«Аллеей подарков» называлась финальная станция перед Большими Полярными Курантами. Гостям поезда давалось всего три часа на то, чтобы потратить последние звонкие монеты из их и без того опустевших кошельков. Единственная извилистая улочка протянулась прямо от перрона. Впрочем, здесь было где разгуляться, поскольку шумных таверн и симпатичных магазинчиков, плотно прилегающих друг к другу, было с лихвой. Торговцы-коробейники разносили румяные булочки, а театры теней или марионеточные представления устраивались буквально на каждом шагу.

– Простите, пожалуйста, – не сдержалась София и обратилась к живому деревянному мальчику, приглашающему в самый большой магазин марионеток. – Вы, случайно, не Пиноккио?

– Пиноккио? Он был врунишкой, а я не лгу! Нет-нет-нет-нет-нет! – пискнул тот, и его нос в самом деле не вырос.

Здешние вывески пестрели названиями в честь различных сказок: «Чайная лавка Герды и Кая», «В гостях у Дюймовочки», «Волшебная лампа чудес», «Искристое огниво», «Сундук пирата», «Красные башмачки и не только», «Слезливые песни русалки»…

– Слышал, что тут есть отличный трактир с эльфийской кухней, – поделился Тео, вышагивая вдоль вымощенной кирпичом аллеи, обсаженной низенькими заснеженными елями. Глянув на Софию, он заявил: – Ты просто обязана попробовать нашу еду!

– Я вовсе не против, господин эльф, – улыбнулась она. – О, гляди-ка! Там Хонго и Тиркен!

– И как они нас обогнали? – спросил Тео, сворачивая к друзьям.

Тролль и лепрекон застыли напротив витрины магазина игрушек, с интересом рассматривая миниатюрный самоходный поезд. Тот быстро двигался по железной дороге, встречая на своем пути и мосты, и туннели, и крохотные деревеньки, возле которых он совершал короткие остановки. Поезд и впрямь выглядел как настоящий. А из крошечной трубы локомотива даже шел серый дымок.

– О, друзья, привет! – протянул Хонго, обратив внимание на подошедших.

– Куда держите путь? – развернувшись, спросил Тиркен.

Тео ответил:

– Собираемся отведать эльфийской стряпни. Составите компанию?

– О, нет-нет-нет! – выпалил Тиркен и застонал, хватаясь за живот. – Мой маленький желудок не выдержит еще одного гастрономического приключения!

– А я очень проголодался, – пробасил тролль и пожал плечами. Затем он опустил взгляд на лепрекона и выдал: – Слушай, Тиркен, тебе ведь не обязательно есть с нами. Можешь просто сидеть и смотреть, как едим мы.

– Какой ты внимательный, Хонго. – Похоже, Тиркен едва удержался, чтобы не вывалить язык и не состроить недовольную гримасу.

Однако в трактир пошли вчетвером. Надо сказать, София тоже не была голодна, но ей очень хотелось поддержать Тео и познакомиться с хваленой пищей эльфийского народа.

В трактире было оживленно и шумно. Пахло душистым бульоном и свежеиспеченным печеньем. Стены и карнизы окон украшали еловые ветви с блестящими шарами, искусственные снежинки и светящиеся гирлянды. В большом камине горел огонь, наполняя тесный зал теплом и приятным оранжевым светом. Новогодняя ель, стоявшая в дальнем углу трактира, верхушкой упиралась в потолок и была явно великовата. Возле нее, заливисто хохоча, по кругу носились детишки. А на небольшой деревянной сцене выступал остроухий бард, играющий на лютне. Но, кажется, его песни никто здесь не слушал.

Разношерстная компания устроилась за единственным пустующим столиком и в течение следующих тридцати минут отважно дегустировала самые разные блюда традиционной эльфийской кухни, запивая их хмельным сидром.

– Это лембасы, – с энтузиазмом объяснял Тео, хватая из хлебной корзины горячую лепешку. – Их можно макать в мед и посыпать орехами. Попробуйте, это невероятно вкусно!

Тео не преувеличил. Эльфийская кухня и впрямь оказалась великолепна.

– А мясо? – с надеждой спросил Хонго, поглядывая по сторонам и заглядывая в чужие тарелки. – Мясо вы едите?

– Иногда, – ответил эльф. – Но сами его не готовим.

Хонго отказывался в это верить.

– Никогда-никогда не готовите? – на всякий случай уточнил он дрогнувшим голосом.

– Никогда-никогда, – подтвердил Хьюз.

– Совсем-совсем? – переспросил тролль.

– Совсем-совсем.

– Ну вот. – Очевидно, что огорчению Хонго не было предела, но он всеми силами пытался его скрыть, дабы не обидеть Тео. – Все это, конечно, очень вкусно… Травы да корешки. Но я до сих пор такой голо-о-одный!

На что Тиркен тихо возразил:

– Хонго, ты всегда голодный.

Тролль грустно вздохнул:

– Сам очень страдаю. Мне даже во время спячки бывает голодно. И я от этого так устал!

– Думаю, нам стоит поторопиться, чтобы успеть купить подарки, – глянув на настенные часы, сказал Тиркен. – А еще разделиться! Поскольку выбор подарков – это особое таинство, которое нужно совершать в одиночку.

Так они и поступили. Покинув трактир, все четверо сразу же разошлись в разные стороны и быстро скрылись из виду в развеселой гомонящей толпе. У Софии было всего девять монет, а на эту сумму не накупишь особых сокровищ. Так что с выбором подарков она не мучилась, хотя и посетила не менее пятнадцати лавок, дойдя до самого конца аллеи.

Ее привлекало буквально все: живые шахматы, которые смешно бранились и грозили друг другу кулаками; музыкальные шкатулки с миниатюрной труппой из троллей-балерин внутри; вязаные свитера, меняющие орнамент каждые несколько минут. В магазине чудодейственных отваров и снадобий она не могла отвести глаз от розовых флакончиков душистого пунша удачи и от плотно закупоренных пенных паров фортуны. Ей очень хотелось испытать их эффект на себе.

Но все это было ей не по карману, так что София просто в лоб спрашивала у продавцов, есть ли у них товары за пару монет, и в течение часа совершила все необходимые покупки.

Так, в магазинчике диковинных вещиц она приобрела для папы вечный блокнот, страницы которого очищаются по велению владельца. Для мамы в лавке с елочными игрушками София выбрала стеклянный шарик с живым снеговиком внутри. В «Искристом огниве» разжилась коробкой радужных бенгальских огней, которые мерцали всеми возможными красками, для Люси. В «Пряностях и сладостях со всего света» купила коробку веселящих шоколадных конфет, чтобы угостить ими знакомых. А оставшиеся монеты потратила в «Согревающих шарфах мадам Льюис», выбрав подарок и для Теодора Хьюза.

Они снова встретились под большим фонарем на пути к станции. Словно почувствовав ее приближение, эльф перестал ковырять носком ботинка сугроб и, подняв голову, посмотрел на нее, широко улыбнувшись. Сердце Софии уже так привычно замерло.

– Ты действительно умудрилась набрать подарков? – изумился парень. – Я думал, ты просто хочешь прогуляться в одиночестве… Но погоди… Откуда у тебя деньги?

– От хитрости! – уклончиво ответила София.

– Хитрость в нашем мире – обязательный инструмент для выживания… – с пониманием ответил Тео, но закончить свою мысль он не успел, потому что София надела на его голову новую шапку так быстро, как только могла. И теперь довольно наблюдала за озадаченным лицом Теодора и за тем, как его кудряшки норовят вот-вот вырваться из вязаных оков.

– Это… это чего такое? – надтреснутым голосом спросил он, пока София наматывала на него новенький шарф.

– Ты подарил подарок. И я подарила подарок, – произнесла она. София обожала дарить подарки и теперь чувствовала себя абсолютно счастливой. Даже еще более счастливой, чем раньше.

– А родным ты тоже что-то купила?

– Конечно! А как же? – София раскрыла перед ним пестрый бумажный пакет, демонстрируя весь нехитрый улов.

Тео молчал, глядя в пакет и растерянно моргая.

Он выглядел… поникшим. Или даже грустным. Но почему?

– Что-то случилось? – София пыталась понять его.

Тео поднял на нее потяжелевший взгляд.

– Неужели тебе никто не сказал? – прошептал он одними губами.

– Не сказал что? – София взволнованно опустила руку с пакетом. Крошечная морщинка растерянности пролегла между ее бровями.

– Из волшебного мира нельзя забрать магию. – Темные глаза Тео выражали глубочайшее сожаление. – Ни в каком виде.

– Это значит, что все эти подарки… станут обычными?

– Да, – отозвался Тео. – И не только.

В глазах защипало, и София выше подняла подбородок, стараясь не моргать.

– Что еще, Тео?

Эльф молчал. И тогда она продолжила напирать:

– Что еще случится, когда я окажусь в своем мире?! Ну же, скажи мне! Скажи прямо сейчас!

По-видимому, Тео приложил значительное усилие, чтобы говорить мягким ровным голосом:

– Ты все забудешь, София. Из твоей памяти выветрится все, что случилось в волшебном мире.

Уронив пакет с подарками, София согнулась и попыталась отдышаться. Все внутри скрутилось в тревожную спираль. Новость ошеломила ее. Стала неожиданным ударом, к которому она не успела подготовиться. Уперев руки в колени, София думала лишь о том, чтобы не заплакать. Потому что, подумай она о смысле услышанной фразы, она бы не смогла сдержать слез.

Нет. Она не будет думать обо всем этом. По крайней мере, не сейчас. Стиснув зубы, она замкнула слезы внутри. Еще раз глубоко вдохнув и выдохнув, София выпрямилась и широко улыбнулась Теодору Хьюзу как ни в чем не бывало.

– Ну, по крайней мере, сейчас я помню все, – весело произнесла она, хотя голос все-таки дрогнул. Совсем чуть-чуть. Едва заметно. – Так что давай просто продолжим веселиться!

Карие глаза Тео сверкнули в восхищении. Он решительно кивнул, взял девушку за руку, и они вместе продолжили коротать оставшееся время на Аллее подарков, рассматривая праздничные витрины, пробуя вкусности и участвуя в конкурсах-пятиминутках. В которых, кстати сказать, выиграли целую охапку стикеров-снежинок.