— Добрый день! — Лучащаяся гостеприимством Викуля приветствовала матушку Евстифию классическим немецким книксеном. Старушка не удивилась.
— Я говорэила Дэмитрию, что он завел сэбе дэвушку. Так это и есть вы?
— Ни-ни, как можно! Я не его девушка, я ученица и помощница его благородия!
— Это сразу мэняет дэло, — милостиво кивнула гостья, аж до желтых колен приподняла полы коричневой рясы и позволила препроводить себя в кабинет.
Я как раз закончил установку уже двух камер и открыто предложил матушке совместный бизнес по принципу «мне деньги, вам реклама». И да, к моему изумлению, рыжая-конопатая оказалась права: старая клюшка с интересом включилась в тему.
То есть она как бы нехотя дала согласие на все, но затребовала себе дополнительных плюшек, например флеш-карту с видео и правом его распространения по своим личным каналам. Тут мне пришлось ее обломать. Для собственного переосмысления ради бога, берите! Но на продажу — категорически нет! Или, как говорят котики в интернете, — нетъ!
Матушка безмятежно пожала хрустнувшими плечами: ой, ну не срослось, и ладно. Хотя бы попробовала. После чего удобно улеглась на красной кушетке, накрытой новым пледом, прикрыла глаза и ушла в себя. Я задавал наводящие вопросы, а старая ведьма вприпрыжку носилась по бурелому собственных фантазий. Если что, в массе своей эротических…
— Дэмитрий, как ви помнитэ, у меня появьился новый молодьой чэловек.
— Минуту, мы ведь обсуждали с вами на прошлой неделе некоторые аспекты российского законодательства. — Я постучал карандашом по блокноту. — Вашему избраннику уже исполнилось восемнадцать?
— Я помню. Увы, да. Ему девьятнадцать, и, хоть я прэдпочитаю помольоже, мне не нужны пробльемы. Так вот, вчера, когда ми быльи с ним в постели и я занимальась с ним крайне деспотичным… Ой, хи-хи, а вашей учьенице уже можно такоэ слушать?
— Доннерветтер, — нервно сглотнула петербурженка. — Слушать можно, а вот представлять в красках не стоит. Если совсем будет тошнить, я выйду.
Матушка Евстифия самодовольно ухмыльнулась, и на миг с круглого лица ее сползла маска наигранного благолепия. Мы увидели кривую морду престарелой лисы, в ошметках опадающей шерсти, грязную и порочную настолько, что моя «племянница» действительно едва не осрамила ковер переработкой недавнего завтрака.
— Я так понимаю, вам есть чем поделиться или даже похвастаться? — Мне пришлось вновь возвращать себе управление процессом. — Но не будем отвлекаться, вы хотели поговорить о своем молодом партнере. Кажется, в интимном плане у вас нет проблем?
Ну, дальше разговор пошел столь сложный и запутанный, что, наверное, проще обойтись коротким пересказом. Не ищите во всем этом логики, ее там нет. Хотя если вы маньяк-извращенец, то, возможно, какие-то моменты покажутся вам интересными, не знаю…
Итак, короче. Старая ведьма-оборотень нашла себе новую игрушку. Сам молодой человек вряд ли считает себя жертвой, скорее он уверен, что просто «окучивает» богатую бабку. Деньги у матушки есть, нищая нечисть — это уже оксюморон. Но суть не в этом.
Она вдруг поняла, что этот самый парень и есть ее давно разыскиваемая духовная дочь! И чтобы позволить ей возродиться физически уже в собственном женском теле, старушка Евстифия должна парня съесть. Переварившись чудесным образом в ее желудке, молодой избранник проникнет в другие органы, оживит ее матку, и старушка забеременеет дочерью! Не ищите здесь логику, я вас предупреждал.
Виктория Люксембургская таки зажала рот ладошками, вскочила и бросилась в туалет. Ее проблемы, в этом кабинете и не такие истории звучали, уж будем откровенны. Так вот, возвращаясь к теме, месяц назад нечто похожее у нас тут было, но мальчик (шестнадцать лет!) успел сбежать в другой город, родители экстренно отправили его от греха подальше в военное училище. Так что это была уже вторая попытка родить любимую дочь посредством поедания мужчинки…
— А вы уверены, что данный метод сработает? Не поймите меня неправильно, но детородные органы женщины в каждом возрасте реагируют по-разному.
— Дэмитрий, вот и у менья те же сомнения, — поморщилась моя клиентка. — Я же не дура, я пониемаю, что берьеменность начинается не с запьекания любимого чэловека в духовке. Но эти видения… они так напориесты и постоянны, я очэнь плохо сплю…
— Хотите ли вы об этом поговорить?
Мы беседовали еще примерно час или чуть дольше. Как правило, психолог фиксирует время работы с клиентом, но в моем случае гонорар рассчитывается поминутно. Иногда мне выгодно «заболтаться», а бывает, что и категорически нет. Тут никогда нельзя быть уверенным в единообразном подходе.
Стоит чуточку абстрагироваться от всего вышесказанного и просто подумать: а как же поступить? Визит к психологу не равен тайне исповеди. Это священник не обязан сдавать маньяка, убийцу, террориста, а от нас как раз таки именно это и требуется! Если мы сами не в состоянии удержать человека (нечеловека) от тех поступков, которые запрещены законом, то наша обязанность — доложить в полицию, МЧС, пожарную охрану и так далее по списку. Иначе нельзя.
Хотя если какой-нибудь уголовник все же посещает психолога, то чаще всего отнюдь не для того, чтобы хвастаться планами своих будущих преступлений. На самом деле он хочет, чтоб ему помогли остановиться…
Но некоторые моменты, видимо, мне придется пояснить. Один мой сокурсник оказался более принципиален, чем я или хоть кто-то с нашего потока. Он при первом же инциденте пошел в полицию и доложил, что его клиент потребляет человеческую кровь, является некромантом, состоит в незарегистрированных сообществах и практикует нетрадиционные языческие обряды в свальном сексе.
Что он получил в результате? Полновесное полицейское расследование. То есть арест подозреваемого, обыск его квартиры, опрос свидетелей, далее поиск доказательств, разбор улик, и чем же все завершилось? Ничего не нашли! И не потому, что плохо искали, а потому, что, как правило, некромант не равно «идиот», к тому же у него имелись покровители в депутатских креслах.
Короче, встречных исков не было, претензий тоже, но тем не менее парня направили в профильное медицинское учреждение, где его реально лечили от его же «фантазий». Насколько успешно, не знаю. Но, как мне известно, он до сих пор там.
Разумно ли все это? Честно ли? Порядочно ли в целом? Судите сами. Я ни на кого не давлю. Каждый имеет право на свой взгляд и свои принципы по жизни. Мне же пришлось отпустить матушку Евстифию до следующего сеанса в надежде, что она вняла собственным сомнениям и хотя бы неделю не будет никого есть. Если действительно так и произойдет, то это уже победа. Маленькая, но тем не менее…
На прощание старушка попыталась протянуть когтистую руку, просто чтобы шутливо потрепать все еще бледную Вику по щечке, но я не позволил. Есть грани, которые не стоит переходить. Матушка все поняла правильно, она далеко не дура, иначе бы не дожила до своих лет. И я бы не дожил, если бы позволял клиентам вести себя как вздумается.
Конверт с гонораром был передан мне уже в прихожей. Сумма соответствовала договоренности. Потом мы вернулись в кабинет и в четыре руки молча проверили записи с обеих камер, убедившись, что все прошло как по маслу, хотя теперь говорят «как по смазке».
Вот пусть Старшие сестры только попробуют чирикнуть, что ведьма-де ненастоящая, я знаю, кому на них жаловаться. Матушка Евстифия таких вещей не спускает и шутить не любит. Нет, драки с поножовщиной там не будет, но при связях старушки она любой университет по судам затаскает и по миру пустит в одних колготках, да и те заставит на голову надеть…
…Виктория разбирала, примеряла, гладила доставленные чертилой вещи, идеально подошедшие ей по фасону и размеру. Не знаю, как такое возможно: мне вечно приходит то больше, то меньше, то ткань не та, то молния не работает, то вообще три майки вместо одной куртки. Наверное, ее учили заколдовывать службы доставки?
Я проверил свой счет: в принципе, не так уж она меня и «ограбила», что-то около пятидесяти тысяч. Согласитесь, сейчас, чтобы девушке хоть как-то приодеться, меньшей суммой не обойтись. Зато на ужин Вика вышла в коротком джинсовом сарафане на бретельках и собственных домашних тапочках. Мои гостевые вернулись на свое место в прихожей.
— Чем так вкусно пахнет?
— Острый суп харчо и чахохбили из курицы, — бросил через плечо я, не отходя от плиты. — Садись и пока ничего не трогай. Хотя нет, можешь порезать черный хлеб.
Грузинская кухня, несомненно, самая яркая из всех бывших советских. Как по вкусу и разнообразию, так и просто по цвету. Коричневый, желтый, розовый, синий, зеленый, красный, белый… Все это просто завораживает, к тому же, как уверяют диетологи, «разноцветная» еда гораздо вкуснее и полезнее однотонной английской овсянки.
— Мне доводилось до полугода жить в Тбилиси, приглашал некий Мамука, очень известный дэв с антикварного рынка на Сухом мосту. У него были серьезные проблемы с противоположным полом. Патологическая влюбчивость, помноженная на педантичное уважение к институту брака! В том смысле, что он всегда соблюдал закон — разводился с прежней супругой и сразу женился на новой пассии. И так уже семьдесят восемь раз. Мужик элементарно замотался влюбляться каждые полгода или даже меньше. Пришлось провести более двух десятков сеансов, прежде чем что-то начало налаживаться.
— И че он, и че, и че⁈
— Сейчас он контролирует ситуацию и заново женится не чаще раза в год! Это прогресс.
— Круть! Я тащусь с вас, шеф…
А поскольку я категорически не знал, как реагировать на подобные сентенции, то просто налил от всей широты души большую тарелку харчо, достал сметану и поставил перед рыжей лисой. Это был единственный способ заставить ее замолчать хоть на какое-то время. А так она по-моему даже во сне что-то там бормотала, кого-то спасала, от кого-то пряталась…
Но это ее дело. Я сам никуда не вмешиваюсь. Хотя мог бы и спросить, мог!
Да, Фрейд равноапостольный, конечно, спрошу при случае, куда я денусь…
…Когда стражи вывели колдуна, провожая его в отведенные покои в левом крыле замка, Шехид-шах Второй позволил себе немного расслабиться. Из-за колонны вышел прятавшийся в тени Нахиман, он нервно постукивал отполированными ногтями по тисненым ножнам короткого кинжала.
— Можешь говорить, — разрешил король.
— О чем, ваше величество? Разве переговоры прошли неудачно? Или вас смутил вид этого проклятого чернокнижника?
— Нет-нет, это именно тот человек, который нам нужен. Я хочу, чтобы ему были предоставлены все условия, все, что он потребует, пусть получит незамедлительно. Мне нужна моя дочь. И если старик найдет ее…
Советник молчал. Он понял свою ошибку, едва ему доложили о тех смертях, что сопровождали въезд колдуна в город. Ягра нельзя было выпускать из тюрьмы. Этот человек казался живым воплощением зла, и питать хоть какие-то надежды на то, что он будет служить верой и правдой трону Карандага, было неоправданно глупо. Но признаваться в этом молодому королю также смерти подобно…
— Ты говорил, что он некромант?
— Да, ваше величество.
— Значит ли это, что он может оживить прах рыжей ведьмы?
— Думаю, это возможно, — подумав, осторожно согласился советник. — Но боюсь, что пепел этой женщины был развеян по ветру еще две недели назад.
— Почему никто не подумал об этом раньше?
— Ваше величество…
— Где палач? — Король едва заметно дернул левой бровью, и это был очень плохой знак. — Приказываю сию же минуту поставить передо мной палача!
Двое стражников мгновенно передали приказ тем, кто стоял за дверью, и вскоре все замковые переходы огласились криками: палача к его величеству! Прямо сейчас, без всяких промедлений и проволочек! Ибо гнев короля страшен…
Но поскольку дом палача, согласно традиции, стоял за крепостной стеной, на отшибе, то, когда туда добрались гвардейцы, работник топора и плахи успешно сбежал в неизвестном направлении. Попытки найти его по свежим следам провалились, а охотничьи собаки егерей не были приучены искать человека.
Заметно нервничающий Нахиман был вынужден сообщить Шехид-шаху Второму, что в столице появилась как минимум одна вакантная должность. Тем не менее стражники вдруг вспомнили, что якобы пепел ведьмы собирал городской знахарь.
Лечебные снадобья, приготовленные из останков несчастных, приговоренных к смертной казни, всегда пользовались спросом. Их продавали на каждой ярмарке как средства от всего на свете: от зубной боли, от недержания мочи, от бессонницы, от колик в животе и для облегчения потуг при родах.
— Привести его сию же минуту!
Слуги побежали исполнять новый приказ короля. Нездоровая паника вновь охватила город. Надо ли говорить, что и знахаря в его доме не оказалось…
…Видимо, суп рыжей понравился, ложка так и мелькала, аппетит поражал воображение.
— Вам надо открыть свой ресторан. — Через пять минут она протянула мне вылизанную пустую тарелку.
— И быть там поваром? Не греет.
— Но вы обалденно готовите!
— Это потому, что без обязаловки и для себя. — Я подал ей второе, предварительно посыпав мелко нарезанной зеленью и тертым греческим орехом. — А если каждый день, с утра до вечера, по строго выверенной рецептуре, без права эксперимента на кухне… Да я сам там всех поубиваю, и гостей, и персонал, и органы санитарного контроля, никто не уйдет обиженным, всем достанется!
Тут Вика понимающе кивнула и накинулась на чахохбили. В общем и целом ужин прошел нормально, если не считать того, что мне пришлось дважды выходить из-за стола ради долгого и обстоятельного разговора с нашим общим знакомцем из Башкирии.
Сначала Давид-оглы позвонил извиниться, долго просил прощения, клялся моей (почему-то!) бородой в самых честных намерениях, убеждая меня в своем вечном уважении к моим услугам, моему дому, моей племяннице и даже моему праву на отказ. Но умолял немножечко подумать…
Второй раз этот тип уже пытался быковать, наезжать, кидался именами полицейских и кличками уголовников, сыпал угрозами, вел себя как полный неадекват. В обоих случаях я спокойно и ровно говорил ему «нет».