...Ныне и в домех, и на путех, и на тържищих иноцы и мирсьтии и вси сомнятся, вси о вере пытают, и не от пророк, ни от апостол, ниже от святых отец, но от еретиков и от отступников Христовых.

Ересь есть: буде кто православный учнет или взобновит споры противныя православию и соборами и законом объявленные за ереси.

Слово ересь в то время имело обширнейшее и часто превратное значение <...> Страшною ересью являлось нарушение принятого, освященного древностию обычая: оно производило могущественное тяжелое впечатление, нарушало весь строй жизни, не давало покоя, порывало священную связь с отцами умершими, являлось греховным восстанием против их памяти, против их жизни. При отсутствии духовного простора, при господстве внешнего, формы, при неразвитости духовных, настоящих, самых крепких основ народности, однообразие, сходство внешнего, формы, служили единственною связью между членами общества, членами народа. Эта неразвитость внутренней, духовной народной связи, неразвитость народности вообще производила то, что человек, порвавший внешнюю связь с своим народом, разрывал с ним окончательно...