
У меня неслабый опыт общения именно с ведьмами. И вот что он говорит: никогда не доверяй ни одной красотке/малышке/старушке, которая готова продать душу за очередной полет на шабаш в надежде поцеловать задницу Черного Козла! Чем намазано под хвостом, я не знаю, а вот рецепт варева для смазывания помела, на котором полагается скользить голой попенцией, широко известен. И чисто между нами, белена там самый безобидный ингредиент…
Так что даже если дамочка уверяет, что она самая что ни на есть белая ведьма, не стоит класть ей палец в рот. Про то, что еще туда можно положить, вообще молчу. Хотя мог бы и сказать, я тут и не такого, знаете ли, наслушался! Бывали и истерики, и драки, и чуть ли не капитальный ремонт после пары сеансов. Это, так сказать, малоприятная часть моей работы.
Поэтому я ушел в свой кабинет, прикрыл дверь, и, включив нудноватую индуистскую музыку, попытался расслабиться. Считается, что каждый серьезный специалист в области практической психологии обязательно консультируется с более опытным товарищем. Вот только не всегда это обычный человек. Тот, кто мне нужен, придет сам. Пустота не терпит пустоты. Надеюсь, вы поняли, о чем я…
— Учитель.
— Кого ты ищешь, мой мальчик? Разве тебе нужен кто-то, чтобы заглянуть в себя?
— Нет, на этот раз все проще и все сложнее.
— Все так, как и должно быть, это людям свойственно давать событиям оценки. Сложнее, проще… Данность не спрашивает нас об этом.
— Я пустил девушку в свой дом. И не слишком уверен, что поступаю правильно, она…
— Дом — лишь стены, данные тебе временно. Пока ты не пустил ее в свое сердце, вряд ли стоит беспокоиться хоть о чем-то.
— Да, разумеется.
— Дыхание ветра создает рябь на воде, отчего вода теряет способность отражать реальность. Но убери ветер, и та же водная гладь будет казаться тебе зеркальной.
— Чем это плохо?
— Ты вновь пытаешься поставить оценку. А я говорил лишь о том, что зеркальная гладь позволяет тебе видеть себя в отражении как есть, без прикрас.
— Мне кажется, вы не договариваете…
— Хорошо, смотри сам. Есть ли что-то живее бегущего ручья? Но ты не увидишь там отражения. Есть ли что-то мертвее зеркальной глади? Но ты…
— Я понял, Учитель…
…Кажется, на этот раз милая Викуленька мылась еще дольше. Я успел вернуться на кухню, приготовить жареные пельмени в грибном соусе, с перцем чили, на подушке из мелко нарезанного лука и тертой моркови, с посыпкой свежим укропом. Надеюсь, большой сковородки на нас двоих хватит?
Если нет, то мне нужно пересмотреть условия контракта с университетом Старших ведьм-феминисток, так как их слушательница «съедает» почти в прямом смысле весь мой гонорар. Пусть добавляют и за проживание, почему нет? Она как минимум тратит мои воду и электричество. Да, признаю, у нас в России цены на коммуналку не такие людоедские, как в Европе, но это уже вопрос принципа!
— А-а, какие запахи-и…
Виктория, словно зомби, вышла из ванной, закутанная от подмышек до колен в мое махровое полотенце. Ее свежевымытые рыжие волосы выглядели уже не намотанной проволокой, а настоящим лесным пожаром. Кожа была розово-белой, что часто встречается у рыжух, татуировки — ярко-синими, глаза — изумрудно-зелеными, и в них явно читался голод. Так, а если подумать, то способен ли я вообще прокормить это чудо?
— Присаживайся, накладывай сколько хочешь, но…
— Есть «но»? — осторожно удивилась она.
— Есть. Сначала расскажи мне: что случилось?
Вика вздохнула, послушно отложила вилку и честно поведала мне обо всем. С дорогой на вокзал проблем не было, она взяла свои вещи и вернулась на остановку. Там села на ту же седьмую маршрутку, и вплоть до половины пути все было нормально, а потом, когда все пассажиры вышли, пылкий водила-дагестанец вдруг начал делать ей намеки, предлагая увезти в степь, и если бы не вспыхнувший мотор буквально за квартал до моего дома, то…
— Я не знаю, у вас все такие дикие, да?
Как она выбралась из пылающей машины, которую любвеобильный даг покинул прямо на ходу, сумела не потерять рюкзак, кое-как сбить живое пламя с одежды и чисто на автомате дойти до моего дома… Просто чудо, нет?
— Водители маршруток у нас всякие бывают, не поспоришь, — вынужденно признал я.
Глубоко провинциальная, тихая Астрахань расположена на юго-восточной границе европейской части России, с двух сторон область подпирают Калмыкия и Казахстан, а через море — уже бывшая Персия. Как жить в таком смешении кровей? Только если ты здесь родился и умеешь здороваться на десяти языках соседних народов…
— Похоже, ты не врешь, — уныло признал я, открывая интернет на планшете.
О неожиданном самовозгорании маршрутного такси на улице Космонавтов не писал разве что ленивый. Перепуганный горбоносый водитель уже вовсю каялся и давал показания в полиции. Боже ж ты мой, да там даже три-четыре видео всего события прилагались! Благо сейчас трудно найти человека без смартфона с видеокамерой. Снимай, не хочу!
— Про тебя он не говорит ни слова, — отметил я.
— А должен, да? Типа, я приставал к пассажирке, угрожал, наезжал, и вдруг оно все бу-ух, пы-ых!
— Ну, так-то ты ведьма. Вас наверняка учат, как постоять за себя.
— Расслабиться и получать удовольствие? Чет ва-аще не греет…
— Женскую самозащиту вы не проходили? Ну, там, хрупнуть за мизинец, откусить язык, раздавить в ладошках его «Фаберже» и все такое. Это же элементарно.
— Университет ведьм-феминисток контролируется Британией, — напомнила Викуля. — Нам всем там категорически запрещено любое насилие! А что, пельмени уже кончились?
Я только сейчас поймал себя на мысли, что тупо смотрю на пустую сковородку и до сих пор не наевшуюся гостью. Куда там только все умещается? Я же приготовил больше половины пачки! Обычные девушки в двадцать один год столько не едят. Они чаще всего стараются быть стройняшками и выглядеть привлекательно. И мужчинам тогда хочется накормить их и спасти, вместо того чтобы посадить на жесткую диету…
— У меня есть чай, кофе, какао и печенье.
— Хочу все! Я на нервах, у нас в Питере водители маршрутного такси не пристают к девушкам с неприличными предложениями. Типа, поедем в степь!
— Ко мне тоже ни разу не приставали.
— Так вы мужчина!
— Ой, много ты знаешь об этих водителях! Тут у нас мужики с весьма-а специфичными вкусами попадаются, Восток, чтоб его…
Думаю, пока мне не стоит говорить, сколько у нас злобных водил-вурдалаков, упырей, вампиров, оборотней, волкодлаков, шайтанов и прочей веселой (в определенном смысле) нечисти. Для них хоть ты ведьма, хоть русалка, хоть колдунья в третьем поколении — раздвигай колени, пока не сожрали! Приблизительно так…
И нет, я не буду врать, что это национальные традиции: их надо учитывать, не ходить в мини, чтить местный менталитет… Все это вранье! Астрахань — центр слияния миров, территория примирения Света и Тьмы, место, где каждый ОБЯЗАН уважать каждого и никаких приоритетов ни для кого нет.
Иначе бы мы давно всполыхнули так, что самой Москве-матушке мало не показалось бы! После чего, естественно, сюда бы прибыли карательные органы, под замес полетели бы правые и виноватые, а результат оказался бы практически нулевым. Почему? Странный вопрос. Читайте историю России.
Ибо у нас принято: как ты ни дави, при малейшем ослаблении пробка шампанского все равно рванет! Поэтому такие, как я, стоят на страже хрупкого мира этих тенистых улиц, набережной Волги, деревьев в вязаных жилетках, белокаменного Кремля с выставкой анимэ в Цейхгаузе, красно-кирпичной картинной галереи Догадина, соленой рыбы, Успенского собора и Ак-Мечети, огромных арбузов и полусотни сортов помидоров, то есть всего того, что придает городу тихую, раздумчивую индивидуальность. Мы, астраханцы, — народ неторопливый и разнообразный, но при этом сохраняющий единство…
…Жесткий приказ Алии Несравненной был достаточно коротким и практически невыполнимым. Ребенок мог родиться с минуты на минуту. Ее величество хотела, чтоб он исчез! Нет, не умер, а был спрятан так, чтобы даже его мать-королева не знала, где находится ее дитя. Ибо тайна, известная хотя бы двоим, уже не тайна ни для кого.
Старухе было разрешено остаться в покоях, все необходимое ей приносили слуги, чья лояльность таяла с каждым днем или даже часом. Но несмотря на тот факт, что Шехид-шах Второй знал о неприятной простолюдинке в своем доме, он не предпринимал никаких решительных шагов, выжидая. Время работало на него…
…Когда рыжая ведьма услышала первый стук о скорлупу изнутри, она не сразу поверила своим ушам. Королевы не было уже трое суток, она удалилась в южную башню, откуда отправляла письма мятежникам, втайне поддерживая бунт горожан против собственного мужа.
И да, если бы карты упали иначе, Несравненную вполне могли бы вознести на щитах к отцовскому трону. Однако Шехид-шах не был идиотом, а верные ему северяне заранее сумели войти в состав городской стражи, как и в ряды гвардейцев старого короля.
Войско оставалось верным присяге и не поддержало восстание. Шансов переломить течение истории не было, как невозможно в целом «переломить» течение полноводной реки. В этом отрезке времени о шлюзах или плотинах не знали почти ничего…
Повитуха мягко укутывала большущее яйцо в драный плащ, пока с той стороны деликатный стук не перерос в прямолинейное, грубое ломание двери.