Король приставил ко мне Кристофера Гело как постоянного надсмотрщика. Хотя возможно это была инициатива самого юноши. Кристофер практически не отходил от меня и спрашивал обо всём, что я делаю или планирую делать. Походы к Виссаре или просто в библиотеку — всё было совместно с ним. Гело, по словам Аэльмара, назначен моим помощником, но он руномаг и анд-лорд, так что по статусу парень однозначно выше меня. Кристофер был не просто советником короля, а его близким другом и самым приближенным человеком.

Тем не менее через неделю я уже не воспринимал Гело как надсмотрщика. Он относился ко мне со скепсисом, но не вставлял палки в колёса и действительно был отличным помощником. Король находился в подземелье замка Кормер и готовил руновоинов вместе с Бданом, в то время как мне с Гело были доверены все дела Аэльмаров. Причём рулил всем в нашей паре именно я, а Кристофер оттачивал всё до идеала, благодаря своим обширным знаниям Адолии и её соседей.

Очевидно, король устроил мне проверку. Он дал мне полный карт-бланш и решил наблюдать, как я со всем справлюсь. Гело действительно был моим помощником, но если бы я захотел сделать что-то разрушительное для Аэльмаров, он бы меня остановил. Вся исполнительная власть была за ним и Элизабет в отсутствие короля, а я стал центром принятия решений.

Меня эта роль устраивала. Я получил то, что хотел, в немыслимо быстрый срок. Мне оставалось только доказать свою огромную полезность для Аэльмаров. Что такое сон, я практически забыл. Моё тууронское золото по большей части ушло на закрытие накопившихся долгов короля. Это произошло на второй день после начала моей работы советником и обнаружения дыры в бюджете. Гело такой поступок очень высоко оценил — его скепсис насчёт меня почти окончательно развеялся.

Я оставил себе совсем немного золота для покупки зелий. Укрепляющее — чтобы тело привыкло к малым дозам праны и становилось физически сильнее. Энергетическое — чтобы меньше спать и быть бодрым, хотя это на самом деле временный побочный эффект. Энергетическое зелье наполняло тело крохами праны и хорошо сочеталось с утепляющим. Ну и последнее — антишлаковое, чтобы быстрее вывести из организма чужеродную прану и восстановиться после яда из мёртвого источника. Закупка пятидесяти эликсиров стоила мне в общей сложности семь золотых. Это огромное состояние для простого человека, но я не мог скупиться на своём здоровье. Как я узнал постфактум, Пферну я заплатил слишком много, правда, он об этом говорил и сам.

Мастер над зельями был рад такому щедрому покупателю, но предупредил, что с энергетическими и укрепляющими зельями частить категорически нельзя, а с антишлаковыми просто стоит быть осторожным. Они при чрезмерном использовании будут выводить из тела не только чужеродную прану, но и родную жизненную энергию. Купив пятьдесят зелий, я полностью исчерпал возможность их разумного употребления.

В новом теле я чувствовал себя всё время довольно плохо, и отравление сделало только хуже. Элизабет не ошиблась — эффект яда из праны был временным, и зелья ускоряли процесс восстановления. Через две недели я не просто окреп, а наконец-то стал ощущать в теле силы. Возросла сложность моих физических тренировок, и всё говорило о том, что моих жизненных сил стало больше.

Это подтвердила и Виссара, когда курс зелий кончился. Она сказала, что я больше не увядший лист, и удивилась, что я стал немного сильнее. Зелья не должны были дать такой эффект, потому что изначальное состояние моего тела было слишком плохое. Виверна спрашивала, как мне это удалось, и была шокирована, когда узнала, что я смотрел на небо. Точно так же, как и Элизабет, Виссара предупредила меня никогда не смотреть на звёзды. Там обитают боги, как сказала виверна. И кто-то меня почему-то прикрыл от их гнева.

Смотреть на ночное небо я больше не собирался, хоть и было лёгкое искушение получить ещё звездной праны. Виссара сказала, что мой разум стал ещё сильнее, а тело проживёт минимум пять лет, оно по жизненной энергии теперь близко к обычному человеку.

Новость была приятной. Если я получу доступ к источнику праны, то смогу прожить до самой старости. В теории, в этом случае, меня даже можно будет сделать руновоином при должных вложениях, но это не продлит мне жизнь, а лишь сократит. Если человек не имеет природной одарённости к магии, то руны будут истощать тело.

Да и для одарённого эффект продления жизни от росписи рунами слишком мал. Вот с прановоинами дела обстоят совсем иначе — они живут по двести-триста лет. В каком-то плане это сверхлюди, но их на весь континент даже двух десятков не наберётся.

После того, как я пропил курс усиливающих и укрепляющих зелий, пришло время получить Кнут Государев. Элизабет сказала с этим подождать, пока моё тело не восстановится полностью, и на это ушло ровно полмесяца.

Мы с Кристофером спустились в подземелье замка Кормеров. Гело, как и я, не видел короля две недели, и я чувствовал в нём лёгкое предвкушение, совмещённое с обеспокоенностью. Король находился в хорошо обустроенной части катакомб, здесь было сухо и тепло, присутствовала вся нужная мебель, но это место всё равно оставалось подземельем.

— Ваше Высочество, как вы тут устроились? — негромко спросил Гело, как только как мы пришли к Аэльмару.

— Я же писал тебе — всё нормально, — понуро ответил король. По его виду было заметно, что ему не нравится такая обстановка, но он терпел. — Об армии Вердантов есть какие-то новости?

— Разведчики не обнаружили движения, — доложил Кристофер. — Мы продолжаем переписку с Сайласом Вердантом.

Леор посмотрел на меня, потому что переписку вёл непосредственно я. После инсценировки смерти короля, Вердант активизировал свои попытки жениться на Элизабет. Он призывал к тому, что это объединит Адолию, но его слова были лишь сладкой ложью.

Полгода назад Сайлас предложил Леору сделку: Верданты не нападают на Аэльмаров, а взамен ему достаётся Элизабет. То, что это племянница, Сайласа совершенно не смущало. За отказ от сделки добрый дядюшка обещал убить обоих Аэльмаров, но пока не нападал и копил силы.

Две недели назад Элизабет хотела послать Сайласу прямой отказ на замужество, однако я предложил дать более обтекаемый ответ и не заканчивать диалог. Гонцам требуется два дня, чтобы передать сообщение до Вердантов и обратно, и нам было выгодно тянуть время. Письма Сайласа становились агрессивнее с каждым разом, но я выкручивался как мог. Сначала Элизабет скорбела из-за смерти брата, затем она была слишком озадачена приходом кочевников с юга, что даже было правдой, а последний раз я использовал идеальное женское «мне надо подумать».

— Как долго ещё получится затягивать переговоры?

— Ваше Величество, думаю, Верданты уже поняли наши намерения, — ответил я. — Но они пока продолжают диалог.

— Этот ход уже дал свои плоды, Ваше Величество, — вклинился в разговор Гело. — Верданты не стали покупать у Ичекос рунные минералы по завышенной цене, и вся партия ушла в Туурон. В этом тоже ничего хорошего, но по крайней мере мы выиграли немного времени.

— Да, — кивнул король. — Время для нас сейчас главная проблема. Руновоины, которых я создаю с помощью Сердца Адолии, ещё должны пройти боевую подготовку. Бдан с ними лютует, и я сам контролирую процесс, но мы всё равно стали заложниками времени. Пока мы не готовы к войне. А что там по Малгрену и Фиену?

— Ваше Величество, они, скорее всего, покинули долину, — сказал я, так как их поиском занималась Виссара. — Виверна всё ещё будет ночью проводить патрулирование. Она также поможет обнаружить вторжение Вердантов, если те соберутся напасть.

— Это хорошо, — Леор достал из ножен Сердце Адолии и вытянул клинок вперёд. — Арэн, подойди. Я начну ритуал.

От артефакта фонило праной. Как ощущается магическая энергия, я уже начинал понимать, хоть она и всегда чувствовалась по-разному. Собственно, и виды праны бывают самыми различными, их несколько десятков, как я узнал от Гело.

— Сначала я передам тебе печать, а потом объясню, как ей пользоваться, — сказал Леор, когда я подошёл к нему.

В воздухе появилось резное сплетение из нескольких слоёв жёлтого и красного цвета — центр формации напоминал розу. Клинок Сердце Адолии стал светиться белым сиянием. Оно быстро нарастало, и затем резко ослепило меня.

Я закрыл глаза, по ушам било звонкой тишиной, как бывает при оглушении от взрыва. Приоткрыв глаза, я увидел, что нахожусь в абсолютно белом пространстве, а моё тело прозрачное.

Что за чертовщина?..

— Привет, Арэн, — раздался громкий женский голос у меня за спиной.

Я обернулся, но там никого не было, всё то же белое пространство.

— Я богиня Алетта, — представилась говорившая со мной. — Арэн, я тебе благодарна, но и очень зла. Зачем ты смотрел на небо? Этим ты меня подставил перед другими богами, и мне пришлось тебя защищать. Если бы Элизабет уже получила Сердце Адолии, то я бы не стала вмешиваться и спасать твою жизнь. Будем считать, что ты получил свою награду авансом. Помоги Аэльмарам вернуть прежние границы Адолии. Если же ты захочешь корыстно воспользоваться своим положением и предать Аэльмаров, то я вырву твою душу из нового тела. Я дала тебе вторую жизнь, и я же имею власть её отнять.

Белое пространство пропало. Я открыл глаза и обнаружил себя на полу, подхваченный Кристофером.

— Ты разговаривал с богиней Алеттой? — ошарашенно спросил Леор, склонившийся прямо надо мной. — Я чувствовал резонанс… Ты точно с ней разговаривал.

— Да, — честно признал я, приходя в себя.

— Невероятно! — Леор покачал головой. — При передаче руны от Аэльмара к Аэльмару с нами иногда разговаривала Алетта, но так было не с каждым. Со мной… со мной богиня не говорила… Арэн, что Алетта тебе сказала?

— Она поблагодарила меня и вместе с тем пригрозила расправой. Богиня сказала, что убьёт меня, если я предам Аэльмаров.

Король поднёс ладонь к подбородку и задумался над чем-то.

— Сестра говорила, что у неё был лёгкий резонанс с богиней в день первого разговора с тобой. Так бывает, когда богиня хочет подтолкнуть Аэльмаров к чему-то. Арэн, Элизабет доверила тебе Кнут Государев из-за того резонанса. Правда, не понимаю, как богиня может убить тебя. Считается, что прямой власти над обычными людьми у богини нет. Даже на Аэльмаров она может влиять только направляя нас.

— Об этом вы могли и промолчать, Ваше Величество, — с упрёком произнёс Гело. — Теперь угроза богини не будет такой устрашающей.

— Чёрт… — выругался король. — Кристофер, а ты как всегда прав…

— Не беспокойтесь, Ваше Величество, — заверил я. — Угроза была для меня убедительной. Пока мы ещё здесь, я бы хотел поговорить о торговле с южными кочевниками.

— Бэйс Кормер будет против, — сразу же отрицательно покачал головой Леор.

— Кристофер сказал мне то же самое, но это жизненно необходимо для Аэльмаров. Кочевники обладают рунными минералами, без них вам не подготовить сильных воинов.

Король глубоко задумался над моими словами. Чтобы человек стал руновоином нужно обладать праной и хотя бы одной нанесённой на тело руной. Обычно самая большая проблема в первом пункте, но Сердце Адолии решает этот вопрос так хорошо, что Аэльмарам будет катастрофически не хватать ресурсов на начертание высококлассных рун.

— Нет, это невозможно, — Леор тяжко вздохнул. — Кормеры столетиями воюют с кочевниками. Старший сын Бейса умер в походе за южную стену.

— И этот поход был ради рунных минералов, — дополнил я. — Земли кочевников не дают пищу, их народ нуждается в еде, а мы — в минералах. Сделка напрашивается сама собой.

— Выгода тут действительно есть, — согласился король. — Но, Арэн, ты, похоже, плохо знаешь Кормеров. Они верны своим клятвам и очень упрямы. Их далёкий предок сказал не торговать с кочевниками едой, и ни один из новых Кормеров не нарушит этот запрет.

— Ваше Величество, а вы сами считаете эту сделку нужной вам? — спросил я. — Нужны ли вам рунные минералы?

— Конечно, нужны. Но у Кормеров и кочевников слишком давняя вражда…

— Ваше Величество, вы король, — напомнил я. — Лорд Кормер — ваш вассал, и он должен подчиняться вам.

— Кормер подчинится, — Аэльмар сложил руки на груди. — Я в этом не сомневаюсь. Но если я буду приказывать лорду подобное, это посеет между нами раздор. Кормеры остались верны короне в сложные времена. Они дали мне кров и людей. Прямо сейчас мы находимся в замке Кормеров и едим их хлеб. Я не могу ссориться с Бэйсом.

— Ваше Величество, приказывать не обязательно, но по крайней мере стоит поговорить об этом с лордом Кормером. Диалог можно выстроить совершенно по-разному. Это будет не приказ, а просьба.

— Хорошо, — король сел на стул за столом. — Но разговаривать с Бэйсом тебе придётся от моего имени вместе с Кристофером. В замке могут быть шпионы. Лорд обычно не спускается в подземелье, а значит, нам лучше не устраивать личную встречу, чтобы сохранить мой секрет.

Король говорил практически моими словами. Тайну, что Леор Аэльмар жив, должны знать как можно меньше людей. Бэйсу Кормеру это пришлось сказать, ведь мы жили в его замке, но среди людей лорда о секрете короля знали только те, кто как-то связан с подготовкой новой армии руновоинов. Это самые доверенные люди Кормеров.

— Нам будет сложно, — покачал головой Кристофер. — Ваше Величество, как вы и сказали, Кормеры славятся своей упрямостью. Я лично не знаю, какие слова могут убедить лорда на союз с кочевниками…