Что ж, с позицией Теодора Хьюза было сложно спорить. А времени оставалось все меньше.

– И что со мной будет, если поймают? – спросила София.

Между бровями у Тео залегла глубокая складка. Он сочувственно поджал губы, прежде чем ответить.

– У нас очень строгие порядки, – поведал он, качая головой. Сказанное им вызвало у девушки головокружение и еще бо́льшую тревогу. – Тайностражи за любую провинность сажают в тюрьму. А наша тюрьма – это совсем не то же самое, что ваша.

– Что там?.. – Глаза Софии широко распахнулись.

– Ты правда ничего не знаешь про волшебные тюрьмы?

София отрицательно качнула головой, представляя самые изощренные ужасы.

– Жаль. – Брови парня страдальчески изогнулись. – Не хочется тебя шокировать…

– Да что там?! – зашипела девушка, не выдержав.

Теодор Хьюз словно издевался:

– Ну… Знаешь, там ведь пытают.

– ПЫТАЮТ?! – взвизгнула София.

Удивительно, как она все еще не разбудила лепрекона. Тот как ни в чем не бывало сладко сопел в подушку. Ну и крепкий же у поганца сон, вот прямо на зависть. Небось четырехлистный клевер снится.

– Ладно-ладно. – Тео поднял ладони вверх. – Молчу.

Осознав всю плачевность ситуации, София свернулась в клубочек и тихонечко взвыла. Прямо сейчас волшебный мир не казался ей таким уж счастливым и радужным. С каждой секундой он представал перед ней все более суровым. Безжалостным. В конце концов, не все сказки добрые. Есть и такие, в которых правит тьма. И в волшебном мире, надо думать, они все между собой перемешались.

В памяти начали тут же всплывать разные поистине мрачные истории: «Гензель и Гретель», «Красные башмачки», «Гамельнский крысолов», оригинальная «Русалочка» с ужасно трагичным финалом, из-за которого София пролила немало слез.

Видя ее отчаянье, Тео наклонился и шепнул:

– Вообще-то тебе не обязательно попадаться.

– Что? – не поняла София, утопая где-то на дне собственных страхов.

Парень полез в карман, извлек оттуда крохотный пузырек и продемонстрировал его Софии:

– У меня осталось немного волшебного порошка. Можешь последовать моему примеру, обратиться в фею и сесть в банку. Только в очень-очень маленькую фею, поскольку для совсем крохотных существ отдельный билет на этот поезд не нужен. А значит, дурацкая система безопасности замолкнет, и поиски безбилетника наверняка прекратятся.

– Ой-ой… – взвыла София, зарываясь пальцами в волосы и сдавливая виски.

Чем банка лучше тюрьмы? Разве что отсутствием пыток.

– Либо можешь выпрыгнуть из окна, если оно вообще открывается, – пожал плечами Тео, убирая пузырек обратно в карман. – Или у тебя есть идеи получше?

Между тем голоса проводника и пассажиров раздавались уже из соседнего купе.

– Ладно. Давай сюда порошок, – сдалась София и протянула раскрытую ладонь. В панике она совсем позабыла, что половина точно такого же порошка оставалась и у нее. – Только не вздумай надо мной издеваться!

Теодор Хьюз отдал ей пыльцу со словами:

– Что ты, как можно? Большие не обижают маленьких. По крайней мере, всерьез.

Откупорив пузырек, София зажмурилась и представила себе тот облик, в который хотела превратиться. Маленькая фея. Очень-очень маленькая фея. Чем меньше – тем лучше.

– Только важный момент! – внезапно влез Хьюз. – Начни сразу махать крыльями и лети в сторону.

– Зачем? – не открывая глаз, прошептала София. Сердце ее рисковало вот-вот выпрыгнуть из груди, а руки страшно тряслись.

– Если упадешь на кровать или останешься на месте в момент обращения, флакон просто свалится сверху и прихлопнет тебя. Поняла?

– Поняла.

Ничего она не поняла. Прежде всего, она понятия не имела, как махать крыльями. Потому что за все годы жизни ей как-то не довелось овладеть этим умением. Но спорить или расспрашивать было некогда. Так что, еще раз сосредоточившись на будущем образе, София занесла стеклянный сосуд над головой и опрокинула его содержимое себе на макушку.

Превращение вышло бесшумным и заняло долю секунды. И вот крошечная София уже парила, изо всех сил работая крылышками. Это получилось как-то само собой, инстинктивно. Что было весьма кстати. Вот бы любая наука давалась так же легко и естественно! Замерев в воздухе, крошка София осмотрелась.

Окружающий мир вдруг предстал таким пугающе огромным и полным опасностей! Частички пыли, которые она прежде не замечала, витали рядом с ней, окружая ее наподобие сухих семян одуванчика. Но взмахами своих крыльев она заставляла их тут же отлетать в стороны.

Великан Теодор Хьюз глядел на нее такими большими глазищами, что те показались ей двумя бездонными омутами, в которых при неосторожности можно и правда утонуть. Она хотела ему что-то сказать, но изо рта вырвался такой тоненький писк, который Тео ни за что не услышит. А если даже услышит, подлети она к самому его уху, все равно не разберет.

«Вот влипла!» – подумала София как раз в тот момент, когда Тео одним плавным движением поймал ее стеклянной банкой и накрыл крышкой. Совсем недавно он сам торчал в ней, пока София сдуру не сжалилась над бедненькой «феей» и не выпустила поганца наружу, точно джинна. И какая же досада, что трех желаний в комплекте не прилагалось!

Рудольфо Пайк вошел в их купе как раз тогда, когда Тео сунул банку с перепуганной Софией под подушку. Дальше она не могла ничего видеть. Только слышать.

– О, вы не спите? – послышался глухой и гулкий голос проводника-оборотня.

Чтобы лучше слышать, София прильнула к стенке банки.

– Что же, хорошо. Приношу тысячу извинений за беспокойство, но возникла острая необходимость провести внеплановую проверку. Позвольте ваш билет?

– Да, конечно. – Голос Хьюза. – Вот он.

Пауза.

– Хм, странно, – снова послышался голос проводника. – Мне казалось, что на месте под номером семь…

– Извините, а что именно случилось? – Невинным тоном поинтересовался Тео, отвлекая внимание Рудольфо. – Надо ли волноваться?

– Отнюдь, сэр. Ничего серьезного. Просто система оповестила, что в вагон пробрался безбилетник.

– Но ведь Затерянная деревня была около часа назад, если не больше. С тех пор поезд не совершал никаких остановок. Не мог же этот безбилетник сесть в поезд на полном ходу?

– Мы разбираемся.

– А по-моему, ваша система просто барахлит.

– Не исключено, сэр. Я делаю все возможное, чтобы выявить причину сигнала.

– И сколько поезд будет стоять? – В голосе Тео проскользнуло напускное недовольство. – Будет нехорошо, если мы начнем опаздывать. Все-таки программа «Арктик-экспресс» стоит недешево и базируется на точности и пунктуальности, разве нет? Кажется, именно так говорится в рекламе данного тура.

– Само собой, господин, – проскулил проводник. – Техническая остановка продлится не больше получаса, а затем поезд быстро нагонит упущенное. Уверяю, на следующей станции вы сойдете точно в срок.

– Что ж, если вы это гарантируете… Стало быть, мой билет в порядке?

– Да, сэр. Еще раз прошу прощения за отнятое время.

– Пока поезд стоит, я могу выйти и подышать свежим воздухом?

– Конечно, сэр. Без вас не уедем.

Быстрая возня – и банка с Софией оказалась завернута в бирюзовое пальто. От таких манипуляций ее начало немного мутить. Все это напоминало встряску на аттракционе, который болтает свою жертву вверх ногами. Только там человек хотя бы пристегнут ремнями безопасности, а здесь нещадная болтанка, из которой не выбраться.

В довесок ко всему, быстро шагая, Тео волей-неволей тряс банку, и Софию мотало из стороны в сторону. В этой темноте девушка пыталась устоять на ногах, но стеклянное дно скользило, так что София несколько раз все-таки упала, прежде чем Тео сдернул с ее укрытия пальто.

– Теперь будешь сидеть здесь, – склонившись к банке, проговорил он и зачем-то постучал ногтем по стеклу. Уголки его губ коварно приподнялись. – Бывай, еще более мелкая мелкая!