ГВЕН

Гвен: Привет-привет. Узнала твой номер у Тэбби. Просто проверяю, как дела. Я уже возвращаюсь. Как там Клайд, когда ты ушёл играть в боулинг?

Баш: Иногда я жалею, что отдал ему свою почку.

•••

На тёмном заднем сидении нашего такси я улыбаюсь, смотря на подсветку экрана, потому что знаю, что он не хочет меня задевать. Он просто угрюмый. Ужин с Табитой, Рози и Скайлар был веселым, но я бы солгала, если бы сказала, что не беспокоилась о Клайде, пока меня не было дома. Приятно, что он написал. И то, что Баш ответил, тоже приятно. Поэтому я пишу ему снова.

Гвен: Нет, ты этого не делаешь.

Баш: Его новая жизнь оказалась намного более отвратительной, чем я ожидал. Он слишком много делится. Ты знала, что есть приложения для знакомств для людей, которые хотят подготовиться к зомби-апокалипсису? Потому что он мне всё о них рассказал.

Гвен: Я думаю, это мило. Ему понадобится единомышленник, чтобы скоротать время в том бункере.

Баш: Тогда я не хочу быть в его бункере.

Гвен: Ты можешь пойти со мной и быть съеденным зомби.

Баш: Что?

Гвен: Во всех этих фильмах и сериалах про зомби я никогда не пойму одержимость этих людей остаться в живых. Зачем? Жить в мире зомби, где всё отстойно и всё потеряно? Нет, сэр. Не для меня. Счастливо оставаться, чертяки. Было здорово. Дальше, вперёд.

Баш: Зомби не существуют.

Гвен: Ну, это ты всё время их упоминаешь.

— В чём дело между тобой и Башем?

Табита наклоняется через центральное сиденье, уставившись на мой экран, а я даже не заметила. Я замираю, переворачивая телефон на коленях и выглядывая через лобовое стекло такси.

Дом Баша находится чуть дальше её, так что мы разделили поездку. У нас была весёлая ночь. Она мне была нужна после напряжённости ухода за Клайдом после операции. И после двух бутылок вина с девушками мой мозг слишком затуманен, чтобы должным образом ответить на такой прямой вопрос.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что ты сидишь здесь, переписываешься с ним с жуткой улыбкой на лице. А Рис рассказал мне, что ты… — она понижает голос и наклоняется ко мне с драматичным шёпотом, — встречалась с его сыном.

Мой пульс ускоряется, как всегда, когда поднимается эта тема. Я чувствую себя виноватой из-за Триппа, хотя я не могла знать. Если бы я могла вернуться в прошлое и отменить отношения с ним, я бы так и сделала.

— Да. Но это… сложно.

Почти так же сложно, как уклоняться от Баша каждый день в его доме. Пытаться держаться подальше, потому что он попросил меня об этом.

— Пффффф. — Табита пьяно фыркает, плюхаясь обратно на сиденье. — Сложно — это просто отговорка. Спроси, откуда я знаю. Мы с Рисом когда-то были «сложными».

Я сжимаю губы. Она и Рис — другая история. Они созданы друг для друга, тогда как мы с Башем, похоже, созданы, чтобы мучить друг друга.

— Знаешь, что сложно? — Голова Тэбби поворачивается ко мне. — Жизнь. Жизнь сложна. И коротка. Гвен, жизнь слишком чертовски коротка, чтобы не продираться через все сложности. А вы, ребята, слишком горячи, чтобы не переспать. Я видела эти «трахни меня» взгляды, которые вы бросаете друг на друга.

Я громко смеюсь.

— Табита. Ты выпила слишком много вина.

Крошечная женщина просто отмахивается от меня.

— Ты меня слышала. Если тебе можно дразнить нас с Рисом чакрами, то и нам можно поговорить о Баше. Ему нужна скорая чакральная помощь. Единственное лекарство — заниматься нагой йогой с горячей учительницей.

Я откидываюсь назад и закидываю руку на глаза, чтобы спрятаться от смущающего разговора. Секс не вызывает у меня дискомфорта — но мысль о том, что все вокруг знают нашу грязную историю, вызывает.

— Баш хочет остепениться, — возражаю я. — Я не тот человек для этого.

И это частично правда. Баш действительно хочет остепениться. Он прямо сказал мне об этом.

— Почему нет? Ты ведёшь себя так, словно он ищет женщину, чтобы держать её беременной и босой на кухне или что-то в этом роде.

— Роуз Хилл — временная остановка. Мне нравится переезжать. Мне нравится путешествовать. Есть ещё многое, что я хочу увидеть и сделать. Я не могу быть привязана — это напрягает меня. Я видела, как это делала моя мама. Это не для меня.

Что я не говорю ей, так это то, что сегодня утром я получила предложение о работе, которое увезёт меня в Коста-Рику преподавать йогу в курорте на зиму. Это идеальное сочетание путешествий и профессионального развития. Это побег от канадских зим.

Это побег от Баша.

И всё же я не мгновенно приняла эту должность.

— Ты не можешь уехать. Ты любишь это место. Наша команда для викторины была бы в пролёте без тебя. И я бы скучала по твоим сиськам. — Её взгляд опускается на мою грудь, где мои груди действительно прижаты к тонкому чёрному свитеру. Она мечтательно вздыхает. — Ты уверена, что нельзя поделиться хотя бы немного всем этим со мной?

Я смеюсь.

— Мои сиськи и я тоже будем скучать по тебе. Я определённо должна буду вернуться и навестить.

Тэбби пожимает плечами.

— Почему ты должна быть привязана? Я склонна думать, что правильный человек был бы рад отправиться в эти приключения с тобой. Или нет. Мы с Рисом делаем много вещей отдельно. Наличие партнёра не означает быть привязанной.

Моя голова покачивается, но я не отвечаю. Я не знаю, что сказать на это. Я никогда не видела такие отношения в действии. Моя мама всегда спешила поставить ужин на стол до того, как мой отец войдёт в дверь. Собирала ему ланч утром. Гладила его одежду, словно она была горничной, а не партнёршей.

Если я ходила вокруг него на цыпочках, то она ему угождала. Ни сбережений, ни образования, ни опыта работы.

Выхода не было, даже если бы она этого хотела.

Нет, не хочу. Я не позволю, чтобы это случилось со мной.

Когда мы подъезжаем к дому Тэбби в центре города, она гладит меня по ноге.

— Весь мир у твоих ног, Гвен. Но есть устрицы с кем-то ещё — это самое лучшее. Знаешь почему?

— Почему?

— Потому что от них хочется секса. — Тэбби подмигивает мне через плечо и открывает дверь. Таксист просто вздыхает, и я не могу не задаться вопросом, что он о нас думает.

Она выходит из машины, но наклоняется и просовывает голову обратно.

— Гвен, я просто хочу, чтобы ты знала: на твоём месте я бы переспала с отцом своего бывшего парня и даже не расстроилась бы из-за этого, потому что тот другой парень — полный неудачник.

С переднего сиденья доносится сдавленный звук, и мои щёки краснеют.

— В любом случае, пока! — кричит Табита, захлопывая за мной дверь. Водитель медленно отъезжает, но я успеваю увидеть, как моя подруга подходит к крыльцу своего дома. К тому самому крыльцу, где её муж сидит на ступеньках и ждёт её.

Он встречает её с распростёртыми объятиями, и она садится к нему на колени, а затем целует его.

Это мило. Но более того, это… привлекательно. Готова поспорить, они бы хотели остаться в живых во время зомби-апокалипсиса, лишь бы проводить больше времени вместе.

Это заставляет меня задуматься, может быть, только может быть, я смогла бы найти утешение в таком партнёрстве. В таком месте.

Если бы я когда-нибудь решилась попробовать... то, возможно, сейчас самое время.